Глава 14 · ГОЛОСОВАНИЕ

Ужин прошел в какой-то напряженной обстановке. Сестры то и дело пытались задать вопрос, но в последний момент не решались этого сделать. Понимают, что Ирина им вряд ли ответит, а я как бы не имею право голоса. Если же судить по мрачному лицу хозяйки квартиры, то она ведет сама с собой внутреннюю полемику. Худо-бедно, а их быт налажен, хоть и с трудом сводят концы с концами. Крыша над головой есть, дети сыты, обуты, одеты, а этого, как понимаю, пришлось добиваться потом и кровью.

— Детям почти два года пришлось прожить в детском доме, а мне там работать няней, — вдруг сказала Трофимова. — Мне тогда еще не исполнилось восемнадцати, опеку, разумеется, не давали. Да и когда совершеннолетие справила, пришлось побегать по инстанциям. Чего только не наслушалась, — она усмехнулась, — говорили даже, что такая молодая, а рвачка, желает не работать, на пенсию детей жить, да их квартиру заграбастать. По-первости, проверяющие почти через день пороги обивали, в каждый угол свой нос совали, все искали, к чему придраться. Спала по два-три часа, да и то урывками. Жили в нищете, сиротская пенсия смехотворна. Аня молодец, сильно помогала и не задавала вопросов, почему у той или иной девочки такие красивые обновки. Когда Рита немного подросла, нам стало легче. В магазин у дома устроилась уборщицей, а потом и продавщицей. Еще через пару лет нашла подработку, потом еще одну, жить стало легче. На вчера и вовсе выдохнула, появились накопления, чтобы девочкам купить нормальную одежду к зиме. И тут такое… — она обхватила лицо руками, и ее плечи затряслись.

Аня среагировала первой, бросилась к той, которая заменила мать и отца, бабушек и дедушек. Подросток обняла Трофимову, что-то ей шепчет, а сама ревет. Рита скопировала действия старшей. А я не знаю, как реагировать на эту коллективную истерику.

— Ир, Ань, у нас гость, могли бы, как обычно, ночью в подушки поплакать, — бормочет Рита.

— Жизнь чередуется различными взлетами и падениями, иногда кажется, что летишь на дно, а через мгновения понимаешь — это не так, — произнес я. — Не расстраивайтесь вы так, думаю, все наладится и этот момент станете вспоминать с удивлением.

— Извини, — встала Ирина, — мы сейчас. Девочки, пойдем, приведем себя в порядок, а то и правда неудобно перед Алексеем.

Стараясь на меня не смотреть, все трое ушли в ванную. Я же подошел к окну, в доме напротив в редких окнах свет. Народ ложится рано, хотя еще и не так поздно, большинству рано на работу. Пожалуй, в Боголовске-то по сравнению с этим местом просто рай на Земле. Разумеется, это не так, просто кому-то в этой жизни не повезло. Кто-то решил плыть по течению, как тот же Мирон, другие прикладывают все силы и жилы рвут, чтобы вырваться из этого места. Если рассматривать Трофимову, то она считает, что у нее все наладилось и это чуть ли не предел мечтаний. Даже приставания местного приблатненного парня и то рассматривает, как небольшую проблему. Уверен, даже прикидывала, что если тот не успокоится, то пару раз с ним сходит на свидание, тот получит свое и отстанет. Судя по характеру молодой женщины, то это против ее морали, но безопасность детей дороже. Готова себя в жертву принести.

— Прости, сорвалась, — раздался за спиной голос Ирины.

— Ничего страшного, — обернулся к ней, — бывает. Однако, ты зря так себя накрутила. Перемены страшат, но жизнь не останавливается. Если не вырваться из этого порочного круга, то ничего хорошего ни девочек, ни тебя тут не ждет. Со стороны это хорошо видно. Какие перспективы? Чего тут добьются Аня с Ритой? Про тебя не говорю, судя по всему, ты на себя рукой давно махнула. При этом не осознаешь, что красива и привлекательна, только не каждый это разглядеть способен. Знаешь, в какой-то степени не удивлен, что Мирон за тобой бегает.

— В общем-то он неплохой парень, вот только связался с бандюганами, долги выбивает, какие-то дела темные крутить пытается, — задумчиво произнесла Ирина. — Нет, не смотри ты так, — она отмахнулась, — он ни разу не в моем вкусе, несколько раз его отшивала и на самом деле не понимаю, почему он ко мне пристал. Девок-то меняет как перчатки, даже имен не пытается запоминать.

