Глава 33. Один глоток.

Ксандр

Сквозь небольшое окно в хижину пробирался солнечный свет, отражаясь в неизвестно по какой прихоти попавшей сюда паре бокалов из дорогого венцанского цветного стекла. Впрочем, вместе с бутылью красного, эти прекрасные кубки успели сослужить неплохую службу усталым путникам. Правда, их общую жажду утолило вовсе не вино...

Лучи же преломлялись и пускали десятки радужных солнечных псов, как называли эту игру света в простонародье. Маленький, спрятанный от чужих глаз домик и без того создавал впечатление картинки из забытых сказок, а игра бликов придала всему вокруг уж и вовсе нереальное ощущение.

Которое только усиливалось, когда взгляд притягивало как магнитом к обнаженному телу Веры, сладко спящей рядом, свернувшись под боком так доверчиво и так уютно.

Нежная, но порывистая, такая откровенная в своей не наигранной страсти, умеющая отдаваться и брать одновременно... Моя ЖЕНА.

К этим двум ещё недавно несовместимым с моей сущностью словам следовало бы уже начать привыкать. Хотя бы произнести вслух тихо, пусть только для себя, катая на языке эти звуки, смакуя, также как недавно целовал сладкие вершинки совершенной груди.

Демоны, хоть себе глупостей не рассказывай про поцелуи! Разве это они? Да ты ведь её чуть не сожрал, дорвавшись! Но, самое странное, она ведь тебе это позволила! С удовольствием позволила, да и сама участвовала в накатившем безумии с не меньшим энтузиазмом.

И да, я б не прочь продолжить, как и моя лишь слегка насытившаяся Тьма. Но вот моей храброй и ненасытной все же нужен отдых, к каким бы сладким картинкам мой личный демон сейчас не подталкивал соблазняя. Обойдется! С моей девочкой-ветром я просто обязан быть терпеливым.

Беречь. Пусть как последний эгоист, просто трясущийся над единственным сокровищем, но охранять страшным драконом. Потому что МОЯ. Пока лишь телом, но я жадный собственник, а стало быть, как и древняя сущность, живущая во мне, жажду заполучить её душу и сердце. И добьюсь, но лишь для себя. Этого Тьме не видать.

Что, всколыхнулся, отродье? Нет, тебе дозволено только быть рядом с нашим подарком из-за «дверей», оберегать, любоваться, раз уж наше соседство неизбежно, но не более. Ею я не поделюсь, так что знай своё место!

Волевое усилие и недовольная сущность отступает.

А я, наконец, позволяю себе расслабиться, предварительно все же ещё раз проверив раскинутую над хижиной охранную сеть. Да, мэтр Келайн утверждал, что любое из убежищ невозможно отыскать без амулета доступа – эту сеть построили по всему королевству уже не один век назад для тайных агентов короны. Выбрать любое из мест эд Анатель предложил сам, протянув мне сразу после обряда Стихий карту с точками и артефактный ключ.

- Не говорите, магистр, куда отправляетесь, просто запомните координаты любого из убежищ в нужном направлении. Там, кстати, всегда полно еды, находящейся под стазисом, да и разные полезные вещи можно отыскать. Вдруг что пригодится? – намекал он. - Я не знаю, пошлют ли за вами погоню, да и подоплека конфликта с короной мне не ведома, - эд Келайн говорил негромко, пока моя новоиспеченная жена о чем-то тихо беседовала с эдой Ивонной. Нет, мне даже на минуту не хотелось отпускать ее из рук, но я покладисто сдерживался. И видит Тьма, это было ой как непросто.

– Не смотрите с таким подозрением, Ксандр, я ведь уже говорил, что вам не враг. И стараюсь это доказать. Но и вправду знаю крайне мало: только то, что Конте и Карталия очень ищут таких, как ваша невестка или вот эда Вера. Ну, ещё и то, что вы испортили некие планы короны. А Его Величество очень не любит, когда что-то мешает его задумкам. Ну и знать лишнее, полагаю, мне тоже ни к чему – я, конечно, сильный менталист, но Эдену, как ни прискорбно сие для моего самолюбия, уж простите, в подметки не гожусь! — Он развел руками с усмешкой. – Так что, как говорится, чего не знаешь, того и не расскажешь!

