Глава 17

Передо мною стоял Зейн. Его лицо искажала злобная гримаса. Уродливая страшная маска безумно пугала. Мужчина сейчас ненавидел всех, в том числе и меня. Взгляд его был жутким.

– Моя, – внезапно рявкнул он и, схватив за предплечье, потащил за собой. – Не сбежишь! Не отпущу!

– Нет, нет, нет! Не трогай! Пожалуйста, – закричав, открыла глаза, испуганно оглядываясь по сторонам.

Кирилл, погладив по руке, успокаивающе прошептал:

– Это сон, всего лишь сон. Тихо!

Закрыв глаза, тяжело вздохнула, чувствуя себя совершенно разбитой. Сердце билось так, что, казалось, выскочит из груди. Только сейчас я осознала ту безумную усталость, что свалилась на голову.

– Вам плохо? – раздался участливый голос стюардессы. – Может, принести воды?

– Нет, все хорошо, спасибо, – ответила я и чуть улыбнулась, – Не беспокойтесь.

– Точно? – девушка продолжала внимательно вглядываться в мое лицо.

– Да, – кивнула в ответ. – Все хорошо. Правда.

Бортпроводница бросила на меня пристальный взгляд, а потом направилась дальше по салону.

– Влада, у тебя все в порядке? – уточнил Кирилл. – Не врешь?

– Да просто кошмар приснился, – обхватила себя рукам за плечи. – Скоро мы прилетим?

В ответ мужчина глянул на наручные часы и промолвил:

– Пару часов осталось. Поспи.

– Не могу, – качнула головой.

– Влада, успокойся.

– Ощущение тревоги не отпускает ни на минуту, – тяжело вздохнула.

– Не накручивай саму себя, – послышалось в ответ.

Я отвернулась к иллюминатору, за которым расстилалось ночное небо. На душе было паршиво, но я знала, что в данный момент надо быть сильной, ради себя, Алинки, мамы…

Время перелета позволило мне все еще раз обдумать. Я вспоминала прошлое, анализировала свои поступки, ошибки, и вывод напрашивался сам по себе – прежде чем связать свою жизнь с восточным мужчиной, надо тщательно все взвесить. Да, обходительные, да, умеют ухаживать и очаровывать, да, каждой девушке кажется, что она сможет переломить ситуацию и воспитает мужчину под себя, но менталитет не исправишь. В таких отношениях есть два варианта: принять все правила, или…

Я выбрала свободу и очень надеялась, что больше никогда не увижу Зейна. Сердце при этой мысли болезненно сжималось, вызывая в груди боль.

Но я точно знала, что все сделала правильно. Именно эта мысль помогла пережить тот факт, что жизнь оказалась разбитой. Все сложилось паршиво, и уютный милый роман перерос в катастрофу…

Когда самолет приземлился, Кирилл взял меня за руку и сообщил:

– Двигаемся быстро, чтобы поменьше засветиться на камерах.

Мы почти бегом покинули здание аэропорта и оказались на парковке. От количества машин разбежались глаза.

Внезапно нам дорогу преградил какой-то человек. Автоматически, едва не споткнувшись, испуганно замерла.

Тем временем незнакомец подошел к Кириллу, взял деньги и отдал ключи. Невольно вздохнула с облегчением, осознав, что это всего лишь курьер.

– Поехали, – мой спутник кивнул в сторону выхода.

– Куда?

– Домой…

У аэропорта нас ждал белый неприметный автомобиль. Едва сели, Кирилл рванул вперед.

Полдня гонки, и мы въехали на территорию Франции. Для ночлега Кирилл выбрал небольшой загородный отель. Поднявшись в номер, мужчина тщательно его осмотрел, а потом выдал:

– Можно спокойно отдыхать.

Оглядев крохотную комнату, поинтересовалась:

– А ты где спать будешь?

– В кресле, – послышалось в ответ. – Уж извини, но одну я тебя не оставлю.

Окинув задумчивым взглядом большую кровать, протянула:

– Тут хватит места на двоих. Так что не выдумывай. Тебе нужно отдохнуть.

