Глава 12 · ЗНАКОМСТВО

С бомбилой недолго торговался, за триста рублей тот согласился меня отвезти и при этом с трудом скрывал радость. Адрес ему назвал рядом с нужным домом. Внутренне сам над собой потешаюсь, но продолжаю упрямо гнуть свое. В том числе и рассказал водиле, что приехал из столицы навестить своего деда, который грозится лишить наследства. При этом у старика, по моим словам, кроме крошечной пенсии, однушки в плачевном состоянии и долгов, ничего нет. Легенда так себе, но ничего другого в голову не пришло. А еще представился студентом последнего курса, учащегося на логиста торговых сетей. Почти ни слова правды не сказал, но подозрений у бомбилы не вызвал. Не хотелось бы на нем испытывать рунные связки по блокировке памяти. С такой областью мозга необходимо действовать осторожно, как минеру, если ошибешься даже в мелочи, то человеку от этого легче не станет.

— Прибыли, господин-студент, пора рассчитаться, — объявил таксист, остановившись перед несколькими пятиэтажными домами.

— Спасибо, — отдал три купюры по сто рублей и покинул машину.

Бомбила мгновенно укатил, а я направился к нужному дому, мысленно проигрывая предстоящий разговор.

— Да что б тебя! — в сердцах выругалась молодая женщина, дергая за рукоять массивной железной подъездной двери.

— Помочь? — поинтересовался я.

— Чем? — мрачно спросила та. — Домофон сломался, замок заклинило, а слесаря в этот час искать бесполезно.

— Почему?

— Что почему? — посмотрела на меня женщина.

— Слесаря разве не найти? — пояснил свое удивление.

— А толку-то! — махнула та рукой. — Смотрю, ты не местный, как тут заведено, ничего не знаешь. В гости к кому-то приехал? Или к Машке с третьего этажа?

— Боюсь, меня не ждут, — криво улыбнулся я. — Так как в подъезд-то попасть?

— Надо ждать, когда Роман Витальевич проснется, — вздохнула незнакомка.

— И что тогда? — не уловил я взаимосвязи.

— Через окно впустит, — кивнула женщина и перевела взгляд на свои пакеты. — А я продуктов накупила, тяжело придется.

— Могу замок посмотреть? — намекнул женщине, чтобы та подвинулась.

Вроде бы молода, а выглядит измученной и уставшей. Ради интереса запустил диагностику и мысленно головой покачал. Не бережет себя, за здоровьем не следит. При этом имеет слабый и неразвитый источник. Тот в свою очередь заботу о владелице не проявляет и даже не пытается ее физическое состояние поддерживать. Почему? На этот вопрос даже ничего предположить не могу. Никогда с таким не сталкивался, чтобы магия в теле человека была к его состоянию безразлична, даже будучи пассивной.

— Смотри, не жалко, — отошла от двери женщина.

Положил ладонь на чуть теплый металл, который нагрелся в лучах заходящего солнца. Домофон и в самом деле неисправен, элементарная электроника из строя вышла. Стопор заклинило и механический запор оказался в закрытом положении. Судя по отметинам, то дверь с петель снимают, домофонный блок перепаивают и какое-то время все это работает, но недолго. В общем-то, тут только ломать, точнее, грубую силу приложить и никак иначе. Легче всего с помощью рунного заклинания выдавить дверь, но, боюсь, та с косяком внутрь подъезда упадет. А еще могу перестараться и сделать проход в несколько раз больше. Надо воздействовать точечно, на сам механизм, но это сложно и не факт, что получится. Прикинул так и этак, поднял кусочек мелка, которым недавно какой-то ребенок рисовал на асфальте. Быстро начертил руническую связку, но активировать не успел, женщина поинтересовалась:

— Прости, а что ты делаешь?

— Хочу дверь открыть, — хмыкнул в ответ и непроизвольно обернулся на раздавшуюся громкую музыку, рев движка у повидавшей виды тачки.

— Принесла нелегкая, — пробормотала женщина и поморщилась.

