Глава 30 — Содержанка

Все валится из рук. Летаю в облаках... И кусаю губы, чтобы не улыбаться слишком.

— Аглая, значит...

— Что? — высовываюсь из под капота, глядя в глаза клиенту.

— Ручки не жалко? — ловит меня за кисть.

Вежливо вытягиваю.

— У вас на ремне трещины, нужно срочно менять.

— На ужин можно тебя пригласить?

— Извините, нет. Мне нужно продолжить диагностику.

— Я бы на твоем месте хорошо подумал. И не отказывал.

— Извините, у меня перерыв, сейчас подойдёт другой мастер.

Так мы обычно вежливо уворачиваемся, если клиент переходит границы.

Подхожу к Наргиз.

— Мне нужна замена на тройку.

— Иди на единицу. Сейчас сменят.

Первый раз без недовольных комментариев, что я сама не способна решить даже элементарный вопрос.

На единице стоит серебристый Бронко. Я вижу знакомое лицо. Охранник Светланы Александровны.

— Соломон, здравствуйте, — немного теряюсь.

— Аглая? — со сдержанным удивлением. — Неожиданная встреча.

— Работаю здесь, — пожимаю плечами. — Что случилось?

— Масло поменять.

Наблюдает за тем, как я работаю. То ныряю под его высокий капот, то под машину.

— Как дела у тебя здесь? Не обижают?

— Нормально... Справляюсь пока.

— Тебе действительно все это нравится?

— Очень!

Улыбаясь, расспрашивает меня о своей машине.

— Еще мощнее?? Можно цилиндры расточить и установить воздушные фильтры нулевого сопротивления. Коленвал подшаманить. Рулевую рейку сменить. И это будет совсем другая машина. Хоть на ралли! — увлечённо рассказываю ему. — Только придётся оставить ее дней на... пять в третьем боксе. Но ее у вас с гарантии сразу снимут. Лучше подождать, пока закончится.

— А ты водишь сама?

— Прав нет... — улыбаюсь в ответ. — Нет пока возможности получить. А так, умею, конечно.

— Ты Светлане Александровне позвони, она тебе все организует.

— Ой, да неудобно. У нее своих дел море. Я сама... потом.

— Ну или давай я узнаю, как тебе помочь с этим. Может, дистанционное обучение найдём, по ускоренной программе. У меня у приятеля автошкола.

— Ну зачем мне ускоренная? Я же машину еще долго не куплю. Да и нет денег на обучение. Заработать же надо даже на простенькую.

Вздыхает с улыбкой.

— А что мало платят?

— Много! — убеждаю его.

— "Много"... первый раз слышу, что кому-то зарплаты много, — шутливо комментирует.

— А у нас девчонки тоже всегда жалуются — "мало". А я думаю, ничего себе "мало"... — болтаю с ним. — Нам еще и чаевые хорошие оставляют. Ой! Это я не выпрашиваю, не подумайте.

— Аглая, — окликает меня Марат.

Разворачиваюсь.

Приехал, наконец-то! Скорей бы кольцо вернуть.

— Иди на тюнинг. Здесь сейчас сменят.

— Срочно? Можно, я доделаю? Совсем немного осталось.

— Ладно... — недовольно.

Распрощавшись с Соломоном, бегу на тюнинг. Потом к Марату. Его снова нет. Вместо него в кабинете Наргиз.

— Чего хотела? Говори.

— Мне... с Маратом надо. Отдать кое-что.

— Давай, передам.

— Нет. Надо ему. Лично.

Нервничая, сжимаю в пальцах коробочку, пряча ее.

— Увольнялась бы ты по-хорошему. Столько проблем от тебя.

— Нет. Я буду здесь работать. Пока Марат не против.

— Я вот не пойму... — откидывается на кресле с вызовом. — Ты такая тупая или такая наглая?

— Я не понимаю.

— Все ты понимаешь.

Вытаскивает из стола деньги.

— Чаевые твои.

Бросает купюры на стол ближе ко мне. Они разъезжаются веером.

Опять много. Ее бесит, когда у меня большие чаевые. А я все еще учусь их брать без чувства вины, что кто-то разорится.

В раздевалке смена опять обсуждает меня. Захожу, резко замолкают.

