Глава двенадцатая

В тот день, когда я пропала из дворца, многое произошло. Нам Му Ёль, услышавший мой крик, прибежал и обнаружил плавающее в колодце тело евнуха, одного евнуха со сломанным позвоночником и пытавшегося ускользнуть мелкого евнуха, который, оказывается, прикинулся потерявшим сознание, когда я была ещё там.

Он сообщил о случившемся Шин Мин Су, она вызвала стражу. При осмотре лестницы была найдена моя пинье — заколка из белого нефрита, подаренная мне тётушкой Лю. Меня нигде не смогли обнаружить.

При допросе уцелевшего евнуха, который проводил лично прибывший в отдел управляющий Ли, выяснилось, что их послала Благородная супруга Ый, чтобы нанести несколько порезов на лицо наин Ён У. К этому времени третий евнух скончался, так и не придя в сознание.

Выживший рассказал после того, как на него надавили, что, когда они напали на госпожу, она неожиданно оказалась владеющей боевыми искусствами и быстро с ними справилась. Но он видел, как у самой лестницы на неё набросились ещё два евнуха и служанки, нанесли ей удар палкой по голове и потащили куда-то в кусты.

Получивший сообщение о происшествии король пришёл в ярость. Ведь только недавно по просьбе её отца, министра Налогов, с супруги Ый сняли домашний арест. Назначили следствие, арестовали всех её слуг и служанок во главе с сангун. Всплыло столько всего, что в шок пришли даже следователи Трибунала.

Отец наложницы стоял на коленях перед покоями Его Величества, но тот был неумолим. Вскрылись не только случаи уродования служанок, но и несколько убийств, совершённых по приказу благородной супруги вне дворца.

Она оказывала покровительство, а если точнее — содержала два кибана в столице. И там по её приказу убили несколько непокорных рабынь, проданных для утех мужчинам и отказавшихся от такой «милости». Две из них оказались дочерьми дворян, похищенных на юге и проданных в бордель в столице.

— Вам что, денег мало?! — орал король на утреннем совещании. — Мне уже доложили, что это не первый раз, и того, кто заикнётся, что нужно прекратить следствие, я обвиню в государственной измене. Чьи-то ещё уши вылезут? Министр Налогов — немедленно подавайте в отставку. А что делать с твоей дочерью, буду решать я. Она моя жена, согласно законам королевства.

Сахонбу проводила следствие с небывалым усердием, и скоро стало известно, что вечером королевские стражи по личной команде Вдовствующей королевы выпустили из дворца повозку с умершей служанкой. Во дворце наступила гнетущая тишина, даже министры боялись пройти мимо королевского кабинета.

А через два дня поиски гвардейцев на горе дали результат — были обнаружены уже слегка объеденные зверьём трупы и свежая могила. Всех опознали: главная дама Вдовствующей королевы, две её служанки, два евнуха её двора и два королевских лучника.

С женщин содрано нижнее бельё, и, похоже, они были изнасилованы, но сейчас это определить уже трудно. Из результата расследования стало понятно, что они приехали на гору, вырыли могилу и, как только начали хоронить служанку, на них напали бандиты. Потому что при них не нашли ничего, ни монетки.

Тело служанки бандиты не тронули, поэтому при ней нашли бирку и саше с десятком монет. Лицо умершей было обезображено, но следователи установили, что умерла она от удара острым ножом в спину.

Глава Сахонбу докладывал обо всём на утреннем Совете.

— Глава, то есть служанка была убита во дворце? Она не умерла своей смертью? Лицо сильно обезображено?

— Ваше Величество, нет никаких сомнений, что она была убита намного раньше, на территории самого дворца. А лицо изуродовали уже после её смерти. У меня и моих людей сложилось впечатление, что тот, кто приказал это сделать, ненавидел эту девушку именно из-за её красивого лица.

— Установили имя служанки?

— Да, Ваше Величество. При ней была именная бирка и вышитое саше. Её подруга опознала саше, которое она сама лично вышивала в подарок убитой. Это наин Водного отдела Ён У.