А машина резко затормозила у подъезда, в салоне двое парней. Сидящий рядом с водителем крутит в руках четки, жует жвачку и чему-то ухмыляется. Из-за руля вальяжно вышел этакий, не побоюсь этого слова, боров! Бычья шея, недельная небритость, грудь колесом, живот пивной.

— Ирка! Какая удачная встреча! — направился к нам боров, словно хозяин жизни.

Молодая женщина вымученно улыбнулась, тяжело выдохнула и произнесла:

— Привет, Мирон, давно не виделись.

— А кто вчера от меня сбежал? А когда к ней пришел и вежливо предложил проехаться, то пригрозила вызвать полицию? Нехорошо, так приличные девушки не поступают.

— Привык, что все сразу перед тобой ножки расставляют? — прошипела молодая женщина. — Чего ты ко мне-то пристал, других девок нет?

— А запал он на тебя, — лениво прокомментировал сидящий в тачке приятель Мирона. — Сидели вчера в сауне, так он давалок звал твоим именем и бесился, если те не откликались.

— Геша, пасть закрой, — рыкнул на него Мирон.

— Молчу-молчу, в твои забавы не встреваю, — отмахнулся тот.

— Короче, дело к ночи, если сегодня полюбовно не дашь, я ж не выдержу, поймаю и сам тебя возьму. И не кривись, еще ни одна не осталась недовольной, — широко улыбнулся боров.

Честно говоря, от всего услышанного немного обалдел. Среди белого дня, при свидетеле так себя вести, это совсем уж наглость. Или чувствует себя королем в этом дворе, а в глубинке империи это считается нормой. Скорее всего, это исключение из правил, так как бедных районов не так много, где живут те, кого все устраивает.

— Мирон, ну чего ты ко мне прицепился? — спрашивает Ирина. — Знаешь же, что некогда мне развлекаться. Я вот даже забыла, когда в парикмахерскую ходила. Твои подружки молодые, одеваются ярко, так и гуляй с ними.

— Ирка, не дури, Гешка правильно сказал, запал на тебя и все тут! — он хлопнул себя по груди. — Вот тут ты поселилась, пока не дашь — не отстану. Да и тебе не только о себе думать надо, — он прищурился.

Женщина от его слов вздрогнула и побледнела. Похоже, Мирон ей уже угрожал и сейчас об этом напомнил.

— А если соглашусь с тобой прокатиться разок, то оставишь меня в покое? — дрогнувшим голосом спросила Ирина.

— Не факт, — оскалился боров, — но будешь моей и никто в округе не обидит, слово дурного не скажет. К девочкам твоим не пристанет. Поняла? — он медленно вытянул руку, намереваясь погладить женщину по щеке.

Я же, тугодум этакий, только сейчас догадался, что рядом та, к кому приехал. Вероятность, что есть еще какая-то одинокая с девочками Ирина, живущая в нужном мне подъезде, стремится к нулю. Нет, в этом мире, как и в других, возможно все.

— Как-то ты неправильно за девушками ухаживаешь, — хмыкнул я, сделав шаг вперед и перехватив запястье Мирона, когда его толстые пальцы уже почти коснулись зажмурившейся Ирины.

— Вот те на? — уставился на меня боров. — Ты откель? Не местный и своего места не знаешь? Смотрю, прикид на тебе неплохой, но здесь его враз потеряешь. Похоже, ты парниша заплутал, не в тот район забрел.

— Точняк, — подтвердил Геша, продолжающий крутить четки.

Мирон дернул на себя руку, но я ее удержал, при этом даже не сделал попытки обратиться к источнику. Будни подмастерья в кузне не прошли бесследно, а еще у меня давно чешутся кулаки. Хочется стереть улыбку с лица этого дебила и объяснить ему понятным способом, что он никто и зовут его никак.

— В гости к Ирине Сергеевне приехал, — медленно произношу. — Думал, что у нее никого нет и защитить некому? Обломайся и больше близко не к ней и девочкам подходи! Понял? — последнее слово произнес тише, но с угрозой.

— Родственник? — нахмурился Мирон и свою руку все же выдернул.

Надо отдать должное, боров обладает не только наглостью, но и силой не обижен. Не знаю, качается ли или от природы такой. Но, в любом случае, против меня он не выстоит и раунда, даже если и будет так называемый бой без правил, по законам улицы.

