5

Мысль о том, чтобы покопаться в имперских хрониках, никак не отпускала. Где, как не в них, искать зацепку. Любые катаклизмы, необычные случаи, внезапные смерти, предшествовавшие моему появлению в приюте, — все могло помочь. Записи со всех земель, тщательно собранные в одном месте, отсортированные по годам — в воображении все это выглядело очень соблазнительно. Вот только стоит ли оно того, чтобы лезть в самое логово имперской знати, да не тайком, а в открытую!

Тянуть из немногословной Мексы подробности — та еще пытка. Но спустя несколько наводящих вопросов все же выяснилось следующее. Каждые двадцать два года, а именно столько длилась Всесветная война в незапамятные времена, бывшие ее враги-участники поклялись собираться вновь и подтверждать нерушимый договор.

Если эту часть истории Империи и проходили на первом курсе, то уже без меня. Мекса же без запинки перечисляла даты, страны, имена, хорошо хоть до кличек боевых лошадей не дошло. Пять стран ввязались в ту войну. Наша Империя, к тому моменту объединившая немало разрозненных земель. Дикий Лес, приютивший все расы, не нашедшие себе места среди людей. Знойная пустынная Самакона. Северная Истрия, бывшая тогда отдельным княжеством. И восточное королевство Инген-Гратис, о таком я даже не слышала. Кровопролитная бойня, к счастью, закончилась мирным договором, незыблемым вот уже сотни лет.

Северные и восточные соседи со временем добровольно вошли в состав Империи. Провинция Истрия сохранила свое название, взятое от крупнейшей горной реки. Земли Инген-Гратис же, именованные по прежнему королевскому роду, его лишились и вошли в Империю как земли Да́ссамор. А примерно сорок лет назад и того названия не осталось, впрочем, как и самих земель — теперь их знали как Пустошь.

На мирном договоре это расширение никак не сказалось, три оставшиеся стороны — Империя, Лес и Самакона — собирались, как и прежде, каждые двадцать два года, чередуя место встречи. В очередной раз — в столице Империи, в этом году. Примерно через два месяца, в первый день весны.

— Так, ладно, а мы здесь каким боком? — подозрительно спросил Хельме.

— Правители в знак высшего доверия друг к другу съезжаются полными семьями, никого не оставляя за спиной на родине.

— И-ии?..

— Я дочь астарха. Вы — мой триангл, принятый родом. Когда унварты негласно возглавили Лес, люди приравняли наш триангл к своему понятию «семья». Все должны ехать. Почему вы так смотрите?

— Должны?.. И когда ты собиралась нам об этом сказать, Мекса?!..

— Как официальное приглашение пришлют, — спокойно повела она плечом. — На неделе должно прийти.

Вот и думай, то ли радоваться открывшейся возможности добраться до летописей, то ли сразу пойти утопиться. А то как представлю эти семейные посиделки в императорском дворце… С разглядыванием портретов до седьмого колена, с чаепитием в узком кругу, персон этак на триста… Ох ты ж, гроршевы уши! А его светлость-то в какой восторг придет…

Неделя каникул пролетела очень быстро. Если в первые дни я еще испытывала угрызения совести за то, что так и не добралась до библиотеки, то потом махнула рукой. Наверстаю еще. Впрочем, об упражнениях мэтра Сарттаса не забывала. И они явно шли мне на пользу — страхи и сомнения, прочно поселившиеся в сердце после обретения магии, постепенно сошли на нет. А как справилась с дурными эмоциями, так и Тьма успокоилась. Не душила, не давила на плечи, стоило едва прикоснуться к ней. Может, и из этого сомнительного богатства выйдет толк.

Манс, лесное чудище, прочно обосновался в моем логове под крышей. Впрочем, вести куда-то, по жизни или в более конкретные места, несмотря на свое прямое предназначение, не торопился. Ел, спал, шипел. От свежего мяса шерстка его разгладилась, залоснилась — иногда он давал себя рассмотреть, прежде чем, ворча, перебирался в более укромное место. Один раз ночью я даже почувствовала, как что-то легкое и теплое улеглось на ноги и мерно затарахтело.

