Глава 29. Королевский променад

Тётя Эухения сдержала слово, а клан Агуэро похоже действительно не желал ослабления Эрриа, и уже на следующий день я получила письмо от неё. В нём она сообщала, что устроить даже самую короткую аудиенцию в ближайшее время не получается. Расписание короля заполнено плотно, но если мы хотим, чтобы Его Величество как можно скорее показал всем, что ничего против клана не имеет, то нам стоит явиться завтра во второй половине дня во дворец. В это время король совершает променад по парку. Он найдёт способ выделить нас из толпы придворных, чтобы все поняли – арест лорда Эрриа не повлиял на его отношение к клану. Услышав о предстоящем, Элида в панике закричала: – Лори! У тебя так и нет достойного плаща! И красивого тёплого платья! Ты не можешь пойти во дворец в этих обносках! И у меня тоже нет ничего нового для променада с королём! Так что пришлось нам мчаться к миссис Крами, умолять и переплачивать, чтобы срочно дошили одно из заказанных ранее тёплых и нарядных платьев. Лихорадочно подбирать плащ и шляпки, достойные королевского выхода. Узнав, с чем связана такая срочность, миссис Крами ненадолго задумалась, а потом предложила: – Знаете, леди Эрриа, вам ведь надо завтра привлечь к себе внимание? – Да. – Тогда может быть вы попробуете надеть мои новые модели? Знаете, ваши идеи о практичности платья меня вдохновили попробовать применить их для тёплых нарядов. Впереди холода и я сшила как раз два пальто, только для дам. Мне надоели эти бесформенные плащи! К тому же ветер под них задувает. Мужские намного практичней! Плащ, который я заказывала и практически уже готовый, имел лишь один недостаток. Он никак не мог помочь привлечь королевское внимание. Больше того, он никак не предназначался для торжественных выходов и не сочетался по цвету с платьем для прогулок, которое обещали дошить к завтрашнему утру модистки. – Хорошо, миссис Крами. Покажите, что у вас есть. По знаку хозяйки девушки быстро принесли два пальто, живо напомнивших военные мундиры. Двубортные, с рядами блестящих пуговиц, отложным воротником и манжетами, украшенных тонким витым шнуром, они смотрелись очень смело! – Вам, леди Элория, я бы посоветовала коралловый. Он чудесно подходит к вашему цвету волос и кожи, а для леди Элиды подойдёт вот это, серебристо-серое. Всё же незамужней девице лучше выбирать более скромный цвет. Я хмыкнула. Вряд ли в таком смелом наряде Элиде удастся сойти за скромницу. Зато уж наверняка мы не затеряемся в толпе. – И платья под них есть. Вы же понимаете, леди, что этот плащ требует особого покроя юбки – менее пышного вверху. Чем дольше я смотрела на коралловую ткань, тем больше мне нравилась идея миссис Крами. – Мы померим. Как и следовало ожидать, платья под эти осенние тонкие пальто были того же цвета, только темнее на тон. На нас с Элидой наряды, придуманные миссис Крами, уже никак нельзя было спутать с военным мундиром. Облегающего силуэта, да ещё и затянутые в талии поясами, они великолепно подчёркивали наши фигуры. И я, и Элида, выглядели неожиданно женственно в этих строгих пальто. Впрочем, строгим в них был лишь крой. Моё благодаря золотым пуговицам и золотистому тонкому шнуру в отделке смотрелось просто роскошно и казалось словно специально сшитым для королевского дворца. Пальто Элиды было украшено серебряной вышивкой и кантом в тон, пуговицами из чернённого серебра. – К завтрашнему дню мы подгоним всё. Я лично подберу для вас, леди, шляпки, шарфы и прочие мелочи. Всё доставим к вам. Хочу, чтобы завтра вы смотрелись идеально! Я кивнула. Миссис Крами отличалась изысканным вкусом и кровно заинтересована в нашем успехе. Стоит ей довериться. Мы условились о времени, к которому нам доставят наряды и мы расстались. На следующий день миссис Крами со своими мастерицами примчалась к нам за несколько часов до выезда и лично контролировала процесс подготовки. Срочно прямо на нас подгонялись платья и подбирались аксессуары. Потом миссис Крами металась между мной и Элидой, проверяя и наставляя наших горничных, какой наложить макияж и выбрать причёску. – Коралловый цвет красив, но обязывает миледи соответствовать ему. Никакой бледности! – инструктировала