Глава 20

РАФАЭЛЬ

— А ты думал, она перед тобой сразу платье задерёт? — усмехается Гирландайо, когда мы отходим подальше от Солы.

— Уго, не выводи лучше.

— Освободи наконец свои переполненные яйца, и выводить будет нечего.

Проглатываю желание послать его на хер.

— Мне нужно найти Форкса, — не останавливаясь, достаю телефон и набираю номер Гектора.

— Нас ждут в аэропорту. Нет времени, Раф.

— Подождут, — рычу в ожидании ответа, но, кроме монотонных гудков, ничего. — Мудак не берёт трубку, — нервно убираю телефон во внутренний карман пиджака.

На ходу достаю сигарету и вставляю в зубы, едва не перегрызая фильтр. Чёртов ублюдок! Она должна уже была быть готова! Какого хрена он задумал?! Решил кинуть меня?! Сука! Внутри всё искрит от разъедающего раздражения.

Четыре месяца я подыхал. В прямом смысле этого слова. Я думал, что потерял её. Её. Девушку, ставшую смыслом моей жизни. Ежедневно винил себя в случившемся. Заливался виски, как последний алкаш, и закусывал табаком. Мне не нужна была ни месть, ни жизнь. Без неё ничего не нужно было. Но Уго держал меня на прицеле. Выдёргивал из этого болота, не обращая внимания на мои упорные попытки нырнуть обратно. Из головы не выходило её избитое безжизненное тело. И я бы всё бы отдал, чтобы оказаться на ее месте. Чтобы моя душа кричала и кровоточила от боли, а не её. Не моей беззащитной девочки, которая ни в чём не виновата.

Я знал, что убью каждого ее палача максимально медленно и болезненно, вымаливая прощения у исчезнувшей души Солы их криками о пощаде. Я освобожу себя от саморазрушения их же кровью… Но тогда все мои силы были прижаты тонной горечи от потери Солы. Они убили мой цветок. Её смерть отправила меня в другое измерение. Я видел её всюду, чувствовал запах дикого персика. Казалось, каждая молекула этого мира была наполнена ей. Она была такой реальной, но не я. Меня можнно было сравнить с призраком. И такое состояние хуже смерти.

Лишь пару недель назад я узнал, что она жива. Облегчение скрутило меня колючей проволокой и, проскользнув сквозь меня острыми шипами, позволило жить. Тогда я впервые за долгое время вдохнул свежего воздуха. Вот только моя ломка ухудшилась, когда я узнал об этой чертовой помолвке. Мне было необходимо увидеть её, но она была недосягаемой для меня. Парадокс грёбаного мира. Когда я думал, что потерял свою розу, она была жива, а сейчас, когда она совсем рядом, лишь раз прикоснувшись к ней, я словно обжёгся могильным холодом.

— Рафаэль, — голос Уго рассеивает туман моих мыслей, и я в очередной раз затягиваюсь сигаретой. — Твои желания незаконно быстро приходят в исполнение.

Я выдыхаю горечь табачного дыма и вижу, как к нам приближается…

— Гектор, мать его, — хрипло срывается с моих губ, и я шумно вбираю воздух, чтобы не всадить ему пару двоек по непроницаемой роже.

Молча обмениваемся рукопожатиями, и я кивком указываю ему отойти подальше от лишних глаз.

— Паршиво выглядишь, Росси.

Оборачиваюсь, смеривая его раздражённым взглядом. На что Гектор в насмешке вскидывает руки вверх:

— Я просто проверил, слушаешь ли ты меня.

Отворачиваюсь и, не сбавляя хода, достаю новую сигарету. Мне нужно отвлечься. Я не должен поддаваться на провокации. Сейчас всё против меня.

— Прибереги свой язык, пока он ещё на месте. Босс не любит, когда его выставляют дураком, — слышу дразнящий голос Уго, идущего вместе с Гектором позади меня.

— Ты назвал своего босса дураком?

— Раф, может, на хер уговор? Больно много пиздит паренёк.

— Заткнитесь! — цежу сквозь зубы, наконец, зайдя за угол особняка. Останавливаюсь, озираясь по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии ненужных ушей, и, прикурив сигарету, перевожу взгляд на Гектора.

— Уго, — сдавленно выдыхаю клуб дыма. — Оставь нас.

— Я начинаю ревновать, — усмехается Гирландайо, но выполняет мою просьбу.

— Ты допустил одну ошибку, — продолжая курить, я вновь ловлю взгляд Гектора. — И её достаточно, чтобы в твоей голове зияла дырка.

— Я сказал ей про флешку. Она знает про неё и в любой момент может ее забрать, — спокойно говорит Гектор, но уголки его губ предательски дёргаются вверх. Он прекрасно знает, что меня злит.

— Меня не волнует, что она знает о ней. Напомнить, какая твоя задача? Сола должна была посмотреть содержимое!

— Ещё есть время. Джиа посмотрит.

Докуриваю сигарету за три затяжки и сминаю окурок в кулаке. Не могу слышать это имя. Я похоронил его много лет назад. Уёбок. Думает, провоцировать меня сейчас — лучшая идея?

— Хочешь, чтобы ты не узнал свою рожу в зеркале? — произношу я на удивление спокойным тоном и делаю медленный шаг к нему навстречу.

— Хуже твоей вряд ли получится.