— Думаю, захотел приходить домой, где его ждет та, которая не изменит походя с его дружками, — хмыкнул я. — Ладно, это все лирика, а нам надо собираться.

— В каком смысле? — озадачилась Трофимова.

— Ты же уже отревела по устоявшемуся укладу и понимаешь, что он прежним не будет. Так чего спрашиваешь? — удивленно на нее посмотрел. — Из квартиры следует как можно быстрее сваливать. В покое ни тебя, ни девочек не оставят, очень уж для кого-то наследство сестер Мальцевых лакомый кусок. Ты не согласна?

Ирина со вздохом опустилась на стул и обхватила себя руками.

— Не думай, что приехал просто так, — продолжил я. — Предлагаю объединиться и пытаться выжить вместе. По моим прикидкам, потребуется полгода, чтобы разобраться в происходящем и как-то подготовиться.

— К чему? — хрипло рассмеялась молодая женщина. — Алексей, к чему ты или я сумеем подготовиться? Противостоять мелкой шпане еще куда ни шло, а вот для тех, у кого есть ресурсы, деньги и влияние мы никто и зовут нас никак, проглотят и не поморщатся.

— Подавятся, — мрачно хмыкнул я. — Сделаю десяток артефактов и к нам никто не сунется. Но на это нужно время и какой-никакой ресурс. В общине занимался тем, что большей частью ремонтировал магические бытовые приборы. Рунник я, дар на основе древних символов, которые способен насыщать энергией вселенной. Если же правильно понял, то ты способна предвидеть те или иные события. Верно?

— Варианты будущего, точнее, ключевые развилки, как повернется после этого жизнь, — чуть слышно произнесла Ирина.

— Мой приход в твоих видениях был? — поинтересовался я.

— Нет, — закусив губу, покачала та головой. — Ни разу ничего похожего не наблюдала. При этом, где-то в начале весны, мой дар показал сегодняшний день. Я так же стояла с пакетами у заклинившей двери в подъезд. Мирон меня силой в машину затащил, макароны и мука рассыпались. Отвез на какую-то дачу, там его кореша гуляли, влил в меня пару стаканов водки, а потом в баню, почти никакую оттащил. Утром, бреду домой, а там опека и грозит, что за распутство детей в детдом отправят. Но если что-то подпишу, то они уйдут и закроют на все глаза, — она сглотнула. — Это первый вариант, второй, как только Мирон подъехал к подъезду, бросаю пакеты и убегаю. Прячусь, прихожу домой, а там те, кто приходил с участковым. Все вверх дном перевернуто, бабка с дедом в понятых качают головами, тычут в меня пальцами и называют воровкой. Потом отдел полиции, допрос, чем-то стращают, но вину не признаю. Меня в камеру ведут, но по ошибке, а может, чтобы стала сговорчивой, сажают в мужскую. Пятеро буйволов такой сокамернице дико обрадовались и возбудились. В дверь не успела стукнуть, чтобы конвоиров позвать, а мой рот оказался зажат, за ноги схватили, а платье на две половины разорвали. Когда один из бандитов надругался, то в камеру вошел какой-то господин и поинтересовался, подпишу ли бумаги. И вновь развилка событий, — она усмехнулась. — Вот такая я недоделанная провидица, только и могу понять, правдивы ли те или иные слова, написанные или напечатанные на бумаге.

— А меня в этих вариантах даже мельком не было, — задумчиво произнес я и потер щеку, отметив, что бриться пора.

Если отмотать время назад, то весной об этом мире не подозревал и все-то у меня складывалось неплохо. С Танькой гулял, в автомастерской дела шли в гору. Удивительно, получается, магия Трофимовой, связанная с будущим, не смогла мое появление в этом мире предсказать. Почему? Из-за древнего мага и его неправильного последнего ритуала, перевернувшего все и вся! Он пробил множество запретов природы и вселенной, сумел частичку себя направить другим, в надежде на перерождение и сохранение знаний и умений. Где-то ошибся, а может и знал, что у него не получится, но предпочел, чтобы его дело смог продолжить кто-то другой, схожий с ним по характеру.

— Нет, в моих видениях тебя не видела. Тем удивительнее оказалась с тобой встреча, — молодая женщина потерла переносицу. — Знаешь, про будущее, о котором рассказала, мне же давались источником подсказки, как поступить. Мирона приласкать, попросить у него защиты, а если тот не справится, то не упираться и бумаги подписать. Вот как-то так бы и поступила. Не раз находила подтверждения тем плохим событиям, которые только произойдут. Но сегодня все пошло не так, от этого становится страшно.

