Глава 8. Билли

На следующий день я мерила шагами гостиную в квартире Дика.

— Ты должен был вбить в мою голову хоть немного здравого смысла, а не поощрять такие начинания!

Я вернулась к нему домой после того, как мы поужинали раменом, и решила рассказать о поездке в ИКЕА с Колби. Я волновалась, что начинаю поддаваться обаянию этого парня. Основываясь на моем последнем разговоре с Диком на эту тему, я должна была предвидеть, что он только оспорит мое нежелание влюбиться в Колби.

— Почему ты до сих пор барахтаешься в этих чертовых сомнениях? — осведомился он. — Судя по тому, что я вижу, этот парень — просто находка.

— Но тут столько нюансов…

— Например?

— Во-первых, в юности он был плейбоем. Холден сказал, что Колби был худшим из всех этих парней, это связано с подружкой из школы, которая его обидела. После того случая он сильно изменился и как будто спятил. Он трахал все, что движется. Пока не появилась Сейлор. Она его укротила. Вероятно, только потому, что у него больше не было времени гулять направо и налево.

— Ладно. Значит, у него прошлое плейбоя. Как и у половины других мужчин. Включая меня. И все же… сейчас он, очевидно, не такой. Вероятно, он сумел выйти из этого круговорота. Итак, какие еще нюансы остались?

Я закатила глаза.

— Как мы уже обсуждали, у него есть ребенок и ему не до отношений.

Дик усмехнулся.

— Ты же понимаешь, что противоречишь сама себе? Сначала этот парень — плейбой, а теперь слишком ответственный и преданный отец? О, ужас, не дай бог!

Я вздохнула. Мои аргументы таяли на глазах.

— Знаешь, что я думаю? — спросил он.

Я скрестила руки на груди.

— Что?

— Ты ищешь оправданий, потому что тебе страшно. Отбрось эти два фактора и подумай, нравится ли тебе этот парень. Держу пари, если ты составишь список плюсов, их окажется значительно больше, чем минусов.

Когда я думала о том, какие чувства вызывал у меня Колби, и о моем влечении к нему, мои чувства были неоспоримы.

— Хорошо. Да. Рядом с ним я чувствую себя такой счастливой, какой не чувствовала уже очень долгое время. В нем нет ничего, что могло бы не понравиться, если не считать вопроса с ребенком и страха по поводу его прошлого. А список того, что мне нравится, заполнил бы весь лист. Но я не могу закрывать глаза на остальные вещи.

Дик пожал плечами.

— Конечно, можешь.

— Как я могу себе доверять? Взгляни на мой послужной список отношений! А Кайден? Я и представить себе не могла, что может произойти что-то подобное.

— По-моему, ты готова быть с хорошим человеком. Вселенная пытается сунуть его тебе в лицо, а ты упрямишься, как осел. Скоро вселенная окончательно разозлится и откажется от тебя.

Я закатила глаза. Заметка для себя: если я хочу, чтобы кто-то убедил меня, что от Колби следует держаться подальше, Дик на эту роль не подходит. Наверное, мне следовало поговорить об этом с мамой. Она в миг убедит меня, что такой парень, как Колби, никогда не заинтересуется такой девушкой, как я.

* * *

Покинув квартиру Дика, я стала спускаться по лестнице, так что на обратном пути мне пришлось пройти мимо квартиры одного человека. Мозг твердил мне, чтобы я бежала со всех ног, но, очевидно, мои ноги подчинялись какой-то другой части моего тела, потому что вместо того, чтобы унести меня оттуда, они остановились перед дверью Колби.

Мне постучать?

Это было плохой идеей, и тому существовало множество причин. Во-первых, было уже поздно. Сейлор наверняка спала, и я бы ее разбудила. Но было бы так здорово увидеть его. Поздороваться. Тьфу. Почему я не могла просто поднять руку и постучать? Я закатила глаза и глубоко вздохнула, принявшись расхаживать взад-вперед и продолжая раздумывать, постучать мне или уйти. Из другой квартиры вышла женщина, улыбнулась мне, и я неуклюже помахала ей рукой.

Минут десять я слонялась по коридору, как последняя идиотка, разговаривая сама с собой и продолжая расхаживать туда-сюда.

Дверь Колби открылась.

— Билли?

— О! — Я натянуто рассмеялась, стараясь не обращать внимания на стук своего сердца. — Привет, Колби.

На нем были джинсы и черная толстовка с капюшоном. Он выглядел сексуально. Но когда он не выглядел сексуально?

На его лице отразилось беспокойство.

— Все в порядке?

Я пригладила волосы и выдохнула.

— Конечно. А что?