Я же не спешил принимать подарок, хотя и сам задумывался о том, что стоит позаботиться о безопасном месте для нас с Верой по пути в Мильскую рощу.

- Не пойму, в чем ваш интерес, мэтр? Пусть не в открытую, но вы идете против короны. Уверен, если вскроется хотя бы то, что вы лично участвовали в нашем обряде соединения, как и не передали вовремя приказ, то уж если не наказания, то лишения доверия короля точно заслужите, - я рассматривал пристально давнего друга нашей семьи, стараясь не пропустить ни одной эмоций. – Неразумно без веской причины, не находите?

- Согласен, - кивнул он просто. – Но, мне казалось, мои мотивы лежат на поверхности и уже ни для кого не секрет, - улыбнулся эд, выразительно посмотрев на сидящую чуть в стороне в кресле маму.

Она была под легким внушением, о котором попросила эда Анателя сама, поскольку не справлялась с эмоциями. Потерю Ассель, да ещё и при участии королевы, которую, пусть с оговорками, но считала почти подругой, эда Италлиэн восприняла крайне тяжело. И даже не наигранная радость за то, что у сына, пусть не самого любимого, но единственного оставшегося в живых, как она до сих пор считает, все же складывается личная жизнь. И да, про то, что Варн возможно жив я ей не сказал: не стоит давать надежду тому, кто и так держится из последних сил. Надежда - всего лишь ниточка, что может оказаться ложной, и привести к новому удару. Кто знает, может, эти проклятые колдуны, пусть и действительно держат Варна в плену, но ведь ничто не помешает им его убить, особенно, если не получат того, чего ждут.

- Мои намерения всегда были серьезными, эд Ксандр, - продолжил эд Келайн. – Но мы с вами оба знаем, что Талия сильно привязана к роду Морне и считала своим долгом быть хозяйкой в «Старых дубах», как и распоряжаться всеми имениями Морне. Да и наслаждалась этим, что уж греха таить. Вам ведь известно, что эда Марина никогда на это место не претендовала, даже когда могла, ещё при жизни Варна. Ну а теперь, что бы ни случилось, у рода Морне есть новая госпожа. И я очень надеюсь, что Италлиэн примет мою защиту, как и мой дом.

Я снова посмотрел на мать. Пожалуй, мэтр во многом прав. Если случится беда с нами, все равно у рода Морне останется Ассель, которую непременно постараются вырастить послушной короне. А в лучшем, пусть пока и весьма призрачном случае, вернется Варн. И жизнь для матери станет снова иной. Сейчас же вообще все туманно.

- Как я понимаю, вы спрашиваете моего согласия на ваш брак, мэтр?

- Да, - ответил он серьезно. – Если эда Италлиэн окажет мне честь, согласившись стать эдой Келайн. Мой род, конечно, не столь богат, как Морне, но и бедствовать точно не придется.

- Не кокетничайте, мэтр, - хмыкнул я. – Ваш батюшка был одним из самых успешных магов-ученых и количеством разработок, которые используются в промышленности до сих пор, мог бы гордиться целый королевский магистериум. Так что золотые долены на счета семьи Келайн и без ваших бесспорных заслуг падают регулярно. И да, я не возражаю, если мама будет под вашим крылом, - я протянул мужчине руку, которую тот пожал довольно спокойно – все-таки экранироваться от моей силы менталист умел неплохо. Вот только отпускать его ладонь я не спешил, заглянув в серые глаза, - Только помните, эд, для меняважно,чтобы мама была счастлива.

- Не стоит беспокойства, магистр. Поверьте, в этом наши цели сходятся на все сто процентов.

