Глава двадцать первая

Рано утром у своих ворот я обнаружила Мин Хву Суквон с небольшой свитой.

— Ён У, — она назвала меня по имени, — возьми меня с собой, я тоже хочу сходить на поклон к старой королеве.

Было свежо, погода намекала на дождик, и мы обе накинули на себя чаноты.

— Я хотела ещё вчера к тебе подойти, но дочка засопливила, и весь вечер капризничала. Я раньше всегда к ней ходила, она то принимала, то не принимала. Я же для неё никто, чаще просто на коленях стояла во дворе, и её высокомерные служанки передавали от неё ответы. А если ответа не было, то иногда мы с Сон Совон часами так стояли. Обидно и стыдно. А потом ещё её служанки разносили по всему дворцу весть о нашем унижении.

— А Сон Совон не смогла родить? Она же не первый год как я во дворце.

— У неё два выкидыша были, и поговаривали, что не просто так. Мальчик и девочка. Будь сама осторожнее.

— А остальные?

— Сон Соён второй год здесь, и Чосан не проявил к ней интереса. А Ян Соый и Чо Сукпий были мамами, но недолго. Обе девочки умерли от болезни.

— А ты как сумела?

— Так я же была Сын Ын Сангун. Его Величество как-то много выпил, и я попалась ему под руку. А утром он одарил меня этим титулом и ушёл. Хорошо, что не забыл, — горько усмехнулась она.

— Мои родители — простые купцы, поэтому для всех них я просто никто. Мне дали комнату и двух двенадцатилетних сэнгакси в услужение. Да нас таких было больше десяти. Но родила только я одна, а остальные так и живут, в достатке, уже не служанками. Никто не знал, я скрывала беременность. А так как никуда не привлекалась, то и мои роды стали для всех неожиданностью.

— А когда узнали, что девочка, то вообще сделали вид, что ничего не произошло, так?

— Я давно подозреваю, что тут что-то не чисто. Но кто я и где мои подозрения? Но двор-то шепчется, Ён У, шепчется. Слуги знают много, но стараются молчать, чтобы не попасть в борьбу между супругами и фракциями. А это смерть.

— Давай закроем эту тему. Спасибо, что предупредила. Я стараюсь быть настороже, но у меня пока ещё мало опыта в этих подковёрных интригах. Всё, пришли, поднимаемся по ступенькам.

Нас встретила До Ин Джи:

— Вас сегодня двое?

— Госпожа До, доложите Тэби-маме, что пришли супруги Го и Сук.

Королева приняла нас обеих. Она была уже одета в положенный ей по рангу наряд, покои преобразились, появились живые цветы. Мы сделали по три поклона, произнесли приветствия и пожелания, после чего аккуратно уселись напротив королевы. Я повернулась и позвала Шин Мин Су, которая с двумя служанками внесла вкусно пахнущую сдобу и сладости.

Королева поинтересовалась делами маленькой принцессы, которой скоро исполнится пять лет. Важно было то, что мы посетили опальную даму, и она не тормознула Мин Хву, как раньше, на подходе. Может, урок пойдёт ей впрок?

На обратном пути я аккуратно расспрашивала Мин Хву о последних годах, когда ещё госпожа Сонг была в ранге Бин. Мой профессиональный нюх меня никогда не подводил. Поэтому нужно проверять всё, от еды до косметики. Еду готовили мои поварихи, но продукты брали с королевской кухни. Косметику получали в Медицинском отделе.

После приветствия у действующей королевы она оставила у себя Хан Кён Бин и Мин Хву, и они вместе отправились в комнату-класс, где сейчас назначенная юмо обучала дочерей обеих супруг и дочь изгнанной госпожи Ый. Девочек учили письму, каллиграфии, читали им главы из «Наставления для женщин» королевы Инсу.

А я вернулась домой и занялась внутренними делами. Мой двор уже разросся почти до девяноста человек. Мин Су привела десять девочек. Потом я решила взять ещё десятерых. Их закрепили за женщинами моего двора как личных служанок, и одновременно они получили своих наставниц. Даже Им Су Ян и Ха Ген теперь получили по воспитаннице, которые спали вместе с ними в одной комнате.

Чхве Ю Ри, которую я забрала из музыкального отдела, была переведена из рабынь в гуннё и стала первой помощницей Мин Су. Она и жила у неё в комнате, занимаясь делами своей госпожи как её личная служанка.

Я дважды посещала музыкальный отдел, но оба раза просто не к чему было придраться. Господин О поинтересовался судьбой рабыни Чхве, на что я ответила, что она уже не рабыня, а личная служанка сангун Шин. Он был рад за девушку. Вообще, мне этот дядька очень понравился.