— Может, тебе имя дать, чудище?

— Гхр-ретх, — приоткрыл манс один зеленый глаз, заворчав.

— Вот Греттен* и будешь.

Первый учебный день во втором семестре начался с всеобщего собрания всех учащихся на большой тренировочной арене. Ничего серьезного, напутствия и правила поведения напомнят, так каждый семестр начинается, пояснил Хельме. Новое расписание для всех было составлено еще накануне и я чуть за голову не схватилась, изучая свой листок. Ни единого окна, все забито с утра до вечера, а два раза в неделю даже не пять занятий, а шесть! Во вторник и четверг, сразу после ужина.

Я пробежалась глазами по предметам — контроль, боевая магия, защитная, теневая, заклинания, деструкция и нейтрализация, управление снами, духи и темные сущности, некромантия, контроль разума… Артефакторика — раз в неделю! Одно-единственное занятие. Зато боевая магия, мало того, что каждый день, так еще и дополнительные два занятия вечерами — индивидуальные!

Мэтр Ксавия, декан факультета боевой магии, лично ведет курс. Пусть он неожиданно припомнил ректору на экзамене про дополнительные баллы за турнирную победу, тем самым обеспечив мне дальнейшую учебу, но заниматься с вечно хмурым, жестким и саркастичным мэтром каждый день, да не по одному разу — то еще удовольствие. И кому это надо было?!..

Утром понедельника Академия вернулась в привычное свое состояние — гудящий шумный улей. Короткое собрание для всех, и вперед, к новым знаниям! Неугомонные студенты расселись на трибунах, отдохнувшие, взбудораженные; мы втроем тоже заняли свои места. Точнее, вчетвером. Чудище-манс Греттен, неделю избегавший любого физического контакта, с утра преподнес сюрприз. Стоило мне облачиться в свой синий балахон, так и провисевший в шкафу все это время, как мохнатый длинноух в один прыжок оказался у меня на плече, забрался в капюшон и улегся там! Так и пошел со мной, надежно прикрытый от любопытных глаз магией своенравного балахона.

Слово взял мэтр Отран, декан стихийников и куратор первого курса по совместительству. Практически весь преподавательский состав собрался внизу, я помахала мэтру Эрдису, и тот ласково улыбнулся в ответ. А вот ректора почему-то не видно.

— Дорогие студенты, я рад вновь приветствовать всех тех, кто успешно сдал экзамен и продолжит свое обучение в нашей славной Академии! По результатам экзамена многие из вас уже наверняка заметили изменения в расписании. Изменения в скором будущем коснутся и самого учебного процесса в связи с исключительным событием. Наш бессменный на протяжении последних двадцати лет ректор, многоуважаемый и любимый многими Филиатес Валдан…

Как-то он с сарказмом сказал про многоуважаемого, или мне показалось?

— …решил сложить с себя полномочия по состоянию здоровья и передать бразды правления в надежные, крепкие руки.

Так, все-таки, «ушли» Валдана? Позволили закрыть первый семестр, принять экзамены и избавились? Что ж, не скажу, что мне жаль.

— Высшим преподавательским составом единогласно был избран новый ректор. Прошу вас приветствовать нового главу Академии — мэтр Никас Ксавия! С этого момента — его Великомудрие.