— Никто не мог учесть фактор моего появления, — хмыкнул я. — Честно говоря, спонтанно получилось.

Призадумался, вспоминая то состояние, когда захотел помочь сестрам. Честно говоря, про опекуншу не думал, она самостоятельная и взрослая женщина. Да, ей тяжело и она ничего хорошего за свои двадцать шесть лет не видела. Но это ее выбор и близкие ей люди, которых приняла как своих детей. Так вот, когда созрел в моей голове план поездки к этой семье, то возобладали эмоции, а не какой-то расчет или меркантильный интерес. Основываясь на памяти рунника и парня, место которого занял, они бы на такой шаг не пошли. Моему предшественнику со своими проблемами не справиться, а древний маг не обратил бы на эту семью внимания. Нет, допускаю, что он из жалости им бы помог, но только если у него имелись на то возможности не в ущерб себе. С одной стороны, я мало чем рискую, но беру на себя ответственность и большие риски. Казалось бы, а оно надо? И, тем не менее, я здесь, на этой кухне и имею желание помочь тем, кто намного слабее.

— Вот это-то и странно, — задумчиво сказала Трофимова, в ответ на мои слова.

— Жизнь и магия — вещи непредсказуемые, — пожал плечами. — Уверен, еще не раз столкнешься с тем, чего себе объяснить не сумеешь.

— Не буду спорить, — утвердительно качнула головой Ирина, а потом спросила: — Алексей, так что ты конкретно предлагаешь?

— В округе есть много территорий, на которых проживают сообщества людей, — медленно произношу, стараясь подобрать правильные слова. — Они как бы находятся в своем мирке, взаимодействуя с властями империи только при острой необходимости. Конечно, пришлым там не так просто закрепиться, да и мало кто к ним приходит. Преступникам там делать нечего, а тихой и спокойной жизни редко кто хочет, побывав в развитом месте, которое гордо называют цивилизацией.

— Ты про анклавы, находящиеся в сумеречных землях, на которых когда-то произошла война магов? — прищурилась Ирина.

— Да, именно про те поселения, — подтвердил я. — Уверен, мы сумеем там прожить и наладить быт. Как кузнецу найти работу легко, тебе тоже не привыкать к тяжелому труду. Девочки же будут учиться в какой-то местной школе. К тому же, мы не навсегда туда отправимся. Через какое-то время про нас забудут, либо сумеем сами дать отпор. Как бы замкнуты анклавы ни были, а у них связи с внешним миром имеются.

Честно говоря, не знаю, насколько развито взаимодействие в торговле, каких-то других делах, но время от времени из отдаленных анклавов в империи появлялись не только интересные находки в виде древних артефактов, но и многообещающие ученики, сдавшие на высший балл школьные экзамены. Таким молодым людям даже устраивали переэкзаменовки, сомневаясь в их знаниях. Устраивались целые шоу с их участием. А еще на сумеречных землях анклавов устраивали финал игры. При этом, местные имели право принять участие и стать неожиданным победителем. Об этом шла реклама, но дальше опросов в интернете дело не шло. Ни один житель поселений в сумеречных землях не соблазнился посулами устроителей состязаний и ни разу в них не принял участие. Хотя, казалось бы, местность для такого человека будет знакома. А их навыки выживания не сравнятся ни с одним тренированным бойцом, который не каждый день сталкивается с реальной опасностью.

— Но там же измененные твари из-за каждого куста готовы атаковать, — сглотнула Трофимова.

— А люди как жили рядом с этим зверьем, так и продолжают, — пожал плечами. — В анклавах бывать не приходилось, а запретные земли посещал не раз. Говорят, если далеко забрести, то шансов вернуться никаких. Однако, представь, если уйти в обычную тайгу, не имея припасов, то и там не так просто выжить.

— И ты уже наметил, в какой анклав нам податься, — задумчиво произнесла Ирина.

— Около восьмидесяти километров от Ржева начинаются непроходимые леса. Из дорог — направления, но попадаются развалины, предположительно замков. Имеются предположения, что когда-то в тех местах находился то ли центр империи, то ли и вовсе другая страна. Случилась большая магическая война, о которой до нашего времени дошли обрывочные сведения. Именно тогда и появились магические твари, в том числе их научились призывать из других миров. Что за магия применялась на той местности — неизвестно, но она была разрушительна, а ее магический след так и не исчез. Исследования же показывают, что в норму там все придет через пару тысяч десятилетий. Да и то эти вычисления вызывают споры среди ученых и часть из них настаивает, что пройдет не меньше сотни тысяч лет.

