Глава 27

Я переместилась к Жене на бедра, садясь лицом к лицу. Обнимая меня за талию, он провел пальцем по линии моего подбородка и слегка оттянул нижнюю губу. Наше дыхание соприкоснулось. Я не выдержала первой, наклонилась и горячо поцеловала любимого, ощутив пьянящий прилив возбуждения. Очень скоро в мою промежность начал вдавливаться его затвердевший член, окончательно распаляя кровь.

– Блять, хочу тебя! – вытолкнул Женька, сдвигая пальцами полоску трусиков на моих ягодицах и продвигаясь вниз к половым губам.

В животе сладко потянуло, дыхание сбилось. Закрыв глаза, я замерла и издала судорожный стон, когда мужские пальцы толкнулись в меня. Затем еще раз и еще, углубляясь в мокрое горячее лоно, провоцируя дрожь во всем теле.

Скользнув рукой по напряженному прессу любимого, я обхватила его член через боксеры. Осторожно вытянула из белья и начала массировать упругую крупную плоть нетерпеливыми пальцами. В какой-то момент приподнялась, желая скорее ощутить любимого в себе. Сначала плавно погрузила головку, затем насадилась до самого основания.

– О-ох…

Пережив разряд удовольствия, я подняла таз вверх и снова опустилась. Снова вверх и вниз, чуть быстрее.

– Да, моя девочка! – прошипел Женя сквозь зубы, двигаясь навстречу бедрами. – Не представляешь, как я люблю тебя…

– Ж-женя!..

Он зарылся пальцами в мои волосы, стянув топ на груди, которую тут же жадно обхватил горячим ртом. Двигаясь энергичнее, я заныла от подступающего оргазма. А любимый вдруг опрокинул меня на спину и очередью толчков заставил метаться от крышесносного удовольствия.

Наслаждаясь моментом под его сильным горячим телом, я вдруг подумала о том, что готова пройти любые испытания лишь бы быть с Женей. Что наша любовь – это награда, за которую стоит бороться! Что так хорошо может быть не только сегодня, но и каждый вечер, и каждое счастливое утро. И будет – я просто разрешила себе поверить в это.

***

Влюбленные времени не замечают. Вот и я понять не смогла, как дни превратились в недели. Хотя стоит отметить, эти дни были насыщенны событиями, буквально состояли из них!

Я переехала к Женьке. Насовсем. И теперь пребывала в постоянном ощущении эйфории! Все случилось именно так, как я представляла. Совместные вечера, которые никогда не давали нам скучать, жаркие ночи, утро в теплых объятиях, завтрак на коленях любимого, секс перед учебой, после учебы, в машине, в кабинете начальника автосалона, где работал Женька… Страсть могла застать нас в любой момент!

Мне не пришлось адаптироваться. Я как-то сразу влилась в реальность, где живу в роскошной квартире с любимым парнем, которому готовлю, который отвозит меня в универ и урывает любую минутку, чтобы встретиться. Правда, не обошлось совсем без переживаний... Сначала я волновалась из-за Светы, считая, будто бросаю ее, потом из-за того, что жизнь вместе может повлиять на наши отношения с Женей, испортить их бытом. Но напрасно. Пока все шло налегке – между нами царила идиллия. Конечно, иногда несносный мажор выводил меня из себя, но мы очень быстро мирились, потому что успевали соскучиться друг по другу за миллисекунды!

Что касается тети, то мы регулярно с ней созванивались. И вообще она вполне сносно отнеслась к моему переезду, наверное, потому что понимала – это рано или поздно произойдет. Теплых слов на прощание я не услышала, но настоятельная просьба предохраняться тоже вполне сошла.

Ротвейлер Саввы по-прежнему жил с нами. Утром его выгуливал Женька, а вечером – я или мы вместе. Пес чувствовал себя прекрасно. Ехать к ветеринару не понадобилось – аппетит Рони наладился, и он стал значительно активнее. Особенно после того, как Женька свозил его на встречу с хозяином.

Савва еще находился в больнице и готовился к операции. Не знаю, как любимому удалось уговорить друга расставить приоритеты и принять помощь, но он убедил меня, что все идет по плану. Омон взял себя в руки, взбодрился и настроился. Между тем Ксюша не оставалась в стороне. Я не знала, смогла ли она расположить Савву, но исправно носила ему пакеты с едой и радовалась тому, что он хотя бы не возвращал все это. А еще девчонка всецело участвовала в процессе подготовки к операции. Была в курсе всего, разговаривала с врачами, выясняла, бегала, собирала документы.

Если после такого, Савва на ней не женится, я не знаю, что с ним сделаю…

Он хотел увидеть верность и преданность, так вот она во всей красе! Когда случилось горе, Ксюша оставалась рядом, несмотря на все его попытки отогнать ее от себя. Следующий шаг за ним.