Я усмехнулся вспоминая. Представляю, какую битву собрался выиграть наш ушлый мэтр – упрямство эды Италлиэн сравнимо только с моим. Хоть в этом мы оказались похожими.

А пока есть пару часов для сна, их стоит использовать, Ксандр. С приходом ночи в дорогу, поскольку пользоваться станциями переноса нельзя – это все равно, что прислать приглашение к погоне с точным указанием цели: в Мильской роще, кроме Ордена Спящих нет достойных объектов. Ну не на охоту же мы отправились за несколько сотен лиг в настоящую глухомань! А в ночь, потому что отвод глаз, разумеется, вещь хорошая, но НЕС все же оставляет следы от колес и кого-то это может заинтересовать. Да и движение на дорогах... Всех незаметно не объехать.

Так что спать: бодрость тела способствует вниманию, а стало быть, и надежной защите моей девочки.

Пусть и уснуть рядом, не позволяя более касаться ее утомленного любовью тела – истинное испытание выдержки. Но ты же справишься, Темный? Ведь сладость после ожидания бывает ещё острее...

Вера

Наверное, впервые после попадания в мир Онелы я во сне увидела исключительно нечто доброе и даже по-детски сказочное. По крайней мере, ощущения остались именно такие, хотя сами сновидения, как часто случается, превратились с пробуждением лишь в неясные картинки.

Даже странно после такого, мягко говоря, насыщенного событиями и эмоциями дня...

Где-то за окном шумел ветер в кронах лесных исполинов, а маленькую, но уютную комнатку проникал мягкий свет. Здесь, под сенью деревьев измучившая половину континента жара почти не ощущалась, напротив, едва уловимый запах воды, приносимый ветром с большой реки, которую мы пересекали под утро, создавал нереально приятную атмосферу.

И по-особенному хорошо было чувствовать, что тело сладко ноет от тех безумств, что несколько часов кряду с ним творили, но эта ломота не раздражала, а лишь будоражила сладкими воспоминаниями. Подспудно подтверждая, что свадебный обряд, побег и страстное утро мне не привиделись.

Впрочем, главное подтверждения реальности моих ощущений сейчас мирно спало рядом, лежа на спине и закинув мускулистые руки за голову. Я же осторожно развернулась к нему, рассматривая такое спокойное во сне лицо, борясь между страхом потревожить и без того утомленного мужчину, и желанием коснуться кончиками пальцев его губ, погладить уже покрытые легкой темной щетиной скулы, дотронуться до шрама... Ксандр дышал ровно, я видела, как поднимается и опускается грудная клетка. Как подрагивают густые ресницы, а под веками движутся глазные яблоки, обозначая фазу быстрого сна. Надеюсь, ему тоже снится что-то хорошее.

Стихии, он так мужественно красив во сне! Столько обманчиво расслабленной силы, лишь притаившейся, как у настоящего хищника, что готов мгновенно сорваться с места, при малейшем намеке на опасность. Или добычу. Ох, именно ей я себя и чувствовала, но добровольно пошла в лапы зверя, что так притягивал своей дикостью.

А может во мне всего лишь говорит влюбленная дурочка, глядящая с восторгом на предмет своего обожания. Давай, Русь, ещё слюни на него попускай! Эк тебя накрыло-то всего после одной бурной ночи, ну, или утра, уж если придираться к деталям. Зато теперь ты в полной мере прочувствовала значение любимой издевки Георгия Варламовича «Вот что с людьми делает секс животворящий!», звучащей обычно над головами мужской части нашей рок-группы, умиротворенных и податливо соглашающихся с Гошкиными придирками после очередных ночных походов в какую-нибудь баню. Притом «помыться» в этом времяпровождении, вопреки правилам русского языка, означало не глагол, а предлог.

Ой, да и черт с ней с гордостью, дорогуша! Отныне этот мужчина связан с тобой навсегда, и только от вас двоих зависит, появятся ли в этом скоропалительном браке взаимные чувства, или останется только потребность в близости да пресловутый долг магической аристократии.

