Глава 10 · Тернистый путь к счастью

Старая, покосившаяся мельница, чьи стены поросли мхом и плющом, больше походила на груду развалин. Ветхие, потрескавшиеся лопасти скрипели на ветру, раскачиваясь из стороны в сторону, словно маятник, но так и не делали оборотов.

Олия огляделась. Ни души. Лишь бескрайняя заснеженная пустошь и редкий пролесок, укрывающий холмистое плоскогорье, важно возвышающееся над ледяной пустыней. Вокруг царила тишина, нарушаемая редким омерзительным скрипом.

Жуткое скрежетание лопастей дополняло и без того мрачную картину. Но Олия мужественно боролась со страхами, не поддаваясь искушению вернуться домой. Ей нужно было дождаться, когда крылья этой развалины сделают восемь оборотов. Только тогда откроется путь к замку рыжей ведьмы.

Наконец, подул долгожданный ветер, предвестник перемен. Он раскачал старую развалившуюся мельницу, заставляя ее крылья бешено вращаться, набирая обороты. Олия, досчитав до восьми, замерла в предвкушении. И тут перед ней возникла та самая дорожка, о которой говорил чародей. Она вилась вдоль поля, теряясь где-то далеко за горизонтом.

— Ну что, дружок? — Олия потрепала по шее своего лихого жеребца. — Как думаешь, не увязнем в сугробах, если пойдем по ней?

Конь фыркнул в ответ, словно понимая ее вопрос. Олия натянула вожжи, легонько хлестнула его кнутом и указала направление. Мерин уверенно ступил на путь к магическому замку и зашагал так спокойно и уверенно, будто под копытами у него была не снежная тропа, а самая настоящая твердь.

Плавно переходя на галоп, казалось, жеребец летел над заснеженной равниной, направляясь к старинному замку, виднеющийся далеко на горизонте. Олия чувствовала, как ее сердце бьется в унисон с сердцем Леона, где бы он ни был. Она знала, что должна спасти его, даже если это будет стоить ей жизни. Путь к замку был долог и тернист. Тропа вела через густой лес, где деревья сплетались кронами, создавая полумрак даже в разгар дня. Но девушка уверенно скакала вперед, периодически пришпоривая коня.

И вот, наконец, перед ней явились те магические «дворцовые своды», скрывающие обитель рыжей колдуньи. Олию сразу же поразил сам вид древнего замка своим безлюдьем и запустением. Его стены, сложенные из грубого, потемневшего от времени камня, были покрыты мхом и лишайником, словно седой бородой веков. Зубчатые башни, некогда грозные стражи, теперь сияли пустыми глазницами окон, где свистит ветер, подобно шепоту призраков. Крыши, местами провалившиеся, обнажали почерневшие от копоти стропила, а по стенам вились дикие растения, стремясь поглотить остатки былого величия.

Атмосфера вокруг замка казалось густой и тяжелой, пропитанной запахом сырости, плесени и чего-то неуловимого. А тишина вокруг не успокаивала, а наоборот, настораживала, заставляя прислушиваться к каждому шороху. Тени казались глубже, а звуки — отчетливее, словно сам замок дышит и наблюдает за каждым, кто осмелится приблизиться.

«Замок полон ловушек, будь внимательна к каждому шороху, к каждой тени», — вспомнила Олия предостережение чародея, когда приблизилась к мрачным стенам, увитым плющом. Страх смешивался с решимостью. Она понимала, что это не просто приключение, а битва за жизнь Леона и за их будущее.

Олия спрыгнула с коня, привязав его к засохшему рядом дереву, и вошла в открытую настежь дверь. Внутри замок был еще более мрачен и запущеннее. Пыль покрывала все поверхности, а паутина свисала с потолка, словно траурные ленты. Девушка прошла в огромный пыльный зал. Лучи солнца едва пробивались сквозь узкие окна, освещая паутину и обломки старинной мебели. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом плесени и чего-то еще, более зловещего.

Внезапно до слуха Олии донеслись обрывки чужой речи, словно эхо минувших веков, раскинувшееся в пространстве. Девушка замерла, вслушиваясь в каждый шорох, в каждый едва уловимый звук. Голоса исходили из дальней комнаты, где, казалось, не было дверей, а лишь бесконечное множество пространств.

Осторожно, не решаясь подойти ближе, Олия двинулась на звук. Прислушавшись, она застыла в изумлении. Она узнала эти голоса. Один принадлежал ведьме — его невозможно было забыть. Второй же поразительно напоминал голос мистера Крейка, того самого пройдохи из таверны, с которым ей «посчастливилось» столкнуться на катке.

Они о чем-то оживленно спорили. Олия напрягла слух, пытаясь разобрать слова. Речь явно шла о каких-то неведомых артефактах. Крейк торговался с ведьмой, размахивая перед ее лицом дорогим перстнем с камнями.

