Глава 13

Правда, сама Регина так не считала. Для нее Элим умер, больше никакие отношения с ним были невозможны. Восстанавливаясь после болезни, она подолгу размышляла. Даже к полевым работам потеряла интерес. Илария, наблюдая ее задумчивость, только головой качала. Но с расспросами не лезла. Понимала: если девушка сама захочет с ней посоветоваться или просто поделиться мыслями, она это сделает. Не захочет – ни слова не скажет, как ни расспрашивай. Поэтому кормилица просто ждала, радуясь уже тому, что душевная хворь отступила.

Как-то Илария, натрудившись по дому, почувствовала себя неважно. Видимо, кровь сильно прилила к голове, и голова разболелась. Оставив работу, она ушла в свою комнату и села у окна – отдохнуть. Тут ее и застала Регина, которой хотелось срочно что-то обсудить с няней.

Присмотревшись к кормилице, девушка неуверенно спросила:

– Голова болит, да?

Илария пожала плечами:

– Да, побаливает. Как ты догадалась?

– Ну, не знаю… Смотрю на тебя и вижу: вокруг головы клубится серая дымка. Туман как будто… А раньше не было. Вот я и подумала…

Нянька впилась в нее цепким взглядом:

– Туман, дымка? Ты это видишь?!

– Ну говорю же…

Зажмурившись, Илария пробормотала про себя короткую благодарственную молитву, потом открыла глаза и тихо сказала:

– Дар открылся…

– Какой дар, няня?

– Вот мы и узнаем, какой. Серая дымка, говоришь? Это потому что голова у меня просто слегка побаливает. Если бы боль была сильной, дымка была бы черной. Ты можешь видеть болезнь – это уже хорошо. Теперь попробуй из меня эту хворь вытянуть.

Регина опешила:

– Да как же я это сделаю?…

– Я подскажу. Поднеси руки к моей голове. Там, где дымку видишь. И почувствуй.

Девушка нахмурилась:

– Что я должна почувствовать? Как можно почувствовать туман?

– Делай, как я велю.

Регина послушно поднесла руки к голове кормилицы. Закрыла глаза. Прислушалась к ощущениям…

– Что чувствуешь? – тихо спросила Илария.

– Ну… не знаю… Как будто в ладонях держу что-то… Плохое, неприятное. Нет, не хочу! – И она отдернула руки.

Илария так же тихо продолжила:

– Это ты почувствовала хворь. Да, неприятно, по себе знаю. Теперь попробуй её убрать от меня.

Регина удивилась:

– Как же я это сделаю?

– Поднеси снова руки сюда. Почувствуй, как это плохое будто прилипает к твоим ладоням…

Девушка опасливо поднесла руки к голове няни, снова погружая их в серую дымку.

– Чувствуешь?

– Да… – скривилась она. – Но мне это неприятно! Можно убрать руки?

– Нет. Соедини ладони, как бы собирая дымку в комок. А потом тащи этот клубок к себе, пока не почувствуешь, что вытянула всё до последней ниточки.

Под диктовку няни Регина послушно выполнила манипуляцию, потом еще раз повторила.

Прислушавшись к себе, Илария улыбнулась:

– И правда, ушла боль… Деточка моя, у тебя получилось с первого раза! Ты станешь великой целительницей!

Но Регина не разделяла ее радости. Она с омерзением смотрела на свои ладони, где все еще был воображаемый клубок:

– А теперь что с ним делать?! Можно, я его брошу?

– Нет, не так. Подержи еще немножко.

Повеселевшая кормилица метнулась в кухню, принесла кувшин с водой и лохань:

– Теперь надо смыть эту хворь с рук водой. Обязательно! Иначе она на тебя перейдет. А вода заберет всё плохое.

Подставив под руки девушки лохань, она стала поливать из кувшина, заставляя тереть ладони под струйкой воды.

Лицо Регины разгладилось:

– Всё. Больше я этой гадости на руках не чувствую.

Кивнув, Илария отставила кувшин и сказала:

– Только запомни: эту воду нельзя просто вылить за окно или в огород. Растения зачахнут. Надо ее вылить где-то на пустыре. Или в отхожее место. Или просто залить ею камин, печку, костер. Огонь способен хворь выжечь, и она уже не навредит. Запомнила?

Регина кивнула, глядя на кормилицу с большим удивлением. Потом спросила:

– Это что же, я теперь смогу помогать людям? Как ты?

– Сможешь. Если хворь видишь – уже хорошо. А как убрать – я тебя научила. И дальше подсказывать буду. Только не забывай сразу смывать с рук. Иначе сама болеть будешь.

– А почему я раньше этого не умела?