У моей лучшей подружки тоже произошли приятные перемены. Самое главное, что с Мишей, наконец, все наладилось. Я бы даже сказала, очень круто продвинулось! Они теперь жили вместе, так что отец Линки конкретно облажался в своих попытках разбить их пару. Немалую роль в этом сыграла ее мама – она же крестная Миши. Узнав о том, что ее муж-тиран собирался сделать, теть Ира приняла кардинальное решение. Это, конечно, скорее всего, стало последней каплей, а не основной причиной, но, в общем, она подала на развод. Шах и мат, папочка!

На дне рождении Полины, я нарадоваться не могла глядя на них с Мишей. А она улыбалась – глядя на нас с Женькой. Вот бы так всегда, чтобы душа была спокойна за всех! Но жизнь-сучка вносит свои коррективы. Поэтому сегодняшнее утро я встретила без настроения…

Женя встал раньше. Будто нарочно наказывая меня невниманием, ушел из постели до того, как я проснулась. Я застала его на кухне, уже одетого и допивающего кофе.

– Жду тебя внизу, – постно оповестил он, увидев меня в проеме.

Ни здрасти тебе, ни до свидания. Я посторонилась, чтобы пропустить его и закатила глаза. Смотри какой деловой… Разобиделся, блин!

Вчера вечером я призналась, что прошла собеседование в магазине косметики и вместо поздравлений получила холодное «понятно». Конечно, я знала, что он будет против, но не ожидала этой моральной пытки. Даже аргументировать ничего мне не дал! Даже поспорить – закрылся в себе как рак отшельник и ночью не обнял ни разу.

Конечно, было очень неприятно… Но я ведь не обещала, что откажусь от идеи работать! Мы просто отложили разговор и все. Но Женя отнесся к новости максимально негативно и всем видом это показывал. А я не собиралась отказываться от своего решения, поэтому зеркалила его поведение. Сев в машину, отвернулась к окну и всю дорогу притворялась, что меня вполне устраивает наше молчание.

– После универа мне нужно идти на стажировку, поэтому домой я сама приеду, если что, – впервые заговорила, когда Женя уже припарковал джип возле здания.

Заметила, что он поджал губы, прежде чем ответил, не глядя на меня:

– Как скажешь.

Внутри пронеслось раздражение. Стиснув зубы, я вышла из джипа и рьяно зашагала к главному входу, не дожидаясь Жени. Ужасно хотелось слить негатив, поэтому не терпелось попасть в аудиторию. Рассказать все Линке, а точнее пожаловаться! Но как назло на пару подруга не пришла. Написала, что ей нужно в больницу и приедет она только к обеду. Зашибись.

Я еле выдержала эти две пары. Все крутила в голове вчерашний разговор с Женей, хотя там и разговора то не было, а сразу мороз! Самая гадкая реакция в мире! Мысленно ругаясь с ним и доказывая свою правоту, я, между тем, каждую минуту проверяла телефон. Но ни одной смс-ки от него так и не пришло. Хотя обычно, к концу второй пары, Женя уточнял, буду ли я обедать с Линкой. Чаще я отвечала нет и неслась с ним увидеться. Но сегодня, разумеется, его не волновали мои планы...

К тому моменту, как мы встретились с Полиной, я уже так выгорела, что не хотелось ничего рассказывать. Да и не было уверенности, что я так уж права… Подруга позвала меня в наше кафе. И я сразу отметила ее загадочный, бодрый вид. Наверное, новости хорошие принесла.

Уныло улыбнувшись, я чмокнула ее в щеку и села за стол, притягивая меню.

– Есть хочу – ужас! – призналась со вздохом. С утра ведь кусок в горло не лез. – Сейчас я заказ сделаю, и ты мне расскажешь, почему сияешь как новенький унитаз.

Но Линка не утерпела:

– Я – беременна.

Я зависла. Выронила меню и недоуменно уставилась на нее.

– Что?..

Она зажевала губу, продолжая ждать моей дальнейшей реакции.

– А… мне тебя поздравить? Или посочувствовать?..

– Мы решили оставить ребенка, – ответила подруга, взволнованно улыбаясь.

– Ого… Блин… Ну ничего себе вы даете!

Я поднялась, и она тоже встала. Растерянно обняла ее, пребывая в глубоком шоке. Легче не стало, даже когда Полина в подробностях рассказала, что этот залет – случайность, и что она очень боялась реакции Миши, однако он отрицательно отнесся к идее аборта. Да и подруга, как оказалось, тоже хотела оставить беременность.

Дожевывая пасту с копченостями, я тщательно подбирала в голове слова, чтобы подбодрить Лину и чтобы это не выглядело фальшиво. Нет, я, конечно, была рада за ребят, но забеременеть на втором курсе?.. Подруга либо не осознавала, либо совсем не переживала по поводу того, что ей придется взять академ и значительно отстать от сокурсников. И наши пути, получается, неизбежно разойдутся. Это не могло не удручать... Радость – последняя эмоция, которую я могла бы испытывать при таком сценарии.

– Значит, вы поженитесь? – наконец спросила я озабоченным тоном, промокнув губы салфеткой.

Линка задумалась и неуверенно ответила:

– Ну… мы пока не обсуждали этот вопрос.