Изумленный вдох пронесся по трибунам, но тут же сменился громкими аплодисментами. Вполне искренними, надо отметить. Ничего себе, он ведь совсем молодой! А сколько ему вообще? Тридцать, сорок? Должно быть, столько же, сколько арну Шентии, они, кажется, учились вместе, мэтр Эрдис упомянул как-то вскользь. А сколько же тогда его светлости? Но пока я размышляла об их возрасте, запоздало догнала другая мысль. Что же это получается? Теперь этой каждодневной боевой магией я буду заниматься не просто у декана, а у самого ректора?!.. Вот попала-то…

Нового ректора, еще более серьезного и нахмуренного, чем обычно, приветствовали все. Мэтр Отран же продолжил:

— С учетом новых обязанностей ректора, произойдут некоторые перестановки и в высшем преподавательском составе. Временно исполнять обязанности декана факультета боевой магии любезно согласился глава попечительского совета Академии, его светлость арн Шентия. Прошу привет…

Я со стоном уткнулась головой в плечо Хельме. И я еще имела что-то против занятий с Ксавией?!..

Собрание много времени не заняло и студентов быстро разогнали по занятиям. Мекса в последнюю минуту сунула нам с Хельме по конверту, их-то содержимое мы сейчас и изучали в ожидании преподавателя.

Плотная дорогая бумага, золотое тиснение, каллиграфический почерк. Приглашения на день Содружества, именные. Было очень необычно прочитать собственное имя на бланке. Мы с Анхельмом переглянулись. Мекса, конечно, иногда пыталась шутить, причем всегда с очень серьезным видом, но не в этот раз. Ладно, позже разберемся.

Группа наша значительно поредела, из шестидесяти трех первокурсников осталось тридцать девять. Остальные тоже задумчиво крутили головой, оценивая потери. Более веской причины сосредоточиться на дальнейшей учебе и не найти. Поэтому когда в аудиторию наконец вошел мэтр Серенде, на чьих скучных лекциях слушатели обычно на ушах стояли, его встретили кроткие овечки, готовые впитывать знания.

Мэтр обвел взглядом послушную аудиторию. Я все ждала, что в его взгляде мелькнет какое-то торжество, мол, начали соображать наконец. Но нет, ничего подобного. А он ведь он, как выяснилось, не только преподает заклинания, а еще и является сильным менталистом. Да он небольшим усилием может сделать так, чтобы все внимание было приковано только к нему. Но у каждого преподавателя свои методы.

— Практика, повтор пройденного, — коротко сказал он. — Заклинание света.

Взметнулся лес рук, уж простейшее La det bli lys стыдно не знать. Я и сама беззвучно проговорила его одними губами. Сколько я билась над ним, пытаясь зажечь хоть искорку! Пусть никогда прежде мне не доводилось применять заклинания на практике, но на память я не жаловалась, и сейчас она услужливо подбрасывала мне ответы.

— La det bli lys! — выбранный мэтром парень выпалил нужные слова и продемонстрировал плотный светящийся шарик.

— Хорошо. Заклинание невидимости, — указал мэтр Серенде на свою чашку с чаем.

Йег ойнске икке… Надо же, действительно все помню.

— Jeg ønsker ikke å se det, — тщательно проговорила вызвавшаяся девушка рядом ниже и кружка исчезла.

— Заклинание проявления?

А вот это уже без меня проходили. Анхельм тоже вытянул руку, ему и отвечать.

— Vis meg hva som er… er… — запнулся Хельме. — Er skjult!

Сработало, чашка вновь стала видимой, а я одобрительно пихнула друга в бок.

— Защитная оболочка для предмета?

Длиннющее заклинание, но и его я помнила, привычно складывая губы без звука: опретте ен угхен… Да, в первом семестре у мэтра Серенде студенты не особо усердствовали — одна только темненькая зубрила подняла руку. Но преподаватель вдруг обратился ко мне, видимо, заметив беззвучный шепот.

— Нит-Истр? Попробуете?

Ух. Руки неожиданно вспотели. Но я кивнула. Надо же когда-то начинать. Потянулась к своему внутреннему озеру, зачерпнула немного магии — теперь это занимало не более пары секунд.

— Opprette en ugjennomtrengelig skjold rundt ting jeg trenger, — надеюсь, ничего не перепутала.