— Ну, во-первых, мне позвонила соседка и сообщила, что возле моей двери стоит незнакомая женщина и разговаривает сама с собой. Я посмотрел в глазок и увидел тебя. Это было несколько минут назад. Я не хотел прерывать твои размышления. Но потом понял, что не в силах с собой совладать. — Он наклонил голову. — Что ты делаешь?

— Честно говоря… — пробормотала я, перед этим несколько раз открыв и закрыв рот. — Я раздумывала, стучать или нет.

— Так я и думал. Но почему?

Я выдохнула.

— Ты поверишь, если я скажу, что боялась разбудить Сейлор?

— Наверное, нет. — Колби улыбнулся. — Но знаешь что? Я рад, что ты здесь, и, учитывая тот факт, что ты простояла тут уйму времени, считаю, что тебе следует зайти. — Он оглянулся через плечо. — Кроме того, ты будешь рада узнать, что я занимаюсь самой несексуальной вещью на свете в духе анти-свиданий, так что тебе не придется беспокоиться о том, как бы мы не потеряли голову.

Я вошла и сразу заметила посреди комнаты гору белья. Она была почти полтора метра высотой: взрыв пастельных тонов, смешанных с темными мужскими цветами — платья вперемешку с рубашками, розовые полотенца сплелись с черными.

— У тебя вечерняя стирка, а я тебя прервала… Я лучше пойду.

— Шутишь? Поверь, это лучшее прерывание на свете.

Я присела рядом с кучей и начала раскладывать вещи.

Он протянул руку.

— Ого. Что ты делаешь? Тебе не обязательно этим заниматься.

Я подняла глаза.

— Вообще-то я люблю складывать белье. Я расслабляюсь, когда прикладываю теплую ткань к лицу, замираю, чтобы вдохнуть свежий аромат, или когда сосредотачиваюсь на том, чтобы правильно его сложить. Это что-то вроде сенсорной медитации. — Я наугад выхватила из кучи какой-то предмет одежды и глубоко вдохнула его запах.

— Ты же знаешь, что это мое нижнее белье, верно?

Я замерла. Черт.

— Но, умоляю, продолжай. Это так заводит. И расслабься, если тебе нравится сворачивать и нюхать, я в любой день готов провести с тобой импровизированный сеанс медитации.

Я почувствовала, как мое лицо запылало.

— В любом случае, они вкусно пахнут. — Я сложила боксеры и убрала их в сторону.

Колби рассмеялся и сел рядом со мной на пол напротив кучи.

— Какая приятная смена картинки! Обычно я включаю телевизор почти без звука, чтобы скоротать время, но смотреть на тебя гораздо приятнее.

— Как часто ты стираешь? Вещей… довольно много.

— Может, раз в месяц?

— Да, похоже на то.

Может, он и был отцом, но во многих отношениях оставался типичным холостяком.

Мы несколько минут сидели рядом и складывали белье, когда я заметила, что он смотрит на внутреннюю сторону моего правого предплечья. Мою левую руку татуировки покрывали полностью, а на правой был всего один рисунок. Ключ викторианской эпохи.

— У него есть какое-то особое значение? — поинтересовался он. — Я заметил, что ключ существует отдельно от остальных татуировок.

Я улыбнулась и вытянула руку.

— Есть. Моя бабушка носила этот ключ на шее каждый день после смерти дедушки. Он служил в армии, и однажды они встретились, когда он приехал домой в отпуск. Этим ключом он открывал свой сундучок, где хранил все свои самые ценные вещи. В конце их первого свидания он сказал ей, что ключ ему больше не нужен, потому что самое ценное в его жизни находится прямо перед ним. Они прожили в браке пятьдесят один год, и он умер первым. А когда два года назад умерла моя бабушка, мы похоронили ее вместе с ключом.

— Вау. Звучит как история Розы из «Титаника».

Я рассмеялась.

— Я удивлена, что ты в курсе, кто такая Роза из «Титаника». Но да, это так.

Колби несколько минут молчал, погруженный в свои мысли. Я свернула в комок пару носков и бросила в него.

— О чем задумался?

— Ни о чем.

— Врунишка.

Он улыбнулся.

— Наверное, я думал о том, что женщина, которая является президентом клуба Долой-Всех-Мужчин, в душе большой романтик.

— Вовсе нет. Это просто татуировка.

Он поймал мой взгляд и ухмыльнулся.

— Угу. Ты голодная? — спросил он, резко сменив тему.

Я аккуратно опустила на пол сложенные брюки.

— Вообще-то, я пару часов назад поужинала с Диком.

— Пару часов назад? Ты наверняка уже успела проголодаться. Позволь предложить тебе перекусить.

— Я не трехлетний ребенок. В этом нет необходимости.

— Ты гостья в моем доме. — Колби встал. — Я обязан что-нибудь тебе предложить. Хочешь вина?

— Нет, спасибо. Я пила за ужином.

