Глава 21

Бизнесмен выделил мне целых десять минут на сборы, несмотря на то, что сам видел, что я вышла из ванной с мокрыми волосами. Злить его, конечно, не хочется, но явиться на хваленую вечеринку, где будет вся элита, не при параде мне не хочется еще больше. Поэтому я без зазрения совести решаю, что Суворов подождет.

Косметики после визита домой у меня значительно прибавилось, а вот с одеждой до сих пор дела обстоят неважно. Я скептически разглядываю свой зеленый сарафан и свежекупленные футболки… Даже не знаю что из этого больше порадует Суворова. Уверена, он в любом случае будет недоволен, но по крайней мере я сама буду чувствовать себя комфортнее в сарафане с ромашками, чем в футболке и джинсовых шортах. Не факт, что меня вообще в таком виде пустили бы в Ригальди.

Опоздав всего на семь минут я медленно спускаюсь по лестнице. Чувствую себя при этом выпускницей из американских фильмов, которую внизу встречают родители и жених. Челюсти Суворова и Аслана синхронно направляются в сторону начищенного паркета, вот только в отличие от киногероев, смотрят они на меня не с восторгом и умилением, а с ужасом.

– Что это? – Бизнесмен с нескрываемым отвращением рассматривает мой сарафан. – Я же сказал, что на мероприятии будет вся элита города! Вы реально собираетесь заявиться в Ригальди в ЭТОМ?

– Кроме этого, – я обиженно разглаживаю складки на подоле, – у меня есть только пару футболок и шорты.

– Вы сегодня были в магазине, Камилла Вячеславовна, – раздувая ноздри напоминает Суворов.

– Ну так откуда у меня взялись футболки и шорты, по вашему?

Видимо, сообразив, что от меня он ничего не добьется, Суворов переводит гневный взгляд на Аслана:

– Я же сказал купить ей одежду!

– Мы и купили, – ничуть не тушуясь отвечает тот. – Ты не говорил, что планируешь приглашать ее в ресторан.

– Я и не планировал, – парирует Суворов. – Но почему-то я был уверен, что если оставить девушку в магазине с платиновой картой, то она непременно купит что-то кроме футболок и шорт.

– Ками у нас гордая и независимая, сама хотела оплатить покупки, – заявляет ему Аслан и нагло добавляет: – Даже драться лезла, когда я карту достал. Но я победил в этой неравной схватке.

Суворов переводит растерянный взгляд с друга на меня и в очередной раз закатывает глаза. Интересно, какие мышцы отвечают за этот процесс? С такими темпами бизнесмен скоро сможет орехи колоть веками…

– Поздравляю, Камилла Вячеславовна, – гнусаво объявляет он, – сегодня вы остаетесь без контента.

Так… это я что, зря красилась, что ли?

– Чего сразу без контента-то? – обиженно мямлю. – Сейчас переоденусь, погодите.

Я снова взлетаю вверх по лестнице бормоча при этом что-то про несносный характер и паршивое настроение бизнесмена.

Рубашка, выделенная мне Суворовым для сна безбожно измята, поэтому исключительно ради его спокойствия (ведь знаю же, что придерется к каждой складке), я направляюсь в его спальню и распахиваю шкаф. Взору предстают ровные ряды белоснежных и идеально выглаженных сорочек. Скидываю с себя зеленый сарафан и выбираю самую длинную из них, хотя надо признаться, из-за нашей разницы в росте они все мне как платье. Застегнув пуговицы, хватаю с полки кожаный ремень с эмблемой знаменитого итальянского дизайнера и слегка присборив рубашку в талии, затягиваю его модным узлом.

– Надеюсь, теперь ваша душенька довольна? – спрашиваю, появляясь на лестнице. Оба мужчины снова, кажется, теряют дар речи. Надо же, какие впечатлительные попались! Неужто и рубашка их не устраивает? На ходу достаю телефон и демонстрирую им фотографии знаменитостей, которые тоже выходили в свет в подобном наряде. Бизнесмен с трудом переводит глаза с меня и мельком скользит взглядом по экрану телефона, а вот Аслан, наоборот, выхватывает его из рук и подтирая слюни рукавом тыкает в фото Эмили Ратаковски:

– Вот эта ниче такая.

– Она замужем, – опускаю его с небес на землю. – Но можешь подписаться на ее аккаунт, там всего-то тридцать миллионов подписчиков.

– Ссылку скинь, – ничуть не смутившись командует он.

Бизнесмен щелкает брелком сигнализации и я аккуратно забираюсь в его внедорожник. На этот раз белье на мне, конечно, присутствует, но светить им, тем не менее, желания у меня нет. И только устроившись на сиденье и пристегнув ремень, я замечаю, что Аслан садится в другую машину.

– Эээ… а он что, с нами не едет?

– У него на лице написано, что он из органов, – поясняет Суворов, – лишнее внимание нам ни к чему. Хотя…, – он снова окидывает взглядом мой наряд, – об этом, похоже, надо было раньше подумать. Да и не принято на такие мероприятия ходить с друзьями.

– А с кем принято? – Невинно интересуюсь я. – Кем вы меня представите, Роман Дмитриевич?

– Не собираюсь я вас никому представлять, – отмахивается он и слегка замявшись добавляет: – Но вполне возможно, что вас примут за мою… эм, спутницу.

– Надеюсь, вы не рассчитываете, что я буду играть роль вашей любовницы? – возмущенно соплю в его сторону.

– Боже упаси, – успокаивает меня бизнесмен. – Не надо никого играть! Просто будьте собой… хотя нет, собой быть тоже не надо. Просто… я не знаю, стойте рядом, разглядывайте гостей и молчите, умоляю, молчите!