Состоялся суд по делу госпожи Пак и оскорбления королевской семьи. С ней поступили очень мягко, снизив её ранг до простолюдинки и отослав в дальний монастырь. Но вот её отец и старший брат лишились своих постов в правительстве. Увы, таковы были правила.

По её же делу были арестованы две главные инспекторши, обвинённые в укрывательстве по делу супруги Ый. Так как всплыли ещё несколько неприятных моментов, которые министр Налогов, отец Ый, сумел нивелировать щедрыми подношениями. Бумерангом ударило и по опальному министру, лишившемуся части имущества, ушедшего в доход казны.

Король мне ничего не рассказывал, но я уже знала, что следствие по делу хищений в Королевской сокровищнице вышло на новый уровень. Одна из девушек-инспекторов при проверке учётных книг обнаружила много нестыковок и записей, сделанных поддельным почерком. Она была задушена прямо на территории дворца, после чего был устроен пожар в библиотеке сокровищницы.

Его Величество на совете потребовал от органов дознания быстрого раскрытия этого знакового преступления. И уже тайно подумывал о смене большей части слуг во дворце. Останавливало только то, что всех их нужно будет обустраивать, а те, кто придут на их места, будут не обучены.

В один из вечеров ко мне пришла с докладом Ли На Ён:

— Ваше Высочество, у меня одна девушка заболела странной болезнью.

Служанка лежала у себя в комнате, тяжело дышала, её постоянно рвало, и две девушки водили её в туалет.

— Лекаря вызвали?

— Да, сейчас придут королевские лекари и ыйнё (женщины-врачи). Но мне кажется, что она отравилась.

— Она что-то ела вне стен павильона?

— Нет, она ни разу, как попала сюда, не выходила за его пределы. Она из второй партии, что взяли для Ваших покоев. Она обедала и ужинала вместе со всеми девушками, здесь.

— Странно, но налицо симптомы отравления.

— Вы уверены, что это отравление?

— Другой причины не вижу.

Лекарь и три помощницы появились почти сразу. Он осмотрел девушку внешне, потом вышел, а с ней остались его помощницы. Он, как мужчина, не имел права осматривать тела женщин, для этого и были нужны ыйнё.

— Ваше Высочество, налицо внешние признаки отравления мышьяком. Сейчас женщины осмотрят её тело, но её лицо поражено — имеет отёк и сильные покраснения.

Из комнаты вышла одна из лекарок, сняла маску. Лекарь приказал ей доложить всё сразу мне.

— Ваше Высочество, на теле у неё красные язвочки, дыхание затруднено, у неё судороги, и она жалуется, что не чувствует ступней. Мы готовим сейчас отвар как при отравлении мышьяком, потому что всё похоже на это. Но нужно узнать, как он попал внутрь её тела. У меня есть подозрения, что он попал и на кожу, и внутрь одновременно. И это точно не еда.

Я вошла вместе с ними в комнату — несчастную опять рвало, и уже не только её. Я посмотрела на расчёсы на её лице, потом приказала скинуть с неё одежды. На теле тоже появились красные пятна.

Я наклонилась и увидела, как в двух местах шелушится кожа. Это точно был мышьяк — мы проходили в Академии яды и были на практических занятиях. Я села с ней рядом. Она смотрела на меня и тихо плакала.

— Слушай меня внимательно. Тебя отравили, но мы не знаем, как и что для этого использовали. Ты никуда не выходила из павильона, так?

Она кивнула головой. Я ещё раз, аккуратно кончиками пальцев раздвинув ткань, осмотрела её грудь и плечи. Странно, очень странно.

— Что Вы думаете? — обратилась я к той самой ыйнё, что поставила диагноз.

— Ваше Высочество, мышьяк мог попасть ей на кожу, или она вдохнула что-то, что содержало мышьяк. Но это точно не еда.

Внезапно острая догадка кольнула меня. А ведь мы изучали этот момент, лектор точно говорил об этом.

— Так, ты брала мои вещи? Какие именно? Я не стану тебя ругать и наказывать, ты сама себя уже наказала. И если выздоровеешь, то не стану тебя никуда выгонять — я обещаю это при всех. И буду тебя защищать, если этого потребуют другие. Потому что я дала слово и обязана его сдержать, даже если ты простая служанка. Ты брала мои вещи? Нам это очень важно знать, иначе мы не сможем спасти твою жизнь.

Она что-то прошептала. Женщина наклонилась над ней, потом выпрямилась.

— Я так и подумала. Где она — у тебя или лежит на месте?

— На месте, у зеркала госпожи, — прошептала служанка.

— Ваше Высочество, мне нужно попасть в Ваши покои. А вы срочно готовьте второй отвар, — распорядилась она своим помощницам.

