Глава 12

Воздух в комнате показался мне спертым после вечернего дворика и леденящего душу откровения заговорщиков. Едва переступив порог, я наткнулась на суровый взгляд своей соседки. Лида сидела на кровати, с учебником на коленях, и в ее зеленых глазах светилось подозрение, смешанное с раздражением.

— Ну что, вернулась? — со злостью в голосе процедила она. — Опять взялась за старое? Видела я твой взгляд сегодня во время завтрака. Кого снова шантажируешь? Оливера?! — Лида вскочила, сжимая кулаки. Учебник упал на пол. — Неужели тебе мало проблем?

Усталость, страх перед заговорщиками, долгом Густаву и завтрашним кошмаром — все это накрыло меня волной раздражения. Как же я устала от постоянных подозрений!

— Нет! — выпалила я громче, чем планировала. — Ничего подобного! Наоборот, я спасла Оливера!

Лида замерла, у нее даже бровь чуть приподнялась от изумления. «Спасла» явно не входило в ее словарный запас применительно к моим действиям.

— Спасла? — повторила она скептически. — От кого? От чего?

— От Карла и Богдана! — Я плюхнулась на свою кровать. — В памяти всплыло. Они планировали подменить ингредиенты для его алхимического задания, подсунуть ему слабительное, чтобы он публично опозорился.

Лида молчала, недоверчиво изучая мое лицо и пытаясь найти какое-то удовлетворяющее объяснение.

— И как же ты его «спасла»? — спросила она наконец, скрестив руки на груди.

— Предупредить уже не успевала. Они уже устроили ловушку и выбили у него сундук с ингредиентами, чтобы подсунуть свой, с подменой. Так что я просто отдала ему свой набор. Якобы взяла заранее, забыв, что у нашей группы алхимия позже. Оливер поверил и взял. А Богдан с Карлом остались с носом.

Я пока не стала упоминать про мох, выжидая.

— Твой набор? — Лида фыркнула. — И где ты его достала?

— Взяла в кладовой Северного Крыла, как полагается! — огрызнулась я. — И заодно… — Я полезла в карман платья и вытащила грубый мешочек. Развязала шнурок и высыпала на ладонь влажный комочек мха с серебристыми прожилками. — Забрала вот это. Богдан украл его из оранжереи и спрятал. А я вспомнила и нашла.

Лида подошла ближе, осторожно потрогала мох кончиком пальца, потом резко отдернула руку, словно обожглась. Но выражение лица смягчилось. Я видела, как в глазах сверкнуло понимание, сложился устраивающий ее пазл.

— А-а-а… — протянула она с облегчением. — Вот оно что. Ты не спасала Оливера из доброты душевной. Ты убила двух зайцев. Сохранила хорошие отношения с Эммой — своей личной ходячей библиотекой и поставщицей конспектов. Выгодная подружка, ничего не скажешь. — В голосе Лиды прозвучало одобрение. — И прибрала к рукам ценный мох. Выгодный трофей. От вреда Оливеру тебе пользы ноль, а вот мох можно продать. Деньги лишними не бывают. Рационально. — Она кивнула, как будто сама себя убедила. — Так уже выясняла, сколько он стоит? И кому его можно сбыть?

Мне стало немного не по себе от ее циничной, но точной интерпретации. В эту версию Лида поверила куда охотнее, чем в мой альтруизм.

— Не знаю, — честно призналась я, убирая мох обратно в мешочек. — И… насчет сбыта. Ты не видела возле меня одного типа? Лет тридцать, невзрачный, в поношенном плаще. Зубы острые, желтые. Взгляд неприятный, цепкий такой. Из головы напрочь вылетел!

Лида нахмурилась, припоминая.

— Да, вроде как раз с ним ты пересеклась несколько дней назад, у боковых ворот. Вы обменялись двумя-тремя фразами, потом ты развернулась и ушла. — Она пожала плечами. — Знакомый?

— Вроде бы, — буркнула я, избегая подробностей. — Надо будет разобраться.

В голове вертелся вопрос о незнакомце с низким голосом, с которым Лида общалась под нашей дверью в первую ночь: «…говорит, что ничего не помнит. Врет, скорее всего…» По-хорошему, надо бы выяснить, а уж через него выйти на второго заговорщика.

Но взгляд Лиды, хоть и спокойный, все еще хранил тень былого страха и недоверия. Нет. Слишком опасно. Слишком много неизвестного. Утро вечера мудренее.

— Ладно, — вздохнула я, вставая с кровати. — Пойду умоюсь. Завтра опять ранняя практика с его сиятельством.

Лида еще секунду поизучала мою спину — взгляд у нее был очень уж прожигающий. Но потом, видимо, снова уткнулась в учебник. Похоже, купилась на мою «рациональность».

Вернувшись, я залезла в кровать, укуталась в одеяло. Но сон не приходил несмотря на усталость. Обрывки разговора заговорщиков — «демон сожрет его душу», «вину на Вейл» — смешивались с ухмылкой Густава и ненавидящим взглядом Виктории. Я проворочалась больше часа, прислушиваясь к ровному дыханию Лиды, прежде чем уснуть.

Утро принесло лишь тяжесть в висках и ощущение надвигающейся бури.