Король внезапно с грохотом вскочил. В стороны разлетелись лежавшие перед ним на столике указы и прошения, сам столик улетел вниз, под ноги министров. Все замерли — таким короля ещё никто не видел. Лицо побелело, скулы заиграли желваками, голова непроизвольно пару раз дёрнулась, кулаки сжались так, что костяшки пальцев побелели.

— Глава, — король сказал это тихо, еле шевеля губами, — ошибки быть не может?

— Ваше Величество, и рост, и платье, и личная бирка, и саше — всё указывает на пропавшую три дня назад из отдела наин Ён У. У неё на пальцах нашли пятна от туши, а по словам управляющего Ли, она последнее время занималась написанием отчётов в его управлении.

— Говорите, убили из-за её красивого личика? — глухим голосом после долгого молчания вдруг спросил министров король.

— Ваше Величество, — вперёд выступил уважаемый член фракции Западных, министр Внутренних дел, — это, к сожалению, обычное явление во дворце. Увы, не первый раз. Успокойтесь, Ваше Величество.

— Вы так считаете? — голос короля прозвучал с иронией, но жёстко, с необычными для него железными нотками, что для всех стало неприятным сюрпризом. Он всегда старался вести себя сдержанно, даже если министры шумели в зале и выступали против его воли.

— Дело в том, министр Мин, что эта наин по моему приказу проводила секретное расследование, для чего ей в Управлении Дворца был выделен отдельный кабинет. О сути расследования знали только я, господин Лим и несколько моих тайных инспекторов. Уже по тому, что она предоставила, будут приняты жестокие меры. А до этого именно она выявила воровство на королевской кухне и в Управлении снабжения. Так за что её жестоко убили? Никого не прощу, даже не вздумайте пытаться просить.

Министры притихли, потому что одно дело — убили из ревности. Но тут получается, пахнет кое-чем другим.

— Министр Мин, убийство человека, проводящего расследование по личному приказу короля, чем будет считаться? Я жду ответа.

— Государственной изменой, Ваше Величество.

— Является ли юридически наин королевского дворца, прошедшая обряд Кванре, королевской супругой?

— Является, Ваше Величество.

— Убийство моей супруги на территории королевского дворца каким преступлением будет, господин Мин? Отвечайте!

— Государственной изменой, Ваше Величество.

— Начальник Сахонбу, слушай королевский приказ: следствие по делу благородной супруги первого ранга Ый Ван Гвиин ускорить, если необходимо — применить к арестованным суровые методы воздействия. Второе — арестовать всех слуг и служанок Вдовствующей королевы и допросить. Саму королеву оставить во дворце и назначить туда временных слуг решением Трибунала.

— Ваше Величество!!! Вы не можете! Она же мать нации!!! — несколько министров упали на колени, взывая к королю.

Он внезапно сошёл со ступеней и подошёл к упавшим на колени министрам. Опять наступила тишина.

— А убивать людей во дворце по собственной прихоти — значит можно? Моих подданных убивать — это она может? Только за последние два года по её приказу убили девятнадцать наин, евнухов и даже даму восьмого ранга. Все они не только были моими подданными, но юридически каждая женщина дворца является моей супругой. За пределами дворца именем Вдовствующей королевы пугают детей, вам это известно? Её судьбу будет решать Верховный совет королевства, который мы соберём после окончания следствия.

Король поднялся наверх и сел на трон.

— Главный королевский секретарь здесь?

— Да, Ваше Величество!

— Пишите указ. Её Величество королева как глава Внутреннего двора должна изъять у супруги Ый мою дочь и в дальнейшем решить, кто будет заниматься её воспитанием. Я не могу допустить, чтобы мою дочь воспитывала злобная, ограниченная и неблагодарная женщина. Не прошло и двух месяцев, как с неё сняли домашний арест за подобное. С ней разговаривали я, Её Величество, её собственный отец. Как только с неё сняли наказание, она тут же принялась за старое. Никакого уважения ко мне как супругу и королю, к Её Величеству и к собственному отцу. Её судьбу я решу чуть позже.