— Тебе точно нет, — усмехнулся я.

— Борзый ты, однако, — резюмировал Геша, переставший крутить четки.

— Какой есть, — пожал я плечами, мысленно гадая, будет сейчас драка или парни возьмут время на размышление.

Мирон от своего не отступится, в том числе и не позволит, чтобы его посчитали трусом. Один раз назад пятками пойдет и авторитет мгновенно потеряет. Мне об этом хорошо известно и понятно. В лучшем случае, он попытается меня отловить и проучить, ну, так такие типы поступают. Будет ли один или с группой поддержки? Скорее всего, возьмет парочку дружков.

— Повезло тебе, — прищурился Мирон, — что ты Иркин родственничек. Но, если продолжишь так себя вести, в больничку загремишь и будешь кашку через капельницу кушать. Я бы побеседовал еще, да уже опаздываю, — боров прищурился, а потом посмотрел на притихшую молодую женщину: — Вечерком загляну, покатаемся.

— Она не поедет, — спокойно ответил я за Ирину, которая судорожно вздохнула. — Так девушек на свидание не зовут и тем более угрозами.

— Не с тобой базар, — поморщился Мирон, у которого заиграла бравая мелодия на телефоне. — Черт! Действительно, нет времени, — буркнул тот и направился к тачке, но прежде чем сесть за руль, обернулся и сказал: — Ирка, все в силе, родственничек свалит или сляжет с переломанными руками и ногами, тогда будет разговор уже другой. Поняла?

Ответа он слушать не стал, да его и не прозвучало. Стоящую рядом со мной женщину потряхивает, того и гляди истерику закатит. Но, нет, как только тачка, взвизгнув покрышками, укатила, то Ирина Сергеевна пару раз глубоко вдохнула и выдохнула, а потом спросила:

— Зачем влез? Жить надоело? Кстати, кто ты такой и действительно ли ко мне приехал?

— Это долгий разговор, — потер я висок, — нам есть что обсудить. Надеюсь, ты меня выслушаешь.

— Странный ты какой-то, — произнесла моя собеседница, а потом перевела взгляд на дверь подъезда: — Как понимаю, дар имеешь. Только не думай, что он тебя от Мирона с его дружками защитит. Голову проломят, после чего могут и насмерть забить.

— Пусть попробуют, — пожал плечами, активировал руны, но вложил чуть больше энергии.

Дверное полотно, в районе замка, задымилось, а потом запор щелкнул. Вызвал перед взором малую руну уборки, присоединив к ней символ холода. Связку активировал и на металл направил. Тот сразу же зашипел, повалил пар, нарисованные мелом руны исчезли, а за дверную ручку теперь можно браться, не опасаясь получить ожог.

— Пойдем? — кивнул в сторону подъезда и взял стоящие рядом с Ириной пакеты.

— А не лучше на лавочке поговорить? — не двинулась та с места. — Если мою ситуацию знаешь, то дома Анна и Рита, а они очень любопытные.

— Боюсь, их это тоже касается, — вздохнул я.

Трофимова упряма, если упрется, то придется на нее давить с помощью детей. Нет, речь не про угрозы, мне точно потребуются союзники в предстоящем разговоре. Конечно, старшей всего четырнадцать, но в таких местах взрослеют рано, а Ане приходится нести ответственность за младшую и, наверняка, помогать Ирине, которая заменила мать.

— Мы и правда родственники? — с какой-то надеждой в голосе спросила женщина.

— Ирина, разочарую, — отрицательно качнул головой.

— Тогда, повторюсь, кто ты?

— Воронов Алексей Ларионович, восемнадцати лет, являюсь официальным помощником кузнеца, заканчиваю одиннадцатый класс, проживаю в Боголовске, это город в Тамбовской губернии. Могу показать паспорт, — произнес я, а потом добавил: — Как оказалось, имею отношение к одному из канувших в Лету кланов. Повторюсь, разговор долгий и непростой.

— Хорошо, — неожиданно согласилась Ирина, — пойдем, поговорим, раз ты из такой дали к нам приехал.

