Глава 47 — Гордость и недоверие

В больницу, куда забрали Вэла, приезжает Максим Данилевский.

Мы сидим с ним молча на кушетке, пока Вэлу делают МРТ. Максим это тихо организовал здесь всё сам.

— Аглая...

Молча смотрю перед собой, не отвечая ему. Потому что нет душевных сил — ответить.

Слишком много всего. Я не справляюсь.

— Не хочешь разговаривать?

Открываю рот, чтобы ответить что-нибудь. И закрываю, не в силах этого сделать.

Отдышавшись, все-таки заставляю себя сказать:

— Ян... обязательно во всем разберётся потом. Меня оправдает время. Оправдываться ни перед кем я больше не буду.

— Ему очень плохо сейчас.

— Очень плохо сейчас Вэлу. Остальные выживут.

— Напиши Яну. Пожалуйста.

— Нет.

— Почему? Он ударил тебя?

— Ударил. Не физически.

— Ну ты тоже знаешь!... — подлетает на ноги.

— Знаю. Я тоже виновата.

Максим, нервно маячит перед моим лицом.

— Если ты не косячила, скажи ему.

— Сказала.

— Ещё скажи!

— Сказала... Но это не важно.

— Важно. Мы, мужчины, не слышим в аффекте. Он остынет. Скажи еще раз!

— Я не хочу.

— Не любишь?!

— Люблю.

— Ну и нахуй эту гордость!

Поднимаю на него усталый взгляд.

— Он считает, что я смогла бы так сделать. Значит, он совсем не знает меня. А кого он тогда он любит, Максим? Кого? Не меня.

— Ой, блять... — закатывает глаза Данилевский. — Все нахуй такие сложные!

Очень похож на Яна сейчас.

Закрывая глаза, жду окончания процедуры.

— Аглая... — садится рядом. — Он не в себе сейчас. Он разочарован, обижен, оскорблен. Он не пойдет разбираться. Это... Аксёнов! — разводит руками. — Он молча сдохнет. Но не придет больше.

— Он Аксёнов. Он "такой". Он не придет. Я — Крапивина. Я — "такая". Я оправдываться больше не буду.

— Ну и кому от этого хорошо? На него надавят, он женится на Саше. Просто от... боли, депрессии и похуизма. И что дальше?

— Когда любишь... не притронешься к другому человеку. Даже если твой не с тобой. Если женится на Саше... значит, это правильное решение.

— Вы гоните оба, пиздец... долбоёбушки...

— Ты мне веришь, Максим? — заглядываю ему в глаза. — Что Вэл мой друг.

— О, нет... не надо мне эти вопросы задавать! Я не на месте Аксёнова. Был бы я на его месте всем бы пришёл пиздец. И тебе первой.

— Ну у тебя же есть мнение?

— Допустим.

— Вот. Ты мне веришь. А он... нет.

— Ну нельзя в это поверить, Аглая! Невозможно. Это иррационально.

— Любовь иррациональна. Ладно... давай помолчим. Мне очень плохо.

Сижу, слезы ручьями льются по лицу.

Данилевский уходит, приносит мне бутылку минералки.

Сидит рядом.

— Гордость еще никого счастливым не сделала, Аглая.

— А недоверие? Сделало?

— Ну блять... недоверие уберегает от неправильного выбора.

— И гордость.

— А чо ревешь-то тогда?!

Всхлипывая, прячу лицо в ладонях.

Потому что я его люблю...

Потому что я не могу простить ему Вэла.

Потому что я чувствую, что ему тоже больно!

Потому что я не могу принять то, что он такой жестокий, грубый, недоверчивый. Оскорбительно недоверчивый! Унизительно недоверчивый!

И еще потому, что он не защитит меня от этой своей Саши. Не отстоит перед своей семьёй.

Потому что все закончилось, и я не вижу никакой надежды.

Глотаю воду, пытаясь дышать.

Макс отходит. Пытается по телефону поговорить с Яном. Но что-то там не задаётся...

— Да что с тобой?! — психует Макс. — Давай я трубку ей дам?

Скрещиваю предплечья, обозначая, что говорить не буду!

Выходит врач.

— Ну что вы совсем расклеились, милочка? Все хорошо будет с вашим парнем.

— Это брат...

Максим говорит с ним.

Потом подходит ко мне.

— Нормально все. Сотряс. Нос сломан. Подлатают. Я оплатил все, про деньги не парься.

— Спасибо.

— Ян улетел...

— Ну и я уеду скоро.

— Куда?

— Подальше.

— Напиши ему.

Сжимает мое предплечье.

— Просто поверь мне сейчас. Засунь гордость в задницу. И напиши.

Уходит.

Переламывая себя, и горя от жгучей обиды, пишу ему все с самого начала, объясняя все детально. Пишу в блокноте, как письмо. И про наше заселение с Вэлом. И про дурацкое кресло. И как он остался без работы. И почему Вэл "покупал" вещи. И что это "в долг". И даже про ситуацию с Сашей

Всё, всё, всё... Как исповедь

Копирую, чтобы вставить в сообщение.

Я... заблокирована.

Удаляю...