– Вот и я думаю – почему… – задумчиво проговорила нянька. – Ты пережила большое потрясение. Два дня в себя не приходила. Даже умереть могла! Я так этого боялась… Но душа твоя оказалась сильной. Вот дар и открылся…

Прислушиваясь к себе, девушка осторожно вздохнула и обняла себя за плечи. Ей надо было привыкнуть к этой мысли. Потом спросила:

– Может, мне попробовать еще кого-то вылечить? Раз уж так Бог распорядился…

Илария усмехнулась:

– Так кого лечить-то? Все здоровы вроде. А ты привыкай пока что. И не сильно об этом рассказывай. Люди разные бывают… Еще ведьмой тебя назовут! Хлопот потом не оберешься… Матушка твоя была сильной целительницей. Я – слабее намного. Но она приставила меня к тебе, чтобы ты все время была под защитой, даже если ее рядом не будет. Как чувствовала, сердешная… Злые люди ее отравили, ведьмой посчитали. А она же только помогала захворавшим! Всем помогала с чистым сердцем! Но не пожалели… Ты-то крохой совсем была, оттого не помнишь. Поэтому и отец твой, и мать его, то есть бабушка твоя, строго-настрого мне запретили лечить других людей. Только тебя, да и то – потихоньку. Уж тебя-то сохранить хотели! Боялись, что злые люди и тебе могут зло причинить. И очень боялись, что дар от матери перейдет к тебе. Но ты росла, и ничего такого за тобой не замечалось. Бабушка твоя покойная Бога благодарила: нет у тебя целительского дара, а значит, не будут на тебя смотреть косо, с опаской. А оно вон как обернулось…

– А еще я могу считывать настроение людей, понимать, о чем думают…

– Не вздумай никому об этом говорить! – прикрикнула нянька и даже пальцем погрозила. – Тогда уж точно в ведьмы запишут, знаться перестанут, сторониться будут! Кому ж понравится, что ты мысли видеть можешь? Еще изведут, как матушку твою… Сиди тихо, деточка, и потихоньку привыкай к такому подарку от матери. Она тебя наградила этим, но важно, чтобы это было тебе к добру, а не к беде.

Оставалось только послушно кивнуть. А что было делать?…

После этого случая Регина снова замкнулась в себе. Лечить действительно было некого, так что проверить свои вдруг открывшиеся способности случая не было. А вот другая проблема не шла из головы. Ах, Элим, как же от тебя спастись-то?… Магда не приезжала, с Иларией говорить бесполезно, та уже выказала свое отношение, господин Тарон тоже вряд ли поможет, а других советчиков не было. Приходилось всё решать самой. Как и предупреждала бабушка…

Поэтому она молчала и думала, думала, думала. Кормилица ее не трогала, Флавия тоже не докучала разговорами. Да и что они могли сказать? Она – хозяйка, ей и решать проблему.

В один из дней Регина все-таки решила поговорить. Взяв Иларию за руку и заглянув ей в глаза, она сказала:

– Няня, я задумала большое дело.

– Что еще придумала? – вскинулась та.

– Сейчас расскажу. Я не присягнула Элиму, и он сейчас не наш сюзерен. И ты сама мне пеняла, что мы теперь остались без защиты. Правда, в настоящее время никто на нас нападать не собирается, и защита нам не особо нужна. Однако вечно так продолжаться не будет.

– Вот и я говорю – не будет! – подхватила старушка. – Сюзерен нам нужен, только как обойти его гнусные цели?

– Похоже, никак. Я еще раз просмотрела в библиотеке свод законов, и все они – не на нашей стороне. Как только я попаду к нему в вассальную зависимость, он может взять меня и мои земли под официальную опеку, то есть фактически лишить меня права распоряжаться собственным имением. А меня вынудит жить во дворце, то есть как бы под его надзором. И со стороны это будет выглядеть вполне пристойно: такой внимательный сеньор, такой заботливый: пожалел бедную сиротку, приютил, взял под защиту… И тогда мне действительно деваться будет некуда. Разве что утопиться или повеситься…

– Что ты говоришь? – замахала руками Илария. – Грех даже думать так! – Она истово перекрестилась. – Одно себе просить не могу: зачем хворь из него вытянула? Пускай бы Бог его прибрал, всем бы лучше было. Но разве ж я могла знать, что мы у себя змею пригрели?… Регинушка, дитя, а что же делать? Нам ведь и правда деваться некуда…

– Нет, няня, не всё так плохо. Просто нам нужен другой сюзерен.

– Оно-то так, конечно… Только кто же отважится взять тебя под крыло? Магда сказывала – даже ее отец не осмелится. Хотя господин Тарон – сильный человек и богатый. Но зачем же ему портить отношения с сеньором…

– Да, ты права. Из наших знакомых никто не согласится. Да я и не хочу подставлять их головы под карающий меч Элима.

– Так что же нам делать? Я ничего не понимаю, – нахмурилась Илария.

Помолчав, Регина сказала с глубоким вздохом:

– Вот что я надумала. Надобно мне ехать в столицу королевства. Упасть в ноги королю, объяснить ситуацию. И попросить короля стать нашим сюзереном.

– Как?!. – вскрикнула старушка. – Самого короля?…

– А что такого? Ведь имение покойного господина Корнелия соседствует с нашим. А его сюзереном всегда был король. Наш Хион, получается, находится на границе земель короля и герцога. То есть я могу выбирать себе сюзерена из них двоих. Хион, конечно, – имение маленькое, король им вряд ли заинтересуется. Но если мне удастся его убедить, то возьмет нас к себе. И хорошо, что имение маленькое! Из-за него не будет свары между герцогом и королем. Вот если бы господин Тарон со всеми своими угодьями захотел поменять сюзерена, это для Ларинеля был бы удар. А с нашим уходом герцогство Ларинель ничего особо не теряет. А главное – мы же все равно остаемся в составе королевства!

Илария сидела – ни жива ни мертва. В глазах был настоящий испуг:

– Да разве можно так?

– Не знаю пока. Но можно хотя бы попробовать!

– А если король не согласится?

– Тогда снова стану думать, что делать дальше, – пожала плечами Регина. – Но уйти под начало короля – это единственная возможность спастись от посягательств герцога.