Мы поднялись на третий этаж, уже на лестничной площадке услышали ссору девочек. Насколько понял, младшая собралась погулять, а старшая ее не пускает.

— Извини, у нас порой шумно, — поспешно доставая ключи, сказала моя спутница.

— Дети, — коротко хмыкнул я.

В квартиру вошли под звук какого-то грохота.

— Ритка! С дуба рухнула⁈ Стул-то зачем ломать? Вот придет Ирина и что ей скажем⁈ — возмущенно сказала, как понимаю, Аня.

— Девочки, я пришла! Не одна, у нас гость! — крикнула Трофимова и на меня покосилась.

Ну, только сейчас понял, что гость-то еще тот, ничего не принес. Следовало перед визитом зайти в супермаркет и каких-нибудь сладостей купить. Уместно ли это было бы? Не уверен, как ни крути, а не на чай с баранками явился.

А в квартире воцарилась тишина. Девочки не спешат выходить и встречать Ирину и гостя.

— На улице сухо, кроссовки не снимай, у нас все равно тапочек твоего размера нет, — сказала хозяйка квартиры, повесив свою сумочку на вешалку.

Чисто, бедно, мужской руки не чувствуется. Такая характеристика жилья напрашивается. Ремонт делался пару лет назад, явно собственными силами переклеивали обои и на этом все. Полы деревянные, скрипят, кто-то неумело забивал гвозди в отошедшие от косяков наличники. Подкапывает вода в крохотной ванной комнате, вход в которую посередине прихожей, в которой вдвоем-то тесно.

— Пойдем на кухню, надо продукты разобрать, — сказала почему-то нервничающая и смущенная Ирина.

— Веди, — коротко сказал я.

Первое впечатление о жилье подтверждается, газовой плите лет двадцать, почти раритет. Дверцы шкафчиков пожелтели от времени, зато кухонный стол массивный, из настоящего дерева, правда, ему лет больше, чем нам с Ириной вместе взятых. Холодильник более-менее, но компрессор работает шумно и в скором времени из строя выйдет.

— Поставь сюда, — указала хозяйка жилища место для пакетов.

— Здравствуйте, — прозвучал за моей спиной голосок одной из сестер.

— Привет, — улыбнулся я девочке-подростку. — Меня зовут Алексей, фамилия Воронов, а ты, как догадываюсь — Аня.

— Да, я Анна, — прищурилась та, в голубых глазах подозрение и опаска.

Из-за угла коридора пытается подглядывать Рита, ее выдают торчащие тапочки. Старшая из сестер высокая для своих четырнадцати лет, с длинными русыми волосами, на лице нет косметики, если не считать накрашенных ресниц.

— Приятно познакомиться и извини, что без гостинцев и без предупреждения свалился как кот с крыши, — развел руки в стороны.

— Почему с крыши? — озадачилась девочка.

Ирина тоже на меня вопросительно посмотрела, на миг перестав разбирать пакеты.

— Коты редко случайно падают, — пожал плечами.

— А я вас где-то видела, — нахмурилась девочка.

— Это вряд ли, — покачал головой, — если только в Тамбовской губернии бывала.

— Что я там забыла? — удивилась моя собеседница.

— Понятия не имею, возможно, с экскурсией ездила, — предположил я.

— Еще чего, — поморщилась Аня.

— Алексей, ты собирался поговорить о чем-то, — вытерла руки о полотенце хозяйка квартиры.

— Поняла, ухожу, — нахмурилась девочка, правильно уловив намек опекунши. — И, все же, ваше лицо мне знакомо, — буркнула, выходя из кухни.

Ирина подошла к двери и ту закрыла, при этом та является плохонькой преградой от любопытных детишек. А в квартире наблюдается тишина, сестры затаились, но младшая сестра наверняка расспрашивает старшую о госте. Странно, что Рита не стала знакомиться, если судить, как ругалась с Аней, то она боевая и за словом в карман не лезет.

— Алексей, ужин не предлагаю, могу напоить чаем или кофе, — сказала Ирина.

— Благодарю, пока будет достаточно стакана воды, — ответил я, а сам вытащил из рюкзака документы, попавшие ко мне случайно.