Так что нечего ждать милостей от природы, или как здесь говорят, от Стихий. Всё в твоих лапках, ножках и прочих частях тела.

Да и не мне, в общем-то, жаловаться на безучастность этих самых высших сил, в существование которых я совсем недавно не верила от слова «вовсе».

Стоило подумать, как откуда-то из солнечного сплетения теплым солнцем мягко окатило волною. Моя сила напоминала о себе, говоря, что всегда рядом, стоит лишь позвать...

Вспомнила пьянящие ощущения, когда вчера, стояла на полу из наборного паркета в парадном зале «Старых дубов». Под десятками взглядов предков рода Морне, взирающих гордо с развешанных по стенам портретов, я смотрела на спокойное и даже холодное лицо того, кого должна уже через несколько минут назвать мужем, и не могла совладать с тем игристым шампанским, щекочущими пузырьками текущим по венам. Потому что перед обрядом мой личный учитель и тюремщик моей магии, сорвал запирающие заклятья.

Мы с Ксандром стоим напротив друг друга в центре инкрустированного белым дубом круга, с гербом Морне посредине, по краям же растекается вязью на древнем языке Стихий, мне, увы, неизвестном, какая-то надпись, а за моей спиной, примерно в паре шагах позади, застыл мэтр Келайн. Эда Италлиэн так же присутствует, но наблюдает издалека—любые родственники или гости не вмешиваются и не участвуют в таинстве, как мне пояснили заранее.

Также позади моего жениха замерла эда Ивонна Тоне. Если бы не серьезность момента, то глядя на восторг на лице этой милой девушки, от оказанного ей доверия, можно было бы умереть от умиления.

Но мне сейчас не до этого. Смесь из страха и эйфории буквально отрезала все прочие эмоции. Хотелось то ли сбежать, то ли броситься поскорее на шею стоящего напротив мужчины. Наверное, это типичный мандраж невесты. Вот только поддержать меня некому. Да, не так я себе представляла собственную свадьбу: без цветов, гостей и, главное, без Марины с Асей...

- Ничего не бойся, Вера, - словно прочтя мои мысли, произнес мой будущий муж одними губами. –- Я не позволю твоей силе расшалиться, слышишь? - Ксандр Морне шагнул ближе и протянул ко мне открытые ладони. - Просто протяни свои руки и держи свои ладони над моими, - он смотрел в глаза, спокойно ожидая, пока мои немного подрагивающие пальцы послушно замрут в нескольких дюймах над его. Даже почувствовала исходящее от рук мужчины тепло.

Ксандр не улыбался, но я с долей ужаса и предвкушения наблюдала, как его глаза заполняет Тьма. Глаза в глаза, неотрывно. И я проваливалась в эту бездну, чувствуя, как кровь пульсирует, словно нечто во мне стремится вырваться наружу.

- А теперь, просто повторяй за мною, моя девочка, - его голос внезапно изменился, набрал силу. И это обращение, никогда прежде ко мне не относящееся, словно передо мной сейчас был уже не Ксандр... Вернее не совсем Ксандр, - Смотри на меня, повторяй и ничего не бойся! – добавил он с нажимом.

Но я и не думала ослушаться. Сейчас я смотрела с восторгом на заострившиеся скулы мужчины, на нечто чужеродное, но чарующе прекрасное, выступающее наружу. Суровое, порочное, но притягательное, а не заставляющее бежать прочь, сломя голову.

Боги, может со мной, что не так, но эта Тьма меня не отталкивала... Напротив...

А дальше он заговорил на чужом языке. Голос буквально проникал, сладко отдаваясь где-то внутри, достигая глубин самой сущности. Я не понимала слов, но будто нечто во мне знало ответы и мой язык, ведомый неведомой силой, легко выговаривал каждый звук, в точности копируя произношение. В этом мистическом речитативе чувствовался ритм и магия. С каждым произнесенным словом, что-то во мне отзывалось, подходя ближе, ласково и настойчиво щекоча где-то под кожей. А я окончательно растворялась в омутах черных глаз, кружась в водовороте захлестывающей эйфории.