Вечером король пришёл к королеве, она сама сбежала с крыльца, взяла его за обе руки. Всматриваясь в его лицо, перекошенное от произошедшего, пригласила пройти к ней.

— Супруг мой, пойдём, войдём в дом. Пойдём, просто посидим рядом. Я всё знаю, мне моя Шин прибежала и рассказала. Им приносили вещи Ён У на опознание. Как же так?

— Моя королева, спасибо тебе, конечно, пойдём.

Королева сама налила ему чая, подала собственноручно приготовленные медовые пирожные.

— Моя королева, с завтрашнего дня Шин в твоей свите. Я так решил. И издай указ — старшей служанкой назначь ту, как её, Ли На Ён. Она тоже в своё время настрадалась от моей мачехи.

— Но мой король, тогда в отделе не останется ни одной служанки.

— Ён У ходила обустраивать дом госпожи Лю с двумя рабынями. Когда тогда, в таверне, я себя глупо повёл, они подлетели к нам как две курицы, готовые защищать своего цыплёнка. Я потом спросил её: «Ты такая добрая, что кормишь рабынь за свой счёт?» Она ответила: «Они для меня не просто рабыни». Узнай у Шин их имена и моим личным указом назначь их служанками Водного отдела в память о Ён У. И дай им девятый ранг, пусть другие во дворце подавятся от зависти и злости. Управляющий Ли приходил ко мне и попросил за них, и я с ним согласился.

— Я всё сделаю, как ты скажешь.

— И ещё — я завтра подпишу указ, и ты забери у Ый мою девочку. Хочешь — сама её воспитывай, или реши, кто будет этим заниматься, но я не могу оставить её с этой порочной женщиной. Пойдём спать, я и так сильно сегодня устал.

На следующий день во дворе Водного отдела появилась важная процессия евнухов из Управления Дворца во главе с управляющим Ли. По команде госпожи Шин все построились во дворе. Управляющий Ли развернул первый свиток:

— Старшая служанка Шин Мин Су, выйди и прими королевский указ. За преданность Её Величеству, долготерпение и многократно доказанную верность королевской семье старшая служанка Водного отдела Шин Мин Су переводится в личную свиту Её Величества и повышается до низшего седьмого ранга. Встань, Шин Мин Су, и прими королевский указ.

Слёзы так застили глаза Шин Мин Су, что она смогла подняться на веранду только с помощью кинувшихся ей помогать евнухов. Но управляющий не уходил, он развернул следующий свиток:

— Служанка Водного отдела наин низшего девятого ранга На Ён выйди и прими королевский указ. Служанка Ли На Ён показала себя верной подданной, умелой и требовательной служанкой, которой поручали вести не только дела Водного отдела, но и в Управлении Дворца. Повелеваю — назначить наин На Ён старшей служанкой Водного отдела и повысить её до низшего восьмого ранга.

Это было просто невероятно — из низшего девятого сразу в низший восьмой ранг, такой же, как и у госпожи Лю. Вот только госпожу Лю повысили до низшего пятого ранга в тот же день утром, отдельным указом прямо в кабинете управляющего Ли. О чём он и сообщил всем присутствующим.

— Госпожа Лю сейчас вызвана к Её Величеству. Она ознакомлена со всеми перестановками в вашем отделе и полностью согласна с выраженной волей Её Величества.

Когда все уже посчитали, что это всё, сейчас их наконец распустят на завтрак, управляющий Ли взял в руки третий свиток и кашлянул. Мгновенно наступила полная тишина. Он осмотрел стоявших перед ним евнухов и рабынь. Потом зачитал просто невероятное:

— Рабыни Водного отдела Им Су Ян и Пон Ха Ген, выйдите сюда и примите королевский указ.

Если Су Ян ещё вышла сама, то Пон Ха Ген вытолкнули. Бледную и ничего не понимающую.