Бумаги положил перед собой, пока не стал давать прочесть. Поверит ли Трофимова незнакомому молодому парню? Не сочтет ли это за розыгрыш или что меня подослал Мирон? С бугаем-то драки не случилось, так что Ирина вправе подозревать, даже если это очевидная глупость. Дело в том, что она с девочками борется за выживание, заранее готова к худшему.

Ирина села напротив, напряжена, но взгляд выдает растерянность и сомнение.

— Я уже представлялся, — медленно говорю, почему-то весь заранее проработанный план на разговор из головы улетучился, — так вот, недавно узнал о готовящемся указе Великого князя. В нем будет прописано, что кланы, которые по тем или иным причинам прекратили существование, будет дана новая жизнь. Мне известно о восьми таких, включая мой собственный, точнее, в котором родился. А так как титулов не лишали, то и они официально вернутся. Мало того, активы, оставшиеся и отошедшие казне для сохранения, тоже передадут обратно. Насколько понял, на какие-то денежные или другие ценности рассчитывать не следует. Скажу больше, от налогов, если верить тем сведениям, которыми располагаю, освобождения не дадут.

— И зачем ты об этом мне рассказываешь? — дернула плечом Трофимова.

— Ты опекунша девочек, которые имели непосредственное отношение к клану Колос, — спокойно пожал плечами.

— Но они же несовершеннолетние, что с них взять? — задумчиво произнесла Ирина, при этом не став пытаться опровергать мои слова.

— А кого это волнует? — вопросом на вопрос ответил ей. — Не удивлюсь, если вся эта возня с восстановлением кланов затеяна, чтобы оставшиеся активы реализовать. Честно говоря, примерно таким образом ко мне попали документы об этом, а потом получил подтверждение из другого источника. Вопрос с признанием наследников однозначно решен, скорее всего, указы подписаны, но еще не опубликованы.

— Не пойму, это плохо или хорошо? Как скажется на девочках? — нервно спросила моя собеседница.

Все-то она понимает, в том числе и что жизнь будет, как минимум, сложнее и опаснее. Хотя, казалось бы, куда им еще испытаний! Богатством в квартире и не пахнет, продукты питания, как успел заметить, из разряда дешевых. Одежда на Ирине из нижнего ценового сегмента, на Ане уже дороже.

— Боюсь, не самым лучшим образом, — вздохнул я. — Мне, например, делали предложение продать часть земель клана. Если же не соглашусь — обещали закопать в ближайшем лесу. С трудом отбился, они не ожидали моего отпора, вот и оказались неготовы к драке. У адвоката, каюсь, забрал портфель, в котором и обнаружил документы, — подвинул бумаги к Трофимовой: — Почитай, много интересного узнаешь. Кстати, характеристика на меня там тоже имеется, она в самом низу.

Ирина положила ладонь на документы, пару секунд молчала, а потом вытащила нижний лист, при этом смотря мне в глаза. Мне показалось, что хозяйка квартиры в какой-то момент использовала дар. Что она попыталась узнать и удалось ли ей это? Нет у меня ответа, надеюсь, когда-нибудь узнаю.

— Это же просто распечатка, нет ни подписей, ни печатей, — с недоверием констатировала хозяйка квартиры. — Предлагаешь поверить тебе на слово и этим филькиным грамотам?

— И для чего мне это нужно? — сделав глоток воды, поинтересовался я. — Могу билеты показать, как сюда добирался, чтобы предупредить об опасности.

— Зачем? Мы же для тебя никто, с чего вдруг такой широкий жест?

— В какой-то степени, я с твоими воспитанницами в одной лодке, ситуация схожа. Моим опекуном стал кузнец, назвавшийся дальним родственником, а как недавно выяснил, то он им никогда не был. Про свое детство ничего не помню, только какие-то смутные воспоминания, на тот период времени у меня в памяти ментальный блок. Кто и зачем его поставил — понятия не имею. Рос и учился в небольшом городке, на территории общины со своими правилами и порядками. Как только немного подрос, стал помогать приемному родителю, работая в кузне. Это только на бумаге и в законах детский труд запрещен, меня же заставляли молотом махать, будучи ребенком. Не подумай, не жалуюсь, в какой-то степени благодарен своему опекуну за то, что стал сильным морально и физически. Всё заработанное кузнец оставлял себе, последние годы только стал давать карманные деньги и то копейки.