Не перепутала. От меня к преподавательскому столу потянулась прозрачная черная паутинка, наматываясь вокруг чайной чашки, как сахарная вата на палочку. Она тянулась и тянулась, образуя все более плотный кокон, пока тот не стал абсолютно черным, непроницаемым. Наверное, хватит. Залюбовавшись, я даже не сразу сообразила, что под действием заклинания моя магия сама сменила форму.

— Хм, хорошо. Заклинание молота?

— Vis meg slegge! — выкрикнул голос с задних рядов, не дожидаясь разрешения мэтра. Тяжелая призрачная кувалда с размаху опустилась на паутинный кокон с чашкой внутри. И… ничего. Молот от удара не выдержал сам и развеялся, моя же защита осталась нетронутой.

Я обернулась на выскочку и наткнулась на тяжелый взгляд наследного принца. Клянусь, никогда я еще не прикладывала таких усилий, чтобы ни один мускул на лице не смог меня выдать! Потому что внутри я всецело отдалась злорадному ехидству. Боги, как же это прекрасно — иметь магию!

Манс Греттен еле слышно заворчал, заерзал в капюшоне, надежно укрытый волосами. Я не обратила на него внимания, играя в гляделки с принцем. Вот бы раньше я могла так дать отпор! И не просто словами, а с такой мощной поддержкой изнутри! Сладкое чувство уверенности заполняло меня с каждой секундой.

Принц, не отрывая взгляда, медленно и четко процедил:

— Ta et stykke av min sjel.

Незнакомое заклинание создало неожиданно мощную волну, устремившуюся к кокону с чайной чашкой внутри. Сьель — это что-то с душой связано, вроде? Но уже было не лингвистических изысканий — ярко-красная боевая магия окутала защитный кокон и тот опасно прогнулся, затрещал. Ну уж нет! Прежде чем я вспомнила подходящие слова, черное пламя, напитанное злорадством, а теперь и злостью, само вырвалось из руки и сцепилось с красным потоком. На столе заклубилась яростная схватка.

— ПР-РЕКРАТИТЬ!!!

Громогласный голос обычно тихого мэтра Серенде иголками впился в виски, оглушая. Ментальное воздействие, не иначе. Мне показалось, он прогремел на всю Академию. Половина студентов схватились за головы, пытаясь унять звон в ушах. В аудитории повисла гробовая тишина.

— В Академии не учат этому заклинанию, ваше высочество. Откуда оно Вам известно? — прежним тихим голосом спросил принца мэтр Серенде. Только теперь он звучал очень настороженно.

— А Вы думали, я буду довольствоваться этими огрызками знаний? Так вы не единственные учителя на всю Империю…

Мое кратковременное торжество сменилось сомнением. А Аландес не так уж прост. Мало иметь магию, когда другим доступны редкие знания. Интересно, в каких книгах откопал? Может, у него тоже доступ к верхним ярусам библиотеки? Или из древних фолиантов дворцовой сокровищницы почерпнул. Я впервые задумалась о том, что Академия действительно может быть не единственным кладезем знаний. Но почему именно этому заклинанию не учат? Звучало оно довольно просто, а какое мощное!

Мэтр Серенде пристально оглядывал нас обоих, но больше ничего не сказал.

— Новая тема. Заклинания отложенного действия. Записывайте…

Аудитория послушно отмерла, заскрипев карандашами. А у меня вдруг зачесалась лопатка, наполняясь жгучей несильной болью. Я просунула руку и нащупала вспухающие короткие полоски. Греттен, вот гаденыш! Вцепился когтями в самый неподходящий момент, только сейчас почувствовала.

Занятие окончилось и толпа хлынула к выходу. Почти две недели я избегала любого общения с сокурсниками, поначалу вынужденно, затем добровольно. Судя по тому, что вокруг нас с Хельме образовалось несколько пустых мест с начала занятия, они тоже общаться не спешили. Мы вышли из аудитории последними, но в коридоре все же задержались несколько студентов.