— И как туда добраться? — хмыкнула Ирина. — К кому обратиться, где написать заявление? Мало того, а жить-то как? В шалаше, забыв про все удобства, — она скептически покачала головой. — Алексей, не хотела бы такой доли для Ани и Риты.

— Как думаешь, им будет лучше в детском доме, а тебе на зоне? — раздраженно спросил я. — Не будь такой упрямой, ни у тебя, ни у меня нет выхода, кроме как бежать и скрываться некоторое время. Или будешь дожидаться у моря погоды? Так сама же понимаешь, что те видения, которые видела, еще способны сбыться. Есть и еще один момент, про который забыла.

— Ты про что?

— Дар детей, — коротко ответил я и, видя ее непонимание, объяснил: — Источники Анны и Риты связаны с природой, точнее, с аграрным хозяйством. Разве такой магический дар способен полноценно развиться в городе?

Трофимова опешила, о таком она точно никогда не думала.

— Все складывается один к одному и лучший выход — принять мое предложение. Действовать же необходимо быстро и не откладывать дело в долгий ящик, иначе будет поздно, — продолжил давить на свою собеседницу. — К тому же, если рассматривать риски, то они минимальные. В квартиру всегда сможешь вернуться.

— А как же моя работа?

— Другую найдешь, — отмахнулся я. — С собой берем самое необходимое. Телефоны и другие гаджеты, по которым возможно определить местонахождение, — выкинуть.

— Но я только-только накупила продуктов, — Трофимова посмотрела на холодильник. — С ними что делать?

— Отдай кому-нибудь из нуждающихся соседей. Заодно скажи, что неожиданно родственник приехал из-за границы и вас к себе забирает на пару недель, — на ходу сочинил я.

— У нас заграничных паспортов нет, — нахмурилась Ирина.

— Соседи об этом вряд ли знают, — хмыкнул я. — Ну, что, собираемся и в путь?

— Прямо сейчас, на ночь глядя? — ошеломленно посмотрела на меня Трофимова.

— Тянуть нельзя, — пожал плечами. — Нам еще предстоит решить, как в анклав добираться.

Честно говоря, с последним имеются проблемы. Вызвать такси не получится, в запретные или сумеречные земли вряд ли кто поедет, даже за большие деньги. Но главное, об этом мгновенно узнают те, кому этого знать нельзя. Любой таксист проговорится, что вез странных пассажиров в один из анклавов.

— Ань, Рит, идите сюда, — спокойно произнесла Трофимова и добавила: — Знаю, что вы уши грели. Впрочем, больших секретов от вас никогда не имела и вам это не хуже моего известно.

Девочки, ни грамма не смущенные, появились спустя пару секунд. Их личики в восторге, глаза горят в предвкушении намечающегося авантюрного путешествия. Ирина на детей посмотрела и как-то тоскливо выдохнула. Она прекрасно поняла их ответ, даже не задавая вопроса.

— Дядя Алексей, а что с собой брать? — задала вопрос младшая из сестер.

— Ир, так мы и правда переезжаем? — обратилась Аня к своей тете.

— Хотела с вами посоветоваться, на голосование этот вопрос поставить, — прикрыв глаза, сказала Трофимова. — Но, как понимаю, наш нежданный гость оказался очень убедителен.

— Не хотим, чтобы ты так рисковала и над тобой измывались разные сволочи, — выпалила Рита.

У Ирины расширились зрачки, она поняла, что наговорила лишнего, когда рассказывала про видения. Не для детских ушей предназначалась ее речь. Однако, в таком районе, где они живут, для девочек давно уже не секрет, как и откуда дети берутся. Почему старшие девочки от парней шарахаются и что бывает, когда их все же уговаривают совместно время провести.

— И все же, давайте каждая выскажется, но перед этим скажу, что нам придется несладко. Не знаю, что за школа окажется на новом месте. Не представляю, где будем жить. Возможно, вновь наступит момент, когда будем поститься, — Трофимова тяжело вздохнула, вероятно, вспомнив сложные периоды жизни, но продолжила: — Про новую одежду и какие-то развлечения — забудьте. И это не говорю про обещанный тебе, — она посмотрела на Аню, — ноутбук, а тебе, — перевела взгляд на Риту, — новый телефон с большим экраном.

— Но нам же перечислили денег, — нахмурилась младшая из сестер.

— Это в долг, на самый крайний случай, нам их отдавать придется, — твердо произнесла Ирина.

