Глава 6

Сидя в самолёте, я не могла выкинуть из головы статью о Рафаэле. Испытала ли я удовлетворение, которое, по сути, должна была? Нет. Нет, чёрт подери. Я испытала то, что казалось мне уже невозможным. Боль. Очень сложно ненавидеть того, кто впитался в каждую клеточку организма, как опасный вирус. От которого нет лекарства. И сейчас я это отчётливо осознаю.

Четыре месяца я не слышала о нём. И тем более не видела. И ненавидеть было так просто.

А сейчас я узнаю, что моё прошлое мертво. Нет. Слишком просто для этого дьявола… Он обязан был выжить. Потому что единственной, кто отправит его в ад, буду я. Туда, где ему и место. Это и будет моим лекарством от этой грёбаной пандемии.

Я чувствую, что меня вновь затягивает в глубины грязной лжи подобно липким щупальцам осьминога, но у них не получится поиграть со мной, ведь больше я никому не верю.

— Ты знал Рафаэля Росси? — требовательно вырывается из меня, и взгляд Гектора концентрируется на моём лице. — Зачем ты дал мне эту газету?

— Тебе нужно позавтракать, — строго произносит он, игнорируя мои вопросы.

— Я не хочу и не буду есть, пока ты не ответишь! — едва не рычу на него, придя в ярость от знакомого мне ощущения беспомощности. Я устала от всех этих секретов, намёков и недоговорённостей. Немного помедлив, добавляю: — Прошу, дай мне ответы на мои вопросы.

Гектор плотно сжимает губы и подаётся вперед, облокачиваясь руками о столешницу.

— Детка. Давай ты не будешь трахать мне мозги.

— Детка? — прыскаю я от смеха, впиваясь в него недовольным взглядом.

Он снова демонстрирует своё раздражение, нервно поведя плечами.

— Послушай… Если ты не будешь создавать сложности, получишь поощрение.

— Я не собака.

— Но ведёшь себя как самка собаки.

Мои глаза заметно округляются, и я чувствую, как уголки моих губ нервно подрагивают. Но, не обращая внимания на моё ошарашенное состояние, Гектор достаёт что-то из кармана, и спустя секунду я понимаю, что это флешка.

— Здесь, — он демонстрирует мне зажатый между пальцев небольшой металлический корпус устройства, — находится очень важная для тебя информация. Как и ответы на многие интересующие тебя вопросы. — Внезапно он прячет от моих загоревшихся глаз флешку в кулаке. — Но всё это нужно заслужить. Я знаю, ты будешь послушной девочкой. С такими, как ты, это всегда работает.

— С такими, как я?

— Именно. Тобой движет любопытство.

Я невольно усмехаюсь, потому что мне действительно любопытно, что на этой долбаной флешке.

— Ты коварный подонок!

— Я всего лишь выполняю свою работу. Не более. И первая моя обязанность — следить за твоей физической подготовкой. А завтрак — ее неотъемлемая часть.

Вздохнув, я беру в руки приборы и устраиваюсь поудобнее. Аппетита у меня и правда нет, но терять только недавно появившуюся силу я не хочу. Да и не в моих это интересах. Поэтому, через своё нежелание, заталкиваю в себя ложку злаковой каши с орехами и мёдом. Только больше трёх ложек я не осиливаю и отодвигаю от себя тарелку, замечая укоризненный взгляд Гектора, но ожидаемого нравоучения не получаю.

С нескрываемым облегчением, я беру стакан свежевыжатого сока и, откинувшись на спинку кресла, начинаю потягивать его из трубочки.

— Вы не похожи. С Эзио, — подмечаю я, рассматривая Гектора украдкой.

Мне нужно хоть чем-то заполнить тишину. Иначе я снова угожу в водоворот страдальческих мыслей.

— А должны? — с насмешкой подмечает он, переводя на меня свой внимательный взгляд.

— Не знаю, — равнодушно пожимаю плечами. — Но вы же братья.

— Сводные. Я всего лишь бастард.

— Вот как… — задумчиво выпячиваю нижнюю губу. — Мама или папа?

— Отец, — сухо изрекает Гектор и, сложив пальцы рук в замок, продолжает: — Он изнасиловал мою мать, и она забеременела. А когда я родился, Торричели-старший забрал меня к себе, а ее убрал.

— Господи… — от услышанного я прикрываю глаза и нервно сглатываю.

— В нашем мире нет простых судеб. Так что радуйся, что живая.

Отрицательно мотаю головой и открываю глаза:

— В вашем мире нет места для счастья.

Не желая больше вести диалог, я поднимаюсь и, оставив недопитый стакан сока на столе, молча покидаю обеденную зону.

Изнутри, конечно, самолет здесь мало что напоминает. Салон больше похож на номер-люкс в пятизвездочном отеле. Современный классический интерьер, выполненный в светлых тонах, с белой кожаной мебелью и акцентами в теплом персиковом цвете. Такая уютная и невинная атмосфера, абсолютная противоположность этому миру…

По сути, я не должна была как-то реагировать на рассказ Гектора и тем более уходить. Мне следовало добиться от него ответов на свои вопросы. Но мне было сложно оставаться равнодушной, осознавая то, через что прошла его мать… Мне не по себе даже думать об этом.

Боже, какая мне вообще разница?! Ведь он мне никто, и его матери я не знала. Вот только жизненная история Гектора стала лишь очередным доказательством того, насколько мужчины жестокие существа.

Под гнетущие мысли я захожу в первую попавшуюся спальню в надежде отдохнуть от неприятного разговора с Гектором. С усталым вздохом опускаюсь в мягкое кресло и устраиваюсь в нём поудобнее…

— Займи себе другую комнату, — из глубины спальни доносится голос, наполненный металлическими нотками.

И, обведя помещение сканирующим взглядом, я замечаю сидящую в противоположном конце комнаты Филицию. Да уж… час от часу не легче. Но уходить я не собираюсь. Не добилась разговора с Гектором? Значит, выведаю информацию у нее.