Первой неуверенно подошла та темноволосая зубрилка, кажется, ее Золара зовут.

— Ты в слове ugjennomtrengelig ударение неправильно поставила. Так бы защита сразу цельной встала, а не слоями. И быстрее намного, вдруг пригодится. Но выглядело красиво.

— Спасибо… Я в первый раз.

— А правду болтают, будто ты наследница Тьмы? — с опаской подошел еще один парень. Ну началось. Сами спросили, как тут было удержаться.

— А то. Гроршей на завтрак ем, младенцами закусываю. Бу. — еще и манс словно в подтверждение моих слов глухо зарычал из капюшона.

Сокурсники слабо улыбнулись и переглянулись.

— Слушай… ты не подумай, что подлизываемся. Наоборот, знаешь, как мы вами после турнира гордились! Только потом эта история мутная с отчислением, а сейчас ты снова учишься. А, главное, кому верить — крыжт его знает, те одно болтают, эти другое…

— Ребят, вы себе для начала верьте, — встрял Хельме. — Чего хотели-то?

— Мы это… Короче, надо будет что — обращайтесь. Ардине по учебе там нагнать пропущенное или еще что. Вот.

Вот так вот. Приятно и неожиданно.

Хельме поспешил на профильное занятие на факультет к стихийникам. Я же нехотя двинулась в сторону боевого. Первое же занятие принесло три неприятных открытия. Во-первых, если арн Шентия и пообщался с племянником, разговор действия не возымел. Глупое надуманное противостояние никуда не делось. Ну да сама разберусь, как и заявила его светлости.

Во-вторых, мне очень не понравилась мысль о том, что здесь не всему-то и учат. Пусть я теперь могу защищаться совсем на другом, магическом, уровне, чем мне это поможет против каких-то тайных недоступных знаний?

И в-третьих, контроль мой не так хорош, как я уже успела себя убедить. Стоило позлорадствовать, слегка разозлиться, как черное пламя само вырвалось навстречу боевой магии Аландеса, и это не я его направила! В этот раз все обошлось, а дальше? Сейчас ведь профильное по боевой и снова с тем же Аландесом! Да под руководством арна Шентии… Впору было биться головой об стену. Это будет очень, очень долгий день.

Заранее накручивая себя на неизбежный конфликт, по стеночке, незаметно, скользнула в малый тренировочный зал. Те несколько занятий у Ксавии, на которых мне пришлось побывать, разнообразием не отличались. Мэтр разбивал студентов на пары и коротко командовал: «Бой!». Я отсиживалась в сторонке. После нескольких моих бесплодных попыток принять участие в тренировках, Ксавия махнул рукой, а там и саму меня отчислили.

В группе осталось шесть человек, все парни, а ведь в начале года девушек было трое, включая меня. Пока не заметил Аландес, я пристроилась к одному из тех парней, что подошли к нам с Хельме после заклинаний, Миттелю. Пустое место, убеждала себя я, думая о наследном принце. Не вижу, не слышу. Не разговаривать, на провокации не вестись. Ни гнева, ни злости, повторяла я про себя мантру нараспев. Помни, что бы ни случилось, он всегда выйдет сухим из воды, а вот ты себя еще не до конца контролируешь. И все же принц меня заметил. Даже открыл рот, наверняка чтобы сказать какую-то гадость, но его опередили.

— Выстроиться в шеренгу, — раздался глубокий бархатный голос у меня за спиной. Близко-близко, я вздрогнула. Ну как можно так бесшумно подкрадываться!

В бою все идет в ход — и заклинания, и ритуалы, и артефакты. Только хорошо их готовить магу в тылу, надежно защищенному «мясом» на передовой. В разгаре же битвы нет лишних секунд даже на простенькое заклинание, там все решает скорость и умение управлять своей магией.