Ну что обсуждать-то? Что?! Ведь ничего не происходит, что можно обсудить!

Кладу деньги в сумочку.

Одна из девочек ловит меня за руку.

— Ни хера себе...

Выдернув, прячу в сумку деньги.

— Ну расскажи, Аглая, чем ты там клиентов ублажаешь, что тебе так жирно отстёгивают?

Молча переодеваюсь.

— Аксёнову младшему так понравилось, что он своей охране порекомендовал! Аха-ха...

От гадливости замираю на мгновение.

— Ты бы, Крапивина, охраннику так не улыбалась! А то после персонала барин побрезгует.

— Она и у Насти постоянного клиента увела. Раньше ей чаевые прилетали, теперь всё — Крапивину ему подавай. А раньше Настьку замуж звал...

Это бред. Один раз Настю подменила. Теперь сплетничают.

— Ну расскажи, Аглая, — толкает проходя мимо плечом в плечо. — В чем секрет?

— Не знаю, — распрямляясь. — Может быть в том, что я с вами в одной очереди не стою.

— Какой очереди? Очень интересно!

— А я не знаю, в какой вы все голодной очереди стоите, то ли за кошельками, то ли за ширинками. Нападаете как бабы базарные друг на друга за этих клиентов. Боитесь разберут? Работайте и всё. Работы всем хватает. И успокойтесь уже. Я с вами мужчин не делю. Всех забирайте.

— Ой, девки, щедрость какая! Крапивина нам всех своих ухажеров раздала! Может и чаевые раздашь?

— Нет. Не калеки, сами заработаете.

— Вот так то девки, сосать надо лучше, Крапивина говорит! — повышая голос.

До чего гадкая! "Сосать" — любимое слово!

— С твоим мерзким языком только и... сосать! В такой рот никто не поцелует.

— Ты чо?.. — разворачивается в ярости. — Иди сюда, дичь деревенская!

— Успокоилась, — рявкает на нее Валерия. — Уволят сегодня же.

Забирая сумку и зонтик, выхожу за дверь раздевалки.

От витающей агрессии и ненависти дрожит все внутри.

— Ты, Лена, рот закрыла бы, — слышу слова Валерии. — Или ты думаешь, к ней просто так, случайно, охрана Аксёновых приезжает масло менять? Тачки то все еще на гарантийке в родных салонах. Порвут тебе, блять, то, чем Крапивину оскорбляешь.

— Ну и пусть валит тогда отсюда, если такая крутая. Нет, я не понимаю, а что в ней особенного?! — обиженно.

Дальше не дослушиваю.

Соломон, значит, не первый приезжал, да? А я только его и знаю. Это Светлана Александровна за мной присматривает! Или Ян??

Набираю сначала Яна.

— Привет... — тихо.

— Добрый вечер, — здороваюсь я.

Я не умею говорить по телефону. Для меня это ад адский. Я все никак не могу настроиться, что говорю с конкретным человеком, а не просто с абстрактным голосом. И мне кажется, это как-то нелепо, говорить, не видя друг друга.

До приезда в Москву мне и говорить не с кем было.

И все на бегу друг с другом общаются. А я не могу на бегу. Я не вижу ничего!

— Сейчас, подожди... — выдерживает паузу, а может, выходит откуда-то. — Неожиданно и приятно, что ты сделала это первой. Надеюсь, без повода. Просто... потому что хотела услышать. Потому что, я очень хотел.

И мне становится так стыдно, что я не догадалась позвонить просто так! Но я все никак не привыкну, что так можно. Захотел — позвонил.

— Или что-то случилось?

— Нет. Ничего не случилось. Как твои дела?

— Мои дела... — вздох. — Скучаю. Увидимся завтра?

— Хорошо. Давай увидимся. Могу я спросить?..

— Давай.

— М-м... Соломон ко мне приехал по твоей просьбе?

— Чего? В смысле — Соломон к тебе приехал?! Куда? Зачем?

— Понятно. Извини тогда за беспокойство.

Значит, Светлана Александровна.

— Стоять. Во-первых, почему ты со мной разговариваешь как с посторонним человеком?

Нервничая, останавливаюсь возле того самого экрана с рекламой.

— Я не с посторонним...

— "Извини за беспокойство"??

