Глава 13

Лала

Прошло двадцать четыре долгих часа, как я не видела Холдена и не получала от него новостей. Мне удавалось сохранять физическую дистанцию, хотя мой разум был занят им одним. Поскольку в последнее время, чтобы оставаться хорошей, мне требовалось прикладывать нечеловеческие усилия, я решила остановиться внизу и попросить Оуэна подвезти меня, вместо того чтобы постучать в соседнюю дверь.

Он открыл рот с зубной щеткой во рту.

— Что случилось, Лала? Заходи, — пробормотал он сквозь пену и отступил в сторону, пропуская меня. — Дай мне секунду, чтобы ополоснуться.

— Конечно. Не торопись. — Я шагнула в квартиру и замерла, обнаружив, что Оуэн был не один. Не кто иной, как Холден, стоял, прислонившись к кухонной стойке. — Э-э… что ты здесь делаешь? — спросила я.

Он поднес ко рту кружку с кофе.

— У Оуэна новая модная кофеварка для капучино. Сегодня утром его нужно было подвезти, так что я в обмен договорился, чтобы он побыл моей сучкой, в том числе приготовил мне эту вкуснятину и тосты с авокадо.

Оуэн вернулся в комнату.

— Простите. Чем могу быть полезен, Лала?

Фу. Это отстой. Я знала, Холдену не понравится, что я пришла к Оуэну с просьбой меня подвезти, а не к нему. Вдобавок, судя по всему, Оуэн не мог мне помочь.

— Э-э, я надеялась, что, может быть, ты встретишь меня сегодня с поезда PATH[2]?

Боковым зрением я заметила, как Холден нахмурился.

— С поезда PATH? Ты поедешь в Джерси?

Я кивнула.

— Сегодня первый день интервью в одном из домов престарелых, где проживают участники моего исследования. В моей машине загорелся индикатор уровня масла, поэтому я не хочу ехать так далеко, не проверив автомобиль. Масло давно нужно было поменять, а я этот момент упустила. Тиа меня подхватит, и туда мы поедем вместе, но после она отправится навестить маму, которая живет в Джерси. Так что сюда я вернусь на поезде. Но на обратном пути у меня будет куча коробок, так что шастать по вагонам с ними будет неудобно.

— Логично попросить Оуэна тебя встретить, — спокойно сказал Холден. — Ну, раз у тебя все руки будут заняты коробками, и все такое.

— Ага. Ну, я подумала, что станция PATH не так далеко от его офиса…

— Мне жаль, Лала, — сказал Оуэн. — Холден скоро повезет меня в аэропорт. Мне нужно слетать на пару дней в Бостон по делам.

— О, — я выдавила улыбку, — ничего страшного. Я вызову Uber или…

Холден поднес кружку ко рту.

— Или я за тобой заеду.

— Нет, все в порядке, — отмахнулась я. — Не хочу навязываться, я и без того веду себя назойливо. Я обратилась к Оуэну только потому, что станция недалеко от его офиса, и я знаю, что иногда он за рулем, забирает клиентов.

— Где в Джерси находится дом престарелых?

— Хобокен.

— Что ж, тебе повезло. Я долго откладывал поездку в Хайтс, который совсем рядом с Хобокеном. У меня есть кое-какое оборудование, которое группа позаимствовала у друга, и мне нужно его вернуть. Как раз заберу его, а потом заскочу и заберу тебя прямо из дома престарелых. Так тебе не придется добираться на поездах PATH или на метро.

— О нет. Я не хочу тебя загружать.

— Я настаиваю, — сжав челюсти, заявил Холден. — Напиши адрес, и я приеду.

Черт возьми. Именно по этой причине я пришла к Оуэну, а не к Холдену. Теперь я уже с трепетом ждала окончания дня, поскольку он должен был за мной заехать. Этот мужчина был как криптонит. Я вымученно улыбнулась.

— Спасибо, Холден.

Оуэн поставил кружку с кофе в раковину и побрел обратно в спальню.