Моя сила рванула через ладони сплошным сияющим потоком, встретившись с магией Ксандра: темной и плотной. Силы смешиваются стремительно, бесшумно, но зрелищно раскручиваясь бешеной спиралью. Мгновение и мы уже окружены вращающимся коконом цвета черного серебра. Наша магия – единая, сильная! Это так прекрасно! Пьянящее чувство, просто хочется взлететь!

И я чувствую, как резко ладони Ксандра обхватывают мои и всё сияние, что нас окружало, словно электричество, начало проходить сквозь соединенные руки. И в этот миг за плечами мужчины раскрылись огромные крылья – черные, как сама мгла. Мое тело само, без малейшего сопротивления или подсказки, сокращает последнее, разделяющее нас расстояние. И на середине шага встречаюсь с тем, кто также, не задумываясь, сближается, заключая в объятия.

- Туато да оме, тара мао, - шепчет мне мой личный демон, склоняясь к моему лицу.

-Аре! Аре! – словно эхо почти в унисон слышатся голоса наших свидетелей.

И прежде чем коснуться своими моих губ, я вижу, как нас укрывают темные крылья.

Я лежу и ещё несколько минут глупо улыбаюсь. Наверное, это был самый неожиданный и удивительный свадебный обряд, который такая чужая по менталитету землянка могла себе вообразить. Странный, ни на что не похожий. Но, видят Стихии, это было чудесно!

Но мечтать можно и на улице. В конце концов, естественные потребности тела никто не отменял, да и смыть с себя... хм, последствия брачной ночи, тоже не мешало бы. Ведь после нескольких раундов меня просто выключило, и было, мягко говоря, не до гигиенических процедур.

Поднялась бесшумно, поискала глазами что-нибудь подходящее, чтобы прикрыть нагое тело, и с ехидцей хмыкнула, без сожаления рассматривая остатки платья, бесформенными лоскутами валяющегося на полу. Да, Басю бы удар хватил, ведь она с таким восторгом смотрела на мой свадебно-бальный наряд. Да и бездна с ним! Зато это было... Ух, как ново и до дрожи в коленях возбуждающе!

Прикусила губу, чтобы глупо не захихикать над собственными реакциями. Огляделась, и наконец-то обнаружила белую тонкую ажурную шаль, неизвестно как сюда попавшую и висящую на краю спинки грубо сбитой деревянной постели, на которой мы и провели этот день.

Протянула руку, добывая столь ненадежный покров, обернула вокруг тела, едва прикрыв грудь и филейную часть и тихонько, на цыпочках пробралась к двери. Очень медленно открывая тяжелую створку, буквально по миллиметру, чтобы скрипом не потревожить спящего, и как была босая, вышла за порог, прекрасно помня, что в этом укромном уголке кроме нас никого нет, но все же есть шанс, что могут появиться какие-нибудь заплутавшие шпионы Его Величества. Но Ксандр утверждал, что о любом постороннем он узнает задолго до того, как тот приблизится к тайному убежищу.

А ведь мой теперь уже муж так и не признался, что же собирается искать в этом странном Ордене Спящих, куда нас несет нелегкая. Ну, а я вчера была так ошарашена всем произошедшим, что вполне смирилась с тем, что магистр Морне упрямец не меньше чем я, и уж если решил, что пока не найдет подтверждения неким неприятным фактам, то и знать их мне не следует, то правду можно вырвать только пытками. И то сомнительно. А вот про сам Орден поведать успел – дорога то была длинною, пусть большую ее часть я бессовестно продрыхла, свернувшись на сидении в калачик.

