Глава 51

В реальность я возвращаюсь лишь с наступлением багрового заката. Уставшее тело пробуждается с каждым новым движением, позволяя коже вспыхивать воспоминаниями призрачных следов его рук. Из томительных потягиваний меня вырывает звук входящего сообщения. И на этом мое приятное пробуждение заканчивается.

Гектор: «Не прощаемся, солдат»

Закатив глаза, я отшвыриваю телефон в сторону и, раздраженная, присаживаюсь на кровати. Серьезно? Так он решил попрощаться со мной? Подлец.

— Проснулась? — вздрагиваю, замечая в дверях Рафаэля, опершегося плечом о косяк. — Приведи себя в порядок, мы выезжаем через час.

Я не совсем понимаю холода в его голосе, поэтому в свою защиту лишь натягиваю на себя простынь, ощущая, как по спине бегут холодные мурашки. Ничего хорошего за этой непроницаемой маской дьявола не скрывается. Лицо Рафаэля не выказывает ни единой эмоции, что делает меня еще уязвимей, в отличие от него. Собранный, в привычном ему безупречном облике: копна черных волос аккуратно убрана назад, короткая щетина, идеально сидящий костюм темно-синего цвета и в тон ему рубашка, растегнутая на пару верхних пуговиц. Сглатываю, когда замечаю, как дергается острый кадык на его крепкой шее.

— Куда?.. — единственное, что мне удается выдавить из себя, хотя самой уже хочется поежиться под прицелом его тяжелого взгляда.

— Узнаешь. Жду тебя внизу.

Не дожидаясь моего ответа, Рафаэль оставляет меня одну в полной растерянности и смятении от внезапной смены его настроения. Я проспала весь день… Что могло измениться? Господи… А что, если за это время он узнал о моем обмане?

Крамольные мысли преследовали меня весь последующий час, и вот сейчас я смотрю в зеркало на свое безмолвное отражение, поправляя волосы в низком пучке. Атласное платье-кимоно с широкими рукавами красиво струится по моей фигуре, и даже треугольный вырез на груди меня не смущает. Хотя сейчас меня не смутило бы ничего, ведь голова забита совершенно другими переживаниями. Я пыталась отвлечь себя размышлениями о том, куда же все-таки он собирается меня отвезти. Но мое предвкушение всегда омрачала всплывающая перед глазами картина отчужденного Рафаэля. Все догадки, отчего на его лице прослеживались ноты напряжения, не радовали, а когда мы сели в машину, мои опасения подтвердились.

— Джиа, я спрошу тебя один раз, — начинает он таким тоном, что я уже наперёд знаю, как все закончится. — Ты причастна к случившемуся с Салуки?

Его прямолинейность застает меня врасплох, и он явно пользуется этим. Однако я и сама не рискую соврать… вот только гребаный язык бежит впереди мозга.

— Не понимаю, о чем ты.

Раф нервно выпячивает нижнюю губу и ударяет по ней языком, после чего молча достаёт из внутреннего кармана пиджака кулон. Тот самый, что подарил мне Гектор.

В таком кипише я даже не заметила, что обронила его…

— Эту вещь я видел прошлым вечером в твоих руках. Я не буду выяснять подробности, но предупрежу в первый и последний раз. Больше так не делай. Не лги мне, Джиа. Эти вопросы должен решать я. Ты хоть понимаешь, какой опасности себя подвергла?

После сказанного он открывает окно и, не раздумывая, выбрасывает кулон, возвращая пристальный взгляд на дорогу. Вижу, с какой силой он сжимает руль. Злится. Боюсь даже представить, насколько сложно ему сдерживать себя.

Закусываю губу от чувства вины перед ним, но я все равно не жалею о своем поступке. Если бы мне снова предоставилась такая возможность, я проделала бы этот путь заново. Салуки должна была отправиться в ад, где ей и место.

— Что теперь будет? — аккуратно завожу тему, которую предпочла бы не трогать сейчас. Но, раз все карты раскрыты, можно не бояться оступиться.

— Теперь ни у кого не остается другого выбора, кроме как заткнуться и поддержать тебя. Моргана мертва, а ты единственная наследница, заявившая свои права. Уго завершил все формальные моменты. Через неделю ты пройдешь обряд посвящения.

— Звучит интригующе. Надеюсь, обойдемся без жертвоприношения? — отшучиваюсь и избавляюсь от ремня безопасности, когда Рафаэль паркует машину.

— Небольшой порез и капля твоей крови.

— Боже… и всего-то? — нервно хихикнув, я распахиваю дверцу, ворча себе под нос. — Средневековье какое-то… Куда ты меня привез? — резко меняю тему, замерев на полушаге, когда передо мной раскидывается завораживающая картина. Я с неприкрытым изумлением обвожу глазами красивую местность в горах, замечая небольшой домик на утесе.

— В этом ресторане любил бывать твой отец. Природа, уединение и грузинская кухня, — Рафаэль подает мне руку, помогая выбраться из салона. А я испытываю первую каплю облечения, уловив в его голосе любимую мной теплоту.