— Означенные рабыни показали себя дисциплинированными, трудолюбивыми и верными подданными. Назначенные старшими десятков, они добились хороших показателей в работе отдела, зарекомендовали себя с самой лучшей стороны. Характер у обеих прямой и открытый, честный, они достойны быть верными слугами Его Величества. Поэтому приказываю: с сего дня (дата и год) рабыня Им Су Ян и рабыня Пон Ха Ген войдут во дворец в качестве наин младшего девятого ранга и станут служанками Водного отдела со всеми правами и обязанностями. Встаньте, Им Су Ян и Пон Ха Ген, примите указы. Обряд Кванре будет проведён завтра же во дворе Управления Дворца в присутствии Её Величества Королевы. И вы обе понимаете, кому вы обязаны этим? Не плачь, Ха Ген, она смотрит на вас сверху и, наверное, рада за вас. Служанки, передайте новым наин их форменную одежду.

Через две недели после этих событий королевским указом Благородная супруга Ый была лишена титула, всех званий, объявлена простолюдинкой и сослана замаливать грехи в дальний монастырь.

Вдовствующая королева, несмотря на иммунитет её статуса, была лишена права вмешиваться в жизнь дворца. Ей полностью был заменён весь штат слуг, которых лично назначила Её Величество. И Вдовствующей королеве было запрещено покидать территорию её дворца до особого распоряжения.

— Моя госпожа, это дама Чхве, позвольте войти?

Королева сидела на маленькой подушечке, а Шин Мин Су, как когда-то в юности, расчёсывала ей её длинные волосы, ниспадшие почти до пояса.

— Дон Ю, что-то случилось?

— Ваше Величество, пришёл наконец ответ от моей матери.

— Читай то, что она ответила по моему вопросу.

— «На второй вопрос, доченька, отвечаю. Я прекрасно знаю и эту историю, и ту, о ком в ней говорится. Это моя лучшая подруга — дочь князя Юн, моя Га Ён. Когда собирали ягоды в лесу, её укусила гадюка, и она, не раздумывая, отсекла себе фалангу мизинца, разожгла китайской спичкой огонь, прижгла рану, перевязала её, и сама пришла домой. Все были восхищены её мужеством.

Потом она стала супругой князя Го, назначенного позже нашим губернатором. Во время вторжения варваров они были захвачены и увезены на север, где оба умерли от пыток через год. Их сын шесть лет назад сумел бежать, Его Величество вернул ему титул и все земли, сейчас он главнокомандующий пограничными войсками севера.

По поводу нефритового кольца — был полный комплект, состоявший из кольца, двух браслетов и серёжек из редкого байкальского тёмно-зелёного золотистого нефрита. Брошь была Сианьской работы с огромным голубым алмазом посередине. Это фамильные драгоценности рода Юн, передававшиеся по женской линии.

Да, я слышала, что у них была маленькая дочь, но она пропала во время сражения у моста Сангавон. Вернувшийся молодой князь пытался найти её следы, но так ничего и не нашёл. А почему ты меня об этом спрашиваешь? Появились какие-то сведения об этом ребёнке? Сообщи, если узнаешь. Целую. Твоя мама».

Сидевшие в кабинете женщины долго молчали. Шин даже прекратила расчёсывать волосы королевы. Потом последняя произнесла:

— Вот же как судьба повернулась.

— Ваше Величество, Вы расскажете об этом королю?

— Нет, давайте не будем. Дай мне это письмо, я уберу его в свои документы. Зачем нам бередить его и так не заросшую рану?

Я об этом ничего не знала, а жила своей жизнью отшельницы, иногда посещая в женской одежде столицу провинции. Не знаю зачем, но мне иной раз хотелось пройтись по магазинам, присмотреть себе какую-нибудь безделушку, новую одежду, что-то из румян или пудру.

Переодевалась я в найденной мною недалеко от города пещере, потом шла по горам с тюком и заплечной сумкой к себе домой. Вернувшись из очередного похода, когда уже сошёл снег и пошла к концу вторая зима в этих горах, я впервые столкнулась в моём лесу с охотившимися дворянами. Их было трое в сопровождении губернатора и шести слуг.

Я выцелила пасшуюся косулю и поразила её с дальней дистанции своей стрелой. Но когда я вышла из леса, то обнаружила у моей добычи двух мужчин, рассматривавших мою стрелу.