— Мне нужно закончить собирать вещи. Извини, что не смог помочь. — Он прищурился, глядя на Холдена. — Но я уверен, что Холден заедет за тобой и сделает все наилучшим образом. И будет вести себя как подобает.

Холден сердито посмотрел на друга.

— Разве я не всегда веду себя как подобает?

Оуэн вздохнул.

— Хорошего дня, Лала.

— И тебе, Оуэн.

Оставшись наедине с Холденом, я махнула в сторону двери.

— Мне тоже пора бежать.

Он кивнул.

— Не забудь написать мне адрес.

— Не забуду.

— И еще, Лала.

— Да?

Холден улыбнулся.

— Офис Оуэна совсем не рядом с железнодорожной станцией. Так что, если и впредь собираешься делать вид, что обращаешься к кому-то из парней потому, что так удобнее для них, а не потому, что пытаешься избежать встречи со мной, то сначала изучи карту поездов.

* * *

— Не беспокойся об этом. — Теодор Миллс отмахнулся, когда я помогла ему подняться и поправила покрывало на его кровати. — Это делает моя Клара. Она каждый день прячет кусочек шоколада, заправляя постель, и притворяется, что это не она. И так с тех пор, как нам исполнилось по шестнадцать.

На сердце у меня потеплело.

— Вот это да! Настолько давно? — Я обошла кровать и протянула руку. — Медсестра сказала: либо со мной, либо на ходунках. Вы же не хотите, чтобы у меня в первый же день возникли неприятности, не правда ли?

Тео скорчил гримасу, но тем не менее взял мою протянутую руку. Мы бок о бок черепашьим шагом прошли в комнату отдыха и сели на диван. Сегодняшний день был посвящен оценке воспоминаний участников, поэтому я присутствовала на некоторых стандартных тестах, которые невролог назначал каждому пациенту, когда пациента просили запомнить несколько случайных слов, в течение пяти минут ответить на серию вопросов, а затем повторить первые слова еще раз. Но стандартные тесты не всегда отражали картину целиком, и мне хотелось лучше узнать испытуемых.

— Как вы с Кларой познакомились?

Тео улыбнулся.

— На вечеринке в честь Хэллоуина. Она была одета как Мэрилин Монро, а я — как Джо Ди Маджо.

— Ого! Звучит так, будто у вас все наверняка должно было сложиться.

— Она вошла — и сразила меня наповал. Я весь вечер не спускал с нее глаз, но она разговаривала с вампиром. В какой-то момент она сняла туфли, а когда она отвернулась, я взял одну туфельку и держал в руках, пока она не собралась уходить. Я знал, что ей придется ее найти, прежде чем отправиться домой, и не хотел упускать шанс с ней познакомиться. Хотя бы только для того, чтобы вернуть ей туфлю.

— О боже! — рассмеялась я. — Это так мило!

— Когда она подошла за туфелькой, я опустился на колени и надел туфлю ей на ногу. Она сказала, что чувствует себя Золушкой, а я предложил, чтобы в следующем году мы приехали сюда в нарядах Прекрасного принца и Золушки, поскольку они жили долго и счастливо, а Мэрилин и Джо развелись.

— Сколько вам было лет, когда вы поженились?

Впервые за сегодняшний день ответ не вертелся у Тео на языке. Он напряг память, и его лицо сморщилось.

Он покачал головой.

— Когда я провожал ее в тот вечер домой, я сказал ей, что мои любимые конфеты — Now and Later, их делают на фабрике в Бруклине, недалеко от того места, где я вырос. На следующий день, когда я надел куртку, в которой был накануне вечером, я нашел в кармане несколько таких конфет. Моя Клара положила их туда, пока я не видел. Я любил сладкое, и с тех пор она всегда прятала конфеты.

К черту Уоррена и Холдена. Теодор Миллс — вот тот мужчина, который покорил мое сердце. Сегодня я провела по десять-пятнадцать минут с каждым пациентом, но сейчас сидела и слушала историю за историей из жизни Тео. Было что-то бесконечно милое в том, что он никогда не называл жену Кларой — а только моей Кларой. В какой-то момент мы оба рассмеялись, и тут к нам подошла женщина. Она тепло улыбнулась.