Хорошая боевая магия — это магия одного сокрушительного удара. Но это высший пилотаж, только очень сильный умелый маг может позволить себе такой риск. Чтобы вложить всю мощь в единственный рывок — для этого нужно просчитать все до мелочей. А если удар не достигнет цели? А если более мощный поток собьет его с пути, а то и вовсе уничтожит?

Поэтому сначала учат разделять силы на несколько потоков, держать в поле зрения все возможности, что могут привести к успеху. Нет ничего глупее для начинающего бойца, чем сразу израсходовать весь потенциал.

— Проверим, на что вы способны.

Арн Шентия обошел выстроившихся студентов. Наглухо застегнутый черный китель с рядом серебряных пуговиц, высокие сапоги грубой кожи, ничего лишнего, словно сам только из казарм. Высокий, подтянутый, собранный. Красивый… От чего-то сердце забилось быстрее. Пусть я была немного не в себе после прохождения Врат, дерзила, наговорила грубостей, но в глубине души ждала новой встречи. Ну и пусть, что во мне видят только темного мага и не верят рассказам о второй магии. Я смогу доказать, что могу больше. Когда-нибудь… Греттен, про которого я уже и забыла, настолько он уютно пристроился в капюшоне, вдруг ласково боднул меня головой в шею. Вот же странное создание, поди его пойми. То шипит и царапается, то ластится.

Его светлость создал на одном из тряпичных манекенов прочный светящийся щит конусом.

— Подходим по очереди, — скомандовал он. — Задача пробить щит, задеть «человека». Гриспель, вперед.

Ого, даже группу по фамилиям выучил? Низкорослый крепкий Гриспель подошел к щиту почти вплотную. Резко, с усилием поднял правую руку, согнутую в локте, с зажатым кулаком. Воздух сгустился, обтекая красным светом кулак, чуть слышно лязгнул металл. «Перчатка», хороший прием для ближнего боя. Одним резким ударом парень пробил дыру в щите, но до манекена едва дотронулись уже голые пальцы, вся сила ушла на разрушение защиты. Шентия взмахом руки восстановил щит.

— Неравномерное использование ресурса. На щит хватило бы меньшего, на саму цель ничего не осталось. Орвидес.

Следующий парень приближаться не стал. Он опустил руки, чуть отведя их от тела, сосредоточился и вскинул их вперед, растопырив пальцы. Десять красных стрел ударили в конус, срикошетив. Две из них вовсе не попали в цель. Щит даже не дрогнул.

— Таким «веером» только на рой мух охотиться, — поморщился его светлость. — Тут цель одна, не распыляйтесь. Рес Данлавин.

Наследный принц свел перед собой ладони, сгущая вспыхнувшие красные искорки в шар. Уплотнив их до размеров небольшого мяча, запулил в центр манекена. Шар легко пробил защиту, но потеряв в массе, изменил направление, почти оторвав тряпичную руку.

— Меньше размер, больше плотность. Держать прицел до конца. Миттель.

О как, даже собственного племянника приложил. А мне нравится. Нет, не то, конечно, что наследного принца раскритиковали, а то, что ко всем на одинаковых условиях, никого не выделяя.

Оставшиеся парни испробовали и другие приемы, все с разным успехом.

— Нит-Истр.

Уф, моя очередь. В теории я знала только прием «перчатки» и «веера», оба уже показали себя не особо эффективными против щита. Поэтому я просто потянулась к своей магии, зачерпнув побольше, и выпустила ее наружу. Если до меня все продемонстрировали яркую красную силу в той или иной форме, то моя тьма в виде черного пламени просто обтекла сверкающий щит, словно растворив его в себе. И затем с шипением всосалась в беззащитный манекен. Тот остался целехоньким, только полностью почернел.

— Ни формы, ни контроля, ни концентрации. Цель — нанести ущерб. А это что теперь, амулет-переросток?

Кто-то хихикнул, но тут же замолчал под тяжелым взглядом нового преподавателя.

