Глава 14

Первые летние деньки совсем не радуют. За окном уже третий день льёт проливной дождь, и на улицу без зонтика не пускает. Я сижу за столом на кухне у Лины, Янкиной тётки. Девушка у неё обосновалась на время учёбы в колледже. Ангелина работает травматологом в местном стационаре, и сегодня как раз её смена. Поэтому никто не помешает нам с Лопуховой секретничать. Яна хлопочет, нарезая «Наполеон», а я сижу на стуле, расслабленно откинувшись на его спинку, и не имею ни малейшего желания шевелиться. – Ну, подруга, рассказывай, – Яна усаживается за стол и пододвигает чашку с чаем к себе поближе. – Если в общих чертах, то в колледже я уже договорилась, что уйду на практику раньше, – выпаливаю на одном дыхании. Нечего тянуть кота за хвост. – Даже так? – девушка выгибает дугой одну бровь. – А что делать? Ольга Константиновна в очередной раз похлопотала и договорилась, чтобы меня взяли в один приличный пансионат. Только на этот раз официанткой, по-другому никак. Отодвигаю в сторону чай, беру банку с кофе. Полночи ворочалась с боку на бок, поэтому теперь дико хочу спать. – Значит, на море уезжаешь? – сияет Лопухова. Мне бы её настрой. В ответ громко вздыхаю. – Что-то ты какая-то невесёлая, – в голубых глазах мелькает тень подозрения, – вот ответь, чё ты вдруг сорвалась? – Чё? – теперь мне вряд ли удастся сдержать хохот. – Ты от Стаса опылилась? – Эх, с кем поведёшься, – виновато улыбается Яна, – но ты уходишь от темы: отвечай и не увиливай. Она, кажется, всерьёз настроена вытянуть из меня желаемую информацию. Приходится вкратце обрисовать ситуацию: на работе работа не работается. Значит надо поменять работу. О том, что хочу от себя сбежать, утаила. Хоть мы и подруги, но я всё же не люблю выворачивать душу перед кем-либо. Собственно, поэтому у меня всегда было минимум друзей: ну не умею я делиться личным. Яна при всём её любопытстве, знает, когда вовремя остановиться. В отличие от той же Любавиной, которая болтает без умолку. – Скажи, а как ты поняла, что влюблена? – спрашиваю неожиданно. И для Яны, и для себя самой. Девушка зависает на минутку, потом расплывается в улыбке и отвечает: – Ты знаешь, мне кажется, полное осознание пришло, когда мы расстались. По коже мороз от её слов. Как Лопухова может улыбаться после всего? Понимаю, конечно, что они с Гронским помирились, но всё равно как-то это странно. Ещё более дико осознавать, что сама попалась на похожую удочку. Но я уверена, что предпринятые мною меры помогут вовремя соскочить со злополучного крючка. – Ну и потом, когда помирились, поняла, что точно не могу без него, – подводит итог девушка, – а тебе отдельное спасибо: ты здорово помогла нашему воссоединению. Хоть и не всё мне рассказала. Яна кладёт в свою тарелку ещё одну порцию торта, в очередной раз мне предлагает. Отказываюсь, сейчас кусок в горло не лезет. – Ты про ту ситуацию, когда Стас тебя «похитил»? – рисую пальцами в воздухе кавычки и ликую от того, что подруга перевела тему. – Кстати, да. Про это ты мне тоже так и не рассказала. Когда вы успели договориться? – интерес к еде у подруги резко исчезает. Она отодвигает тарелку, складывает руки в замок и устремляет на меня пристальный взгляд. – Так он мне подмигнул, и я быстро сообразила, что буду третьей лишней, если обратно с вами поеду, – отвечаю равнодушно, делаю глоток ароматного кофе. Девушка взмахивает руками, а в её глазах вспыхивают искорки: верный признак моей ближайшей кончины. – Значит, когда я тебе на что-то намекаю, ты по полчаса въезжаешь? А Гронского понимаешь с полуслова и полувзгляда? Вот