6

Алестер явно не ожидал, что именно такую задачу я поставлю перед собой. Она была трудной, крайне трудной, но я это прекрасно понимала и принимала ее. Раз уж так случилось, что жизнь собственного ребенка мне не удалось уберечь, то я сделаю всё, чтобы подарить нормальную жизнь Амис. Возможно, тогда-то я и искуплю ту вину, которая отравляла мне кровь и мучила долгими бессонными ночами.

— Что же, — начал Коулман, потерев свою переносицу. — Это похвально. Но для достижения такой цели нужна огромная подготовка.

— Я знаю, — мой голос прозвучал твердо и уверено.

Мне нравилось то, что понемногу я начинала становиться собой. Воинственный дух вновь пробуждался от долгого и болезненного сна.

— Тебе нужны документы, работа, — меж тем продолжил Алестер. — Я тебе со всем этим, конечно, помогу.

— Правда? — я не поверила своим ушам. По правде говоря, я еще смутно понимала, как и где буду работать, но Коулман одной своей фразой тут же рассеял всю неопределенность и неоднозначность ситуации.

— Но у меня будет только одно условие.

Я немного насторожилась, но постаралась отогнать от себя это чувство. За то время, что я провела в доме Алестера, он ни разу не позволил усомниться в нем. Я всё еще не могла понять, за какие такие заслуги он решился мне помочь. Ведь до всего этого ужаса мы разговаривали всего лишь несколько раз. Я часто задавала вопрос Коулману, почему он взял меня под свое крыло. Он всегда мрачнел и просто отвечал, что хочет помочь. Но я всё равно была убеждена, что в его милосердии крылось нечто значительно серьезней, чем просто обычная тяга помогать нуждающимся.

— Какое? — облизнув пересохшие губы, спросила я.

— Роза, думаю, ты и сама прекрасно знаешь, что после всего произошедшего твое душевное состоянии немного… Пошатнулось.

— Знаю, — мне стало неловко. Представляю, как я выглядела со стороны, поехавшая истеричка, которая то смеется без причины, то ревет. Такое поведение меня тоже напрягало и пугало.

— Я всё же хочу настоять на сеансах у психоаналитика. Он поможет тебе разобраться в себе, поможет прийти ко внутренней гармонии. Раз в неделю я буду приглашать доктора Соммера к нам. Пока я займусь подготовкой твоих документов, ты позанимаешься с психоаналитиком. Позже я тебя введу в курс дела. Если ты хочешь работать, зарабатывать деньги, то должна понимать, что твое душевное состояние просто не имеет права быть опасно нестабильным.

— Хорошо, — идея с психоаналитиком мне совсем не нравилась, но если он мог мне помочь освободить Амис, то я была готова пойти наперекор внутреннему протестующему голосу.

— В таком случае завтра же вечером я его приглашу.

— Хорошо, — я поджала губы. — Спасибо тебе. Твоя поддержка для меня очень ценна, особенно, сейчас.

— Не за что. И еще я тут подумал, что было бы неплохо нам немного развеяться. На выходных приедет мой друг, — Коулман как-то странно выделил слово «друг». — Новые знакомства пойдут тебе на пользу, да и в целом нужно разрядить обстановку. Хватит уже сидеть в раковине, жизнь всё же продолжается, — короткая речь Алестера вселила в меня надежду, дала некоторую мотивацию.

— Я тогда пойду спать? Завтра предстоит важный день.

— Конечно, я тоже буду закругляться с работой, иначе она начнет мне скоро сниться.

Когда я лежала в своей кровати и практически уже заснула, мозг вновь стал транслировать образ Дьявола. Это было слишком тяжело и невыносимо, когда не всё можно взять под контроль. Днем я старалась о нем не думать, но это мало чем помогало. Дьявол поселился у меня где-то под коркой, и просто так вытравить его уже не получалось. Может быть, психоаналитик действительно поможет мне справиться с этой маниакальной одержимостью? Хотелось верить, но горький привкус неправильности решения начать сеансы никак не покидал меня. Не знаю почему, но я была уверена, что ничего хорошего из этого не получится.