– Даже не спорю, – мой собеседник рассмеялся. – Спать на полу, так себе идея.

– Вот и договорились, – кивнула в ответ. – Располагайся, а я в душ.

Встав по тугие струи теплой воды, закрыла глаза. Страшно было поверить, но похоже, нам все-таки удалось оторваться от преследования. Я очень надеялась, что скоро смогу обнять дочь, а мое «восточное приключение останется в прошлом. Зейн… Когда-то мне казалось, что этот мужчина – моя судьба. Его любовь дарила мне крылья, а потом стала наказанием, иначе и не скажешь. Я прекрасно понимала, что никогда не смогу жить по его правилам, жаль, что он этого так и не осознал.

Огромное светлое чувство к Зейну постепенно притупилось… Своими поступками он растоптал все то хорошее, что когда-то между нами было, и исправить это уже никто и никогда не сможет. Глаза наполнились слезами. Сердце сжалось от боли. Все у нас вышло неправильно, а разбитую чашку нельзя склеить. Пропасть между нами оказалась огромной, и для чувств просто не осталось места.

«Я забуду тебя, клянусь. Забуду», – невольно прошептала, давая слово и себе, и ему.

Смахнув слезинку, выключила воду. Завернувшись в халат, шагнула к зеркалу. Пристально рассматривая свое отражение, в какой-то момент поймала себя на мысли, что вижу перед собой безумно уставшую женщину. За последние месяцы я словно постарела на тысячу лет…

Когда вернулась в комнату, Кирилл уже спал. Целый день находится за рулем безумно трудно. Мужчина даже во сне выглядел напряженным, на лбу пролегла складка. Внезапно он перевернулся, сбросив на пол одеяло.

Подняв его, укрыла моего «спасителя», а затем осторожно устроилась на другой половине кровати.

Потушив свет, закрыла глаза, надеясь, что грядущий день принесет только хорошее.

***

Утро началось весьма тревожно. Кирилл разбудил меня самым бесцеремонным способом. Мужчина тряс за плечи, приговаривая:

– Влада, просыпайся. Влада…Ну же…

Открыв глаза, растерянно уставилась на него, не понимая, что происходит.

– Вставай! –повторил мужчина. В голосе слышались тревожные нотки.

Остатки сна слетели мгновенно.

– Что случилось? – перепугано уточнила я. – Плохие новости?

– Можно сказать, неприятности уже на хвосте, – послышалось в ответ.

– Зейн нас выследил?! – сердце затрепыхалось, и в районе груди разлилась боль. Да такая, что я не могла нормально сделать ни вдох, ни выдох.

– Утром позвонил руководитель туристической компании. Некие люди тщательно интересовались мной и моим местонахождением. Я считаю, что это были ищейки шейха. Теперь он знает, кто тебе помогает. Думаю, скоро его свора выяснит, где мы остановились на эту ночь. Надо как можно быстрее двигаться дальше.

– Конечно, – соскочила с постели. – Дай мне пять минут.

– Буду ждать тебя внизу, – раздалось в ответ.

Я поспешила в ванную комнату. Быстро умывшись, собрала волосы в пучок и переоделась.

В небольшом холле администратор встретил меня приветливой улыбкой. Кивнув ему, выскочила на улицу.

Кирилл уже завел машину. Едва я оказалась в салоне, он тут же тронулся с места.

Я напряженно смотрела на дорогу, не в силах успокоиться. Меня буквально колотило от страха.

– Все будет хорошо, – внезапно промолвил Кирилл. – Вот увидишь.

Обхватив себя руками за плечи, прошептала:

– Это когда-нибудь закончится?

– Конечно.

– Я чувствую себя загнанным зверем, который бежит от охотника, стараясь спастись. Уже не осталось сил, – вздохнула и качнула головой. – Мне кажется, что этот забег никогда не закончится.

– Нет ничего бесконечного, – философски протянул мой спутник. – Надо просто верить в лучшее.

Кивнув, опять невольно вздохнула. Ощущение неотвратимой беды не давало покоя.

– Влада, на заднем сиденье пакет с едой. Позавтракай.

