Глава 74

Рэйчел сидела в своей комнате, лениво перебирая файлы в планшете, когда раздался негромкий сигнал входящего сообщения. Она мельком взглянула на экран. Тэрн.

«Готово. Держи премьеру.»

В сообщении было прикреплено видео — тот самый клип, в котором она снялась. Рэя усмехнулась, быстро открыла файл и, не раздумывая, встала. Было бы странно смотреть это одной.

Выйдя в гостиную, она застала Алекса за столом — он сидел с ноутбуком, сосредоточенно вчитываясь в какие-то документы, время от времени помечая что-то в файлах. Рэя подошла ближе, заглядывая через плечо.

— Опять тонешь в бумагах?

Алекс усмехнулся, не отрывая взгляда от экрана.

— Само собой. Кто-то же должен следить за порядком.

— Тогда предлагаю немного отвлечься. — Она подняла планшет, демонстрируя загруженный ролик. — Давай посмотрим вместе?

Алекс тут же поднял на неё глаза и, заметив её оживлённое выражение, кивнул:

— С удовольствием.

Рэйчел удовлетворённо улыбнулась, плюхнулась на диван, поджав под себя ноги. Алекс сел рядом, закинув одну руку на спинку дивана, позволяя ей устроиться поудобнее.

Пальцы девушки быстро пролистали меню, и через пару секунд на экране ожила картинка — первые кадры клипа. Рэя затаила дыхание, а Алекс слегка наклонился вперёд, погружаясь в просмотр.

Песня была лиричной — нежные, но полные боли ноты заполняли гостиную. Голос вокалиста проникал в самое сердце, да и поётся было о любви, о попытках понять мысли другого человека и неизбежной пропасти между ними.

Скар сидел молча, погружаясь в видеоряд. Съёмка была выполнена безупречно — красивые планы, плавные переходы, игра теней и света, подчёркивающая настроение. Но каждый раз, когда на экране появлялась Рэя, его сердце замирало.

Она будто жила в этом клипе, её задумчивый взгляд, лёгкие движения, молчаливые эмоции, читаемые в каждой детали. Сидящая на краю крыши, ветер теребит её волосы, она смотрит вдаль, но будто ничего не видит. Одна.

В следующем кадре — лёгкая улыбка, едва заметная, как тень. Потом — она идёт по вечернему городу, не замечая толпы, словно в своём мире.

Алекс невольно постучал пальцем по плечу Рэйчел, которая прижалась к нему.

Это не просто роль. Это она. Настоящая.

Он поймал себя на том, что не слушает слова песни — он смотрит только на неё. И в этом образе, в этом задумчивом лиричном герое, который молча несёт в себе все чувства, он видел ту Рэйчел, которую привык любить.

Клип закончился, экран на мгновение погас, и в комнате повисла тишина.

Рэйчел чуть склонила голову набок и вопросительно посмотрела на Алекса. Он, не отрывая взгляда от её лица, наконец произнёс:

— Получилось очень хорошо. Из тебя бы вышла отличная актриса.

Девушка уже открыла рот, чтобы фыркнуть и отмахнуться, но, поймав его серьёзный взгляд, передумала. Он не шутил. Он действительно так думал.

Её губы дрогнули, и прежде чем он успел сказать ещё что-то, она подалась вперёд, нежно, очень нежно целуя его. Это не был страстный, требовательный поцелуй — в нём не было ни игры, ни вызова. Только мягкость, тепло, ощущение чего-то родного.

Алекс медленно поднял руку, пальцы осторожно скользнули по её щеке, зарылись в волосы. Он чувствовал, как она дышит, как её губы на мгновение дрогнули.

Она здесь. С ним.

Он её любит.

Алекс и не сомневался — Рэйчел тоже его любила. Пусть немного странно, сдержанно, может, даже не осознавала этого до конца, но любила. Он чувствовал это в её прикосновениях, в том, как она замедляла дыхание, стоило ему оказаться рядом, в том, как задерживала на нем взгляд чуть дольше, чем на ком-либо другом.

Он целовал её нежно, но чувственно, с ленивой, уверенной медлительностью, словно у них впереди целая вечность. Тёплые пальцы ласково скользнули по её щеке, ушли в волосы, словно закрепляя этот момент, этот миг, когда весь мир за пределами их маленькой гостиной перестал существовать.

И в этот момент Алекс знал — ради неё он готов разрушить этот мир. Сжечь до основания, стереть в пыль. Чтобы построить новый, дивный, такой, где Рэйчел больше не нужно будет бороться за место под солнцем. Где ей не нужно будет выбирать между долгом и собственной жизнью.

Где она могла бы просто быть. С ним.

Рэйчел тихо вздохнула, отстраняясь и негромко сказала:

— Иногда мне кажется, будто я пытаюсь пустоту внутри себя закрыть в твоих объятиях.

Алекс мягко провел пальцами по её щеке, следя за тем, как её взгляд слегка дрогнул, как ресницы едва заметно вздрогнули, выдавая бурю эмоций, спрятанную за внешним спокойствием. Он знал, что внутри неё слишком много вопросов, на которые она боялась искать ответы.

— Получается? — его голос прозвучал мягко, но с легкой насмешкой. — Подхожу на роль пластыря?

Рэйчел не ответила сразу. Её взгляд скользнул по его лицу, изучая, запоминая черты, словно пытаясь понять, насколько он реален, насколько он здесь. Потом она слегка сжала губы, будто взвешивая слова, которые не спешили ложиться в правильный порядок.

— Я боюсь того, что чувствую, — её голос был чуть тише обычного, и в этой тишине таилась уязвимость, которой она сама не желала признавать. — Потому что не могу этого объяснить.

Алекс не удивился. Он видел, как она жила — держа мир на расстоянии, полагаясь лишь на себя, никогда не позволяя эмоциям брать верх. И всё же сейчас, здесь, в полутемной комнате, с его теплом рядом, она позволяла себе быть честной.

Он провел ладонью по её щеке, чуть склонив голову ближе, вбирая её дыхание, ощущая тепло её кожи.

— Не обязательно объяснять, — тихо сказал он. — Иногда достаточно просто чувствовать.

Рэйчел чуть прикусила губу, отвела взгляд. В этом движении читалась борьба — между страхом и доверием, между привычкой закрываться и желанием остаться в этом моменте.

Алекс наблюдал за ней, понимая, что не будет давить, не будет торопить её. Он знал: если что-то и имеет значение, так это время. И он был готов ждать.