Делаю резкий выпад и хватаю его за грудки, пользуясь тем, что застал врасплох, но он быстро сбрасывает мои руки:

— Рафаэль, сомнения делают тебя слабаком, — твёрдо произносит Гектор каждое слово с насмешкой в глазах. — Возьми себя в руки. Такими темпами я трахну её быстрее тебя.

Секунда, и глаза застилает жгучая пелена ярости, запуская необратимый процесс внутри. А в следующее мгновение мой кулак глухим ударом разбивается прямо о его челюсть. Разминаю пальцы и едва сдерживаю порыв повторить, хруст его костей сейчас самая сладкая услада для моих ушей. Я знаю, что он прикасался к ней. Но также знаю, что она никогда не будет его.

Гектор не отвечает мне тем же и лишь демонстративно вытирает появившуюся из губы кровь пальцем, тут же облизывая его.

— Думаю, Джиа не откажет мне залечить мои раны поцелуем. В роли медсестры она будет еще слаще.

Прикусываю язык до металлического привкуса. Дыхание учащается от одной мысли, что их губы сливаются в грязном поцелуе. Сука!

— Дешёвая провокация, — качаю головой, сжимая пальцами свои губы после язвительной усмешки.

— Но очень эффективная, — скалится ушлёпок.

Я закипаю от гнева, едва не срываясь на крайность. Но заставляю себя промолчать и возвращаю себе самообладание. Спецназовец мне ещё нужен. Выровняю ему челюсть в другой раз. Вот только в груди по-прежнему все разрывают молнии ревности.

— Делай лишь свое дело, ты дал слово.

— Я давал обещание не тебе, Раф. Я отдаю долг Дону де Сандро. Не забыл? — интересуется он с издёвкой. — Я не давлю на неё. Джиа посмотрит флешку, когда посчитает нужным. Но тебя злит не это, а то, что она доверяет мне, но тебя и видеть не хочет. И не захочет, даже если всё узнает. Тебя не было рядом.

— Заткнись, Гектор. — Ублюдок бьёт по больному.

Правда всегда убивает. И сейчас пульс долбит по моим вискам, выбивая меня из равновесия. Потому что я начинаю вспоминать, что ей пришлось пережить. Сердцебиение ускоряется, и острый жар, разливающийся под кожей, вырывает из груди шумный вздох. Я ослабляю верхние пуговицы рубашки. Но мудак не останавливается.

— Она не может простить не ложь, а то, что ты оставил её одну. Но теперь она не одна.

Мои зубы сжимаются с противным скрежетом, только я не отвожу пристального взгляда от Гектора, убрав руки в карманы брюк. Я впитываю каждое его слово. Выжигаю их в своей памяти. И, когда придёт время, вырежу на его коже каждую грёбаную букву, которая сейчас причиняет мне боль. «Не здесь, Раф, не здесь и не сейчас», — повторяю себе словно мантру, ритмично сжимая кулаки, спрятанные в карманах.

Гектор поправляет пиджак и делает шаг вперед, склоняясь к моему уху.

— Тюрьма научила меня бороться. И я не остановлюсь, слишком глубоко мне въелась эта девчонка. А ты сейчас будешь расплачиваться за свои ошибки, — Гектор обходит меня и, не задерживаясь, удаляется, напоследок бросая мне в спину: — У всего есть своя цена. Время покажет, кто и чем расплатится.

Я поворачиваюсь, наблюдая, как исчезает между кустами фигура Форкса.

— Ты всего лишь средство для достижения цели, Гектор. — Он останавливается в последний момент, но не оборачивается. — Так что да. Время всё расставит по своим местам.

Кивнув головой, он скрывается за кустами, и, прочистив напряжённое горло, я тоже направляюсь прочь. Хочу скорее уехать отсюда. Но, поравнявшись с окнами зала, слышу звонкий голос Солы. Невольно останавливаюсь и, развернувшись в противоположную от выхода сторону, следую обратно на вечеринку. И, чем ближе, тем отчётливее я понимаю её речь, которая оттесняет гнусные слова Гектора на второй план.

— …в скором времени, в Италии, состоится свадьба, после которой мы улетаем в медовый месяц.

Замираю в дверях и опираюсь плечом о косяк, наблюдая, как искусно она сейчас прикусывает нижнюю губу. Сола изменилась. Её красота стала агрессивней. Как и она сама. Закрытое платье не позволяет насладиться нежностью её кожи. Но это только сильнее вызывает во мне голод. И я с трудом сдерживаюсь, чтобы не увести её в свой вечный плен, успокаивая себя единственной мыслью, что она сама этого захочет. Но, когда Сола опускает ладонь на свой живот, мои внутренности неприятно сводит.

— Откуда планируем вернуться уже втроём, — счастливым голосом заявляет зеленоглазая бестия и встречается со мной взглядом. Уничтожающим взглядом. Холодным и расчётливым. Словно подтверждает сказанное ранее Гектором. А после впивается в губы кучерявого парня. Племянника Баскиано. Глупая девчонка! Она даже не представляет, куда эта игра может привести её.

На моё плечо опускается тяжёлая ладонь, вынуждая меня обернуться и встретиться с ироничной гримасой Уго. Он качает головой и театрально вздыхает:

— Теперь, мой друг, мы снова в жопе.

— Прекрасное место, — отвечаю со странным облегчением. — А в твоей компании оно уже почти стало родным.