– Не хочу, аппетита нет.

Мужчина пристально посмотрел на меня и нахмурился:

– Есть, нету, ешь. Тебе нужны силы. Я не планирую нигде задерживаться. Дорога предстоит трудная. Пока все свежее и теплое, перекуси.

– А ты?

– Пока ждал тебя, быстро поел.

Достав бумажный пакет, обнаружила в нем горячие блинчики с начинкой, пару бутербродов, несколько ароматных булочек, приятно пахнущих корицей и ванилью. А еще вытащила бутылочку с апельсиновым соком.

– Когда ты успел съездить в магазин? – уточнила я, отламывая кусочек выпечки.

– Этот завтрак входит в стоимость номера. Просто попросил администратора завернуть его с собой, сославшись на срочные дела, – пояснил мой спутник.

– И тебе поверили?

– Не знаю, – мужчина пожал плечами. – Да и в принципе какая разница. Не так ли?

– Это точно…

… Дорога уже стала казаться бесконечной. Менялись указатели, названия населенных пунктов, городов. Кирилл останавливался на заправочных станциях, чтобы пополнить запасы топлива, купить что-то перекусить, отдохнуть пару часиков, вернее, поспать. Даже ночью мы мчались по трассе.

Кирилл выглядел весьма уставшим. Опасаясь потерять контроль от постоянного недосыпа, он тщательно следил за дорогой, сосредоточенно вцепившись в руль.

Мне было его безумно жаль.

– Давай сегодня ночью остановимся в отеле? –предложила я.– Тебе нужно нормально отдохнуть.

– Нет, – он качнул головой. – Мы уже на территории Польши. Осталось немного до нашей границы. Скоро будем дома, там и отдохну.

– Я боюсь за тебя. Ты выглядишь безумно усталым.

Кирилл посмотрел на меня и улыбнулся:

– Прорвемся. Я пообещал твоей малышке, что скоро привезу ее маму домой и намерен выполнить свое обещание любой ценой.

Осторожно коснувшись его руки, прошептала:

– Спасибо. Если бы не ты, даже представить страшно, чтобы со мной было.

Он невесомо погладил мои пальцы и промолвил:

– Долг сильного мужчины помочь слабой женщине, оказавшейся в беде.

– Ты мой рыцарь.

В ответ мне просто улыбнулись

За это время мы с Кириллом невольно сблизились. Мой бывший начальник оказался смелым и решительным человеком, весьма надежным, заботливым и ответственным. Он напоминал скалу. Рядом с ним все трудности стали казаться ерундой. Наверное, каждая женщина мечтает встретить подобного мужчину, с которым нестрашны никакие жизненные неприятности.

– Попробуй немного поспать, – предложил он. – До границы еще есть время.

Я кивнула, чувствуя себя вымотанной.

Сон окутал меня почти мгновенно. Едва закрыла глаза, сразу отключилась.

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем услышала:

– Влада, просыпайся, – а потом почувствовала ласковое прикосновение к щеке.

Посмотрев на Кирилла, сонно спросила:

– Что-то случилось?

– Граница.

Встрепенувшись, поняла, что вокруг уже сумерки, а мы действительно стоим перед пограничным пунктом. Мы были единственными, поэтому проверка документов и машины прошла весьма быстро. Нам шлепнули печать в паспортах и позволили выехать на нейтральную территорию. До дома оставалось всего ничего, буквально несколько километров…

Впереди виднелся пограничный пункт. Внезапно мое внимание привлек темный внедорожник. Он стоял у края дороги и выглядел очень подозрительным. Обычно останавливаться на нейтральной территории было запрещено.

– Кирилл, – прошептала я.

В этот момент из машины выскочили молодые мужчины, одним из которых был Хасан.

Он открыл дверь со стороны пассажирского сиденья, и на дорогу вышел Зейн.