Колби сходил на кухню и вернулся с парой блюд, вид которых вызвал у меня улыбку.

— В этих стенах нет недостатка в детских закусках. Я подумал, что, если ты любишь золотых рыбок, то оценишь и это.

Он поставил передо мной небольшой контейнер для ланча и коробку виноградного сока.

— Ты так хорошо меня знаешь. Даже идеально, — рассмеялась я. — От вкусняшек я не откажусь. — Я открыла упаковку, положила на крекер ломтик сыра и откусила. — Я подумала, ты угостишь меня брауни со шпинатом.

Он снова вскочил.

— У меня есть. Хочешь?

— Нет, — усмехнулась я. — Садись. Этого более чем достаточно.

Колби снова опустился на пол и внимательно наблюдал за тем, как я ем, словно это было удивительное зрелище.

— Что? — Наконец спросила я с набитым ртом.

— Извини. Мне нравится наблюдать за тобой — за тем, как ты время от времени облизываешь уголок рта. Ты даже ешь уникально. Это мило.

— Но ты не видел, как я ем ребрышки. В этом нет ничего милого. — Я глотнула сока из пакетика.

— Заметка для себя: отыщи способ пригласить Билли в стейк-хаус, просто чтобы посмотреть, как она ест ребрышки.

— Тогда не забудь прихватить салфетки.

Покончив с перекусом, я встала, чтобы выбросить мусор, а затем продолжила складывать белье. Наконец-то сквозь эту кучу стал просвечивать пол.

— Я ведь не наткнусь тут случайно на женские трусики, не так ли?

Он покачал головой.

— Если и наткнешься, то на них будут изображены персонажи из диснеевских мультиков. — Он ухмыльнулся, перебирая носки в поисках подходящих пар. — Однако, что касается нижнего белья, я должен задать тебе серьезный вопрос.

— Ладно… — сказала я и встряхнула одну из рубашек Колби, чтобы разгладить складки.

— Что это за прикол с корсетом? — спросил он и опустил взгляд на мою грудь.

Я посмотрела на свою расстегнутую клетчатую рубашку.

— Почему я все время ношу корсеты?

Ага.

— Я считаю, что они корректируют фигуру. Сглаживают все в нужных местах и подчеркивают то, что красиво. Полагаю, это мой фирменный стиль. — Я вскинула бровь. — А что? У тебя с ними проблемы?

Он прикусил нижнюю губу и кивнул.

— Да.

— Но…

— Моя проблема в том, что из-за них трудно не пялиться на твое тело. Твои корсеты становятся моей слабостью. Да и сама ты становишься моей слабостью. — Он понизил голос. — Но притворись, что ты этого не слышала, потому что предполагается, что мы лишь скучно проводим время, перебирая белье, и ничего больше.

Даже занимаясь с Колби самыми обыденными и скучными делами я чувствовала, будто… это что-то большее. И уж точно это не было скучно. Я задумалась о том, что он сказал о моих корсетах, но потом встряхнула головой и вернулась к текущим задачам.

— Определенно, на свете существует что-то более веселое, чем складывать чужое белье.

— Что ж, приглашаю тебя сюда в любое время и заниматься нашим бельем. Только сначала не стой по пятнадцать минут в коридоре.

Я усмехнулась.

— Ты же не позволишь мне это забыть, правда?

— Знаешь, сколько младенцев родилось в этом мире, пока ты топталась у моей двери, раздумывая, входить или нет?

— Твоя соседка наверняка решила, что я какой-нибудь сборщик или что-то в этом роде.

— Она не знала, что и думать.

— Наверное, приятно, когда за тобой присматривают соседи. Ну, знаешь, на случай, если какая-нибудь сумасшедшая баба станет ломиться в твою дверь. — Я встряхнула полотенце. — И что ты ей сказал?

— Ну, я посмотрел в глазок и понял, что это ты. Я отошел в другой угол квартиры, чтобы ты не слышала, как я объясняю ей, что девушка у моей двери — человек, в которого я по уши влюблен, а никакая не сумасшедшая. Я сказал ей, что ты просто боялась постучать, потому что подозревала, к чему это приведет. Ведь это гораздо больше, чем просто стук в дверь. Это своего рода стук в мир возможностей, которые одновременно и пугают, и будоражат.

— Ты правда рассказал все это соседке?

— Нет, — подмигнул он. — Я сказал: «Спасибо, что сообщили. Я все улажу».

Я швырнула ему в голову пару трусов. Затем присмотрелась повнимательнее. Эта конкретная пара красных трусов показалась мне ужасно… маленькой.

— Они тебе не маловаты? — хихикнула я.

Он откинул голову назад от смеха.

— Еще как маловаты!

— Тогда зачем ты их носишь?

Он поднял их обеими руками.

