Глава двадцать седьмая

Вызванный королевой евнух еле успевал записывать всё, что говорила служанка. Она теперь отчаянно боролась за жизнь свою и своих близких. Её с шести лет определили служить госпоже Пак Со Ри, и с ней же она попала во дворец как личная служанка супруги Пак. И со временем стала её сангун. Именно она выполняла все поручения и была связующим звеном между Пак Сукён и её родным домом.

Но в тот раз о выходе Гвиин из дворца она сообщила своему настоящему хозяину — князю Вон Мин Кану, начальнику полиции столицы, одному из южных вельмож. В своё время её задержали во время облавы в игорном доме, где она скрытно делала ставки, и с того момента её жизнь принадлежала князю.

Именно князь поручил ей следить за всеми супругами короля. Она и так этим занималась, собирая сведения для своей хозяйки, засылая мелких служанок и евнухов следить за каждым их шагом. Конечно, не одна она этим занималась, но именно ей поступила информация, что Гвиин Го покинула дворец с целью посетить госпожу Лю.

Управление префектуры располагалось рядом с Дворцовой площадью, поэтому князь уже через пятнадцать минут знал, что я покинула дворец. После чего служанка сбегала в дом Паков, вошла и просто вышла, не встречаясь с хозяйкой.

Ту служанку она никогда не видела, так как та жила в углу усадьбы, за высоким забором, в отдельно стоящем доме. Всем слугам под страхом смерти запрещалось интересоваться, что там находится. Знала ли она о том, что у её молодой хозяйки есть сестра? Да, знала, слышала, что это плод развлечений господина Пака на стороне, но ни она, ни Пак Со Ри никогда не видели ту сводную сестру.

Были ли у супруги Пак контакты с министром Ваном? Да, конечно, он часто навещал её и приносил подарки и угощения, но они всегда разговаривали наедине, так как хозяйка приказывала всем выйти даже не в коридор, а на улицу. И служанка была обязана охранять вход.

— То есть ты утверждаешь, что супруга Пак никогда не видела свою сводную сестру? — король даже недоверчиво хмыкнул.

— Ваше Величество, нет. Да и зачем ей было видеть какую-то простолюдинку? У господина Пака есть ещё две дочери и сын от простолюдинок, они живут в загородном поместье. И та, наверное, там же.

Она явно не врала, спасая свою жизнь. Ким На Рин затихла, мне на мгновение даже показалось, что она умерла. Нет, дышит. Рано тебе ещё умирать.

— То есть ты никогда не видела ни ту служанку, ни её дочь, так?

— Да, Ваше Величество. Зачем мне врать?

— А теперь расскажи про тот день, когда твоя госпожа родила принца. С самого утра.

— Ваше Величество, утром пришёл министр Ван и привёл с собой людей, одетых евнухами, но это были воины. Он сказал госпоже и мне, что будущему принцу грозит опасность, и поэтому Южная фракция обязана любой ценой защитить его от любых покушений.

— Но ведь твоя госпожа принадлежит к фракции Западных? Какое отношение к ней имеет глава фракции Южных?

— Я не знаю. Это началось через полгода после того, как мы вошли во дворец. Он появился неожиданно, а после его ухода госпожа два дня была как не своя, а потом успокоилась. У супруги Пак было много секретов и от меня. Хотя я была её личной служанкой с детства и сангун её покоев.

— А кому она доверяла всё?

— Даже не знаю. Может, бывшей сангун госпожи Сонг? Она появилась у нас через два года, госпожа Со Бон Хян сразу стала ближней и старшей служанкой, а потом и Чэсанг-сангун.

— У меня вопрос, — я повернулась к королю, и он разрешающе кивнул головой. — Вопрос такой: откуда министру Вану было известно, что родится именно мальчик? Твоя госпожа была в этом уверена? Поэтому она так снисходительно посматривала на всех остальных супруг и даже на Её Величество? Отвечай, откуда она знала, что родится именно мальчик?