Любопытное место, как оказалось. Правда, посещают орден как маги, так и люди крайне редко, поскольку гостей там не жалуют. Мильская роща – это довольно небольшой участок древнего леса, растущий на так называемом месте силы. Здесь сходились энергетические потоки, и магию творить и пополнять было особенно легко. Примерно в таких же местах строились местные магистериумы и академии магов. А здесь, на окраине Аскании, окруженная с одной стороны неприступными горами, а с другой отрезанная от мира глубокой рекою Милеей, Мильская роща стала пристанищем магов, чья сила угасала. Да, магия порой покидала своих носителей, обычно это происходило за несколько лет до смерти, при этом довольно долго живущие маги, начинали резко стареть и уходили из этого мира, примерно так же, как и обычные люди. Но большинство предпочитало отправиться в Орден Спящих, отрекаясь от мира, но при этом, получая в этом месте силы возможность поддерживать угасающий дар и, что немаловажно, продлить жизнь. Притом намного.

И нет, Мильская роща не была похожа на дом престарелых, где одаренные доживали бы свой век. Это был очень серьезный научный центр, в котором члены ордена работали на благо магии и Аскании. Правда общались с миром они весьма ограничено – ну, это и понятно, как говорится, уходя – уходи. Но свои идеи и разработки передавали короне регулярно, за что получали неплохое содержание. В общем, все довольны. По мне так прекрасная альтернатива увяданию и старческому маразму. Но, как рассказал Ксандр, многие все же предпочитали оставаться со своими детьми и внуками. А может, просто устали от жизни, не желая ее продолжать.

И вот туда и лежал наш путь. Правда, добраться в точку назначения должны будем не ранее чем через пару дней. И что мы там найдем, и найдем ли вообще, ещё неизвестно.

Ну а пока стоило просто очистить голову от бесконечных вопросов и постараться жить в этом моменте. Чего я искренне и попыталась сделать.

Выбранное Ксандром по пути к цели убежище на первый взгляд выглядело как обычный холм в лесу, даже сверху поросший кустарником, прекрасно скрывающим от глаз небольшие окна. Ну а дверь вообще с внешней стороны покрывали трава и мох. Короче, некое жилище хоббитов, скрытое снаружи и вполне уютное внутри. И даже если бы этот домик не укрывал сильный отвод глаз, обнаружить его можно было только случайно, особенно с учетом того, что в этом направлении местность довольно слабо населенная. НЕС пришлось оставить в нескольких сотнях метров отсюда, загнав магкар в кусты подальше от дороги. Полагаю, что Ксандр предпринял еще какие-то меры предосторожности, но к моменту приезда, я едва продрала глаза, успев неплохо вздремнуть по пути. Ну а после, когда мой муж с легкостью достойной настоящего атлета, вытащил меня из кабины и на руках донес прямо до этого домика, мне стало как-то не до знакомства с местными красотами – появились совместные и намного более интересные занятия.

Зато сейчас я решила наверстать упущенное. С долей осторожности, поскольку мир Аскании для меня оставался пока в большей степени лишь картинкой из книг и альбомов да рассказов леи Арлет. Но я хорошо запомнила особо опасных животных и растения, поскольку знаю, чем заканчивают беспечные туристы.

Правда, уже разгорающаяся вечерняя заря, превращающая листья и траву вокруг в нереальный, какой-то космический пейзаж, не способствовали сосредоточенности, а блеск водной глади реки, находящейся всего в сотне шагов, буквально манил приблизиться. Как и легкий ветерок, зовущий, обещающий тепло воды и покой...

И кто я такая, чтобы отказывать вестнику моей Стихии?

Ступни немного покалывало от попадающих под ноги веточек и мелких камушков, а трава щекотала щиколотки. Мимо с гудением пролетел такой знакомый по Земле шмель, а над головою кружили яркие, словно цветы бабочки. Где-то в чаще ухали и щебетали неизвестные мне пернатые, а на душе, несмотря на тысячи прошлых и наверняка грядущих бед, царил покой.

