Глава 5

Рэйчел не дрогнула. Не отступила. Не отвела взгляд.

И вдруг один из парней, тот, что был ближе, ощутил, как воздух вокруг словно стал тяжелее. Он моргнул, а в следующий миг всё его тело пронзила боль.

Рука Рэйчел метнулась, как у хищника, бьющего без промаха. В одно плавное движение она вывернула ему запястье, заставив хрустнуть сустав, и одновременно шагнула вперёд, врезаясь локтем в его грудную клетку.

Парень захрипел, падая на колени, но прежде, чем второй успел осознать происходящее, он почувствовал резкий рывок — и вот уже его лицо оказалось прижато к зеркалу.

— Ты… — он хотел выкрикнуть угрозу, но пальцы Рэйчел сжали его горло, лишая кислорода.

Она не убивала. Она даже не била по-настоящему. Но в её глазах не было ни злости, ни удовольствия. Только безразличие. Она сдавила пальцы чуть сильнее, отчего парень взвыл.

Она ещё немного подержала его, затем внезапно отпустила. Парень, пошатнувшись, закашлялся, а его друг корчился на полу, держась за изуродованную кисть. Рэйчел спокойно поправила манжет рубашки, бросила быстрый взгляд на девушку, что всё ещё дрожала у стены, и без единого слова вышла из туалета.

За её спиной остались только паника, страх и разлетающиеся вдребезги иллюзии о том, что кто-то здесь был сильнее её.

Рэйчел задержалась в коридоре, словно размышляя, что делать дальше. Воспоминания о случившемся в туалете не оставили в ней никаких эмоций — всё прошло так, как и должно было. Она сделала выбор, и теперь эта страница была перевёрнута.

Через минуту она направилась в библиотеку.

В помещении стояла тишина, нарушаемая только шорохом переворачиваемых страниц и мягким скрипом карандашей по бумаге. Рэйчел скользнула между стеллажами, пробегая взглядом корешки книг. Наконец, её пальцы остановились на одном из томов — «История Инквизиции. Том III. Подъём и расцвет».

Она вытащила книгу, взвесила в руке, а затем уверенно направилась к библиотекарю. Оформляя книгу на своё имя, она заметила, как пожилой мужчина покосился на неё, явно узнав фамилию, но промолчал.

Книга оказалась тяжёлой, но Рэйчел это не волновало. Она спокойно вышла из библиотеки и направилась в столовую.

Здесь было шумно. Студенты переговаривались, смеялись, кто-то горячо обсуждал прошедшие занятия.

Рэйчел подошла к раздаточной линии, взяла поднос и выложила на него котлету, картофельное пюре и стакан компота. Её не привлекали изысканные блюда, которыми здесь явно не скупились угощать студентов — еда должна была выполнять свою функцию и давать энергию.

Окинув взглядом зал, она заметила, что все столики были заняты. Некоторые студенты с нескрываемым презрением смотрели в её сторону, но она это проигнорировала.

И вдруг, издалека, с дальнего столика, ей помахали рукой.

Та самая девушка.

Рэйчел замерла, оценивая ситуацию. Девушка выглядела всё ещё немного напуганной, но теперь в её глазах было что-то ещё — благодарность, смешанная с робким интересом.

Рэйчел задержалась на секунду, потом без лишних раздумий направилась к ней. Блэкроут молча опустила поднос на стол и села, скользнув взглядом по своим новым «соседям».

Девушка, представившаяся Милой, действительно соответствовала своему имени — светловолосая, с мягкими чертами лица, она улыбалась тепло, но немного неуверенно. Глаза её все ещё выдавали остатки пережитого страха, но голос звучал бодро, будто она сама себя подбадривала.

— Спасибо за помощь, — сказала она чуть тише, словно боялась, что их разговор кто-то подслушает. — Эти ублюдки… Я не знаю, что бы я делала, если бы ты не пришла.

Рэйчел ничего не ответила, просто подняла стакан компота и сделала небольшой глоток.

— Это мой младший брат, — продолжила Мила, кивая на парня рядом. — Зейн.

Юноша выглядел моложе сестры, но имел схожие черты: те же светлые волосы, только короче подстриженные, такие же карие глаза, но взгляд был более серьёзным, цепким. Он внимательно разглядывал Рэйчел, будто пытался её раскусить.

— Ты та самая Блэкроут, да? — спросил он неожиданно.

Мила одёрнула его за рукав.

— Зейн!

Но Рэйчел никак не отреагировала. Она продолжала есть, не поднимая глаз.

— Все говорят, что ты монстр, — не унимался парень, явно не из тех, кто боится задавать неудобные вопросы. — Но ты ведь спасла Милу.

Рэйчел проглотила кусок котлеты и только после этого посмотрела на Зейна, будто говорила: «И что?». Зейн хмыкнул, словно признавая её невозмутимость, и больше ничего не сказал. Зато Мила оказалась другой. Она, кажется, решила взять на себя роль говорливой стороны.

— Знаешь, Рэйчел, я думаю, что все эти слухи — глупости. Люди любят бояться того, чего не понимают. Ты просто… ты другая, но это не делает тебя плохой.

Рэйчел снова ничего не сказала.

Она была не глупа. Знала, что такие, как Мила, редкость — слишком наивны, слишком добры. Чаще всего их используют и выбрасывают.

Но почему-то, глядя на Милу, она не почувствовала раздражения. Лишь слабое, почти незаметное удивление.

Рэйчел спокойно доела последний кусок котлеты и поставила вилку на поднос.

— Я была бы не против дружить с тобой, — с улыбкой сказала Мила, но едва договорила, как вдруг осеклась, заметив надвигающихся парней.

Пятеро человек.

Трое тех, кто несколько минут назад пытались ей преградить путь из аудитории, и двое других — мерзкие ублюдки, которых Рэйчел застала в туалете, когда они пытались совершить насилие над Милой.

Все пятеро двигались с ленивой самоуверенностью, словно весь мир принадлежал им.

Мила вздрогнула и рефлекторно втянула голову в плечи. Зейн нахмурился, но тоже выглядел напряжённым — он понимал, что у них нет ни малейшего шанса против этих парней.

Золотая молодежь.

Они не носили стандартную форму, как все остальные. Их одежда, хоть и соответствовала требованиям колледжа, явно стоила баснословных денег — дорогие ткани, кожаные ремни, украшенные серебром запонки. Они не боялись последствий, потому что последствия их не касались.

Первым вперёд выступил высокий брюнет с холодными серыми глазами. Он был одним из тех, кто не выпускал Рэйчел из аудитории.

— Ну-ну, посмотрите-ка, — протянул он, скрестив руки на груди. — Блэкроут не только срывает занятия, но ещё и набирает себе друзей.

— Героически спасает бесполезных девиц, — добавил другой, один из насильников, с издевательской усмешкой.

— Выбери себе кого-то достойного, Блэкроут, — лениво сказал третий. — Например, нас.

Все пятеро рассмеялись. Зейн сжал кулаки, но Мила едва слышно прошептала:

— Не надо…

Рэйчел тем временем оставалась невозмутимой. Она молча смотрела на парней, не подавая ни единой эмоции.

Она прекрасно знала таких, как они.

И знала, как с ними поступать.