Глава 33.

Разговоры в Голубой столовой

К тому времени, как я вернулась к Элиде, мне удалось успокоиться, и в голове замелькала новая тревожная мысль: «Как отнесется лорд Эрриа к тому, что его жена стала героиней подобных статей?»

Я до сих пор точно не знала статус рода Эрриа в Закрытом Королевстве, но не сомневалась, что он высок. Вряд ли принцесса Элалия вышла бы замуж за его предка, будь это иначе. И если судить по нашим имперским аристократам, то такие семьи не очень-то любили подобную славу.

«Всё-таки зря мы не сообщили Александру об этом, когда шумиха только начиналась. Может быть, он сумел бы остановить этот вал».

Мне казалось, что я попала в эпицентр урагана. Именно так я воспринимала случившееся. Ведь если даже в таком серьёзном издании, как «Магический вестник», посвятили разворот моей скромной особе, то можно представить, что творится во всяких бульварных листках!

Раздумывая о возможных проблемах, я вошла в Голубую столовую и наткнулась на заплаканный потрясенный взгляд Элиды.

– Это всё правда?!

– Ну что ты, Элида! Не принимай всерьёз. Журналисты всегда всё преувеличивают.

– Но то, как ты потеряла дар, здесь написано правильно?

Я вспомнила, что об этом рассказала только Александру, и для Элиды этот эпизод моей жизни был совершенно не знаком.

– По фактам – да, только уж очень пафосно изложено. Элида, я не хочу сейчас обсуждать своё прошлое. Прошу тебя, не принимай эту журналистскую писанину близко к сердцу.

Элида, не соглашаясь, покачала головой и бережно сложила «Вестник».

– Меня больше волнует, как твой брат отнесется к моей внезапной славе. Не повредит ли это вашей семье?

Девушка не стала отрицать такую возможность, на что я в тайне надеялась. Она не сказала, как мне хотелось: «Ерунда! Ваш «Вестник» у нас никто не читает!», а высказала то, что вертелось и у меня в голове:

– Нужно было сразу сказать брату. Но пусть другие говорят, что хотят, а я буду гордиться тобой!

Её горячность меня не успокоила. Надеюсь только, что этот приступ восхищения со временем сойдёт на нет, и наши отношения вернутся в нормальное русло.

Как я и подозревала, эти самые «другие» воспримут такое пополнение рода Эрриа, лишенную дара человечку, не столь восторженно и радостно. Перемоют кости и мне, и Александру, и всему нашему семейству. Но что случилось, то случилось! В конце концов, я ничего не скрывала и замуж не рвалась.

– Знаешь, Элида, меня больше волнует, что там с убийцей? – озвучила я другой волнующий вопрос. – Ты хоть приблизительно догадываешься, кто мог его нанять?

– Да кто угодно, – довольно равнодушно произнесла девушка. Похоже, мысль об этом была ей привычна. – Больше всех заинтересованы рода три, которые хотели бы занять наше место у трона. Но может быть и кто-то неизвестный, если в Королевстве зреет заговор.

– А чем им мешает артефакт?

– Он устами хранительницы предупреждает о грядущих опасностях для короны и страны, – неохотно просветила меня Элида. – Кроме того, он может развеивать ментальную магию. Ты же знаешь, что для нас, даргов, возможность внушать другим нужные мысли и эмоции, один из главных инструментов подчинения. Поэтому хранительница артефакта может мешать как политическому заговорщику, так и какому-нибудь безумно влюбленному, желающему заполучить равнодушную к нему женщину.

Да, список потенциальных заказчиков мог быть неопределенно большим.

– Будем надеяться, что Рей и Александр смогут разговорить эту «портниху», – кровожадно сказала помнившая нож у своего горла Элида.

Я разделяла и её чувства, и надежду.

Но увы! То, что в допросе что-то пошло не так, стало ясно по мрачному и озабоченному лицу Александра, когда наконец он вошел к нам.

– Ну что?! – нетерпеливо бросилась к нему Элида.

– Это он нападал тогда на тебя в таверне. Сегодня «Гуми» планировал убить тебя или через брошь, или руками работавшей у нас портнихи. Он сильный ментальный маг, профессиональный убийца. Внушил посыльной от миссис Крами, что отправиться сюда, в замок, должен он, и заменил её. Но брошь ты не взяла, а внушение мастерице развеивал артефакт. Пришлось ему самому действовать.

– Так он что, хотел убить меня по своей инициативе? – нахмурилась сестра.

– Нет, его наняли и, как профи, он жаждал довести заказ до конца.