«Наверное, этот негодяй побывал в мире Леона и украл его, — пронеслось в голове девушки. — Скорее всего, это подарок Леона. Только я совсем не помню этого. Ах, если бы память вернулась! Чародей намекнул, что именно в этом магическом замке я смогу все вспомнить. И Леон! Где же он? — сердце Олии забилось быстрее. — Он должен быть здесь. А вдруг они что-то с ним сделали?».

Она тревожно огляделась, ища хоть малейший след его присутствия. Но замок хранил лишь полное безмолвие. Даже мрачная обстановка — остатки мебели, покосившиеся стулья, облезлые гобелены и старинный сундук, в котором могли таиться как сокровища, так и опасные артефакты, не смущала ее. В воздухе витал терпкий запах трав, дыма и чего-то еще, неуловимого, но вызывающего легкое волнение.

И в этот момент она почувствовала, как кто-то незаметно подошел к ней сзади, крепко обхватив ее одной рукой, а второй закрыл ей рот, чтобы она не издала ни звука.

— Тихо, — прошептал ей на ухо подкравшийся незнакомец, — молчи, нас могут услышать.

Олия замерла, парализованная страхом и неожиданностью. Сердце бешено колотилось, но голос… голос показался ей знакомым. Девушка закрыла глаза, прислушиваясь к прерывистому дыханию тайного гостя.

— Не бойся, — тихо произнес он, убирая ладонь, закрывающую ей рот.

Она резко повернулась и едва не вскрикнула. Перед ней стоял Леон и широко улыбался.

— Я искала тебя! — выдохнула девушка. — Почему ты ушел, не прощаясь?

— Так нужно было, — Леон приложил палец к губам, — пошли!

Он схватил ее за руку и потянул за собой. Они спрятались в каком-то отвратительном закутке, похожем на чулан, таком же жутком, как и весь замок. Повсюду висела паутина, все было покрыто многовековой пылью, пол заляпан грязью, валялся мусор и камни. В углу, под потолком, сидела нереальных размеров летучая мышь, наблюдая за происходящим. Она взмахнула широкими крыльями, издала отвратительный писк и вылетела в окно.

— Что будем делать? — тихо спросила девушка.

— Я еще и сам не решил. Этот Крейк совсем не вовремя появился. Я думал поговорить с ведьмой, но без свидетелей. Хотелось бы знать, что ей на самом деле нужно, зачем она преследует нас⁈

— Крейк принес ей дары. Он сам попался на ее крючок и хочет разжалобить. Он выкрал у тебя серьгу, мою серьгу, что я тебе подарила, а в твоем мире похитил перстень.

— Так ты все вспомнила? Ты помнишь меня? Наше знакомство? — глаза Леона разгорелись от радости, и в них заплясали огоньки восторга и упоения. — Все правильно! Я подарил тебе мой фамильный перстень в знак нашей любви!

— Нет, я ничего не помню, — качнула головой Олия, — но я все равно полюбила тебя, даже в образе конюха. Вернее, твое положение меня не смущает. И я знаю, кто ты на самом деле!

— А если бы я был самым настоящим конюхом? — Леон лукаво сощурился.

— Это не имеет значения! — честно ответила девушка. — Стин не моя судьба. Это было какое-то наваждение. Оно преследует всю нашу семью с недавнего времени. Я видела тебя в своих снах и не могла не узнать. Однако память моя до сих пор затуманена…

— Твой отец все равно никогда не согласится на наш с тобой союз, будь я конюхом или еще кем-то в этом роде. Нам нужно прижать эту рыжую бестию к стенке и выпытать, что она хотела от нас. Ведь на самом деле, ни в одном из миров нам вместе не быть, — Леон задумчиво улыбнулся, крепко сжав губы от безысходности, — но мы должны открыть тайну ведьмы. Возможно, это подскажет нам путь.

Он обнял Олию. Они так и остались стоять молча, каждый думая о своем. Время словно остановилось в этой мрачной колдовской обители. И даже пылинки зависли в воздухе, поблескивая на солнце, лучи которого настойчиво пробивались в замок сквозь пустые разбитые окна.

— Ха, ха, ха! — раздался в зловещей тишине ехидный смех ведьмы. — Вы решили, что спрятались от меня? Я давно учуяла чужака на своей территории, а мои верные пажи подсказали, где вы находитесь.

Олия и Леон посмотрели на ведьму, взмывшую в воздух, к самому потолку замка. Ее рыжие волосы также парили, как и она сама, пылая словно пламя, а старые лохмотья одежды, в которые она на этот раз облачилась, трепетали на сквозняке, словно живые. На плече у нее сидела летучая мышь, по всей видимости, это она подсказала своей хозяйке о незваных гостях.

— Скажи! Зачем ты издеваешься над нами? Устраиваешь испытания? Разве это делает тебя счастливее? Тебе ведома любовь? — Леон старался говорить как можно увереннее.

— А что ты знаешь о счастье и о любви? — взревела она. — Вы, люди, слишком ничтожны, чтобы рассуждать о вечных ценностях!