— Старший чиновник Министерства наказаний До Джи Хён приводил к ней ведунью. И она…

— Ну-ка договаривай. Ты же при этом присутствовала, так? Ты же тоже должна была узнать это пророчество, так?

Служанка впала в ступор, и я уже начинала догадываться по какой причине, как и все остальные.

— Что она напророчила Пак Со Ри? Быстро отвечай, иначе отправлю в пыточную! — король даже встал от нетерпения.

Служанка вдруг заревела и упала головой на пол. Ясно, что напророчила. Озвучь такое — и сразу государственная измена на шее.

— Ваше Величество, Вы можете ей пообещать, что оставите в живых? Мы все понимаем, что напророчила ведунья и по чьему приказу. Пусть озвучит. Жизнью больше или меньше — тут уже роли не играет.

— Хорошо, благодари Гвиин Го за то, что я милостиво оставлю тебя в живых. Говори.

— Ваше Величество, — служанка прекратила плакать, немного всхлипывала, но осталась в том же положении — голова на ладонях, лежащих на полу. — Она сказала, что если моя госпожа родит мальчика, а она видит, что это будет мальчик, то в последующем она станет королевой.

— А каким образом она станет королевой при живой королеве Инсон — она не сказала? Понятно. Вопрос: я не верю, что ты не полюбопытствовала, откуда взялась ведунья и кто она. Отвечай. Чем больше ответов ты нам дашь, тем больше у тебя появится шансов.

— Я всё узнала. Это знахарка и шаманка Хан Се Хи, живёт недалеко от столицы, в деревне Юльсек-Ри. Её услугами часто пользуются знатные дворяне, которые приезжают к ней в деревню и даже часто ждут от неё разрешения войти в её дом. Её привозили дважды, второй раз — полтора месяца назад.

— Кто приводил её? Тот же чиновник?

— Да, Ваше Величество. Я не знаю, каким образом они проводили её во дворец, но к нам она приходила в форменной одежде старшей наин.

— Теперь поподробнее про тот день, — королева уже устала терпеть и тем более видеть растрёпанную Ким На Рин.

— Родовые схватки у госпожи начались перед обедом. Я сразу послала за лекарем, которого нам ранее указал господин Ван. Вместе с ним появились три старые сангун, которых я никогда не видела. В это же время одна за другой начали пропадать наши служанки, а вместо них появились какие-то новые, и все не молодые.

— А тебе в голову не приходило, что они исчезали только потому, что могли узнать то, чего не должны были знать? И ты после всего этого собиралась остаться живой? Да твоя госпожа уже решила твою судьбу. Вернее, те, кто ею командовал, — королева смотрела на неё с лёгкой улыбкой, как на ненормальную.

— Нет, Ваше Величество. Мы же выросли вместе, это невозможно! — удивлённо прошептала служанка и подняла свои глаза на королеву.

Та в ответ саркастически улыбнулась и отрицательно покачала головой. Опустив голову, девушка замолчала, потом продолжила рассказ.

— Вокруг все были уже чужие, только я оставалась у её кровати, потому что она держала меня за руку до последнего. Как только ребёнок родился, она потеряла сознание. И сразу же из соседнего помещения принесли другого ребёнка. Я даже не подозревала, что он у них был. А того, что родился, завернули и его унесла сама госпожа Со. И больше я её не видела во дворце.

— Ты видела, кто родился?

— Конечно. Это была девочка. Я ещё подумала: как же так? Госпожа была уверена, что будет мальчик, всё мечтала, как она станет самой главной.

— То есть получается, что супруга Пак понятия не имеет, кого она на самом деле родила?

— Когда она пришла в себя, ей положили на грудь этого мальчика, и потом уже вошли все вы и остальные супруги. Она считает, что родила сына.

— Ваше Величество, — я встала, — позвольте мне выйти.

Я вышла и послала одну из своих служанок за госпожой Ом, и пересказала ей всё, что узнала. Девочка, скорее всего, уже вне стен дворца. Вторая служанка убежала за моим братом, Главным прокурором.