– А кто его нанял? Выяснили? – вмешалась я.

Александр вздохнул и потёр лоб:

– Нет. Как только «Гуми» собрался произнести имя заказчика, он умер. Сердце остановилось.

– След оборвался? Ничего не узнали?

Мрачный вид Александра был теперь понятен.

– Почему же? По тем косвенным сведениям, которые убийца успел нам дать, круг подозреваемых можно значительно сузить. А главное, его смерть… Такому сильному магу, как «Гуми», влезть в мозги мог только ещё более сильный менталист. Таких немного. Значит, это кто-то из трёх ближайших к трону родов. Рей отправился в столицу, на доклад королю.

Мы помолчали. В моём представлении перспективы были мрачные. Что произойдет раньше: вычислят злоумышленника или убьют хранительницу? Такая гонка со смертью меня не радовала.

– Кстати, Александр, мы с Лори не сказали тебе раньше, что о вашей свадьбе написали в газете на её родине. Не думали, что её кто-то читает. А теперь… – Элида протянула «Магический вестник» с моим портретом на обложке брату.

– Хорошо получилась, – хмыкнул он, разглядывая рисунок.

Мы с Элидой замерев наблюдали за тем, как Александр читал статью. Определить по его лицу, что он об этом думает, было невозможно. Отложив номер, он ещё какое-то время молчал, о чём-то напряженно раздумывая.

Наконец он посмотрел на нас, неожиданно улыбнувшись:

– Что же, в данной ситуации это к лучшему. Теперь все, и наши враги тоже, узнают, что хранительницей артефакта стала ты, Элория. Значит, убивать тебя, Элида, больше не будут пытаться. Во всяком случае, в ближайшее время. Они затаятся.

Я, конечно, рада была за Элиду, но и самой ещё жить хотелось. Словно прочитав мои мысли, Александр обратился непосредственно ко мне:

– Тебя тоже трогать не будут. Им выгодно, что хранительницей стала потерявшая магию, ведь артефакт работает только за счет дара носящей перстень. Они будут считать, что он пока практически не действует. Если бы об отсутствии у тебя дара говорили мы, нам могли бы не поверить. А так, благодаря «Вестнику» об этом будет знать всё Королевство. Так что, считая артефакт не рабочим, на ближайшие годы наш род оставят в покое.

Он замер на несколько мгновений, зацепившись взглядом за горы и небо за окном. Мы с Элидой тоже молчали, обдумывая сказанное.

Девушка улыбнулась и сделала наивные просящие глазки:

– Брат, значит, теперь я смогу поступить в Академию?

Снова быстрая, мимолетная улыбка, преображающая Александра:

– Возможно. Через год посмотрим.

– Здорово!

Только аристократическое воспитание не дало Элиде завизжать от радости, а ограничиться хлопками. Эта желанная перспектива, похоже, окончательно вытеснило из её мыслей и убийцу, и возможных заговорщиков.

– Лори, ты позанимаешься со мной?

Она уже думала о будущем, уверенная, что «возможно» брата обязательно превратиться в «наверняка»!

– Конечно, – мне и самой стоило освежить в памяти прошлые знания, ведь дар ко мне возвращался.

– Но этим, дамы, будете заниматься уже не здесь. Пора возвращаться к цивилизации. Собирайтесь, сегодня же отправляемся в мое поместье, – и, посмотрев на меня, поправился. – Наше поместье, Лори. Там я живу постоянно, а теперь это будет и твой дом. Надеюсь, тебе понравится.

Я замерла, вдруг остро почувствовав, что очередной этап моей жизни подошёл к концу. Не тогда, в храме, а здесь, в уютной пронизанной светом гостиной, понимание неотвратимости и громадности перемен накрыло меня.

Глория Редстоун останется в прошлом. Из замка в новый дом, незнакомое мне поместье, отправится уже леди Элория Эрриа. Что ждёт эту леди я пока не знала. Мне захотелось остаться здесь, в этом замке-крепости, отгороженному и от Империи, и от Королевства, от врагов и друзей, горами и пропастями.

– Отлично! Лори, тебе там понравится! – оживленно обратилась ко мне Элида. – Я тебе всё покажу, познакомлю с соседями, пройдемся по магазинам! Можешь особо много не брать. Только самое необходимое. Остальное потом дама Ригина передаст.

– Пойдём! – лорд Александр встал и протянул мне руку.

«Не трусь, Лори! Отступать поздно!» – сказала я себе, и приняла протянутую руку мужа.