Глава 43

Александра в комнате нет. Сперва решила, что шаги мне послышались. Но среди звуков дождя различаю шум воды, доносящийся из приоткрытой двери в ванную.

Он там.

Волнение подскакивает на максимум, ноги становятся ватными. Приближаюсь медленно и замираю в дверном проёме, прислонившись к косяку.

Сквозь запотевшее стекло душевой различим мужской силуэт.

Совершенно голый, в клубах густого пара Алекс стоит под водопадом. Он откинул голову назад, подставляя лицо под струи воды, ничего не видит и не слышит вокруг. А я и рада — молча рассматриваю его. Наблюдаю, как вода стекает по тёмным волосам, шее и мощной спине. На плече краснеет след, или мне кажется?

Алекс проводит ладонями по лицу, и я, как зачарованная, смотрю на его профиль — мокрые тёмные ресницы, прикрытые веки, прямой нос. Его рука с мочалкой скользит по плечам и груди, оставляя белые дорожки на загорелой коже. Мыльная пена устремляется вниз по выступающим мышцам пресса, очерчивая рельеф каждого кубика.

Он красив какой-то дикой, мужественной красотой. Перестать смотреть невозможно, я будто к полу приросла!

Стыдно вдруг становится от всех греховных мыслей, что пронеслись в голове. Но стыд быстро стирается осознанием того, что я на эти чувства и желания имею теперь полное право. Все сомнения в прошлом!

Ни капли раскаяния, больше никаких мук совести! Есть только он, я и наша дочь. Мои любимые, единственные, самые важные люди в целом мире.

Миллер просто моется, а для меня это самое изумительное зрелище! Я безумно влюблена и сгораю от нетерпения поскорее оказаться с ним рядом. Но продолжаю пялиться, млея от восторга.

Жар прокатывается волнами по телу, хотя в доме прохладно. Чувствую, как сохнет во рту, а низ живота тяжелеет от томления. Будто действуя неосознанно, на автопилоте, начинаю стягивать одежду.

Без разницы, что он подумает обо мне! Не захотел спать вместе, а я всё равно пришла? Да плевать. Он взял, когда захотел. Я поступаю так же.

Алекс снова запрокидывает голову, смывая шампунь, и я плотоядно пялюсь на его горло. Облизываю губы, так тянет прикоснуться, поцеловать то место, где под влажной кожей бьётся пульс.

Он запускает в мокрые волосы пятерню, убирая тёмные пряди со лба. Открывает наконец глаза. И я чувствую электрический разряд в самое сердце, когда наши взгляды встречаются!

В его глазах мелькает удивление, но лишь на секунду. Он замечает, что на мне только бельё. И выражение его лица меняется по мере того, как взгляд скользит по моему телу ниже.

Я снова сомневаюсь. Вспоминаю всё, что между нами было в последние недели, и моя решимость начинает таять.

Закрываю глаза и прошу мысленно — только не отталкивай! Мы ведь можем начать всё заново, с того момента как расстались на Алтае?

Он будто чувствует, будто читает мои страхи. Сдвигает прозрачную створку и протягивает руку:

— Иди сюда скорее.

Делаю шаг и оказываюсь в кольце мужских рук под струями воды. Она тёплая, но меня будто жидким огнём окатывает от ощущения нашей близости. Он обжигает кожу и проникает внутрь, разливаясь по телу.

В ванной полумрак, только горит неяркая подсветка над зеркалом. Мы одни в тесном пространстве душевой, а кажется, что в целом мире.

Алекс касается моей щеки, гладит, не отводя взгляда. А я смотрю на него снизу вверх и не решаюсь сказать то, что он давно хочет услышать.

«Я вспомнила, кто ты для меня».

Переступаю по скользкому полу, встаю на носочки и обнимаю его за шею. Уткнувшись носом в мокрое мужское плечо, замираю и не дышу, пока он прижимает меня к себе. Очень крепко, до хруста косточек.

— Огонь под контролем, — говорит тихо на ухо, гладя по волосам. — Не о чем волноваться.

Киваю молча, боясь разрушить волшебство. Меня сейчас волнует только тот огонь, что полыхает между нами. Потому что знаю — Миллер не позволит ничему плохому случиться.

Я уже совершила одну чудовищную ошибку, которая навлекла на нас весь тот кошмар. Если бы только послушалась его, если бы дождалась…

Образы всплывают в памяти, словно картинки в калейдоскопе, не успеваю осознавать их и укладывать по полочкам. Все события последних недель теперь видятся иначе.

Чёрт возьми! Я побоялась довериться любимому мужчине. И недооценила опасность, исходящую от подонка, которого считала мужем! Повернуть бы время вспять!

Алекс вклинивается в хаотичный поток моих мыслей:

— Ника спит?

— Играет со Славиком у Поли.

— Полчаса у нас есть, как думаешь? — Он недвусмысленно спускает лямку с моего плеча.

Я же правильно всё понимаю? А то мало ли опять…

Опускаю взгляд вниз, к его бёдрам. Там — подтверждение во всей красе.

— Если что, мы услышим.

Алекс берет меня за плечи, склоняется и легонько целует в губы. Слишком сдержанно, мне нужно больше.

Его рука непроизвольно дёргается, он вздрагивает, когда пытаюсь снова повиснуть у него на шее.

— Что? — спрашиваю, встревожившись. — Что такое?

— Ветка горящая упала.