— Грузинская? — в неверии вскидываю брови и беру его под руку, прежде чем мы направляемся вглубь зеленой аллеи.

— Ты не разделяешь любви к их кухне?

— Если честно, я не очень хорошо с ней знакома.

— Я тоже. Но их блюда хвалят не меньше итальянских.

— Думаю, будет вкусно, — я посылаю ему легкую улыбку и крепче сжимаю за руку, вновь наслаждаясь томящимися всполохами внизу живота, напоминающими мне о сегодняшнем утре. Каждый шаг делает их только ярче, и игнорировать нет ни сил, ни желания. Он любил меня, любил как никогда. Переживания, возникшие от разговора в машине, забываются сами по себе, позволяя непередаваемой атмосфере Грузии захлестнуть меня с головой. Здание в стиле христианской базилики, с вертикальным озеленением фасада. Виноградные лозы, оплетающие кованый забор и арку. Солнечные пятачки, на которых греются разномастные коты… Хотя все же, в каждом штрихе можно найти и сходство с теплой Италией.

Мы не успеваем переступить порог ресторана, как перед нами появляется зрелый мужчина с густыми усами и доброжелательной улыбкой на холеном лице.

— Синьора де Сандро, для меня большая честь видеть вас в своем маленьком доме. Мой ресторан полностью в вашем распоряжении, — в его голосе играет явный акцент, но это лишь делает образ мужчины ярче.

— Благодарю вас, — одобрительно киваю я, когда хозяин заведения с почтением пропускает нас вперед.

— Синьор Росси, — мужчины обмениваются теплыми рукопожатиями, после чего Рафаэль притягивает меня ближе к себе и задает нужное направление. Наконец-то. В груди мягкими волнами разливается так необходимое мне успокоение.

— Вы хорошо знакомы? — шепчу ему на ушко, перед тем как мы скрываемся за углом и выходим на открытую террасу.

— Достаточно, — лаконично отвечает он, отодвигая для меня стул. — Можешь заказать все на свой вкус, я скоро подойду. Нужно поздороваться с хозяевами.

— Ого, так просто предоставляешь мне выбор? — бросаю на него хитрый прищур, тут же ощущая на подбородке прикосновение его требовательных пальцев, а после горячее дыхание Росси опаляет мои губы.

— Почему бы и нет. Ты моя жена. Да и после сегодняшнего секса не думаю, что ты захочешь меня отравить. — Раф запечатывает мне рот собственническим поцелуем, выбивая из головы все связные мысли, прежде чем оставляет меня наедине со сбитым дыханием.

Дьявол!

Делаю глубокий вздох и устраиваюсь поудобней. Вот только заглянув в меню, практически сразу понимаю, что меня ждет провал. Да и разбираться в непростых названиях я не осмеливаюсь. Поэтому решаю воспользоваться помощью официанта, и уже через несколько минут стол буквально ломится от еды. Рафаэль не заставляет меня долго ждать, что также радует.

Приступив к трапезе, я даже и не подозревала о том, насколько была голодна. А тем более предположить о том, что в меня может столько влезть: сочный хачапури, бадриджани с сыром, гранатом и грецким орехом, ароматная долма, и вишенкой в моем пищевом турне стало мцвади со сливочным соусом ткемали.

Рафаэль же обошелся хинкали и минеральной водой.

Закончив с едой, он подает знак рукой, и официанты приносят на десерт надуги с красным вином в большом глиняном кувшине. Атмосферно.

Подняв наполненный бокал, я салютую своему мужу и, удовлетворенная, откидываюсь на спинку кресла, устремляя взгляд на горы, что укутаны вечерним покрывалом тумана.

Я хочу, чтобы каждый вечер был таким. Неважно где. Главное, с ним.

Буквально физически ощущаю на себе взгляд Рафаэля и поворачиваюсь в его сторону, наслаждаясь мрачным мужским обликом в свете уличных огней.

— Что? — игриво пожимаю плечами и делаю глоток.

— Ничего. Мне нравится твой аппетит.

— Ну-у… с учетом того, как питалась в последнее время, сегодня я имею полное право разорить твой кошелек.

На лице Рафаэля появляется томная улыбка. О, да, я определенно почесала его мужское самолюбие.

— Иди ко мне, — он протягивает свою руку, ожидающе впившись в меня искрящими опалами.

— Ты для этого арендовал весь ресторан? — суживаю глаза, устремляя на него скептический взгляд.

— Думаешь, мне бы помешали люди?

Я было хотела уже огрызнуться на его самоуверенность, как Рафаэль ловким движением пересаживает меня к себе на колени.

Без лишних слов он берет в свои руки мою ладонь, но, когда пальца касается что-то прохладное, я вздрагиваю, позволяя волнительным ноткам заиграть в груди. Не поднимая на меня глаз, Рафаэль лукаво ухмыляется жесткими губами, явно почувствовав мое напряжение, но не останавливается и надевает мне на палец кольцо, на котором красуется бриллиант малахитового цвета минимум в десять карат. Ненормальный…

— Оно прекрасно… — растерянно вырывается из меня.

