Глава 24. Дамир

Пару дней, проведенные в доме вместе с Розой, перевернули с ног на голову привычную жизнь и её распорядок. Мне нравится поздно просыпаться в её объятиях, пробовать её еду, которая по вкусу получается не хуже, чем у Альфии, гулять с ней, хотеть её каждое мгновенье, когда девушка рядом… Это невероятно приятно, этого так не хватало мне.

Я наконец-то почувствовал жизнь в других красках, когда живешь моментом, а не планами, и получаешь от этого безумный кайф, будоражащий и, конечно, отшибающий мозги, иногда мешающие жить.

— Не бойся, трусишка, — протягиваю руку Розе. — Давай, я буду рядом. Зевс хочет, чтобы ты погладила его.

— Поэтому так смотрит на меня? — не решается она и сторонится моего пса.

— Как?

— Как на врага народа.

— Тебе кажется. У страха глаза велики.

Роза отрицательно мотает головой.

Мы вышли на прогулку с Зевсом, но девушка сторонится добермана, думая, что тот может как-то навредить ей, хотя мой умный порядочный пес никогда этого не сделает. Более того, я вижу, как Зевсу понравилась Роза. Он всё время вертится около неё, а трусишка принимает это за настороженность со стороны собаки и опасность для неё.

— Ты пугливая пташка, — смеюсь и заставляю её присесть. — Зевс, лежать.

Доберман выполнят команду, высовывает язык и прикрывает глаза.

— Посмотри, он доверяет нам, — говорю и глажу блестящую шерсть Зевса. — И никаких признаков агрессии.

Роза смотрит на нас с сомнением.

— Ты хозяин, Дамир. А я …

— Теперь тоже хозяйка для него. Он это понял и принял.

Роза сконфуженно поджимает губы от неожиданного заявления, хлопает длиннющими ресницами, глядя на меня. Я беру её за руку и гладу на загривку Зевса.

Роза почти не дышит. Вся побледнела. Но руку не одергивает. Зевс даже не шелохнулся. Чувствует, что не стоит сейчас пугать бедную девушку, покрывшуюся холодным потом.

— Погладь аккуратно, не бойся, — говорю шепотом и жду.

Молочные, почти белые тонкие пальчики Розы начинают гладить шерсть и следить за реакцией Зевса. Тот лежит с довольной мордой и принимает ласку. Сейчас и я бы не прочь оказаться на его месте и балдеть от прикосновений этой малышки.

— Молодец, — обнимаю Розу и целую в висок.

— Кажется, уже не так страшно…

Только Роза расслабляется, как Зевс открывает глаза и прыгает лапами ей на грудь, отчего та пугается и падает спиной на траву.

Роза визжит, а Зевс лижет ей руки, которыми она закрывает лицо.

— Хватит, дружище, — понимаю, что благодарность и дружелюбие вырвались из пса в неподходящий момент.

Доберман, поскуливая, отстраняется от Розы, которая хоть и знает, что ничего плохого не произошло, все равно дрожит и не открывает лицо.

— Зевс, домой, — строго говорю и доберман пулей летит к воротам, которые находятся в трехстах метрах от нас.

Я ложусь рядом с Розой и прислоняюсь ртом к её уху.

— Вот и познакомились, — сдерживая смешливую улыбку, шепчу. — Можешь открыть глаза и посмотреть, какое красивое небо сегодня. Вон там плывёт бегемот…

Я легонько толкаю локтем в бок Розу, чтобы та уже расслабилась. Она растирает лицо ладонями и, не обнаружив поблизости Зевса, выдыхает.

Переворачивается на бок и устраивает голову на моей груди. Ветер поддувает её волосы, аромат которых ударяет мне в нос и кружит голову.

— Вовсе это не бегемот, — шмыгает носом Роза. — А милый слоненок… Вон и хобот имеется.

Моя грудь дрожит в смехе. Приглаживаю волосы Розы, конечно, соглашаюсь:

— Да, наверно, все-таки слон… Не замерзла? — замечаю, как по оголенным плечам у Розы бегут мурашки.

— Нет, — прижимается сильнее. — Ты горячий. Греешь меня.