— Нужно отследить все перемещения бывшей сангун госпожи Сонг — Со Бон Хян. Именно она вынесла девочку. Куда они могли деть ребёнка? Как ваша старшая, разрешаю применять любые методы ко всем, кто может что-то знать. Речь идёт о жизни члена королевской семьи.

После ухода госпожи Ом быстро пришёл и Юн Гон Су.

— Гон Су, мы знаем, что девочку вынесли из дворца, и её жизни угрожает опасность. Те, кто могут знать о её местонахождении, — это сангун Со Бон Хян, министр Ван и чиновник его министерства До Джи Хён. Мне сказали, что он возглавляет силовую часть Южан, и именно он несколько раз тайно приводил к госпоже Пак шаманку. Его надо незаметно схватить и допросить.

— Шаманку? Во дворец? Это после строжайшего запрета ещё прежнего короля?

— Брат, они её убьют. Ты понимаешь, на что они пошли? Они собирались убрать королеву — или свергнуть, или даже убить. И кто тогда становится первой кандидаткой, да ещё и с наследником? Тут и Южные, и Западные в один голос вопили бы на Совете. Брат, медлить нельзя. Пока ещё госпожа Ом что-то узнает, а этот подлец обязан знать. Мешок на голову — и ко мне в павильон, в подвал. Ли и Нам быстро ему язык развяжут. Да и вообще он потенциальный труп после всего, что сделал. Это он приказал начальнику полиции префектуры послать убийц против меня в городе.

— Ты вернёшься к королеве?

— Нет, я буду тебя ждать у себя. И пошли к брату человека, пусть подготовит не менее ста гвардейцев конными, и пусть лучников возьмёт.

— Что ты задумала?

— Как только будет названо место — нужно будет немедленно выехать туда.

— Но нужен приказ Его Величества.

— Он будет, но потом. Пока его будут писать, ребёнка могут убить, если уже не убили.

Я мерила двор шагами, стараясь выстроить ту схему, по которой действовали заговорщики. Но в каждом случае приходила к одному варианту — коронация Пак Со Бин и смерть короля, назначение её регентом при малолетнем наследнике. А это одновременно означало бы смерть Вдовствующей Королевы.

Так как именно она по всем законам королевства при внезапной смерти короля и недееспособности наследника назначалась регентом. А вот если её не будет — тогда уже, и только тогда — королева, мать наследника. Что тут сказать — красиво задумано, и явно не год и не два назад.

Ворота распахнулись, и несколько служащих Сахонбу внесли во двор безжизненное тело, полностью завернутое в мешковину. Следом за ними во двор вошли дед, оба брата и… Вдовствующая Королева. Дед сам всё обдумал и, видимо, пришёл к тем же самым выводам.

Я молча указала пальцем на дверь в подвал и приказала Ли На Ён убрать всех слуг в помещения.

— Оставайся тут, — дед был непреклонен.

Сами они вместе с королевой спустились в подвал. А я себе места не находила. Через полчаса пришла госпожа Ом.

— Ваше Высочество, у этой дамы есть недалеко от Хансона, в Доксан-Донге, оформленная на чужое имя усадьба. И она сегодня утром покинула дворец через хозяйственные ворота, сопровождая повозку со своим трёхмесячным довольствием. И через час эта повозка, уже запряжённая лошадью, покинула столицу.

— Так, Ха Ген, беги к брату, пусть седлают лошадей, и одну мне. Со мной Су Ян, она умеет держаться в седле.

Я нырнула в подвал, навстречу выворачивающим душу звукам — там хрипел и бился допрашиваемый.

— Ты чего здесь делаешь? — строго прикрикнула на меня королева.

Не смотря на обнажённое тело, всё покрытое ожогами и сгустками крови, я быстро доложила всё, что узнала от госпожи Ом.

— Что ты собираешься делать?

— Срочно выехать туда. Мне нужно Ваше разрешение, Тэджон-мама. Лошадей уже седлают.