— Работы непочатый край. И это ко всем относится, — припечатал он остальных. Кажется, я начала скучать по мэтру Ксавии.

Все оставшееся занятие Шентия немилосердно гонял группу, заставляя отрабатывать приемы бесконечное количество раз. Хорошо хоть не друг на друге — каждый тренировался на манекенах, отделенный от прочих невидимой стеной. Не раз мне приходилось вспоминать уроки контроля мэтра Сарттаса, потому что за успехами группы его светлость предпочитал наблюдать в непосредственной близости от меня.

Спустя немалое количество неудачных попыток моя бесформенная тьма наконец оформилась в размытый, но вполне узнаваемый клинок.

— Можешь лучше, — скупо бросил Шентия.

Вот и вся похвала, будто не видит, как у меня щеки раскраснелись от натуги, а лоб взмок. И это только первое занятие, а что дальше? Думать об индивидуальных вечерних и вовсе не хотелось.

Начало дня, я уже вымотана донельзя, а впереди еще три занятия! Надеюсь, хотя бы остальные преподаватели окажутся не такими монстрами. Манс на удивление сидел смирно, хотя наверняка утрясся там, в капюшоне. Звонок, наконец-то!

Я первая ринулась к выходу в надежде опередить Аландеса и больше не встречаться с высокородным семейством хотя бы сегодня.

— Ардина, подожди, — пригвоздил меня к месту голос сзади.

Я тоскливо проводила взглядом вышедших студентов. Очень хотелось пить и умыться. Греттен начал ерзать в капюшоне, ему бы тоже не помешало лапы размять.

— В прошлый раз я предложил тебе обучение…

— И не оставили выбора, решив все за меня. Я уже видела расписание.

— Что касается индивидуальных занятий, выбор все так же за тобой. Против воли настаивать не стану. Я наблюдал за тобой сегодня, у тебя огромный потенциал. И схватываешь все на лету.

Серьезно? А про отсутствие формы и контроля кто-то другой говорил?

— Мне показалось, Вы были недовольны. «Можешь лучше» — сомнительный стимул.

— У меня свои методы, — с заминкой ответил Шентия. — Хорошо, мне не доводилось еще преподавать, но я учту, что кое-кто болезненно реагирует на критику. Ты за одно занятие сегодня освоила то, чему новички учатся неделями. Придать магии форму за неполный час, пусть еще не совсем совершенную — это, несомненно, талант. Потому и сказал, что можешь лучше. Боевая магия — лучшее применение для твоей Тьмы. Тебе стоит сосредоточиться именно на ней.

— А еще весьма полезная для Империи, верно?

— А ты предпочитаешь проклятия или развоплощение?

Я промолчала.

— Уверен, там ты тоже добьешься успеха. Но если я правильно понял, тебе претит сама идея разрушения.

— Боевая магия тоже зло. Это война, боль…

— А еще защита своего народа, справедливость и возмездие.

— Империя ни с кем не воюет уже сотни лет, — вспомнила я рассказ Мексы. — У нас с соседями нерушимый мир.

— Нерушимый и при этом вооруженный до зубов. До тех пор, пока кто-то не даст слабину. Поверь, я знаю об этом куда больше твоего. Ты нужна нам… своей стране. А я смогу обучить большему, чем включает в себя стандартный курс.

Я вспомнила слова наследника, брошенные в запале, про то, что Академия не единственный источник знаний. Соблазнительно, конечно.

— Тогда почему Вы не возьметесь обучать собственного племянника? Он-то чистый боевой маг.

Его светлость ненадолго замолчал.

— Аландес… Он — будущий правитель, ему следует сделать упор на другом.

Я уж не стала говорить, что принц и сам не промах. Где бы он не вычитал то интересное заклинание, такой шанс упускать нельзя. Не то чтобы я наперед готовилась к чему-то, но дополнительные знания не помешают.

— В таком случае… Я согласна, ваша светлость.