Обвиваю её руками, прирастаю губами к макушке и закрываю глаза. Вот бы заморозить этот миг. Чтобы длился вечно. Слышу ее ровное дыхание, чувствую девушку максимально близко, её запах, биение сердца, и приятное тепло растекается по венам.

Телефонный звонок прерывает тишину. Я вяло тянусь в карман за телефоном и отвечаю на вызов.

— Да, Паша. Ты уже у меня? Через десять минут буду.

Досадно прорычав после завершения разговора, я поднимаюсь и протягиваю руку Розе:

— Ко мне друг приехал. Ждет нас.

— Какой друг?

— Скоро увидишь.

Я знаю, зачем приехал Паша. Как говорится, если Гора не и идет к Магомеду, то Магомед идет к горе. На работе я не появлялся с тех пор, как Роза здесь. Это странно для меня. Паша не на шутку переживает, поэтому и приехал сюда лично.

Мы в гостиной пьем кофе, а за соседней стеной слышно Розу и Альфию, которые хозяйничают на кухне.

— В чём проблема, брат? — сразу в лоб начинает Паша. — Ты торчишь здесь из-за этой девчонки?

Удар под дых. Хороший такой. Точный.

— Не говори ерунды, — встряхиваю головой и невольно смотрю в сторону Розы, когда слышу её голос.

— А что тогда? Раньше за тобой такого не замечалось, — хмурит брови Паша, пристально изучая меня.

Дико некомфортно сейчас бороться с самим собой и с Пашей в том числе.

— Был небольшой отдых. Я приеду в офис завтра, — звонко ставлю чашку на блюдце.

— А что делает здесь эта девчонка?

— Ее зовут Роза, — резко отрезаю и прожигаю взглядом друга.

Паша поднимает ладони вверх.

— Ладно-ладно. Роза, так Роза. Просто раньше ты не называл её по имени.

— Всё изменилось.

— Что изменилось, Дамир? Влюбился в неё? В дочку своего врага?

Жар охватывает мое лицо. Начинаю закипать и сильно сжимаю ручку кресла.

— Твои слова выводят меня из себя. Поосторожнее, брат.

Паша кивает, поджимая губы и делая свои выводы насчет моего поведения.

— Роза живет здесь из-за угрозы жизни. Как во всём разберёмся, она переедет.

— И как давно ты охраняешь её жизнь? — как бы невзначай, но целенаправленно спрашивает Паша.

Из кухни выходит Роза с тарелкой в руках. Смущенно улыбается и подходит к нам.

— Мы с Альфией старались. Угощайтесь. — Ставит тарелку на стол и переглядывается со мной. — Приятного аппетита.

Паша сверлит её взглядом, а потом меня. Я сдерживаюсь и улыбаюсь в ответ Розе.

— Спасибо, детка.

Роза уходит, и Паша кивает на тарелку.

— И что это?

— Сырники, блядь, — фыркаю я. — Или ты слепой?

— Я-то как раз все вижу, Дамир. А вот ты когда успел ослепнуть? Роза вскружила тебе голову… Это может плохо кончиться.

— Я в порядке, ясно? Всё под контролем. Никто мне голову не кружил, если еще раз заикнешься об этом, я за себя не отвечаю.

Со злости беру сырник и жадно проглатываю его на глазах у Паши. До жути вкусно, блядь.

Наши взгляды испепеляют друг друга. Друг первым прекращает эту безумную агонию, что проносится между нами.

— Ладно, забыли. Жду тебя завтра.

Киваю в ответ. Это не входило в мои планы, но до офиса съежу, чтобы Пашу не разорвало от подозрений и переживаний.

Телефон дребезжит на столе. Звонит Марат. Именно сегодня я всем нужен, как глоток воздуха.

Отвечаю и мрачнею с каждым услышанным словом.

— В смысле пропала? С ума сошел? — соскакиваю с кресла.

Паша напрягается и вслушивается в разговор.

— Что случилось? — настороженно спрашивает он, когда завершаю разговор и покрываю трехэтажным матом всё вокруг.

— Айлин пропала… — взвываю я и набираю сестру.