ГЛАВА 30

Нет на свете ничего утомительнее, чем ждать. Я сходила с ума от неизвестности. Что с моими друзьями? Как их вызволить? Отец говорил, что пока их просто держат взаперти и они здоровы. Сам отец выглядел угрюмым и осунувшимся. Каждый раз, когда смотрела на него, сердце терзала совесть. Мало ему политических проблем, еще и пришлось беспокоиться обо мне. Да, он сам виноват, надо было прислушаться, когда я говорила, что не хочу замуж за Альберта. Но и мне стоило хотя бы написать домой, что жива и здорова. Жаль, из-за своей обиды слишком поздно поняла, как сильно волновались мои родители. Если я так беспокоюсь за Итена, Тихвину, Слава, Любиму, Али и Бона, то каково было им? Вряд ли лучше.

Ромашка тоже угрюмо молчал. Приговор его отцу пока не вынесли — видимо, судить его будут вместе с нашими друзьями. А надежда все таяла и таяла…

— Где находится Альберт — строжайшая тайна, — говорил этим вечером отец. — Думаю, только Данелий знает правду.

Мы втроем сидели в гостиной дома, который временно стал нашим, и гадали, что же делать дальше. Увы, отец наотрез запретил пользоваться Ромашкиным методом поиска, потому что Данелий тоже некромант и может ощутить всплеск родственной силы.

— А если… — мелькнула шальная мысль. — Если обратиться в светломагическую школу? Они ведь владеют заклинаниями поиска. Директор Расс так точно. И уж наш директор не вступит ни в какие заговоры.

— Приятна твоя вера в наставника, Марьяна, — улыбнулся отец. — Действительно, директор Расс сейчас закрыл двери светлой школы и не поддерживает дележ власти. И да, он точно владеет поисковыми заклинаниями. Но где гарантия, что поисковое заклинание сможет пробиться через антимагический заслон?

— Лучше сделать хоть что-то, чем сидеть и ничего не делать, — ответила я. — Ромашка, идем.

— Вы куда? — подскочил отец.

— Навестим директора Расса. Надеюсь, он будет рад меня видеть.

— Марьяна, ты слышала, что сказал князь? — Ромашка хмурился. — Ворота светлой школы закрыты, твой кирпичик убрали. Как ты собираешься попасть внутрь?

— С помощью зелий.

И тут же вспомнила, что моя сумка погибла где-то на поле боя.

— Папа, а мои вещи? — обернулась к отцу. — Сумка с зельями — где она?

— Разве мне было до этого дело, Марьяна? — ответил отец. — Я спасал твою жизнь, а не вещи.

Я только горестно вздохнула. Прощай, подарок, мне было с тобой хорошо.

— Тогда давай попробуем просто постучать, — сказала Ромашке. — Может, откроют?

— Я вас никуда не пущу!

Отец поднялся с кресла и возмущенно смотрел на нас. Но разве есть другой выход? Нет его, нет.

— Ладно. — Кажется, родитель понял, что перегнул планку, и есть все шансы, что непутевая дочь снова сбежит. — Я иду с вами, собирайтесь.

А что собираться-то? Мой гардероб был крайне скуден. Поэтому я отряхнула платье, Ромаш поправил одежду, папа выдал нам по плащу с капюшоном, и мы втроем вышли из особняка. Снаружи уже темнело. На улицах почти никого не было — видимо, жители города решили отсидеться дома, пока не пройдут лихие времена. Ромаш подал мне руку, и мы поспешили к светлой школе. Отец только вздыхал. Я чувствовала, как вокруг нас пологом колышется магия. Наверняка прохожие не могли нас видеть либо просто не обращали внимания, отвлекаясь на что-то другое. Когда впереди показались родные стены, я возликовала. Все-таки я любила свою школу, несмотря на то что директор отказал мне в продолжении практики. Однако этот вопрос я не считала закрытым. Ворота, как и говорил папа, оказались заперты. Я подошла и постучала, дожидаясь ответа.

— Кто там? — раздался незнакомый голос.

Что ответить? Правду? А если там враги?

— Студентка Марьяна вернулась с практики, — сказала я. — Прошу пропустить к директору Рассу.

— Ожидайте.

За воротами повисла тишина. Я нервно теребила оборки на платье. Казалось, сойду с ума от беспокойства. Неужели так много времени надо, чтобы найти директора и передать мою просьбу о встрече? А если директор и вовсе не захочет со мной встречаться? Что тогда? Перебираться через забор? Вряд ли получится, даже у ворот я чувствовала магическую защиту, которой обычно не было. Наверное, директор жалел студентов и давал возможность пробраться в школу тайком, а теперь жалеть было некого, все и так под замком.

Наконец снова послышались шаги и — о счастье! — звук открывающегося замка.

— Входите, — сказал незнакомый парень. Наверное, кто-то из новой охраны, потому что иначе он бы прекрасно знал меня, а я — его.

Мы вошли на территорию школы, и ворота закрылись за нашими спинами. А еще я увидела директора Расса. Он стоял на пороге главного корпуса, скрестив руки на груди, и выжидал. Мы подошли ближе.