— Это мелочь по сравнению с красотой твоих глаз, — он подносит мою руку к губам и целует кончик окольцованного пальца, выбивая из легких весь кислород.

Такой незначительный жест, но мой взгляд уже застилает пеленой слез. Нет. Мне все это снится…

Пользуясь минутной заминкой, Рафаэль аккуратным движением сдвигает платье в сторону, освобождая мою грудь на прохладу вечернего воздуха. С губ срывается глухое аханье. Ну вот, а я уж думала, его подменили. Шумный вздох предает меня, когда Рафаэль зажимает сосок между двух пальцев и оттягивает.

— Ты слишком хороша для меня, — произносит он таким тоном, что волна удовольствия в тот же миг ударяет в самый низ живота. Не оставляя мне возможности осмотреться по сторонам, Рафаэль втягивает ареолу в самое пекло. Твою мать! Влажный язык неумолимо кружит вокруг напряженного соска, вынуждая грудь буквально изнывать от жажды, чтобы ее сжали. Но он нежен. Несмотря на требовательные губы и неумолимые ласки, Рафаэль нежен.

Как ему это удаётся?

Внезапно наши взгляды сталкиваются, вынуждая внутренности стянуться в тугой ком и кануть вниз. В его тёмных глазах плещется адская похоть. Он вечно голоден мной, и это взаимно. Сильные руки Рафаэля пробираются под платье, и внезапно он замирает. Его брови удивлённо ползут вверх, и я повторяю за ним, удовлетворённая такой реакцией. Я не надела трусиков.

— Я тоже подготовилась.

Рафаэль ничего не отвечает, лишь сильнее вонзается пальцами в мою плоть.

— Но если нас застукают…

Он не даёт мне договорить, притянув за затылок, и тут же завладевает моими губами в жестком поцелуе.

— Не переживай, — выдыхает он мне в рот. — Если кто-то увидит, лишится глаз.

И мы позволяем похоти вновь затуманить наши разумы и поработить в единном удовольствии, сплетенном между двумя телами…

***

На обратном пути домой в машине нас окутывает густой тишиной. Но это приятная тишина, которая позволяет сполна насладиться сегодняшним днем. Насладиться нам обоим. Днем, который можно отнести к самому лучшему в моей жизни… Я поворачиваюсь в сторону мужа и просто наслаждаюсь столь редким моментом благоухающего спокойствия.

— Все в порядке? — он подносит тыльную сторону моей ладони к губам, одаривая легким поцелуем.

Киваю, чувствуя, как уголки губ дергаются в довольной улыбке.

— Просто мне показалось, что сегодня мы занимались любовью.

Рафаэль усмехается и кладет руку мне на коленку, нежно поглаживая меня пальцами сквозь атласную ткань платья.

— Возможно, так и было…

Наш разговор обрывает телефонный звонок, и Рафаэль неохотно лишает меня теплых прикосновений.

— Да, Уго… Блядь, — его голос мгновенно наполняется холодной сталью, что заставляет и меня прийти в напряжение. — Уверен? Это точная информация? Живучая блядина. Жди меня. Я скоро буду. Отправь Балдо в гавань, я везу туда Джи.

— Сука! — буркнув себе под нос, он швыряет телефон на приборную панель, тут же вдавливая педаль газа в пол.

— Что случилось?

Я совершенно не хочу этого знать. Не хочу терять наш вечер.

Рафаэль уже собирается ответить, но внезапно наше внимание привлекают светящиеся фары в зеркале заднего вида.

— Пристегнись, — рычит он, оглядываясь назад.

От ударившей в голову паники дышать становится сложно, но я выполняю его указание и натягиваю ремень безопасности.

— Джиа, послушай меня…

Но договорить Рафаэль не успевает.

Оглушающий грохот выбивает меня из спокойного кокона, а после я чувствую, как машина останавливается от жесткого столкновения с чем-то, и болезненно ударяюсь о стекло. По виску стекает что-то теплое. Я пытаюсь поднять голову, только она словно завалена грудой камней. Принимаю попытку выбраться из-под подушек безопасности, но тело буквально сковано острой болью, даже вздох полосует меня подобно огненному хлысту.

— Раф… Рафаэль… — язык отказывается меня слушаться.

Я поворачиваюсь в его сторону, и копье ужаса пронзает мое горло. Его голова лежит на руле полностью залитая кровью… У него не сработала подушка безопасности! Слезы мгновенно затапливают мой взгляд.

Внезапно дверца с моей стороны распахивается, и чьи-то руки буквально выволакивают меня на землю, как мешок с мусором…

— Аккуратно! — рявкает грубый мужской голос, а после волосы попадают в жесткую хватку, и к моему носу прикладывают тряпку с резким запахом. И мне хватает пары секунд, чтобы потеряться во тьме…