Глава 1

ДЖИА

— Контракт подписан? Никаких изменений? Хорошо. Напомни им, что они всего лишь ошмётки грязи под нашими ногами.

Закончив разговор, Эзио кладёт телефон на столешницу возле малахитовой пепельницы и, прикурив сигарету, как ни в чём не бывало принимается за свой томатный суп с базиликом и фокаччу.

Он слишком часто курит.

Порой мне кажется, что сигарета следует за ним как тень. И за мной.

Каждый раз, улавливая терпкий запах дыма, сердце предательски ёкает, не позволяя затянуться ранам прошлого.

Оно всё ещё помнит Его.

Но, выбросив ненужные мысли из головы, я принимаюсь за мягкое мороженое с абрикосовым пюре, которое мне подали на чёрной хромированной посуде. Отправляю воздушную массу в рот и невольно прикрываю глаза от яркого фейерверка вкуса.

Стоит признаться, я давно не получала такого удовольствия от приёма пищи.

Последние четыре месяца мой рацион питания походил на пресный постапокалиптический набор для выживания. Но, так как я перестала быть лежачим тюленем, врач разрешил постепенно вводить сладости.

И сейчас на душе так тепло, что я готова растечься восторженной лужицей.

Нежнейший молочный вкус абрикоса уносит меня в далёкое детство, и мне совсем не хочется торопиться.

— Тебе подобрали новый гардероб согласно твоим предпочтениям, — снисходительно вторгается в мои мысли пробирающий до костей голос Эзио. И былой аппетит начинает угасать.

— Спасибо, — бурчу себе под нос, сосредоточенно раскатывая ложкой остатки ярко-оранжевой массы по краям тарелки.

За столом начинает сгущаться неприятная тишина, а я отчётливо чувствую на себе взгляд Эзио. Он каждый раз застаёт меня врасплох. Не могу привыкнуть к нему. Эти глаза всегда вызывают во мне лёгкое беспокойство, но это не страх. Что-то другое.

— Почему Филиция никогда не ест с нами? — вырывается из меня из-за нарастающего вокруг напряжения. И, оторвав свой взгляд от тарелки, я перевожу его на Эзио.

Воздух мгновенно застревает где-то в горле, когда он выпускает клуб дыма, растягивая свои губы в опасной улыбке.

Я невольно пялюсь на его щеки, на которых сейчас отчётливо играют ямочки.

Ему нравилась моя смелость, а мне в свою очередь нравилось то, что он позволял мне быть свободной и хотя бы словесно выходить за грани дозволенного.

— Потому что я этого не хочу, — его длинные пальцы обхватывают высокий стакан, и Эзио, все так же удерживая меня под прицелом двух сапфиров, начинает вращать его в руке, заставляя лед стучать по стеклянным стенкам.

— Тебе не кажется, что ты чересчур строг с ней?

— Джиа. Ты будешь учить меня, как я должен обращаться со своей женой?

— Нет. — Оставляю мороженое в покое и прохожусь ладонью по атласной скатерти. — Но мне некомфортно, когда я разделяю с её мужем обед, в то время как она сидит в своей комнате.

— Не переживай. Я не морю её голодом. Ты получила мои подарки?

Резкая смена темы даёт мне понять, что разговор окончен.

— Получила.

— Хорошо. Это облегчит твоё обучение. Тебе понравилось?

— А это имеет значение?

Эзио впивается взглядом в моё лицо, отчего мне хочется сжаться в комочек, чтобы скрыться от него.

— Как успехи с изучением языка? — он откровенно игнорирует мой вопрос, окончательно отбивая у меня аппетит.

— Нормально.

— Джованна тебя похвалила. Говорит, ты быстро схватываешь.

— Психолог из неё так себе, но как преподаватель языка она прекрасна.

— Рад это слышать. — Эзио делает короткий глоток и, опустив стакан на стол, облизывает губы, вновь возвращая ко мне своё пристальное внимание. — Вечером прилетает мой брат. Хочу вас познакомить. На время он будет тебя сопровождать в качестве телохранителя.

— Это так необходимо? В доме полно охраны.

— Бдительность не помешает, — говорит он, медленно выпуская сигаретный дым. — Также он займётся твоими спортивными тренировками.

— Какой он многофункциональный.

— Встать уже наконец на ноги и перестать жалеть себя в твоих же интересах. И, чем больше ты оттягиваешь этот момент, тем хуже для тебя.

Затушив сигарету, Эзио вытирает руки накрахмаленной белоснежной салфеткой и поднимается из-за стола.

— Мой брат — бывший военный, так что деликатного разговора не жди. Он не станет церемониться. Хорошего дня, Джиа. — Пронзив меня на прощание своим строгим прищуром и коротко кивнув, он чинно засовывает руки в карманы брюк, раскрывая полы твидового пиджака, и покидает помещение. А я до последнего провожаю взглядом его спину, пока он не скрывается за дверью.