— Идём, чего ждать.

Первым делом она отправилась к небольшому столику с зеркалом, на котором стояла и лежала вся моя местная косметика. Её приносили из королевской аптеки, но я ещё никогда ею не пользовалась. Не считала нужным, да и если честно, то и руки не доходили.

Ыйнё собрала всю мою косметику в узел и сказала, что ей нужно срочно попасть на кухню. Я осталась ждать результата. Ждать пришлось недолго.

— Вот эта коробочка с пудрой, Ваше Высочество. В неё добавлен мышьяк. Я взяла щепотку и прокалила порошок — появился…

— Характерный чесночный запах, так?

— Да, Ваше Высочество. Другие коробочки не отравлены. А вот эта — точно. Мы передадим её Главному королевскому врачу, и тогда он вынесет окончательное решение.

— Девушку можно спасти?

— Да, но нам нужно забрать её к себе в ведомство.

— На Ён, распорядись, чтобы евнухи приготовили носилки и потом пусть выполняют распоряжения этой ыйнё. Кстати, как Вас звать?

— Ваше Высочество, я ничтожная ыйнё, и…

— Я задала вопрос. А кто тут ничтожный, уж позвольте решать мне.

— Мун Со Ри, Ваше Высочество.

— Мун Со Ри. Я пока не хочу, чтобы об этом узнали до утра те, кто не посвящён. Мои люди будут молчать, да они почти и не покидают стен павильона. Девушку можно поместить в отдельную комнату?

— Да, Ваше Высочество. Я помещу её в отдельную комнату, и с ней постоянно будет находиться моя помощница.

— Хорошо, идите. Я хочу, чтобы она выжила, и я запомню Ваше имя.

— Его Величество прибыл! — раздался во дворе знакомый голос евнуха Лима.

Ну, вот этого мне сейчас и не хватало.

— Что тут происходит? — король, не обращая внимания на склонившихся лекаря и лекарок, прошёл сразу ко мне.

Я кивнула им, чтобы удалялись, сама же потянула короля в свои покои.

— Ничего пока не случилось, но меня пытались отравить. Как Вы и предупреждали, — и я рассказала ему всю эпопею с пудрой.

Он успокоился и сел на кровать.

— Сама что думаешь?

— Тут три варианта: отраву поместили в пудру в королевской аптеке, в момент, когда её несли сюда, и уже когда она находилась в моих покоях. Пудру и косметику получают Ли На Ён и Им Су Ян, поэтому отравление по дороге отпадает. В покоях постоянно находятся две служанки — я специально так повелела, чтобы у одной не появился соблазн что-нибудь учудить. Мы уже допросили её напарницу — да, пострадавшая пробовала пудру перед зеркалом, да ещё и нюхала, как она ароматно пахнет. Они видели, что я не касаюсь косметики, ну и… Они женщины, а любопытство родилось раньше, чем на свет появилась сама женщина. Остаётся один вариант — отправление пудры в самой королевской аптеке.

— Ты всё верно сказала, как по полочкам разложила. Что со служанкой, она выживет?

— Лекарь обещал, что да.

— Накажи потом её и сошли во Двор Нечистот.

— Не стану я этого делать. Она уже сама себя наказала и не стала ничего скрывать, поэтому мы смогли определить способ и предмет отравления. И я уже обещала ей, что не буду её наказывать. Данное слово нужно держать.

— Хорошо, я послушаю тебя. Всё настроение испортили, я как на лодке с парусом сюда летел.

— Не берите в голову, Ваше Величество. Кстати, а по какому вопросу Вы так летели ко мне, а? — я лукаво улыбнулась и взяла его лицо в свои ладони.

Я попросила короля не предавать огласке случившееся, а перед тем, как мы погасили свечи, послала Пон Ха Ген к госпоже Ом, чтобы её девушки взяли под наблюдение медицинский отдел на предмет — кто проявит любопытство к отравленной служанке.

Утром, после походов к обеим королевам, я собрала у себя свой военный совет. Присутствовали капитан Ли, мои девушки и Кюн Ман Ок.

— На Ён, как получали косметику в аптеке, так её и получайте. Но складывайте отдельно, в сундук за ширмой. Всё, что мне будет нужно, будем покупать в городе, и у разных продавцов.

— Госпожа Кюн, Вы с парой девушек понадёжнее будете закупать продукты в городе. Есть одно место, где очень хорошо готовят. Те продукты, что мы не будем использовать, будем продавать через эту таверну. Не хотелось бы, чтобы посторонние узнали, что Вы готовите мне блюда из не дворцовых продуктов. Но сами видите, что сегодня чуть не случилось. И мы не можем предотвратить отравление продуктов на самом складе Королевской кухни.