— С ума сошла! Ты беременная, какое седло? Воины и твой брат сами справятся, — дед сурово посмотрел на меня и для большего эффекта стукнул по столу ладонью.

Как же, напугал.

— А если нет? Одно дело, когда они окажут сопротивление военному отряду — могут потом сказать: приняли за ряженых. Но когда с ними будет моё Высочество — пусть попробуют. Все знают, что будет с их семьями и всеми родными, если посмеют поднять на меня даже не руку, а мизинец. Я хочу спасти девочку, это очень нужно. Время идёт даже не на часы, а на минуты. Я могла бы и не спрашивать, но я так не могу. И по поводу беременности — у меня всего два месяца, ничего не будет. Тут ехать недалеко, мы не будем спешить. Я пошлю всадников окружить усадьбу и выставить посты на всех дорогах из деревни. Сами поедем шагом, я не собираюсь скакать сломя голову.

— Князь, она права. Твоя внучка, как всегда, права. Но будь осторожна. Времени действительно нет, а этот молчит — слишком предан Ванам.

Я поднялась наверх, крикнула На Ён и Ха Ген, быстро переоделась. Через десять минут мы с Су Ян уже сидели в сёдлах перед хозяйственными воротами. Как только они открылись, десяток за десятком в них рванула сотня элитных конников Кёмсабока (гвардейская кавалерия). Мы с тремя десятками конников Оёнчхона (корпус столичной гвардии, которым командовал брат) двинулись следом.

Выехав из города, мы по наплавному мосту из соединённых лодок через остров Надыльсон пересекли полноводную реку и, объезжая холмы и несколько лесов, через пару часов уже выехали на вершину невысокой горы, откуда открылся прекрасный вид на большую деревню. На её улицах была видна суматоха, а во всех концах виднелись круглые чёрные шляпы королевских гвардейцев.

Усадьба располагалась на окраине деревни, почти примыкая к подступавшему к ней лесу. Я указала рукой на лес, но старший офицер ответил, что там уже спрятались наши солдаты. В стороне усадьбы послышались ружейные выстрелы. Я махнула рукой, и мы спустились вниз.

Гвардейцы заняли крыши ближних домов и пускали стрелы на территорию усадьбы.

— Кто-то пострадал от ружей?

— Нет, — ответил командовавший лучниками офицер, покосившись на меня. — Их пули летят над нашими головами. Зато наши стрелы достали некоторых из очень смелых, — и он показал рукой на лежавшие у стены усадьбы тела в чёрном.

— Это Её Высочество, она здесь старшая, — старший офицер указал на меня.

— Не надо, господин. Командуете всем Вы и Ваши офицеры, я не собираюсь вмешиваться в военные дела. Если офицер говорит, что пули летят выше голов, значит, эти наёмники плохо обучены. На таком расстоянии из ружей нужно целить в колени, так как пороховой заряд здесь сильнее, и при выстреле ствол ружья поднимается выше.

— Сейчас подойдёт отряд генерала Юн Мин Хека, у них есть чочхоны.

— Офицер, не нужно устраивать перестрелки. Можете послать туда кого-нибудь с известием — у них есть ещё шанс остаться в живых. Если будет сделан хоть один выстрел в мою сторону — смерть. Пострадает дочь Его Величества — лютая смерть всем родственникам, всем, кого найдём, по всем линиям.

— Ваше Высочество, но их должны казнить за такое! Как же можно говорить о том, что останутся в живых?

— Вы хотите штурмовать эти стены и каменный дом усадьбы? Потерять дочь короля и половину своих солдат? И сможете потом понести за это ответственность? Я всё приму на себя, и гнев Его Величества тоже. Меня послала Вдовствующая Королева, так что делайте так, как я говорю.

Через пару минут лучники прекратили пускать стрелы. Обороняющиеся тоже успокоились, и наступила тишина, прерываемая только кудахтаньем деревенских кур и другими звуками всей деревенской живности. Минут пять запертые в усадьбе совещались, потом высунулась голова и крикнула, что они согласны на переговоры, если старший офицер придёт к воротам сам — они никому не доверяют.