она Мирри. – Я лично подобрала помаду и оттенок румян. – Элида должна смотреться одновременно нежно и ярко. Подчеркните немного ей глаза, – советовала миссис Крами служанке девушки. – Губы и румянец должны смотреться естественно. Провожать нас собралась вся женская половина обитательниц особняка. Даже повариха покинула кухню. Я не стала ругать прислугу за то, что они отвлеклись от работы, чтобы внимательно рассматривать нас. Я их понимала. Мы с Элидой смотрелись, как две экзотические птички – яркие и непривычные. При этом несмотря на прямо противоположные цвета нарядов и наше внешнее несходство с Элидой миссис Крами удалось сделать так, что наше родство делалось очевидным. Одинаковые чёрные перчатки, белоснежные шёлковые шарфы, выглядывающие между расстёгнутых воротников, чёрные шляпки, отличающиеся только цветом декора. – Леди, я прямо начинаю волноваться, – задумчиво сказал Бастиан. – Не слишком ли мало охраны отправляется с вами? Вы как две драгоценности рода Эрриа. Элида польщено засмеялась: – Не волнуйся, Бастиан! Маргарет вполне справится. В королевском дворце на нас никто не нападёт. Сопровождавшая нас телохранительница выглядела совершенно обычно и терялась на нашем фоне. Она кивнула: – Не волнуйтесь, лорд Бастиан. Я справлюсь. – Вряд ли вам удастся успешно отгонять от дам поклонников. Насколько понимаю, это не ваш профиль. Когда мы, оставив карету у указанного нам западного входа, выдвинулись на исходные позиции, где выхода короля на прогулку дожидалась целая толпа придворных, стало ясно, что опасения Бастиана не беспочвенны. Только кроме поклонников в королевском парке нас поджидала ещё одна опасность – злобные дамы. Осенний день, свежий и ветреный, заставил всех кутаться в плащи, прятавшие женские фигуры и продуманные наряды. Те немногие, кто сделал ставку на платья и предпочёл теплу красоту и яркость, выглядели немного жалко. Откинув полы плаща за спину, чтобы тот не скрывал фигуры и драгоценности, они открыли себя и свежему ветерку и после долгого ожидания королевского выхода, не могли сдержать дрожи. От того наши наряды – яркие, вызывающие и при этом явно тёплые, вызвали жгучую зависть. Судя по напряжённому лицу Маргарет, многих от судьбы маркиза Брифина отделяла очень тонкая грань. Но вот широкие двери дворца открылись, и на мраморное крыльцо вышел король. Он напряжённо всматривался в толпу ожидающих, но быстро наткнулся взглядом на нас с Элидой и радостно улыбнулся. Решительно направился в нашу сторону. Толпа расступалась перед ним, приседая и кланяясь. Мы с Элидой также склонились в реверансе, когда Его Величество вместе со свитой приблизился к нам. – Леди Эрриа! Рад видеть вас, дамы. Надеюсь, вы составите мне компанию в небольшой прогулке. Хочу лично сопровождать столь прекрасных дам. Король Виторрис протянул нам руки. Когда я взяла его под руку, то заметила весьма неприязненный взгляд стоявшей за плечом короля красивой дамы. Похоже, мы разрушили её планы. Какое-то время мы шли молча. Король бросал то на меня, то на Элиду любопытные взгляды. Сзади раздавался лёгкий шум. Это придворные строились в колону, стараясь аккуратно пробиться поближе к монарху. – А я-то боялся, что сразу вас не замечу, – король хохотнул. – Да уж, не заметить Эрриа невозможно. Как я мог так вас недооценить, леди. Жаль, Алекс лишён такого зрелища. – Как он? – я не смогла сдержаться. – Не волнуйтесь, Элория! У него всё хорошо. Он хотел бы разделить камеру с вами, но я не разрешил. Это как-то плохо бы вязалось с наказанием. А мы ведь должны сделать вид, что сердимся. Яснее король не мог бы успокоить меня. – Вечером обязательно ему расскажу про ваше сегодняшнее явление. Жаль только он не сможет оценить всю мощь и грандиозность зрелища. – Почему? Он ведь увидит нас потом в этих нарядах, – заметила Элида. – Но к тому времени, уверен, уже половина дам будет выглядеть также, – ответил король, – и он не поймёт, какой эффект производит ваш вид сейчас. Я даже не рискну ему описывать. Не хочу с ним ссориться. Знаете, Элория, в разлуке с вами он стал немного нервным, шуток не понимает. Каждый раз, когда король упоминал Александра, сердце моё начинало биться чаще. Мне казалось, что