— И почему я не удивлен, что слухи о вашей смерти несколько преувеличены, Марьяна? — угрюмо спросил он.

— Здравствуйте, директор Расс. — Папа отодвинул меня в сторону. — Прошу прощения, что беспокоим вас в такие тяжелые времена, но нам нужна ваша помощь.

— Не собираюсь помогать заговорщикам.

Мы с папой переглянулись. Кого имел в виду Расс? Его или меня?

— Директор Расс, пожалуйста, выслушайте нас, и мы уйдем, — взмолилась я.

— Хорошо, у вас пять минут, — ответил директор и пошел в здание.

Мы поспешили за ним, поднялись по ступенькам на второй этаж и вошли в хорошо знакомый мне кабинет. Сколько раз я попадала сюда за шалости. Сколько раз директор Расс читал мне нотации, просил, требовал… И вот я снова здесь.

— Слушаю вас.

Директор сел в тяжелое кресло на изогнутых ножках, а мы остались стоять перед ним, как провинившиеся ученики. Слова как-то разом выветрились из головы. Для меня это был дурной знак, зато заговорил Ромашка:

— Директор Расс, нам нужна ваша помощь. Заговорщики похитили и удерживают наследника престола, и, чтобы его найти, нужна магия поиска. Ни я, ни Марьяна и ее семья этой магией не владеют, зато владеете вы. Помогите нам отыскать Альберта.

Директор Расс таращился на нас, будто увидел, как у нас выросли рога и копыта. Я и чувствовала себя примерно так же: странным существом, на которого окружающие косятся с подозрением.

— А чем вы докажете, что не заговорщики? — спросил директор. — От вас, Марьяна, всего можно ожидать.

— Но-но! — Папа шагнул вперед. — Повежливее с моей дочерью.

— Спокойно, князь, — прищурился директор Расс. — Кстати, я слышал, что и вы поддерживаете раздел Альбертины.

— Вам солгали.

Директор покачал головой. Вот так и бывает в жизни: сначала ты, пусть и не со зла, пакостишь кому-то, а потом этот кто-то — единственный, способный тебе помочь, а главное — тот, кому ты доверяешь.

— Хорошо, — прозвучал приговор. — Я попытаюсь отыскать княжича. Он в столице?

— Мы приехали сюда вместе, — вмешалась я, — но не могу гарантировать, что он все еще здесь. Его могли увезти куда угодно.

— Это скверно, круг поиска ограничен. Но все же попробуем. Марьяна, идите за мной. А вы, господа, посидите-ка здесь. Только ничего руками не трогать.

Это, кстати, тоже камень в мой огород. Я однажды от нервов разбила в кабинете директора жутко дорогую вазу. Оставалось надеяться, что мы позабудем прошлые разногласия. Сегодня уберут Альберта, а завтра все эти княжества захотят главенствовать, начнется грызня. То, о чем предупреждал папа Ромашки. Этого нельзя допустить. И потом наш князь, Альберт Двенадцатый, правил мудро. В Альбертине давно не было войн, наверное, с начала его правления. Князья не ссорились между собой, благосостояния всем хватало. Да и простые люди не жаловались, я уже давно живу среди них.

— Марьяна, не спите на ходу!

— Иду, директор Расс. — Я догнала наставника и пошла с ним в ногу.

— Это что же, юноша этот — действительно ваш жених? — поинтересовался директор Расс.

— Пока нет, — ответила я. — Но предложение он мне сделал, только я отказалась.

— И почему же вы отказались, Марьяна? — поинтересовался наставник.

— Не разобралась в своих чувствах. — Я пожала плечами. — Теперь разобралась, но некогда. Одним словом, не жизнь, а кроссворд: только и разгадывай, что будет дальше.

Директор усмехнулся и покачал головой. Да, ему ли не знать, как иногда со мной сложно.

— Рад, что вы помирились с отцом, — сказал он.

— Мы еще не мирились, но общие трудности сближают.

Хотя, конечно, я уже понимала, что была не права. Но и папа тоже оказался далек от истины, поэтому квиты. А мы вошли в большое светлое помещение, в котором я никогда не бывала. Из полуоткрытого окна дул приятный ветерок, на столе лежала кипа бумаг, перевязанных лентой, чтобы не потерялись. А дальше… Дальше была моя мечта: огромная лаборатория с ровными рядами новейших и редчайших ингредиентов для зелий, заклинаний, исследований. Неужели я попала на небеса?

— Не стойте столбом, — хмыкнул директор, но было заметно, что он польщен таким вниманием к его лаборатории. — Присядьте вон туда.

И указал на белоснежный стул. Я села, а директор Расс достал несколько колб, смешал их содержимое в большой стеклянной миске, и над ней поднялось облачко розоватого пара. Мой наставник вытянул руки перед собой, вокруг пальцев заискрило. Создание любого заклинания — это искусство, особенно когда работает профессионал, а директор Расс, без сомнения, им был. Настоящим профессионалом, за работой которого приятно наблюдать.