— Приятно видеть, что мой мужчина все еще может очаровывать юных леди.

— Еще как может! — Я улыбнулась и встала. — Ваш муж рассказал так много удивительных историй. Рада с вами познакомиться. Я Лейни Эллисон. Я провожу исследование, в котором участвует ваш муж. Вы, должно быть, Клара.

Улыбка женщины увяла.

— Вообще-то, Мэри.

— Ох. Мне так жаль. Я думала, вы миссис Миллс, жена Теодора.

— Я и есть жена Тео. Иногда он путает мое имя с кем-то еще из своего прошлого… Его первую любовь звали Клара, — помолчав, добавила она.

О господи. Где огромная яма, когда она так нужна? Мне хотелось, чтобы Земля разверзлась и поглотила меня. Я чувствовала себя полной идиоткой.

Вошла медсестра, которая сегодня брала у всех кровь.

— Теодор, пришло время принять лекарства. Принести их сюда?

Миссис Миллс, которую, по-видимому, звали Мэри, посмотрела на своего мужа сверху вниз.

— Не хочешь отдохнуть перед ужином?

Он кивнул.

— Да, звучит заманчиво. Хорошо.

Подошла медсестра и помогла Теодору подняться.

— Спасибо вам за сегодняшний день, — сказала я. — Было приятно познакомиться. Скоро увидимся.

— Ты за ним присмотришь, Патти? — спросила миссис Миллс. — Я бы хотела пару минут поговорить с мисс Эллисон, если ты не против.

— Конечно, не торопитесь, — сказала медсестра.

Мы остались одни, и я закрыла глаза.

— Мне очень жаль, что я назвала вас не тем именем.

Она улыбнулась.

— Все в порядке. Ничего особенного. В последнее время он довольно часто называет меня Кларой. — Она указала на диван. — Почему бы нам не присесть на несколько минут? Я подробнее расскажу вам о том, как сейчас чувствует себя Тео.

— Конечно, было бы здорово.

Мы сели, и Мэри вздохнула.

— Тео и Клара познакомились шестьдесят лет назад, когда им было всего шестнадцать. Она стала любовью всей его жизни, но через полтора года после того, как он начал за ней ухаживать, отец Клары потерял работу, и семье пришлось переехать за две тысячи миль. После этого они несколько лет переписывались и планировали сбежать вместе, когда им обоим исполнится двадцать один год. Мы с Тео познакомились в колледже и стали дружить. Ну, по крайней мере, он считал меня хорошим другом. А я была по уши влюблена в него. — Она задумчиво улыбнулась. — Он всегда был очаровательным. В общем, однажды вечером мы были на вечеринке. Мы оба перебрали с выпивкой, и это привело сами знаете к чему. В итоге я забеременела. Я знала, что Теодор влюблен в Клару, но он заявил, что меня тоже любит и нам нужно пожениться. Он хороший человек. И последние пятьдесят пять лет он был хорошим отцом и мужем, но его любовь к Кларе никогда не угасала. Мой муж постепенно теряет рассудок. Иногда он не может вспомнить меня, но никогда не забывает свою Клару.

Я понятия не имела, что сказать, но ненавидела себя за то, что из-за меня ей пришлось все это вспомнить.

— Мне так жаль.

Она сжала мою руку.

— Не нужно извиняться. Я рассказала это не для того, чтобы вы почувствовали себя виноватой. Я подумала, что для вас важно знать, как работает его разум и в каком состоянии он находится. Разговаривая со многими из живущих здесь людей, можно запросто решить, что они в здравом уме, и иногда так оно и есть. Но часто бывает трудно понять, что их ум вовсе не такой острый, как вы могли бы подумать.

Я кивнула.

— Я ценю, что вы ввели меня в курс дела. Вы правы. Я понятия не имела, что мы с Тео говорим о ком-то из его далекого прошлого. А правильное измерение стадии его заболевания — ключ к получению надежных результатов в моем исследовании.

Мэри улыбнулась.