Тропинка быстро привела к пологому берегу реки, настоящему песчаному пляжу, находящемуся в небольшой бухточке, скрытой от основного потока. Вода оказалась и вправду теплой, что не удивительно, учитывая, какая адская жара стояла все эти дни. Шаль осталась на песке, а я с истинным наслаждением позволила себе поплескаться на мелководье – все же беспечной себя не считала, и заплывать в неизвестном месте глубоко не спешила.

Но и эти водные процедуры буквально влили в тело порцию бодрости и восторга.

Я стояла на кромке воды, разбирая пальцами и подсушивая замочившиеся концы волос, а душа просто пела от восторга – закат был восхитителен, розовыми мазками раскраивая небо и придавая воде какие-то нереальные фиолетовые нотки.

И я запела. Легко и певуче, как ещё ни разу не хотела сделать в этом мире.

Вокализ со сложным рисунком, сначала тихо, распеваясь, а после увеличивая звучание голоса. Раскинув руки, обнаженная, свободная!

И улыбнулась блаженно, когда сильные руки обняли меня сзади: нежно, но властно прижимая к мужской груди.

Замолкла, поднимая лицо на своего мужа – его приближение я почувствовала сразу. Наверное, это обряд повлиял, но, кажется, теперь я буду чувствовать моего мага всегда.

-У тебя потрясающий голос, спой ещё, беглянка, - промурлыкал Ксандр, смешно по-кошачьи потеревшись носом о мою макушку.

А я лишь покачала головой, бессовестно млея в его объятиях.

- Знаешь, это странно, но когда я пытаюсь петь привычные песни, они звучат на моем родном языке. Так что ты не поймешь, - я даже вздохнула с сожалением.

- Ну, отчего же? – Ксандр заглянул мне в лицо и усмехнулся. – Когда-то Варн заставил меня выучить при помощи менталиста три основных земных языка. Я не спорил, хотя, если честно, в путешествие за «двери» никогда не рвался. Может, знал, что ты сама меня отыщешь, как думаешь? - спросил этот провокатор, вздернув бровь. В ответ я только фыркнула. А он, довольно перехватив меня под грудью, продолжил, - Но навык никуда не исчез. Так что не отвертишься, - и этот коварный тип ласково прикусил мое ушко, к которому склонился, а теплые ладони медленно оглаживали живот и грудь.

Ох, ну как тут сосредоточиться на вокале? Ладно, в эту игру можно играть и вдвоем...

- Ты точно хочешь услышать пение? - проворковала, слегка потеревшись бедрами. В отличие от меня, мой супруг надел штаны, правда, только их, но это не спасло его от моего маленького коварства. Отклик был моментальный и такой правильный...

- Для начала, милая, для начала, - он с низким грудным смехом, задевающим что-то шальное в душе, перехватил мою распоясавшуюся ручонку, пытающуюся на ощупь оценить масштаб, так сказать, проделанной работы. Удерживая мои запястья, Ксандр развернул меня к себе и, глядя в глаза, попросил, - Споешь? Для меня...

Я же замерла на миг, буквально загипнотизированная.

- Только для тебя, - прошептала, не отрывая взгляда.

И запела.

Птицей пойманной мысли в клетке памяти бьются. И на прошлое больно как на солнце смотреть.В зыбкой яви и снах всех честней остаютсяНеразлучные двое: вольный Ветер и Смерть.

Рассыпаются пеплом наши детские грезы. Жизнь - ребёнок, играя, разрушает мосты.Стиснув зубы, плывешь, проглотив бесполезные слезы,Будто берег далекий вмиг исполнит мечты.

Из оставшихся сил, собирая себя по крупицам, Ты ступил на песок, отряхнувшись как пëс.Оглядевшись, поймешь по кружащим над падалью птицам,Что тебя в злые земли вольный Ветер занëс.

Только сжав кулаки и лицо к небесам запрокинув, Рассмеявшись упрямо, пнув бесплодную твердь,Добредëшь до Любви, веря в данную клятву "Не сгинуть!"Даже если в попутчиках только Ветер и Смерть.*

*Стихотворение автора « Ветер и Смерть»