что значит – не везёт. Ещё с подругой не хватало поссориться для полного счастья. А главное было бы из-за чего. Но во всём этот Гронский виноват. Стратег фиговый. – Э, Ян, не ревнуй ты так. Оно само как-то вышло: всё ради вашего же блага, – тараторю в манере Лопуховой. Вдруг прокатит? От расправы меня спасает звонок Стаса. Этим голубкам и дождь не помеха, ни за что не упустят возможности встретиться. Ну а я прощаюсь с подругой и иду отрабатывать последний рабочий день. Потому что уже завтра вечером меня не будет в городе, а буду я на пути к своему будущему. Надеюсь, что светлому. Придя в ресторан, понимаю, что Астрову уже сообщили о моём увольнении. На этот раз я решила не просить управляющую держать всё в тайне. Стоит оказаться в рабочем цехе, Даниил меня сразу замечает. Подходит вплотную, бросает на меня тяжёлый взгляд. – Значит, решила рассмотреть более перспективные варианты? – произносит вместо приветствия. О каких таких вариантах он говорит? Чувствую, как сердце начинает биться быстрее от пристального внимания карамельных глаз. – Что ж, удачи на новом месте, – желает Астров, так и не дождавшись ответа с моей стороны. Мужчина уходит, а я продолжаю стоять, не обращая внимания на косые взгляды коллег. Даниил опять сделал собственные выводы, впрочем, как и всегда. Сердце тянет пойти и объясниться, но только что я скажу? «Даниил Витальевич, я увольняюсь, потому что полная дура. Дала волю чувствам и чуть в Вас не втрескалась. А теперь вот узнала, что являюсь всего лишь чьей-то жалкой копией и решила уйти!» Звучит глупо и по-детски. Но зато честно. Только вслух я подобное никогда не озвучу, потому что это абсолютно никому не нужная информация. Все томные взгляды и чарующие улыбки со стороны шефа были адресованы не мне, а его собственным иллюзиям. И это моя проблема, что повелась как школьница. Хотя почему как, ведь недалеко ушла в свои восемнадцать. Терпеть не могу недосказанность, но говорить нам в любом случае не о чем. – Кетрик, ты серьёзно уходишь от нас? – мои внутренние перипетии нарушает голос Жорика. Парень выглядит обеспокоенным. Неужели вправду жалеет о моём уходе? Только вот наивность моя, кажется, лишь на Астрова распространяется. В остальном я осталась всё той же серьёзной Катей Мироновой, которая умеет здраво оценивать ситуацию. Ну с чего Жорику переживать обо мне, когда я с ним и трёх месяцев не проработала вместе? Он хоть и хороший парень, но, как и любой другой в первую очередь о себе думает. Обычный карьерист, как и положено молодому человеку. – Да, Жор, увольняюсь, – произношу на выдохе. – Жалко… А куда уходишь? Приходится рассказать парню о своих планах. Всё равно рано или поздно дойдут слухи, что на море уехала. – И сегодня последний день работаешь? – продолжает допытываться парень. Так и хочется спросить, чего он привязался. Но, боюсь, это будет слишком невежливо. – Значит так, – мгновенно активизируется, получив ответы на все интересующие его вопросы, – сегодня вечером организуем отвальную. Мысленно стону, а вслух ничего ответить не успеваю. Только головой мотаю в разные стороны, но бесполезно: Жора за пару секунд пол ресторана на уши поднимает. Причём оборачивает все так, что меня начинают поздравлять. Все с чего-то делают вывод, что я урвала тёплое местечко на море. Оказывается, на побережье зарплаты выше. Странно, что мы не обсудили этот вопрос с Зайцевой. Возможно, я мимо ушей пропустила, а может это плод чьей-то бурной фантазии. Зато теперь понятно, про какие перспективы говорил Астров. Считает меня меркантильной особой? Да и пожалуйста.