Значит, мне не показалось. Это не тень, кожа довольно глубоко содрана и по предплечью разливается синяк.

— Боже…

— Я как-то упустил из внимания этот момент, раньше не приходилось тушить сильные пожары.

Он объясняет спокойно, даже буднично, подцепляя пальцами теперь уже обе лямки. Спускает прилипший мокрый топ, освобождая груди, и сразу накрывает их ладонями. Сжимает мягко, осторожно, медлит и будто чего-то ждёт.

Моей неадекватной реакции, как в прошлый раз? Нет, нет, с этой минуты всё будет иначе!

Чтобы развеять любые сомнения, быстро снимаю всё с себя.

Ну вот, мы оба голые, молча рассматриваем друг друга. Алекс больше не трогает, но и не отстраняется. Навис скалой, уперев руки в стену.

Нужно сказать, что я всё вспомнила! Он будет в шоке, когда узнает!

Но это подождёт. Мы об этом поговорим и всё наверстаем. После. Сейчас я хочу близости.

Тянусь к его груди, чтобы поцеловать. Под гладкой, влажной кожей бугрятся мышцы, он весь адски напряжен.

Обвиваю его талию руками, трусь носом, щекой, как ласковая кошка. Целую снова и снова, не обращая внимания на воду, хлещущую с потолка.

Алекс обнимает, с силой вжимая в себя. Его мягкие пальцы проходятся от шеи вниз до копчика, будто считая позвонки. Приятно до мурашек!

— Сильно испугалась? — вдруг спрашивает.

— А? Нет…

— Я не уверен, что ты понимаешь, что делаешь.

А я уверена. Встаю на носочки, подтягиваюсь и целую влажно в шею. Низкий мужской стон отдаётся внизу новым возбуждающим спазмом.

— Алекс, — шепчу, делясь с ним своим жаром, выпрашивая поцелуи.

Веду ладонью вниз, очерчивая каждую окаменевшую мышцу. Обхватываю ствол и прижимаю к своему животу, лаская и поглаживая пальцами.

Он снова стонет, яростно сминая мои ягодицы. Дыхание напрочь сбивается от звуков его голоса, от ощущения сильного тела рядом, от неутолённого желания.

Он поднимает меня на руки, рывком подсаживая себе на бёдра. От неожиданности охаю, впечатавшись в холодную стену спиной.

Сразу дикий, яростный поцелуй. Алекс ласкает мои губы, глубоко вторгается в рот языком и мгновенно доводит до точки кипения. Ещё секунда, и превращусь в пар!

Скрещиваю лодыжки у него за спиной. Вцепляюсь в него намертво.

Он останавливается, чтобы отдышаться. Смотрит в глаза пристально:

— Если почувствуешь опять…

— Не почувствую.

— …нужно сказать об этом. В любой момент. Я тебя отпущу.

Ну нет уж.

— Не отпускай.

— Малыш, я так хочу тебя.

Вот оно! Плевать на всех на свете Насть. Александр Миллер — только мой! Теперь главное, чтобы не перехотел.

Делаю откровенное движение бёдрами, потираясь о его пах. Он крепче обнимает, так что уже дышу с трудом.

Прикусываю гладкую, вкусно пахнущую кожу на здоровом плече, целую в висок и шепчу:

— Люблю тебя.

Миллер на мгновение замирает. Я впервые это сказала?

— И я люблю… — Целует мягко в губы. — Тебя… очень…

Я таю от его признаний. Только бы не очнуться снова ото сна и не угодить в кошмар, слишком всё сказочно…

Момент проникновения ошеломляет. Я вскрикиваю, не сдержавшись. Откидываю голову назад и жмурюсь, когда он начинает скользить внутри. Толкается глубже и глубже с каждым мощным движением.

Я помню, как хорошо было в прошлый раз. Сейчас всё в сто раз лучше — не нужно осторожничать и сдерживаться.

Он и не сдерживается. А я всецело доверяю. Расслабляюсь в его руках и позволяю абсолютно всё.

Паром заволокло всё пространство душевой. Мы оба влажные, разгорячённые. В каждом выдохе — стон. В каждом скользящем движении — отчаянное желание раствориться друг в друге. Я просто перестану существовать, если лишусь этого снова. Без любви к этому мужчине я уже не я. И в самый чувственный, ошеломляющий откровением момент вдруг отчётливо осознаю: это взаимно.

Я достигаю пика и кричу. Сжимаю судорожно мужские плечи, впиваюсь до онемения пальцев.

Голова кружится, мне бы отдышаться! Свалюсь сейчас, ноги ватные совсем не держат, но Миллер не выпускает из рук.

Несколько мощных толчков в моё расслабленное, обмякшее тело… и Алекс кончает, наваливаясь всей тяжестью. Его грудная клетка тяжело и часто вздымается. Дыхание порывистое. Чувствую укус в шею и сразу поцелуй.

— Вот так… — произносит он удовлетворённо.

Отталкивается от стены и позволяет мне сползти вниз, поддерживая.

— Что?

Едва могу стоять, такая слабость во всём теле, но это очень приятно.

— Так и должно было быть.

Чувствую больше влаги внизу. По внутренней стороне бедра бегут белые капли. В первый момент цепенею, осознав вероятные последствия.

Алекс замечает. Обнимает собственнически и целует в губы, приподняв ладонью мой подбородок.

Эта его уверенность и сила не оставляют места сомнениям.

Ещё таких же милых пупсиков, как наша Ника? Сто раз да!