Следующим утром, когда я спустилась к завтраку, Коулман пил кофе и с кем-то разговаривал по телефону. Я тихо поздоровалась и тоже налила себе кофе. Лола, как обычно, бегала под ногами, держа в зубах резиновую игрушку в виде рыбки. Вообще это была ее самая любимая игрушка.

Это утро казалось мне правильным и вполне нормальным, пока я не расслышала, с кем именно разговаривает Алестер. Обычно, он всегда вел телефонные переговоры со своими коллегами и партнерами. Для этого у него даже имелся отдельный сотовый. Вот и сейчас Коулман говорил по рабочему телефону. Я собиралась уйти из кухни, чтобы не мешать, пока не услышала, как Алестер произнёс имя Калэба. Задержавшись на выходе, я крепко сжала в своих руках чашку, не чувствуя насколько больно она сейчас обжигала пальцы.

— Всё будет хорошо, — твердо заявил Коулман. — Когда появится первая же возможность, я обязательно к тебе приеду. Только не расстраивайся. Твой брат сейчас очень занят, но у тебя есть Хэтти.

Я медленно обернулась и встретилась с тревожным взглядом Алестера. Кулон на груди внезапно стал невыносимо тяжелым. Сердце быстро-быстро забилось в груди. Я очень сильно хотела поговорить с Калэбом, а еще лучше было бы снова его увидеть. Обнять, прижаться к нему и почувствовать тонкий молочно-шоколадный аромат.

— У меня для тебя есть небольшой сюрприз, — вдруг заявил Коулман, жестом подозвав меня к себе. — Только Лерою о нем ни в коем случае нельзя знать, — Алестер передал мне телефон.

Я поставила чашку на стол и взяла мобильник. Во рту пересохло, а тяжелые удары сердца теперь зазвучали где-то в области горла. Приложив телефон к уху, я с некоторой робостью произнесла:

— Привет.

Повисла долгая пауза. Сделать хотя бы один вдох никак не получалось. Я слышала его дыхание в трубке, мы были близко и в то же время непростительно далеко.

— Мотылёк? — заикаясь, но всё же спросил Калэб, будто не поверил в реальность происходящего.

Любого другого я бы уже давно поправила, это вошло у меня в какую-то дурацкую привычку. Но мое прежнее имя, сказанное Калэбом, звучало так естественно, мелодично. Кажется, сердце пропустило удар. Я вспомнила нашу последнюю встречу, которая словно произошла в другой жизни, в другой вселенной. Тоска, что всё это время плескалась на дне моей души, всплыла на поверхность. Мне не хватало этого человека с чистым сердцем ребенка. Я скучала и тосковала по нему так же, как если бы мать разлучили с ее ребенком.

— Я, — мой голос сел. Я ухватилась за край стола, чтобы не упасть, эмоции просто зашкаливали.

— Это ты? Правда? — похоже, Калэб всё еще не мог поверить в то, что наш разговор происходил в реальности.

— Я. Конечно, я, а кто же еще? — я засмеялась, этот смех был надрывным, наполненным и болью, и обжигающей радостью.

— Мотылёк, — голос Калэба дрогнул, и он всхлипнул.

— Ты плачешь? — я была готова прямо сейчас всё бросить и немедленно отправиться к нему.

Вероятно, я бы так и поступила, но таким импульсивным поступком подставила бы Алестера и навлекла беду на Калэба. Я не сомневалась в его старшем брате, раз он оставил особняк под усиленной охраной, то ситуация действительно была критической. Но, с другой стороны, не разумней было бы Калэба перевести к Коулману? Или Грейсон не хотел втягивать друга во всё это дерьмо? Голова шла кругом.