Не знаю, как ему это удалось, но шейх явно поджидал нас…

Закрыв рот ладонями, едва сдержала панический крик. В голове не укладывалось, что нас, несмотря на все усилия, все-таки догнали. Я со страхом смотрела на мужчину, который сверлил меня тяжелым взглядом через лобовое стекло нашей машины, и понимала – это конец. Дальше только пропасть… Обрыв…

Внутри все оцепенело. Зейн мне сейчас напоминал удава, который вот-вот кинется атаковать. И самое главное, спасения не было.

Его люди буквально преградили нам дорогу, закрывая проезд, и Кирилл был вынужден притормозить, но машину глушить не стал.

– Влада, – мой спутник пристально посмотрел на меня. – Соберись. До желанной свободы остался лишь шаг, и ты его сможешь сделать. Сможешь, обязательно. Поплачешь потом, когда все закончится, а сейчас не вздумай лить слезы. Поняла?

– Да.

– Ты умеешь водить? – раздался следующий вопрос

– Немного, – выпалила в ответ. – Когда-то в детстве отец в шутливой форме объяснял мне принцип действия автомобиля и даже давал «порулить». Но, это было так давно…

– Слушай меня внимательно. Я выйду, а ты пересаживайся за руль. Что бы ни случилось, не покидай машину. Поняла?

В ответ неопределенно кивнула.

– Едва появится подходящий момент, а он появится, жми на газ и несись вперед. Даже если проезд на границе будет закрыт, даже если придется снести шлагбаум, не раздумывая, лети вперед. Твоя главная цель – оказаться на нашей территории… А потом поднимай скандал, требуй защиты, кричи как можно сильнее. Чем больше внимания привлечешь, тем будет лучше.

– Кирилл, – качнула головой. – Нет, не ходи. Он тебя убьет. Давай вместе рванем вперед. У нас получится.

Мужчина осторожно коснулся моей щеки рукой и с нежностью погладил:

– Влада, у них оружие. Даже если предположить, что, сбив несколько охранников, нам удастся прорваться, вслед полетят пули. А в тебя этот мужчина стрелять не посмеет.

– С чего такая уверенность?

– Потому что он любит тебя. Да его любовь непонятная, странная, какой-то уродливой формы, но, тем не менее, Зейн здесь.

– Не уходи, – нижняя губа затряслась, а на глазах появились слезы. Я осознала, что Кирилл решил пожертвовать собой, и прекрасно понимала, его никто не пощадит.

Мужчина, обхватив мое лицо ладонями, заглянул в глаза и прошептал:

– Я должен идти. Не думай ни о чем, кроме дочери. Алинке нужна мама. Вырвись из этого ада, разорви круг, обрети свободу, – а потом Кирилл невесомо коснулся моих губ и спешно вышел из автомобиля…

Подняв взгляд, с ужасом вжалась в кресло. В глазах Зейна полыхал огонь ярости. Он что-то выкрикнул, и его прихвостни, как цепные псы, бросились к моему спутнику. Охрана, скрутив Кирилла, буквально волоком подтащила мужчину к шейху.

Не теряя ни мгновения, перебралась за руль и вцепилась в него.

Тем временем архаровцы опустили Кирилла у ног своего правителя и отступили в сторону. Мужчина выпрямился и посмотрел прямо на Зейна, а затем сказал ему что-то резкое.

Его слова явно не понравились шейху, потому что тот сжал руку в кулак и со всей дури ударил моего спасителя.

Кирилл отлетел в сторону. Смахнув кровь с лица, криво усмехнувшись, вновь произнес явно что-то издевательское.

Шейх закипел, заревел и рванул к нему.

За мгновение до того, как оказался на земле, мой спутник повернулся и кивнул, мол, давай, сейчас, время пришло, не теряй ни минуты.

Но я не смогла сдвинуться с места.

Зейн бил Кирилла страшно. Он уселся на него сверху и молотил кулаками, превращая лицо в кровавое месиво. Охранники насмешливо за этим наблюдали, явно наслаждаясь зрелищем.

Я закричала, но с губ сорвался лишь хрип.

Удар, еще удар, еще… Кирилл замер. Зейн буквально убивал его, и я не смогла уехать. Выскочив из автомобиля, бросилась к мужчинам и со всей силы вцепилась в темные волосы отца своего ребенка:

– Не смей! Не трогай его! Не смей!