— Мама привезла мне этот комплект нижнего белья из Бразилии. Она ездила туда прошлым летом. Она взяла мужской размер medium-large, но после сушки они становятся совсем крошечными. Так что они вроде как одноразовые. Я могу надеть их лишь раз, после чего отдаю в благотворительность. Наверняка эти трусы — последние из той пачки.

— А я уже успела испугаться, — поддразнила его я.

Его глаза расширились.

— Поверь мне, во мне нет ничего размера extra small. Я чувствую, что обязан это прояснить, поскольку, согласно установленным границам, я никогда не смогу этого доказать.

На его лице сверкнула такая озорная улыбка, что внутри меня все затрепетало. Этот мужчина будоражил меня все сильнее. И с каждой секундой становилось все труднее притворяться, что это ничего не значит.

— Если отбросить шутки по поводу моего нижнего белья, Билли, я не виню тебя за нерешительность. Надеюсь, ты это знаешь. На твоем месте я бы тоже колебался. — Он отбросил красные боксеры в сторону. — И знаешь что? Осторожничать не так уж и плохо. Особенно, когда в сценарии задействовано более двух персонажей. Я понимаю. — Его глаза задержались на мне, а выражение лица было серьезным. Он прокашлялся и продолжил. — В любом случае, это, должно быть, самый скучный вечер, который ты когда-либо проводила с парнем, да?

— На самом деле… Это лучшее анти-свидание, которое у меня когда-либо было, — призналась я.

Его глаза заблестели.

— И у меня. Мне нравятся наши анти-свидания.

Еще через полчаса мы, наконец, разобрали всю кучу. Все было аккуратно сложено, мы разделили одежду по категориям и разместили ее по корзинкам, которые он достал. Их набралось четыре.

— Это все? Складывать больше нечего? — спросила я, обводя взглядом комнату.

— Если бы, — усмехнулся Колби. — Как я уже говорил, я обычно до последнего откладываю стирку. Фактически одна из причин, по которой у моей дочки есть трусики с изображением всех когда-либо существовавших диснеевских принцесс, заключается в том, что я покупаю ей больше нижнего белья, просто чтобы реже стирать. Не помогает и то, что Сейлор регулярно проливает всякую дрянь и на себя, и на меня, и нам приходится переодеваться несколько раз на дню. Так что в сушилке ждет еще одна партия вещей, и их нужно разобрать, а другую партию нужно загрузить в стиралку.

— Что ж, показывай дорогу. Давай уж доведем дело до конца, потратим на это вечер. Я так просто не сдамся.

Я встала и последовала за ним в узкую, крошечную прачечную рядом с кухней. Втиснутые в тесное пространство, наши тела оказались так близко, что я чувствовала его, даже не прикасаясь к нему. Мое дыхание участилось, и я знала почему. Я хотела, чтобы Колби меня поцеловал. Он остановил свой взгляд на моих губах, и, казалось, пути назад уже не было.

Секунду спустя громкое жужжание вывело меня из транса. Сушилка выключилась.

— Черт. — Он закрыл глаза. — Обычно я стараюсь выключить ее до того, как она зажужжит.

— Сейлор проснется? — слегка запыхавшись, спросила я.

— Она спит довольно крепко, так что, скорее всего, нет.

Растерянная не только из-за шума, но и из-за того факта, что я утратила всю свою решимость, я приняла импульсивное решение.

— Знаешь что? Я и не заметила, который сейчас час. Становится поздно, а у меня завтра ранняя запись. Мне пора домой. Как думаешь, ты справишься сам?

— Определенно справлюсь. — Он кивнул, вероятно, читая между строк. — Давай я вызову тебе такси.

— Ты не обязан.

Он достал телефон.

— Я настаиваю.

Машина добралась сюда за две минуты; мы даже не успели отнести белье из сушилки в гостиную.

Колби обнял меня на прощание, упругие мышцы его груди прижались к моей и напомнили мне, почему я решила уйти пораньше.

Однако поездка домой прошла не без происшествий. Через пять минут у меня зазвонил телефон. Он прислал мне фотографию вместе с сообщением.

Колби: На случай, если у тебя остались какие-то сомнения по поводу ситуации с нижним бельем.

У меня отвисла челюсть. Это запросто могла бы быть реклама Calvin Klein. Колби стоял перед зеркалом в полный рост в одних серых боксерах. Его красивая, твердая грудь и подтянутый пресс были выставлены на всеобщее обозрение, как и тонкая полоска волос, спускавшаяся до нижнего белья. Выпуклость, которая тут же бросилась мне в глаза, определенно не могла уместиться в этих крошечных красных бразильских трусиках. О боже! Он был горячее, чем я представляла.

Я снова задумалась о том, что, возможно, он не такой уж и хороший парень, ведь он явно пытался меня убить.