— Нет, — Калэб шмыгнул носом. — Я пообещал, что никогда не буду нюней. Просто… Просто я так хочу к тебе.

— Солнце, я тоже этого хочу, но пока нам нужно быть осторожными.

— Знаю, — тяжелый вздох. — Без тебя очень грустно.

— Не грусти, это всё временно.

— А Лерри мне сказал, что ты убежала, бросила меня.

— Что? — от такого заявления я была готова упасть в обморок. Нет, это не стало для меня неожиданностью, но я думала, что Лерою всё же хватит мозгов не травмировать психику своего младшего брата.

— Это неправда, — тут же запротестовала я.

— Знаю, Мотылёк, знаю. Я ему не поверил, но сделал вид, что поверил. Мне показалось, так будет правильней.

Несмотря на то, какой Калэб был особенный, он обладал поразительно развитой интуицией. Мозг не мог четко транслировать мысль, но инстинкты как бы брали на себя основную часть работы.

— Молодец. Ты правильно всё сделал.

— Правда? — оживленно спросил Калэб.

— Да, — я улыбнулась.

— Блин. Меня Хэтти уже завтракать зовет.

— Иди. Только никому, совсем никому не говори, что ты разговаривал со мной, а уж, тем более что я нахожусь у Алестера, хорошо? — мой голос прозвучал предельно серьезно.

— Конечно, как скажешь.

— Иначе мы никогда не сможем увидеться.

— Мотылёк, я — могила.

— Всё. Иди завтракать. Пока.

— Пока, я люблю тебя.

— И я тебя, — завершив звонок, я отдала телефон Коулману и смахнула с глаз слезы искреннего счастья.

— Не расстраивайся, — Алестер поднялся со своего места и обнял меня.

— Пытаюсь… Мне его не хватает… Не хочу думать, что над Калэбом нависла опасность, а всё из-за его брата-дурака, — мое отчаянье тут же сменилось злостью.

— В том, что сейчас происходит, нет конкретно чьей-то вины. Лерой выживает так, как умеет. Он опасен и многие об этом знают, поэтому и пытаются приставить его к стенке. Его голова — лакомый кусок для правительства и других группировок. Лерой насколько я знаю, выполнял заказы высокопоставленных чиновников. Так просто из игры уже не выйти.

— Это просто какое-то безумие!

— Нет, Роза, это реальность, в которой все мы живем. Проще всего сделать вид, что ничего не происходит, но это не так. Наркотики, оружие, рабство и прочее, это страшные вещи и они настоящие.

Мне стало немного не по себе от всех этих слов. Я и сама на своей шкуре успела испытать всю грязь и несправедливость мира, но мне всё равно хотелось верить хоть в крупицу чего-то светлого и чистого.

— А какую позицию занял Лерой? — я просмотрела на Алестера. Странно, что раньше я об этом его не спросила.

— Он работает на людей, которые борются с преступностью.

— Насилие порождает насилие, — задумчиво проговорила я. — Странно это, учитывая, что он не похож на рыцаря в сияющих доспехах, тем более вполне поощряет процветание борделей типа того, в котором была я.

— Жизнь уродует людей, — мрачно заметил Коулман. — Ты теряешь себя и становишься тем, кем мир хочет тебя видеть.

— Я как-то на вечере, на который меня потащил Калэб, увидела бывшую жену Лероя.

— Ева, — тут же подхватил Алестер.

— Ты ее знаешь?

— Она моя сестра.

Пожалуй, такой поворот событий я предугадать никак не могла. Наверное, это было связано не только с тем ужасом, что происходил в моей жизни, но и абсолютной несхожестью Алестера и Евы.

— Сводная, — объяснил Коулман, заметив мой сбитый с толку взгляд.

— Вот как, — единственное, что я смогла произнести.