— Не бойтесь, заработать всегда можно, если руки на месте, — внес я ремарку, но сразу же показал, что молчу.

Хозяйке квартиры не понравилось мое высказывание, посчитала этаким давлением на ее воспитанниц.

— Ир, а какая у нас тут перспектива? — чуть слышно спросила Аня. — Мне уже делали грязные предложения получить ту или иную шмотку и даже последнюю модель телефона. Не буду говорить, что для этого должна была сделать.

— Ань, почему молчала-то? — приложила ладонь ко рту Ирина, в глазах которой появилась паника.

— У тебя и так проблем выше крыши, — отмахнулась старшая из сестер. — А потом, чем бы помогла? Прости, но на разборки тебя бы не отпустила, поэтому предпочитаю вечерами дома сидеть, уроки зубрить. Так что, мой голос за переезд и черт с ним с ноутом!

В общем, голосование, как говорят, прошло в демократичном режиме, при одном наблюдателе и выявило абсолютное большинство, чтобы из этого района свалить к черту на рога! Гм, точнее, в один из анклавов, носящий громкое название «Медвежий угол». До него всего-то семьдесят километров. Дорога проходит через сумеречные земли, болотистую местность и лес, в котором сгинуло много народа. Сам анклав разбит на несколько поселений, на приличной такой территории, на которой протекает несколько рек, имеются озера. Инфраструктура развита, есть магазины, целых две школы и даже некие предприятия. Собственные органы власти и правопорядка, три больницы, одна из которых родильное отделение. В Медвежий угол требуются работники на постоянной основе, специальности различные, прием по согласованию с администрацией. Предоставляются на выбор различные варианты жилья, обсуждается после одобрения кандидатур. Такое рекламное объявление прочла Анна с экрана своего телефона.

— Как-то слащаво и слишком заманчиво, — подозрительно сказала Ирина. — Как бы в секту не угодить. Там, случайно, не пишут, сколько надо заплатить за такое счастье?

— Нет, кроме как обещания по устройству на работу о деньгах ни слова, — отрицательно покачала головой старшая из сестер. — Но есть телефонный номер для уточнения информации. Почему-то указано, чтобы звонили строго по вторникам и четвергам, начиная с шести вечера и до восьми утра.

— Точно секта! — вынесла вердикт Трофимова.

Ну, не знаю, возможно, она права. Описание действительно заманчивое, если так рассудить, то общине далеко до Медвежьего угла. Вот только не понаслышке знаю, что такое реклама и действительность.

— Звоним? — поинтересовался я и предупредил: — Честно говоря, пока к вам добирался, то читал про другие ближайшие ко Ржеву поселения. Ситуация там бедовая, народа немного, молодежь разбегается, несмотря на то, что никаких налогов в империю не отчисляют.

— Та тоже старается в анклавы не вкладываться, территория признана опасной для жизни, — буркнула Трофимова, вздохнула, а потом добавила: — Но другого выхода и в самом деле не вижу.

Ну, она лукавит, не желает использовать деньги от Измайловой. Впрочем, я бы на ее месте их тоже не взял. С другой стороны, почему-то мне кажется, что Юля их отправила от чистого сердца, а еще допускаю, что ощущает вину из-за своего отца. Боюсь, если хорошенько копнуть, то к падению кланов причастны многие и в первую очередь это произошло с негласного, а может быть и прозрачного намека, высших руководителей империи. Знал ли о происходящем Великий князь? Скорее всего, иначе бы он столько лет не смог остаться на троне. Пока я размышлял над очевидными, в общем-то, вещами, Трофимова уже собралась набрать контактный номер для общения с представителем анклава.

— Стой! — подскочил к Ирине и выхватил из ее рук телефон. — Нельзя с него звонить, вот, возьми мой, — отдал ей свой сотовый.

— Прости, не подумала, — виновато кивнула та.

Ничего ей не ответил, а мысленно себе поставил зарок, что если получится задуманное, то за девочками и их теткой предстоит приглядывать. Трофимова никак не поймет, что на них открыта охота и это не шутка. При этом же видения к ней приходили и понимает, во что это может вылиться.

— На громкую поставь, — сказала Аня, когда прошел вызов.

— Сюда ткнуть? — уточнила Ирина, занеся палец над иконкой динамика.

— Да, правильно, — подтвердила младшая из сестер.

Я только сейчас обратил внимание, что телефон Трофимовой настоящий раритет. Кнопочный, без выхода в интернет, да еще и с черно-белым экраном. Где она его откопала? Но сейчас это не важно, главное, нужный шаг вот-вот сделаем.