— Так не говорят? — растерянно уточняю я.

— Аглая... — с утомленным стоном.

— Да?

— Ладно, всё. Что там с Соломоном?

— Ничего.

— Он у тебя?

— Нет!

— Так. Где ты? Я хочу приехать и орать на тебя, глядя в глаза, — цедит он.

— За что?

— Такой вот мой господский каприз! Орать! Ревновать! Целовать....

"Целовать" — звучит капитулирующе. Мягче, тише.

И мой стеклянный холодный шар в груди, возникший от его тона, вдруг тает. И я неожиданно ловлю нашу связь, не смотря на то, что говорю с "голосом". Чувствую за ним Яна.

— Я тебя люблю... — шепчу ему.

Пауза.

— Вообще вот сейчас все тебе простил, — слышу улыбку в голосе.

— Разве я в чем-то виновата?

— Мучаешь меня... Я перезвоню.

Скидывает.

Смотрю на рекламу с ним. Делаю фото кадра.

Отыскиваю телефон Светланы Александровны. Пишу ей длинное смс. Что у меня все хорошо, чтобы она не переживала. Что деньги я заработала, квартиру сняла. Прошу охрану больше не гонять. И чаевые мне не оставлять, потому что мне зарплаты хватает. И я сама справляюсь.

Не хочу я быть бедной родственницей Аксёновых. Не потому что они плохие. Потому что, это унизительно в их кругу. И мне неприятно, что на девушку Яна будут смотреть как на содержанку.

Еще прошу извинить меня за прошлую встречу. И пишу, что когда у нее будет свободное время, я приглашаю ее попить кофе. Сейчас я могу заплатить за себя и за нее. И мне это приятно!

Доезжаю до банка. Нашла филиал, который работает допоздна. Надо же выяснить, что с моей картой.

В банке мне делают распечатку. На счету — миллион без той суммы, которую мой авантюрист Вэл спустил в бутике. От Аксёновых.

— Черт...

Расстроенная, с выпиской в руках еду домой.

Вот и плакала вся твоя финансовая автономность от Аксёновых.

И вернуть прямо сейчас — никак. Я же их потратила!

Ною Вэлу про всю эту ситуацию.

— Махорошая... — скептически закатывает он глаза, готовя нам омлет. — Угомонись! Никто не обеднел. И закажи суши, миллионерша! — бросает вилку в раковину. — Я умираю от этих омлетов!

— Нет-нет! Не хочу! Мне и так все при случае тыкают тем, что Ян мне спонсор.

"Питательный!"

— Это не так! Мне это неприятно. Лучше — омлет.

Ладно, я знаю, как сделать.

Ложусь пораньше спать, расстроившись из-за денег. И того, что Ян так и не перезвонил.

Просыпаюсь ближе к полуночи от звонка.

— Але... — сонно отвечаю.

— Спустись, пожалуйста, через минуту, две. У меня пять минут...

— Куда спуститься?

— Вниз, куда же еще? Я надеюсь, ты не в подвале живёшь?

— Нет.

— Спускайся...

Накинув на пижаму куртку, спускаюсь во двор.

Чёрная машина, на которой мы уже ездили с Яном, заезжает во двор.

Он выходит с цветами и корзиной.

Всовывает мне это все в руки, одновременно жадно целуя в губы.

Поднимает взгляд по стояку.

— Ты одна живёшь?

— Нет, — улыбаюсь.

— Жаль... Исправим.

— Нет. Меня все устраивает.

— Хоть на курсы тебя отправляй — как принимать дары вселенной, — шутит он.

На балконе второго этажа ворчит бабушка, наблюдая за нами.

Ян поднимает недовольный взгляд.

— Чо ей надо?

— В деревне бабульки обзывали девчонок проститутками, а тут обзывают эскортницами, — смеюсь я.

— М-м.

Тянусь еще к его губам. Мы не можем нормально поцеловаться, потому что оба улыбаемся. И просто тремся носами, шепчемся.

— Скажи еще...

— Люблю тебя...

— И я тебя... Все, иди. В окно мне ручкой помаши, что дошла.

Счастливая поднимаюсь наверх.

Машу ему из кухни рукой.

А откуда он узнал, что этот дом?

Спрошу потом...