я становлюсь ближе к мужу. – Но рассказать надо. Первым. А то потом наслушается всякого, – словно сам себе сказал Виторрис. – Агуэро передали мне ваши просьбы продемонстрировать, что клан Эрриа не лишён моей милости, но боюсь, сегодняшняя прогулка породит новую волну слухов. Мы не спеша шли по дорожке вдоль череды фонтанов, небольших прудов и альлпийских горок. В своё прошлое посещение дворца Александр доставлял меня порталом прямо в здание и всего этого великолепия я раньше не видела. Хоть фонтаны не били, но гладь воды и скульптуры всё равно смотрелись великолепно. Бросив взгляд на фигуру дракона, обвившего кольцами хвоста одну девицу, и державшего в передних лапах другую, король усмехнулся: – Придумал! Пусть сделают магоснимок меня и леди Эрриа, – бросил он куда-то за спину. – Пусть Алекс вас увидит и всё поймёт. Можно будет показать, а не рассказывать. Я так обрадовалась, что Александр увидит меня в этом красивом пальто, что даже не слушала, о чём король говорит с Элидой. – Леди Элория, это ваша идея нарядов? Вы привезли её из Империи? – ворвался в мои мысли голос Виторриса. – Нет. Это придумала миссис Крами. Я с ней говорила о практичных платьях, которые действительно у нас становятся всё популярнее, а она уже сама придумала опробовать эту идею на верхней одежде. Этот разговор о моде, которую Его Величество поддерживал с искренним интересом, прервало появление мага, спешившего выполнить приказ короля. – Что, готов запечатлеть меня с леди Эрриа? – Да, Ваше Величество! – поклонился маг. – Встаньте здесь, на фоне альпийских горок. Получится очень живописно. Зелень можжевельника красиво оттенит наряды дам. – Глупости! Запечатли меня с леди Эрриа на фоне этого дракона, – приказал король Виторрис, проказливо улыбаясь. Уверена, будь у него хвост, он заставил бы нас повторить скульптурную композицию с двумя девицами, а так мы скромно взяли его под руки. Теперь за нашей спиной виднелся сверкающий медью дракон, а перед нами замерла внимательно рассматривающая получающуюся картину свита короля. Судя по непроницаемым лицам, эмоции придворные испытывали сильные. Я уже заметила эту особенность даргов – чем сильнее чувства, тем жёстче контроль. После маркиза Брифина мне стала понятна эта их привычка. Радостно сиял улыбкой только Виторрис. Элида, как я успела заметить, держалась тоже несколько скованно. – Леди Элория, улыбнитесь! Пусть Александр порадуется, увидев вас, – негромко произнёс король. Я посмотрела на мага так, словно за его спиной стоит муж и улыбнулась. Из аппарата вылетел снимок, маг с поклоном подал его королю. Мы с Элидой прижались с двух сторон к Виторрису, желая поскорее рассмотреть результат. – Спокойней, дамы! – засмеялся король. – Вы чудесно вышли. Это правда. Мне кажется, на снимке я выглядела даже лучше, чем в жизни! – Пожалуй, сделай ещё один снимок. Одной леди Элории, – обратился король к магу. – Чтобы немного его успокоить. Я не совсем поняла мысль Виторриса, но обрадовалась. Такой портрет – это даже лучше записки. – Вот её ты можешь запечатлеть на фоне можжевельника. Зелень, говорят, успокаивает и снижает кровяное давление. Я послушно встала, где мне сказали, и постаралась представить, что улыбаюсь мужу. – Ты прямо как цветок! – сказала Элида, успев раньше меня заглянуть в снимок, отданный королю. – Довольны, леди Элория? – Да, Ваше Величество. Благодарю! – Как всё-таки вы, люди, ярко чувствуете, – зажмурился король. – Пожалуй, я прогуляюсь с вами ещё немного, дамы. Так редко удаётся почувствовать столь чистую радость. Похоже, несмотря на навешанные на меня амулеты, мои чувства пробивались наружу. И король, как сильнейший эмпат, их сейчас считывал. Да, я была рада. Хоть меня уверяли в том, что арест для Александра не представляет опасности, я всё равно волновалась. Теперь же король лично подтвердил, что мужу ничего не грозит, его арест – формальность, и сегодня вечером он увидит меня в красивом новом наряде. Пусть пока только на снимке. Впрочем, о том, как муж будет рассматривать мой портрет и что при этом чувствовать, я старалась не думать, раз Его Величество честно признался, что считывает меня. Об этом я лучше подумаю одна, у себя дома.