— Алексей, прости, но зачем ты об этом рассказываешь? — чуть криво усмехнулась Ирина. — На тебе одежда новая, стоит столько, сколько не заработаю и за год. И после этого говоришь, что жилось тяжко?

— Смысл жаловаться, — пожал плечами. — А шмотки, — дернул себя за ворот футболки, — подарок одной одноклассницы, которая таким образом извинялась за некий между нами инцидент.

— Твоя знакомая богачка?

— Не бедствует, дочь главы общины, — вспомнил я.

И как Алина на разных тачках гоняла, а еще и пару раз в школу с телохранителями заявлялась, строила из себя не пойми кого. Тем удивительнее было узнать, что все это у девушки напускное, этакая вторая кожа, под которой скрывается совсем другая личность. Если жизнь ее заставить все время в маске ходить, образно выражаясь, то, скорее всего, та правильная девушка, что живет в ее душе, исчезнет. Надо бы постараться ей помочь, еще и из своих интересов, в постели чертовка очень хороша.

— И она тебя с головы до ног одела? — скептически произнесла Трофимова. — За какую-то там ссору?

— Ну, если когда ее охранники меня избивали, нож под ребра всадили, а потом в сумеречные земли отвезли и бросили назвать обычной ссорой, — я хмыкнул и в этот момент в коридоре что-то с грохотом упало.

— Девочки, — коротко сказала Ирина. — Продолжай. Только переходи ближе к делу.

— Ты с бумагами-то ознакомься, — кивнул я на документы.

— Вряд ли там что-то новое для себя узнаю, — нехотя сказала та, но стала изучать характеристики, пожелания и приказы нашего с ней общего врага, так вот получается.

Пью водичку, во рту пересохло, разговор не складывается в мою пользу. Эта Трофимова какая-то непробиваемая, у нее почти нет эмоций. Перед подъездом и то они сильнее проявлялись. Что с ней не так? Видел, что имеет несколько проявлений различных болезней, у нее случился приступ боли?

— Прочла и что? — посмотрела на меня хозяйка квартиры. — Алексей, почти ничего нового не узнала. Ты же присутствовал, когда Мирон со мной общался. Думаю, в его словах больше угрозы, а это, — она подвинула мне бумаги, — теория и как оно на практике получится — вопрос.

Захотелось крикнуть ей, что она дура набитая. Не понимает, что с такими людьми шутки плохи. Мысленно заставил себя успокоиться, а потом сказал:

— Ирина, тебе с девочками надо срочно сваливать из этого места. Чем смогу — помогу, мне и самому следует оберегаться, так что давайте держаться вместе. Собственно, за этим и приехал.

— И как ты себе это представляешь? Нужны большие деньги, чтобы в бега пуститься. У меня с девочками средств нет, — скрестила руки на груди хозяйка квартиры.

— Лучше, чтобы воплотился этот сценарий? А может, рассчитываешь на защиту Мирона? Поверь, он с тобой наиграется и первый же сдаст! — резко сказал я. — А насчет девчонок подумала? Что их ждет, не если, а когда с тобой случатся неприятности.

— Спасибо за информацию, я тебя услышала, — холодно сказала Трофимова.

— Аня, Рита! Зайдите на кухню! — крикнул сестрам, которые подслушивали.

— Зачем их позвал⁈ — подскочила со своего места Трофимова.

— Ир, а ведь он все правильно сказал, не знаю, что будет дальше, но хуже вряд ли, — произнесла Аня, а стоящая позади нее Рита с любопытством на меня таращится.

— Да что ты понимаешь, — плюхнулась на стул молодая женщина, на лице которой дикая усталость.

В этот момент раздался дверной звонок, а потом раздался стук чуть ли не на весь подъезд. Вряд ли с добрыми намерениями так в гости приходят. Испуганная младшая девочка прижалась к старшей сестре. Ирина же встала со своего места, но я ее опередил, направившись в коридор, перед этим сказав:

— Сиди, сам открою.