Глава 20

Суворов заявился домой гораздо раньше обещанного “буду поздно”. Мы как раз в очередной раз вылезли из воды и потягивая холодный чай из коктейльных стаканов читаем комментарии под фото с нашим весельем. Аслан, кажется, даже собрался переписать имена всех трех дам, прельстившихся его голым торсом чтобы впоследствии написать им со своего аккаунта.

Я первой замечаю Суворова. Пиджак, в котором он покидал особняк утром, отсутствует. Верхние пуговицы рубашки расстегнуты. Паршивец определенно шлялся по бабам. Зуб даю. Хотя… Выглядит он не особо довольным, скорее даже злым. То ли дама попалась несговорчивая, то ли еще что не срослось, но судя по угрюмому выражению лица, вряд ли Роману Дмитриевичу сегодня что-то перепало.

Навис над нами, дышит как паровоз, ноздри раздувает и в целом взирает на нас без особой любви. Ох, неужели сейчас начнет возмущаться, что мы своим мокрым задом ему драгоценные шезлонги намочили?

При виде босса Аслан сразу отстраняется от моего плеча, а я чувствуя на себе пристальный взгляд Суворова борюсь с желанием накинуть на тело халат или закутаться в полотенце.

Странное дело, еще несколько минут назад я абсолютно не смущалась того, что сижу тут в нижнем белье, даже фото в интернет выложила. А сейчас, в присутствии бизнесмена, я как всегда тушуюсь. Может, потому что взгляд у него оценивающий? Даже губы поджал от недовольства, гад. Голубые глаза скользят по моей фигуре, дольше положенного задерживаясь на груди. Как пить дать сейчас выскажется о плохих манерах и о том, что негоже расхаживать в обществе в нижнем белье. Но вместо этого он переводит грозный взгляд на своего друга и раздраженно интересуется:

– Развлекаетесь? Я думал, что твоя задача найти грабителя, а не помочь еще кому-то ограбить меня. Вы здесь, дверь в дом нараспашку. Заходи кто хочешь, бери что хочешь…

– Да ладно, босс, никто бы не посмел сюда сунуться.

– В ресторан тоже не должны были посметь, – резонно замечает он. – Но тем не менее, кто-то проник в мой собственный кабинет и украл флешку!

Да, насчет баб я точно погорячилась. Хотя, если его очередная пассия похожа на Марьяну, то ничего удивительного что после встречи с ней у него плохое настроение. Мужчины еще какое-то время препираются, а я пользуясь случаем, что в кои-то веки гнев Суворова направлен не на меня, соскальзываю с шезлонга и иду переодеваться. В том, что они увлечены разговором сомнений у меня нет, я отчетливо слышу их голоса… вот только тогда почему моя кожа горит будто кто-то прожигает ее своим настойчивым взглядом?

Добравшись до своей комнаты я скидываю мокрый (не) купальник и встаю под горячий душ. Понимаю, что логики в этом мало, раз сама недавно изнывала от жары, но ничего не могу с собой поделать, комфортная температура для меня – кипяток. В процессе я, разумеется, абсолютно не думаю о бизнесмене и о том чем он там занимался или не занимался этим вечером. Разве что совсем чуть-чуть.

В общем, когда я распаренная словно рак после долгой варки захожу в комнату, с губ срывается крик. Хорошо крик, а не полотенце. Если бы сорвалось оно, было бы хуже, гораздо хуже.

Потому что на моей кровати восседает бизнесмен. Ну ладно, фактически это, конечно, его кровать, раз уж дом его, но поскольку временно это моя комната, то и кровать тоже моя. А значит бизнесмену на ней не место. Пусть на своем траходроме сидит.

– Что вы здесь делаете? – злобно шиплю на него вцепившись в узел полотенца на груди.

Бизнесмен почему-то не сразу отвечает, будто не ожидал меня здесь увидеть. Может, реально комнатой ошибся? У него их вон сколько, запамятовал какую из них мне выделил. Вот и таращится теперь, осматривая меня с ног до головы, будто не может понять кто это вторгся в его владения. Я, конечно, понимаю, что с красным цветом кожи я сейчас больше похожа на инопланетянина чем на себя, но пялиться все-таки невежливо.

Наконец, он громко сглатывает и говорит:

– Собирайтесь. Сегодня в Ригальди мероприятие, или как принято говорить в ваших кругах, тусовка.

В моих кругах? Он бы еще на дискотеку меня пригласил, сноб такой. Тусовки уже давно отжили свое, сейчас модно говорить “ивент”, но бизнесмену я об этом, конечно, не сообщаю. В его возрасте уже поздно учить новые слова.

– Не поздновато ли для мероприятий? – Осматриваю комнату в поисках часов, хоть и знаю, что их нет, но в любом случае – темень за окном явный показатель того, что собираться на вечеринку надо было раньше.

– Детское время, – отмахивается Суворов. – Скатаемся туда и обратно, успеете вернуться чтобы запилить пару историй с пожеланиями спокойной ночи для подписчиков.

– Похвальная забота о моих подписчиках, – цежу я, – но я все-таки не понимаю на кой черт нам куда-то переться на ночь глядя.

Бизнесмен в очередной раз закатывает глаза и с видом мученика изрекает:

– Целый день я думал о том почему вдруг грабитель так испугался вашего портрета. Если бы это был обычный исполнитель, им с заказчиком было бы не о чем беспокоиться. Даже если бы вы когда-то случайно узнали его в толпе на городской набережной, надо еще умудриться связать его с хозяином. Это было бы довольно сложно, особенно если учесть как полиция отнеслась к фотороботу. Но он испугался… значит он не просто случайный исполнитель. Это или кто-то близкий к заказчику, возможно кто-то из охраны, либо… исполнитель и заказчик это одно лицо. И он явно находится в моем окружении. На сегодняшнем мероприятие будет вся элита города, все заинтересованные лица, так сказать. И есть шанс, что вы узнаете там грабителя.

– Но зачем вам я? Портрет у вас есть, вот и идите сами на эту вечеринку. А я, пожалуй, посплю.

– Я там был, – нехотя признается бизнесмен. – Высоких брюнетов и даже лысых там было предостаточно, но никого похожего на фоторобот я не встретил… может вживую вы его узнаете? Все-таки портрет не идеален, вы же что-то говорили про то что не уверены насчет его скул.

Я вновь подозрительно щурюсь. Ничего подобного бизнесмену я не говорила, а вот с Асланом мы это обсуждали. Так и знала, что не стоит ему доверять, сразу как верная собачонка обо всем докладывает боссу!

Ехать куда-то на ночь глядя мне не хочется, но контент сам себя не сделает. Такие мероприятия обычно вызывают ажиотаж у подписчиков. Надо их порадовать, раз уж голый торс Суворова нам больше не светит…