— Ну, в следующий раз, когда вы придете и он снова заговорит о Кларе, он может иметь в виду нынешние времена. Я пригласила Клару навестить Тео. Я хочу, чтобы он был счастлив, пока еще помнит, как быть счастливым. Я подумала, что им двоим захочется провести некоторое время в воспоминаниях.

— Вау. — Я качнула головой. — Это… очень великодушно с вашей стороны.

— Это меньшее, что я могу сделать после многих лет щедрости, которой одаривал меня Тео. — На ее ресницах сверкнули слезы. — Иногда мне кажется, что я лишила его чего-то незаменимого. Я думала, что их связь давно прервалась. Но его болезнь многому меня научила. Настоящая любовь не угасает в разлуке. Настоящая любовь — это когда люди разлучены, но их чувства пылают только сильнее. — Она вытерла щеки и встала. — Я лучше пойду, проверю, не скандалит ли Тео с медсестрой из-за приема лекарств. Было приятно с вами познакомиться, мисс Эллисон. Желаю удачи в ваших исследованиях. Одному богу известно, до какой степени нам нужно лекарство от этой ужасной болезни.

— Спасибо. Пожалуйста, зовите меня Лейни. Было очень приятно познакомиться и с вами, и с вашим мужем.

Мое настроение после этой встречи лучше всего можно было бы описать как меланхолию. Я не переставала думать о том, был ли Холден моей Кларой. На первый взгляд, у Тео и Мэри получилась прекрасная совместная жизнь, но в их истории было что-то трагическое. Я знала, что могла бы быть счастлива с Уорреном. Мы бы прожили очень приятную жизнь. Но достаточно ли этого, чтобы стереть назревшие вопросы о моих чувствах к Холдену? Или, дожив до возраста Тео, я бы все еще думала, как могло бы быть? Мне было, о чем подумать, и это тяжким грузом лежало на сердце весь остаток дня — по крайней мере, до прихода Холдена. Он вошел и улыбнулся, и тяжесть на моем сердце улетучилась в мгновение ока.

— Привет. Тебе не обязательно было заходить, — заметила я. — Я не хотела, чтобы ты парковался и терял время.

Он пожал плечами.

— Ты предупредила, что у тебя будут коробки, и я решил помочь их донести.

— Спасибо.

У меня набралось восемь коробок, заполненных файлами пациентов и разными заметками. Так что даже на поезде доехать было бы сложно, не говоря уже о метро. Холден и я погрузили их в фургон группы, а сами уселись впереди.

— Еще раз спасибо, что заехал за мной.

— Без проблем. — Он положил руку на ключ зажигания, но остановился и поерзал на сиденье. — Поговори со мной, прежде чем мы отправимся в путь. Почему ты обратилась к Оуэну, а не ко мне?

Я опустила глаза.

— Я слишком о многом тебя прошу. Я как заноза в заднице, как младшая сестренка, которой у тебя не было.

Я продолжала смотреть в пол, и Холден протянул руку и двумя пальцами взял меня за подбородок. Он приподнял мое лицо, и наши взгляды встретились.

— Чушь собачья. Посмотри на меня и скажи, что ты избегаешь меня не из-за того, что произошло между нами в тот раз по телефону.

Я не смогла вымолвить ни слова, и Холден прерывисто выдохнул и опустил голову.

— Черт. Я облажался.

— Мы уже говорили об этом, Холден. Это не только твоя вина. Я могла бы повесить трубку. Кроме того, из нас двоих свободен ты.

Он потер затылок.

— Я не хочу тебя терять, Лала. Ты мне дорога. Очень.

— Ты меня и не теряешь.

Он снова поймал мой взгляд.

— А я чувствую, что теряю. Ты даже не можешь зайти ко мне и попросить отвезти тебя домой.

— Мне жаль. Я не обратилась к тебе из-за того, что творится у меня в голове. Это не имеет отношения к нашей дружбе. Все вернется на круги своя, как только я справлюсь со своей растерянностью. Обещаю.

Плечи Холдена поникли.

— Ладно.