Медленно, тягуче полились слова заклинания. И вдруг облачко исчезло, а директор недовольно тряхнул головой. Снова смешал зелья в чистой миске, дождался появления облачка, начал читать заклинание, и… ничего.

— Не получается? — тревожно спросила я.

— Не получается, — недовольно ответил наставник. — Увы, магия не способна проникнуть туда, где держат наследника, Марьяна. Стоят мощные заслоны. Я чувствую движение силы, но оно сразу же обрывается, и даже направления определить нельзя.

— Директор Расс, миленький, попробуйте еще раз! — взмолилась я отчаянно.

Директор покачал головой, но зелье приготовил. Только и на этот раз ничего не вышло. Тишина. Я закрыла лицо руками. Пока мы не найдем Альберта, в опасности не только мои друзья, но и вся страна. И вдруг что-то упало мне на макушку.

— Ой, кажется, у меня что-то в волосах. — Я махнула рукой.

— Не «что-то», а «кто-то», — исправил директор. — И, кажется, это ваш пикси.

— Бон! — радостно воскликнула я, достала малыша, путавшегося в прическе, и прижала к себе. Как же я была счастлива его видеть! Моего замечательного друга, отважного малыша, который всегда стремился меня защитить.

— Тише, Марьяна. Задушишь, — сдавленно пропищал он.

— Я думала, тебя схватили, заперли где-нибудь.

— Марьяна, — откашлялся директор, — отпустите пикси. Мне кажется, это существо пытается что-то вам сказать.

Я разжала руки, и Бон спланировал на столешницу.

— Меня нельзя запереть, — заулыбался он. — Зато я сам полетел за вами, но, когда Альберта увели отдельно, я подумал: вас много, а он один, и мне стало его жаль. А еще я подумал, что его потом будет очень трудно найти, и…

— Ты проследил за ним? — Я снова подхватила Бона. — Пожалуйста, скажи, что ты за ним проследил!

— А то. — Бон выгнул грудь колесом. — Только я долго не мог к тебе долететь. Сначала я боялся, что Альберта перевезут в другое место, потом не мог тебя почувствовать, и вот теперь нашел.

— И где же княжич Альберт, пикси? — поинтересовался директор Расс.

— Вообще-то меня зовут Бон, — пискнул мой бравый друг. — А Альберта заперли в подвале особняка с колоннами. К нему приходил Данелий. Он хотел, чтобы Альберт подписал отречение от престола Альбертины, но княжич отказался. И тогда Данелий сказал, что его убьет, но потом ушел куда-то, а я помчался сюда. Давайте его спасать!

Я подхватила пикси и помчалась прочь.

— Марьяна! Марьяна, стойте! — Директор Расс мчался за мной. — Немедленно остановитесь, вздорная девчонка.

Но я уже вбежала в кабинет директора. Ромашка и мой папа о чем-то спорили, я уловила слово «свадьба», но они замолчали, стоило появиться в дверях.

— Бон? — Ромашка удивленно взглянул на маленького пикси. — Ты здесь откуда взялся?

— Прилетел, — гордо заявил тот. — Позвать на помощь, чтобы вы спасли Альберта.

— Идемте, быстрее, — поторопила я.

— Стоять! — гаркнул ввалившийся в кабинет Расс. — Никто никуда не идет. Вы с ума сошли? Вас всего трое. Представляете, какая там охрана? Вас переловят, как блох.

Блоху, кстати, поймать очень трудно. Я пыталась достать одну для зелья, но не вышло. Правда, уточнять этот немаловажный факт не стала.

— А что вы предлагаете, директор Расс? — тихо спросила я.

— Оставайтесь здесь, — уже спокойнее ответил тот. — На школе хорошая защита. А мы с вашим отцом, Марьяна, пойдем с пикси и разведаем, где именно держат Альберта и как туда попасть.

Неизвестно, до чего бы мы договорились, но на директорский стол спланировал желтоватый листок. Княжеский вестник, вот что это было. Подобным образом для жителей Альбертины доводили особо важные указы. Директор Расс подхватил его, прочел и нахмурился.

— Завтра на рассвете ваших друзей публично казнят, как убийц князя Альберта и заговорщиков, — угрюмо сказал он.

— Нам надо их вытащить! — вскрикнула я.

— Конечно, надо, — спокойно ответил директор. — Но если устроить им побег, Альберта в ту же минуту могут убить. Я предлагаю сначала спасти княжича, а затем предъявить его людям, и ни у кого не получится казнить ваших друзей как заговорщиков, потому что Альберту известна правда о смерти отца.

— Директор Расс прав, — кивнул папа. — Сейчас мы должны заняться освобождением Альберта. Время до завтрашнего утра еще есть, так что сейчас ваши друзья в относительной безопасности, чего не могу сказать о княжиче. Директор Расс, давайте обсудим операцию.

— Обсуждайте, что хотите, но мы идем с вами, — вмешался Ромашка.

— Еще чего не хватало!

— Или так, или никак.

Папа махнул рукой, что означало то ли отказ, то ли согласие, но нам этого было достаточно. Только бы получилось! И только бы мы успели спасти отца Ромашки и наших друзей.