Я не знаю, откуда у меня взялись силы, не знаю, чем руководствовалась, но в этот момент боролась и за себя, и за Кирилла.

Зейн сначала опешил, а потом отшвырнул меня, да с такой силой, что я словно котенок отлетела в сторону. Упав, больно ударилась головой об асфальт. Слезы сами по себе брызнули из глаз.

Но именно это отвлекло шейха от Кирилла. Встав, Зейн шагнул ко мне и, схватив за волосы, заглянул в лицо и прошипел:

– Влада, с-с-сколько раз я тебе говорил, не смей поднимать на меня руку? Но ты плохо слушала, или не понимаешь, что натворила!

– Отпусти, – попыталась вырваться, но сильная мужская хватка, мне не позволила этого сделать.

– Никогда, – шепот стал зловещим. – Ты моя, моя вся, от кончиков волос до кончиков пальцев. Мое сумасшествие, мое безумие, моя болезненная зависимость. Больше никогда и никуда тебя не отпущу, надену кандалы, посажу на цепь, но глупостей, любимая, ты больше не совершишь.

И тут я осознала, какая жизнь меня ждет, и поняла, что уж лучше смерть здесь и сейчас, чем удел постельной игрушки и вечной пленницы.

– Не твоя, – выкрикнула, вытирая слезы. – Не твоя!

– Ошибаешься, – хмыкнул Зейн и, обернувшись, приказал своим людям. – Эту падаль сбросьте в канаву, – а потом он снова посмотрел на меня. – А мы, моя непокорная возлюбленная, поедем домой. О твоем наказании поговорим позже.

– Не смей, трогать Кирилла, и никуда я с тобой не поеду.

– Поедешь.

– Нет. Я теперь замужем, Зейн. Понимаешь, чужая жена перед людьми и Всевышним. Чужая!

Он замер, словно остолбенел. Мои слова будто отрезвили его и вернули способность рассуждать здраво. Резко обернувшись, шейх рыкнул своим прихвостням, которые стали поднимать Кирилла с асфальта:

– Оставьте его, пока.

Едва охранники отпустили мужчину, он тут же рухнул навзничь. Я очень надеялась, что он все-таки жив, и сейчас находится без сознания.

Зейн потянул меня за волосы, вынуждая встать.

– Ты врешь, – рявкнул он, наклоняясь ближе. – Врешь, чтобы уколоть посильнее

– Нет, – поморщившись от боли, подняла правую руку с обручальным кольцом. – Кирилл -мой муж, и я принадлежу ему. Отпусти нас, пожалуйста.

– Ррр, – сорвался рык с мужских губ. – Предательница! Не прощу!

А потом мою щеку обожгла пощечина, от которой в голове все зазвенело, а во рту появился противный металлический звук.

– Я к твоим ногам был готов бросить мир, предлагал стать женой, а ты выбрала его… Убью! – и последовала еще одна пощечина.

В глазах потемнело. Зейн окончательно озверел. Он не сдерживал себя и не давал мне и шанса на защиту.

– Убей, – прохрипела я, задыхаясь от боли. – Убей, потому что твоя любовь – яд… Она отравляет все вокруг, приносит страдания и оставляет после себя выжженную пустыню. Не могу, да и не хочу так жить. Уж лучше смерть.

Зейн вновь размахнулся. Понимая, что сейчас последует очередной удар, искренне прошептала:

– Ненавижу! – и невольно зажмурилась.

Прошло мгновение, еще, а боли не последовало.

А потом меня отпустили, и я безвольно рухнула на колени.

Приоткрыв опухшие веки, увидела, что Хасан оттащил Зейна, а затем услышала:

– Господин, не надо… Вы же потом сами пожалеете.

– Не пожалею, – раздалось в ответ. – Надо выжечь все чувства без остатка, и боль пройдет.

– Мой шейх, не пройдет. Не надо. Она – чужая. Харам трогать ее, вы и сами это знаете.

– Знаю, – и Зейн достал из-за пояса пистолет. – Так пусть исчезнет навсегда, и мою проклятую любовь заберет с собой.