Он завел мотор, и мы поехали в Нью-Йорк, ведя в основном светскую беседу. Холден говорил меньше чем обычно и казался задумчивым. Мне было неловко из-за возникшей между нами дистанции, но я решила, что в данный момент это к лучшему.

Когда мы подъехали к нашему многоквартирному дому, Холден припарковался и помог мне донести коробки. Затем поспешно попрощался, пробормотав что-то о том, что ему нужно переставить фургон, но у меня было ощущение, что дело не только в этом.

Несколько часов спустя я попыталась заснуть, но у меня ничего не вышло. Я встала, налила бокал вина и решила подышать свежим воздухом на пожарной лестнице. Но когда я вылезла в окно, я заметила, что я там не одна.

— Ой! — Я замерла. — Извини. Я не знала, что ты здесь. Я не могла заснуть, вот и решила подышать воздухом и выпить бокал вина.

Холден поднял бутылку.

— То же самое.

— Ты что… пьешь прямо оттуда?

Он сделал большой глоток и посмотрел на город.

— Ага.

Его тон был не совсем приветливым.

— Тогда мне лучше оставить тебя в покое?

— Зачем тебе это делать, если я не оставлял тебя в покое с той самой минуты, как ты приехала в Нью-Йорк, Лала… Ла-ла-ла, ла-ла-ла-ла. — Последнюю фразу он пропел на мотив «Deck the Halls».

— Сколько ты уже выпил? — нахмурившись, поинтересовалась я.

Он приподнял горлышко бутылки и заглянул внутрь.

— Достаточно, чтобы мне было нечем делиться.

— Это не страшно, — рассмеялась я. — У меня свой бокал. Но ты уверен, что тебе нужна компания?

— Мне было бы приятно побыть в твоей компании, Лейни Джейн Эллисон.

Я села.

— О-о. Ты называешь меня полным именем. Должно быть, у меня неприятности.

Холден покачал головой.

— Думаю, это у меня неприятности. Я вел себя как плохой мальчик. Очень, очень плохой мальчик.

— Ты о чем? — спросила я.

Он погрозил мне пальцем.

— Знаешь, когда я в последний раз был с женщиной?

Не дождавшись моего ответа, он указал на меня.

— Неправильно! Еще дольше.

Я усмехнулась.

— Засушливый период, да?

Он указал на свою промежность.

— Он потерял интерес к другим женщинам.

Другим женщинам? Холден был пьян, но это прозвучало так, словно я была единственной женщиной, которая его интересовала.

— Как же так?

— Почему мой член утратил интерес? Потому что он упрямый. Он всегда был таким. — Холден посмотрел на меня. — Он хочет тебя больше, чем ты можешь себе представить. Но не волнуйся… — Он постучал указательным пальцем по виску. — Теперь я его контролирую. Какое-то время у штурвала стоял он. Но теперь все иначе.

— Что ты имеешь в виду?

— Я назначил ему свидание.

Меня охватила паника.

— Что?

— Ему нужно отвлечься. Кайла Уэзерс — девушка что надо. — Он фыркнул и рассмеялся. — И ей очень нравится мой член.

Я пришла в смятение. Я словно выпила кислого молока и не знала, как все обернется в ближайшем будущем. Мысль о Холдене с другой женщиной была сокрушительной, хотя я знала, что не имею права так чувствовать. В конце концов, я была помолвлена, черт побери.

— Мне жаль, что из меня не получился хороший друг, — в конце концов прошептал Холден.

— О чем ты говоришь? Ты отличный друг. Ты всюду меня возил, починил все в моей квартире, много раз выручал с машиной…

Холден покачал головой.

— Хороший друг держался бы на расстоянии.

— Я виновата не меньше. Ты сказал, что хочешь меня больше, чем я могу себе представить. Что ж, Холден, не у тебя одного есть желания.

Он грустно улыбнулся.

— Я знаю. Желание может играть с нами злую шутку. Но что бы между нами ни происходило, сегодня все закончится. — Холден поднялся на ноги. — Я слишком тебя люблю, чтобы быть твоим самым большим сожалением. Береги себя, милая.