Я молча отодвинула офицера и двинулась к воротам. Не знаю, что на меня нашло, но я была на все сто процентов уверена, что сейчас они просто смотрят на двух женщин в одежде дворцовых служанок и накинутых чанотах, подошедших к воротам.

— Эй, мы сказали: пусть главный командир подойдёт, а вы служанок прислали!

— Её Высочество Гвиин Го перед вами, она и будет с вами говорить! — звонко выкрикнула Им Су Ян, протянула в их сторону руку и показала мою именную золотую печать, сделала шаг в сторону и поклонилась мне.

Печать — это уже знак высшей власти. Там совещались недолго. Калитка в воротах отворилась, и ко мне вышел седой дворянин в доспехах, но без оружия и с непокрытой головой. Подойдя на два шага, он почтительно поклонился и остался стоять в таком положении.

— Ваше Высочество, простите, что не признал. Но Вас никто из моих солдат и не видел. Однако я знаю, как должна выглядеть печать Вашего Высочества. Янбан Пён Джин Со, владелец этих земель, приветствует Ваше Высочество.

— Господин, объясните мне, по какой причине Вы выступили против королевской власти и используете ружья против отряда королевской гвардии?

— Ваше Высочество, тут имеет место быть недоразумение. Прибывшая утром из города в мой дом важная дворцовая дама привезла печать главы Министерства наказаний князя Вана и передала его приказ выступить в эту усадьбу и взять её под охрану. Мятежники в форме королевской гвардии могут попытаться захватить усадьбу и даму, которой поручено сохранить жизнь молодого, только что рождённого принца. По её словам, в столице мятеж, его подняли князья Го и Юн, с севера идут их войска. Его Величество схвачен, но ей удалось вывести наследника, и теперь нам предстоит его защищать до прихода Южной армии, которая спешит на помощь Вдовствующей королеве.

— Господин Пён, всё, что она Вам сказала, — полная ложь. Король жив и сейчас ведёт допросы министра Вана и его помощников. Убит не король, а его наложница, родившая сына. У этой женщины по имени Со Бон Хян на руках не наследник, а дочь, рождённая супругой Пак. По приказу министра Вана принцесса, рождённая супругой Пак Со Бин, тайно была заменена рождённым от простой наложницы и одного из людей министра мальчиком. Я допускаю, что армия Юга идёт на столицу, но армия Севера не трогалась с места. Этой армией командует мой старший брат.

— Но это просто невероятно!

— Я стою вместо дворца тут перед Вами. Это нормально?

— Если Вы Гвиин Го, то тогда князь Юн…

— Мой родной дед. Генерал и прокурор Юны — мои двоюродные братья. Родной старший брат — командующий пограничными войсками. Янбан, но у меня появился вопрос: Вы вот так просто поверили этой даме?

— Конечно нет. Она привезла письменный приказ министра с его подписью и печатями. И я, как глава префектуры Гвангмиёнга, обязан был действовать согласно ему.

— Это очень хорошо. И что думаете делать? Сейчас подойдёт войско генерала Юн Мин Хека с пушками. Нам нужно решить всё сейчас. Я обещаю, что ни Вы, ни Ваши люди не пострадают, чего не могу сказать о той даме. Тем более от ваших выстрелов среди гвардейцев никто не пострадал.

— Но это не мы стреляли, а люди той дамы.

— Очень интересно. Что это за люди?

— Четверо наёмников с иностранными ружьями. С ней ещё две служанки в возрасте и четыре молодых евнуха.

— Вы сможете их арестовать так, чтобы не пострадала девочка?

— Я постараюсь. Остальным и ей я скажу, что предложили сдаться, иначе сюда уже идёт целое войско. А Вы — служанка королевы, которая прислала Вас передать свою волю как регента, так?