Я подняла на него взгляд. В мужских глазах не было ни капли жалости. На меня сейчас смотрел дикий разъяренный зверь, который уже вынес приговор.

В этот момент я думала только о дочери и мысленно прощалась с моей девочкой. Безумие, именно оно охватило мужской разум сейчас, и молить о пощаде было бесполезно.

– Господин, не надо, – Хасан крепко держал Зейна за руку, стараясь предотвратить неизбежную трагедию. – Мы привлекли много внимания! Пограничники с двух сторон уже подняли тревогу. Слышите сирены? Скоро здесь будет немало полиции,

– Не страшно, – на лице Зейна появилась циничная усмешка. – Мои юристы все сделают как надо. Отойди в сторону.

– Шейх…

– Пошел вон!

И вот остались я и Зейн, а еще черное дуло, направленное в мою сторону.

– Люблю тебя, – прошептал мужчина. – Люблю…

Он взвел курок.

Я зажмурилась.

– Сохрани жизнь матери своего ребенка, – раздался голос Кирилла. – Не бери грех на душу, малышке нужна мама.

Я не ожидала этого услышать. Вскинув голову, бросила взгляд на Зейна.

Он изумленно смотрел на меня, и в его глазах было столько непонимания, столько неверия.

– Отпусти ее, ваша дочка ждет маму домой, – повторил Кирилл, морщась от боли.

Каждое движение вызвало на его изуродованном лице гримасу.

– Влада, это правда?! Влада…

Зейн опустил пистолет, а потом оружие и вовсе выпало из его рук.

Шагнув ко мне, он упал на колени и дрожащими пальцами стер слезинку с моей щеки.

Невольно зашипела. Даже легкое прикосновение причиняло боль.

– Алина? – прошептал мужчина.

Я кивнула в ответ, уже не видя смысла скрывать правду.

– Почему? – хрипло спросил Зейн. – Почему, любимая?

– Потому что уже давно сказала «нет», но ты слышал только себя. Потому что мы никогда не сможем быть вместе. Потому что не смогу принять твою жизнь, а ты – мою. Потому что хочу, чтобы моя дочь была свободной…

Мужчина, обхватив голову руками, низко склонился к коленям, а потом закачался, бормоча:

– Какой же я дурак. Хотел удержать огненную птицу, покорить, приручить… Почему?! Почему? – он с силой ударил кулаком по асфальту, не замечая, что разбил костяшки в кровь. – Почему ты не сказала мне… Эта девочка наша, моя…

– Она только моя, пойми.

Зейн вскинул голову и несколько мгновений просто смотрел на меня. В его глазах я видела слезы. А потом услышала:

– Уезжайте. Уезжайте как можно скорее, пока не передумал.

Поднявшись, бросилась к Кириллу. На помощь нам пришел Хасан.

Он подхватил мужчину и ловко закинул его на пассажирское сиденье.

– Влада, ты доешь сама? – уточнил глава службы безопасности.

Я кивнула, уже зная, что все смогу и все выдержу.

Когда оказалась в машине, Хасан внезапно спросил:

– Тебе помогла бежать Самира?

Я отвечать не торопилась.

– Зейн отдал приказ. Все, кто сопровождал тебя в тот день, были казнены. Человека, который помогал в отеле, тоже нашли, и его участь незавидна. Он назвал имя заказчика. Сейчас Самиру держат на воде и хлебе, в ожидании приговора. Его слова правда?

– Нет. Я все сделала сама, – а затем нажала на газ и рванула вперед.

Брать ответственность на себя за чужую жизнь я не собиралась, и именно поэтому солгала.

На границе нас встретили вооруженные люди, тревожно вглядывающиеся в нашу машину. Едва я подъехала к черте и притормозила, к нам подошел сотрудник пограничной службы.

Оглядев беглым взглядом меня, а потом окровавленного Кирилла, он махнул рукой и кому-то крикнул:

– Вызывайте скорую, быстро!

Я въехала на территорию своей страны, а затем, затормозив, просто упала на руль, и в голос разрыдалась, даже не веря, что все закончилось.