— Вы, двое, отойдите от моей добычи. Это моя стрела.

— Женщина? — изумлённо произнёс один из них, а второй передвинул поближе ножны с мечом.

Оба рассматривали меня. Я, как всегда, была в чёрном мужском костюме, с луком в руках и чёрным же колчаном за плечами. Шляпу я давно не носила, сменив её на купленный в городе головной убор степных женщин — широкая серебряная полоска, с которой свисали десятки тонких серебряных цепочек, закрывавших верх моего лица. Но сегодня было солнечно, и она опять покрывала мою голову. Низ был надёжно спрятан той самой повязкой с тигриным оскалом.

Я подошла к ним метров на двадцать и остановилась, видя, что они не собираются уходить:

— Господа, вам особое приглашение нужно или как?

— Девка, ты нам угрожать вздумала?

— Ты уверен, что я девка? А если нет? Обожаю ставить на место наглецов. У меня таких уже не один десяток у дороги прикопан.

Тут я не врала — за два года ко мне несколько раз забредали любители лёгкой добычи, но я не оставляла им никаких шансов. Снизу подошли ещё несколько человек, и среди них я узнала губернатора. Видя, что к ним приходит подмога, дворяне сделали ко мне несколько шагов.

— Ещё шаг, и стрела будет между глаз, — я вскинула лук. — Посмотрите на стрелу и её наконечник, я не шучу.

— Женщина, ты умеешь шутить? Да я…

Я спустила тетиву. Стрела сбила дворянину шляпу и, пролетев ещё метров двадцать, со стуком пришпилила её к сосне.

— Это был предупредительный выстрел. Следующий будет прямо в лоб. Мои стрелы таковы, что наконечник выйдет у тебя из затылка на половину длины стрелы, — я уже успела положить новую стрелу и натянула лук.

— Госпожа Пак Ю На, опустите лук, это мои гости, они просто не знают, кто Вы. Ради богов, не стреляйте! — губернатор, отдуваясь и вытирая пот, поднялся по склону и встал рядом с дворянами.

Я кивнула ему как старому знакомому, но лук не опустила.

— Господа, это её стрела. Я их прекрасно знаю, значит, эта косуля добыта ею.

— Значит, мы должны уступить какой-то…

— А ну помолчите! — раздался властный голос, и к нам поднялся высокий воин, почему-то показавшийся мне знакомым. Что-то неуловимое, я так и не поняла, что.

— Что тут произошло?

— Господин, я стреляла в эту косулю вон с той опушки, — я показала далеко вверх. — Но когда подошла её забрать, тут оказались эти два господина, которые решили присвоить себе мою добычу. Даже стали нарываться на конкретную порку.

— Как Вас зовут?

— Пак Ю На, я живу в этом лесу. Господин губернатор меня знает.

— Да, князь, она живёт на горе. И она уже убила почти два десятка бандитов, которые осмелились появляться в наших местах. И в начале этого года спасла мою жизнь. Местные жители её любят и уважают.

— Хорошо, я вас понял. Вы двое, извинитесь перед барышней, и немедленно. И мы уходим. Я жду, — последние слова князя прозвучали угрожающим тоном.

Оба дворянина поклонились в мою сторону и попросили прощения. Я не стала вредничать и ответила им церемониальным поклоном.

Когда они уже спустились ненамного, я внезапно крикнула:

— Князь, мы нигде не могли раньше встречаться?

— Нет, госпожа, я впервые приехал в эти края и направляюсь в столицу. Да и… Ладно, забудьте. И ещё раз прошу прощения за своих дворян.

У меня ещё долго не выходило из памяти лицо этого князя. Я понимала, что я до этого никогда не могла его видеть, но почему мне его лицо показалось знакомым. Я перевернула мысленно фотографии всех своих знакомых.

Скорее всего, он похож на опера с убойного отдела Саню Коломыйцева. Саня мне симпатизировал, да и он сам мне нравился. Ладно, не будем гадать. Я вытащила свою стрелу. Кровь уже засохла, я просто закинула косулю на плечи и начала подниматься в свои любимые горы.