— Замечательно придумано. Возвращайтесь, и мы будем ждать. Тогда все останутся живы, и я ещё раз обещаю — никто не пострадает. Вам отдали не поддельный, а настоящий приказ. Но мы вовремя разобрались, и поэтому не произошло кровопролития. Мы уходим, вы — после нас. Если за нами наблюдают, то чанот на моей голове не даст им меня опознать. Даже если и видели, никому в голову не придёт, что супруга короля будет здесь в такой одежде.

— Это верно. Вы необыкновенная женщина — и то, что я слышал до этого, и то, что узнал сейчас. Я Ваш верный слуга, Ваше Высочество.

— Приятно слышать, но я и Вы прежде всего — верные слуги Его Величества. Я жду от Вас сигнала.

Мы вернулись в столицу через три с половиной часа. На руках Им Су Ян мирно спала девочка. Сзади меня ехал янбан Пён Джин Со, вокруг — королевские гвардейцы. В хвосте колонны ехало несколько повозок с наспех сколоченными деревенскими плотниками клетками. В них везли даму Со, её служанок, евнухов и троих наёмников. Одного воинам янбана пришлось прикончить.

Король находился в зале Совета, где допрашивали князей Вана, Кюнга, Вона и ещё двух министров. Госпоже Ом удалось поймать пытавшуюся бежать шаманку Хан Се Хи. Поэтому я послала Чхве Ю Ри доложить Его Величеству о том, что девочка спасена и доставлена во дворец, и передать приказ министра Вана, где было расписано предательство от и до. Сама идти я не рискнула — мне и так достанется от королевы.

К моему изумлению, я застала там Вдовствующую королеву, которая мирно пила чай в покоях королевы Инсон.

— Ну что? Мне уже доложили, что ты вернулась. Рассказывай.

Я обстоятельно рассказала, как всё происходило, отметила честность янбана и отдельно сказала, что дала слово, что ни он, ни его люди не пострадают.

— Хорошо, мы с королевой поддержим твоё слово. Очень хорошо, что поехала туда ты. Я бы там не задумывалась ни минуты, да и вояки наши устроили бы штурм и воевали до упора. И боюсь, зашло бы так далеко, что людям янбана не оставили бы выбора. И принцесса бы погибла. Не бойся, королю мы с королевой уже всё объяснили. Он просто за тебя переживает, и главное то, что ты беременная.

— Ваше Величество, позвольте спросить?

— Слушаю.

— Так Пак Со Ри точно не знала, что родила девочку?

— Нет, она была уверена, что родила сына, принца, и была рада как никогда в жизни. Она не знала о существовании сестры-близнеца, а её тётя, о которой она знала, всегда была закутана в платок. Поэтому о том, что её мать и она — сёстры-близнецы, она даже не догадывалась.

— Что с ней?

— Плачет. И по сестре, и по ребёнку — она ещё не знает, что ты вернула принцессу. И по матери, которую ждёт смерть, и по отцу. Вся жизнь рухнула.

— Мне её не жалко. Нисколько. Что ей стоило сразу прийти к Её Величеству и доложить обо всём? Как только князь Ван начал к ней ходить. Но она поверила ему, поверила потому, что ей сильно хотелось верить. Шаманке поверила по той же причине. И мне теперь понятны её затаённые улыбки на утренних собраниях у Её Величества. Она смотрела на нас как на будущих жертв. Нет ей прощения, не жалко. Но что будет с ребёнком?

— Будет с кормилицей, а потом назначим ей служанок и юмо, которая займётся её воспитанием. За это не беспокойся, я уже начала подбор, — королева Инсон, как всегда, уже всё распланировала и предусмотрела.

А мне предстояла тяжёлая встреча с королём.

Он пришёл вечером, уставший, хмурый, сел в моё кресло. Я приказала принести чай, сама села напротив него на невысокий тканевый стульчик, взяла в руки чашку и приготовилась объясняться. Но он сидел, откинувшись на спинку стула, держа, как и я, в поднятой руке чашечку с чаем, молчал и улыбался.

Я наконец улыбнулась ему в ответ, приподняла чашечку и взглядом спросила: ну, я прощена?