– По-моему самое время. Пока животик не вырос, – подмигнула я игриво.

Она улыбнулась и пожала плечами. Конечно, сейчас – на волне эйфории – ее не особо заботили какие-то формальности. Или же подруга просто чувствовала себя уверенно рядом с Мишей и, неважно, в каком статусе они находились.

– Но если что ты будешь моей свидетельницей! – бодро заявила Линка.

– Куда ж мне деваться…

Я театрально закатила глаза, и мы обе захохотали. Между тем внутри меня осела и закрепилась грусть, которую я не показала. И она не отпускала все пары. После разговора в кафе я прямо никак не могла прийти в себя. Беременность, свадьба… Время сразу показалось таким быстротечным. Будто вот-вот и Линка должна была уйти с моих радаров!

Может, это эгоистично, но я не могла нормально порадоваться за подругу, понимая, что третий курс уже будет без нее. Полина была моей самой близкой подругой, не только в универе, но и в жизни. И мне не хотелось отпускать ее.

На стажировку я пришла без особого настроя, в связи с последними событиями, но постаралась выложиться по полной, с чувством ответственности, как и на всех прошлых должностях. Однако администратор магазина – молоденькая брюнетка с веснушками на лице, одетая в стильный брючный костюм, не особо это оценила. То и дело косо на меня поглядывала. А еще постоянно корректировала мои действия, сопровождая это милой улыбкой: как говорить, как стоять, как дышать, как смотреть, блин, с какой стороны подходить к покупателю…

Я исполняла на сто процентов, и один фиг осталось чувство, что администраторша всем недовольна. Кроме этого факта, меня не оставляло ощущение, что другие продавцы-консультанты бросают в мою сторону неприятные оценивающие взгляды. То ли место было таким, то ли я лицом не вышла, но никто из коллег не попытался как-то со мной подружиться или хоть чуточку помочь.

Даже мысль промелькнула в голове, а не специально ли это? Может, они кого-то другого ждали на место, ведь меня принимала директор.

К работе я всегда относилась очень серьезно и проходила разные тесты на выдержку, но даже у меня в какой-то момент кончилось терпение. Тем более я пришла в магазин уже на взводе. Всего час остался до конца стажировки, когда придирчивая администраторша неожиданно отпихнула меня от покупателя, забрала из рук пробники и бросила нелестную реплику о том, что мои познания в косметике «никакие». Но ведь принимая меня на работу, директор знала, что у меня нет опыта в этой сфере! И сказала, что даст мне время выучить товар. Но видимо забыла уведомить об этом подчиненных.

В общем, я психанула. Сдернула с себя бейдж, сунула его в руки конопатой стервы, а еще небрежно повесила ей на плечо фирменный жилет, после чего гордо удалилась. «Кошмар!» – услышала в спину, но это только позабавило.

Выходя из здания торгового центра, я поежилась от осеннего холода. На улице было уже темно и тоскливая мысль о Жене промелькнула в сознании… Очень хотелось ему позвонить. Но предугадав, что он сразу поймет по моему виду, как я облажалась, отмела эту мысль и зашагала на остановку. Хотя у меня были деньги на такси, но я решила, что не заслужила комфортной поездки. Ненавидела сдаваться.

Заходя в лифт многоэтажки, я чувствовала себя ужасно выжатой. К моему удивлению на звонок в дверь никто не ответил. Неужели Женя еще не вернулся? Хорошо я додумалась взять ключи от квартиры.

Рони уже ждал меня у порога с высунутым языком. Надо было погулять с ним, но я просто с ног валилась.

– Я только немножко отдохну, и мы сразу на улицу, ладно? – попросила, поглаживая его морду.

Ротвейлер лизнул меня в нос, будто отвечая, «Конечно, не вопрос»! Затем, лениво перебирая лапами, пошел на свое место, наверняка думая про себя: «Вот нагажу тебе в туфли, будешь знать...»

Устало разувшись и сняв куртку, я пошла в спальню переодеваться. В процессе позвонила Женьке, но он не взял трубку. Как по щелчку начала себя накручивать – неужели это часть наказания? Как будто мне мало!

И только я подумала о том, что несносный мажор нарочно решил сегодня задержаться на работе, как вдруг услышала, что хлопнула входная дверь. Прислушавшись к шагам, которые отдалились на кухню, ощутила, как соскучилась по любимому. Хотелось просто прижаться к нему и ничего не говорить! Пусть дуется, но только не отталкивает.

Накинув поверх нижнего белья футболку оверсайз, я с нетерпением отправилась на кухню. Волнение невольно играло внутри. Так не хотелось снова ссориться! Ну, пожалуйста! Хоть бы он тоже сильно соскучился по мне…

Закусив губу, я решительно миновала дверной проем, но едва сделав два шага, застыла, как вкопанная… Жени на кухне не оказалось. Возле барной стойки я увидела Михаила Антоновича – его отца, одетого в дорогое коричневое пальто. А возле окна – по мытому полу в уличной обуви топталась Алла Борисовна, поглаживая рукой ворот соболиного полушубка.