— Господин Ли — на Вас охрана и сопровождение женщин в городе. С Её Величеством я всё решу, постоянные пропускные бирки будут оформлены.

— Далее — слуги питаются так же с нашей кухни. Если нужно — давайте добавим для Вас помощниц, есть необходимость?

— Да, если возможно, то двух. Нам нужно будет получить ещё два котла и наладить вторую печь. Она есть, но давно не использовалась.

— Итак — считаем, что мы находимся на осадном положении. Нам Му Ёль, необходимо усилить охрану двора и покоев павильона.

— Моя госпожа, мне необходимо усиление в четыре человека.

— Я поговорю с Сангсоном Ли, не хотелось бы брать не проверенных людей.

Отпустив всех, попросила Мин Су рассказать всё, что она узнала о Пак Су Кён.

— Моя госпожа, с бывшей главой Инспекции они не родственники, просто из одной Западной фракции. Дом её родителей находится в столице, служанки самой супруги часто выходят в город для посещения её родного дома. У неё два старших родных брата: один служит вместе с моим братом в Управлении мер и весов, второй служит начальником левого управления городской полиции. Есть две сводных сестры от наложниц отца, и одна от их кухарки. Сёстры уже замужем, живут в столице, а вот где находится сестра от прислуги, узнать не удалось. Отец — учамчан, третий советник Его Величества. Хитрый и верткий чиновник, ни за что не отвечает, но всегда везде присутствует.

— Сколько лет сестре от кухарки, не узнали?

— Почему? Она старше Су Кён на год, ей двадцать один. Служанка дома рассказала, что они очень похожи с Су Кён.

— Надо бы её найти. Старая королева что-то знает, но я не могу её спросить напрямик. Собираемся, мне нужно посетить Камчхальбу.

Госпожа Ом сообщила любопытную новость — оказывается, сразу после переноса моей служанки в Медицинское ведомство туда приходила одна из служанок Пак Су Кён, а сегодня утром она вышла в город и отправилась в отчий дом. Одна из девушек проследила её туда и обратно. В доме родителей госпожи служанка оставалась во дворе, к ней выходила мать супруги Пак, после чего служанка вернулась во дворец.

— Хорошо. Госпожа Ом, Вы готовы ответить на мои вопросы по ведомству?

Она четко доложила, какие провела перемещения, кого понизила и кого повысила. Её Величество утвердила все её решения.

— Вы же понимаете, почему выбор Её Величества пал именно на Вас, хотя Вы тоже принадлежите к Западной фракции?

— Нэджон-мама решительно меняет всех людей, кто в своё время был поставлен на дворцовые посты при старой королеве.

— И это тоже, но главное — Ваши знания, опыт и Ваши результаты. Ведомство не должно быть политизировано настолько, что закрывает глаза на одни преступления и в то же время раскрывает другие. Вы должны быть вне политики — вот почему её выбор пал на Вас.

— Ваше Высочество, могу ли я задать вопрос?

— Спрашивайте, если смогу, то отвечу.

— Тогда на крыльце в маске — это же были Вы?

— Да, это была я, так было надо. Никто не должен был узнать о моём возвращении до официального объявления Его Величеством. Слухи всё равно как-то просочились, но это уже была большая игра моего деда и Его Величества. Я только выполняла их волю.

— И ещё вопрос — почему Вы интересуетесь супругой Пак? Она же ни в чём не замечена, даже слуги говорят, что она самая добрая из супруг.

— Не знаю, сама не понимаю, почему именно ей. Это как у охотничьей собаки — взяла след, но сама пока не знает, куда он её приведёт, и кто окажется в конце пути. И в самом красивом и чистом пруду могут водиться гоблины? Слышали такую поговорку?

— Такую нет, но примерно такую по смыслу слышала.

— Тогда в тот день Сон Соён примчалась в городское поместье после небрежной обмолвки Пак Су Кён о том, что король привёз и держит в городском доме разбойницу, которой хочет заменить одну из своих супруг. Откуда супруга Пак узнала обо мне и о том, что я нахожусь в том доме? Много непонятного, просто подождём.

Королевский врач, который ежедневно приходил ко мне после завтрака, перед посещением Её Величества, в этот раз почему-то долго сидел на коленях перед моей кроватью, на которую он меня всегда просил лечь при замере пульса. Я наблюдала за ним, вернее за выражением его лица, которое показывало, что он в чём-то сомневается. Мне ещё болячки сейчас не хватало.

Наконец он отпустил мою руку, отполз назад, но не встал, а наоборот — склонил голову до пола.

— Что случилось?

— Ваше Высочество, я смею доложить Вам радостную весть — Вы беременны!