В лабораторию я добралась опять последней. Мастер Келлан деловито кивнул. Ромео уже стоял у стола, его поза была привычно напряженной, но в серых глазах — лишь настороженность. Похоже, мои способности его все же впечатлили, и теперь он ждал очередного спектакля.

— Продолжаем, — сказал Келлан. — Увеличиваем мощность на треть. Фокус на стабильность при возросшей нагрузке. Готовы?

Я кивнула, сосредоточившись. Ромео взмахнул рукой. Над столом вспыхнул сгусток Плазмы — крупнее, ярче, чем вчера. Я протянула руки, легко уловив его ритм. Нити Стазиса поплыли навстречу, начав плести знакомый гибкий каркас — обволакивающий, направляющий. Все шло как по маслу. Даже Келлан одобрительно хмыкнул где-то сбоку.

И вдруг…

Воздух затрещал от внезапного, яростного рева энергии! Плазма рванулась из каркаса как бешеный зверь, ее края превратились в бьющееся, искрящееся безумие. Жар волной ударил в лицо!

Я вздрогнула от неожиданности, но вместо паники в груди вспыхнул холодный вызов. Пальцы сжались в кулаки, и голубоватое сияние каркаса полыхнуло в разы ярче, став не оболочкой, а живой, дышащей броней. Плазма билась внутри. Искры, рвущиеся наружу, врезались в уплотнившуюся структуру и гасли, рассыпаясь короткими вспышками. Жар отступил, но воздух вокруг гудел, насыщенный статикой.

Я чувствовала вибрацию чужой взбесившейся силы, но каркас надежно сжимал бушующий сгусток в своих объятиях.

Все произошло за долю секунды. Келлан только вскинул голову, уловив всплеск энергии, но не успел среагировать.

— Что… — начал он.

— Все в порядке, Мастер! — выдохнула я, чувствуя, как дрожат руки, но голос при этом звучал ровно, не дрожал. — Просто… импульс. Контролирую.

Я ослабила хватку. Плазма прикидывалась послушной и больше не вырывалась.

Все это время, несколько секунд, я смотрела не на Келлана, а на Монтези.

Он стоял бледный, как мел. В широко распахнутых серых глазах светились страх и беспомощность! Ромео смотрел на сгусток собственной магии, как на призрак. Весь этот кошмар случился не по его воле. Мощная, опасная для всего живого… и неживого… магия Плазмы вырвалась на свободу, игнорируя волю своего хозяина!

Монтези встретился со мной взглядом, без всякой телепатии и гипноза прекрасно передавая: «Молчи!»

Я едва заметно кивнула. Келлан что-то пробормотал про осторожность, но, видя, что кризис миновал, махнул рукой: «Продолжайте».

Оставшееся время прошло в гнетущем напряжении. Я без труда удерживала Плазму, но мысли были далеко. Страх Монтези был отличнейшей наглядной иллюстрацией, впечатляющей лучше любых слов и записей.

Бесконтрольная магия, магия без контроля… Не сам избалованный аристократик, решивший из вредности спалить лабораторию, а его безмозглая, безумная магическая мощь…

Етижи-пассатижи, что же будет, если этим телом на время завладеет демон?!

Когда Келлан наконец отпустил нас, Ромео вылетел из лаборатории первым, даже не взглянув в мою сторону. Я последовала медленнее, давая ему фору, переваривая увиденное. Его магия была опасной не только для всех вокруг, но и для него самого. Непонятно, правда, почему меня это так волновало?!

Выйдя в прохладный коридор, я глубоко вдохнула и потянулась, пытаясь сбросить напряжение. И тут из глубокой тени каменной арки, примыкавшей к лаборатории, высунулась рука… Сильные пальцы до боли сжали мне предплечье. Резкий рывок — и вот я тоже в сумраке арки, практически невидимая и незаметная.

Тем более злющий Монтези прижал меня к стене всем телом, и его дыхание горячим облаком било мне в лицо.

— Ни слова, — прошипел он. — Ты поняла? Никогда и никому! Ни Мастерам, ни своим убогим подружкам — никому! Ты ничего не видела!

Я попыталась вырваться, но хватка у парня оказалась, как стальные тиски.

— Что ты не контролируешь свою магию? — Я презрительно фыркнула, глядя Ромео прямо в глаза и стараясь скрыть дрожь. — Да это уже давно не секрет! Об этом может узнать любой, кому захочется.

— О чем ты болтаешь, мышь? — процедил Монтези, хищно прищурившись.

— О твоих врагах! — выпалила я. — Есть ли у тебя враги настолько опасные, что готовы не просто насолить, а убить? Не ножом в спину, а изощреннее…

Ромео снисходительно усмехнулся, но без привычной самоуверенности. Высокомерное выражение на его лице смотрелось как забытая после карнавала маска.

— У моего рода врагов в десятки раз больше, чем жителей в твоей заброшенной деревушке. Это цена силы и положения. — Он наклонился ближе, голос стал тише, опаснее. — Но ты не просто так ляпнула? Ты что-то знаешь. Говори! — Боль от крепко сжавшихся пальцев снова пронзила руку. — Ты же с первых дней тут все разнюхивала, как крыса! Говори, что ты нарыла! Или клянусь…