— Я полюбил и мог быть счастливым. Но твои козни лишают меня этого! — парировал Леон.

— Вы все хотите легкого пути к счастью. Так же думал и тот, кого когда-то полюбила я! — ведьма почти кричала. — Но сложности и преграды его испугали, и он тут же испарился! Сбежал! Так делают многие слабаки, так разве они достойны счастья?

— Не надо обобщать! — возразил Леон.

— Нет уж, позвольте мне договорить! — взвизгнула рыжуха. — Да! Я играю судьбами! Я даю такие испытания, которые могут выполнить только люди с любящим сердцем, по-настоящему любящим. А кто не выдерживает — остается за бортом.

— Но мы реально любим друг друга! — вмешалась Олия.

— Не верю! — воскликнула ведьма. — Заклятье на тебе до сих пор держится, так как ты до конца не приняла свой выбор в роли безродного конюха! Ты хотела принца!

— Это неправда! И я уже сказала, что все равно полюбила бы его!

— Нет! — отрезала ведьма. — В роли конюха его полюбила твоя сестра Зара, а не ты! И еще… — глаза ведьмы разгорелись ярким пламенем, — за то, что вы хотели обмануть меня и саму магию, одарив друг друга подарками, которые помогли бы каждой из половинок вспомнить происходящее, я дам вам еще одно испытание, сильнее этого. Оно принесет вам настоящую боль! Вот чего стоит обман!

Ведьма плавно спустилась на пол, приземлившись рядом с парой. В тот же миг к ним приблизился Крейк. Его лицо было маской надменности и тревоги. Ведьма одарила его многозначительным взглядом и хитро прищурилась.

— Ну что ж, мистер Крейк, — проговорила она, — у вас есть шанс вернуться в свой мир, если будете мне полезны.

— Я готов! — отрапортовал он, услужливо склонившись перед колдуньей.

— Ваше предложение⁈ Какое из испытаний для этой парочки вы считаете самым жестким и действенным?

— Хм, — высокомерно подняв голову, произнес Крейк. — Испугать их чудовищами, забросить на самую высокую гору, погрузить на дно океана, оставить среди вечных льдов или заслать в самую жаркую пустыню — все это бесполезно! Самое страшное для них будет испытание одиночеством.

— Похвально! Идея отличная! — Ведьма хищно улыбнулась. — Только я немного добавлю от себя! Я направлю их поодиночке в такие жуткие миры…

— Не надо других миров! — перебил ее Крейк. — Их нужно вернуть в отправную точку их же реальностей. Окружающие будут считать их сумасшедшими, ведь никто, кроме них самих, не будет помнить о произошедшем. А они никогда не найдут свою половинку, если только вы позволите… — Крейк склонился перед ведьмой в низком реверансе, словно приглашая на танец.

— Пожалуй, я так и поступлю, — протянула она, — мысль хорошая, но недоработанная.

— Чем вы обрадуете меня? — пропел Крейк дрожащим голосом, заискивающе глядя на нее.

— Да надоел ты мне уже! Черт с тобой! — взревела ведьма. — Сгинь отсюда, вали в свой безумный, кровожадный мир! И больше не пытайся нажить добра с помощью магии!

Она дунула с такой яростью, что в замке разразился настоящий ураган, сметая все на своем пути. Крейк исчез, словно растворился в воздухе. Леон и Олия замерли, охваченные ужасом, в страхе, что больше никогда не увидятся.

— Ну что ж! — ехидно усмехнулась рыжая бестия. — Сейчас вы отправитесь по своим мирам. Но чтобы выполнить мое очередное испытание, каждый из вас должен будет найти подсказку в своей реальности. Это будет крайне сложно, но иначе никак!

— Леон! — воскликнула Олия. — Я люблю тебя, больше жизни люблю! И даже если бы ты остался навсегда конюхом, я бы не разлюбила тебя! Никогда!

Воздух вокруг задрожал, предметы исказились, вибрируя в туманной мгле. В этот миг магия исчерпала себя, ее действие закончилось. Олия вспомнила все, до мельчайших подробностей. Она протянула руки к Леону, он потянулся к ней в ответ, но в тот же миг все обратилось в серую маревую дымку и исчезло…

Девушка оказалась на озере Цури. Она лежала на льду, тело ломило, страшно болел затылок. По всей видимости она упала и на какое-то время потеряла сознание. Рядом стояли ее сестры: Гера и Зара и громко смеялись.

— А где Леон? — спросила Олия, привстав на локти.

— Какой Леон? — еще звонче расхохоталась Гера.

— Ты видимо серьезно ударилась головой, сестра! — подхватила ее Зара. — Нет здесь никакого Леона и никогда не было! Вставай, давай! Поехали быстрее! Стин давно обогнал нас!

— Мне не нужен Стин! — выпалила Олия. — Я люблю другого!

Сестры, сбитые с толку, переглянулись и помогли ей встать. Олия прикоснулась к своим ушам. В каждом ухе красовалось золотое колечко — ее серьги.