В голове тут же зародилось огромное количество различных вопросов, касательно отношений Лероя и этой женщины. По большому счету, меня это никак не должно было волновать. Но я не могла вот так просто отказаться от идеи узнать о Грейсоне нечто большее, чем знала на данный момент.

Внутри будто бы яркой вспышкой взорвалось ощущение невидимого присутствия Дьявола. Нечто подобное со мной уже случалось, когда он уехал на целый месяц, оставив меня и Калэба на попечение Хэтти. Вроде бы физически этого человека здесь нет, но его дух или, как это правильно объяснить, всё равно витал в воздухе. Поразительно-обманчивое чувство.

Телефон Алестера внезапно зазвонил и мой покровитель, иначе его называть я просто не могла, вновь погрузился в работу. К сожалению, а возможно и, к счастью, но разговор насчет Лероя сам собой отложился на неопределенное время.

Весь день я провела в одиночестве. Фильмы мне уже надоели, ровно, как и мультики. После неожиданного разговора с Калэбом думать о чем-то отвлеченном у меня никак не получалось. Казалось, что я вот так проведу целую вечность, раздираемая полярными ощущениями и невозможностью увидеться с человеком, который так много значил для меня.

Настроения для того, чтобы сегодня кто-то ковырялся у меня в голове абсолютно не было. И почему Алестер не выдвинул какое-нибудь другое условие? Я понимала, что он был прав насчет моей психологической неустойчивости, но предчувствие чего-то плохого никуда не делось. Так же в свое время было, когда я впервые встретила Дьявола, и чем это закончилось? Ничем хорошим. А что, если в этот раз произойдет тоже что-то плохое? Раньше возможно меня бы это не так сильно заботило, но теперь многое поменялось. Что будет с Калэбом, если он узнает о плохих новостях, которые коснутся меня? Мой друг и так незаслуженно настрадался, и причинять ему еще больше боли мне не хотелось.

Во время обеда я решила поговорить с Коулманом и попытаться отстрочить мою встречу с психоаналитиком.

— Почему ничего не ешь? — спросил меня Алестер, пока я вилкой возила по тарелке тыквенное пюре, приправленное ванилью. Вкусная штука, но сейчас есть совсем не хотелось. А если я не хотела есть, то проблема действительно была серьезная.

— Не хочу, — я оставила вилку в покое и отодвинула от себя тарелку. — Я тут немного подумала, может, мы пока повременим с визитами психоаналитика?

— Почему? Ты решила отказаться от своей цели? — Коулман непонимающе посмотрел на меня.

— Нет, ни в коем случае. Просто, — я не знала, как правильно объяснить то, что сейчас творилось у меня в душе. — Мне не нравится эта затея.

— Роза, мы ведь это уже обсудили. Доктор Соммер — прекрасный специалист с многолетней успешной практикой, — важным тоном объяснил Алестер.

— Угу, конечно, — недовольно буркнула я. — Придет какой-нибудь напыщенный индюк в костюме, который стоит целое состояние. Начнет мне здесь рассказывать всякий бред. Да что эти мозгоправы могут обо мне знать? — не понимаю, почему я вдруг так завелась. — Я пережила столько всякого дерьма, что этим докторишкам даже в самом кошмарном сне не привидится. Еще деньги придется платить какому-нибудь пафосному кретину, которому богатый папаша лицензию купил.

Раздался глухой стук, я обернулась и заметила в проеме мужчину лет сорока-сорока пяти в обычном сером костюме с явно стареньким кожаным портфелем в руках. Короткие каштанового цвета волосы были аккуратно причесаны, живые карие глаза внимательно посмотрели на меня. Я прикусила внутреннюю часть щеки и ощутила себя крайне глупо. Гость, который вероятно и был доктором Соммером, выглядел немного необычно. Он был карликом, из-за чего я почувствовала себя вдвойне глупой и к тому же еще и последней дрянью.

— Пафосный кретин с лицензией, которую ему купил богатый папаша к вашим услугам, — мужчина приветливо улыбнулся.