Глава 19

Мой рассказ затянулся до самого аэропорта, и это с учётом того, что я опускал много деталей и своих личных секретов, включая мой новоприобретённый дар и саму Систему.

Пока что рановато об этом говорить, тем более что я уверен: отец и мать из-за этого начнут только сильнее беспокоиться. Нужно стать сильнее и только затем раскрыть свои карты. Впрочем, это дело будущего, да и на месте посмотрю как лучше подать эту информацию и говорить ли вообще. Я конечно понимаю, что у меня любящая семья, но в первую очередь мне самому хотелось разобраться с этой частью истории моего рода.

В остальном я рассказывал об учёбе, стычках с аристократами, друзьях, рейдах и всё в этом духе. Отец всё это время меня внимательно слушал и не перебивал, при этом никак не реагируя и сохраняя каменное выражение лица.

Лишь когда мы расположились в первом классе чартерного самолёта и взмыли в воздух, отец провёл пальцами по щекам, после чего облокотился о спинку сиденья.

— Сразу видно, что в тебе течёт моя кровь, — его голос звучал так, будто он констатировал факт. — За месяц поссорился с Торнами, Балтерами, Лайспирами и Хартвудами. Прямо как я по молодости, когда тоже учился в Академии.

— Некоторые аристократы попросту не оставляют другого выбора, — развёл я на это заявление руками. — Арн Торн напал на меня в коридоре со своими подельниками, за что получил тумаков. Шевард Балтер сам подошёл ко мне в столовой, решив прилюдно унизить, о чём вскоре пожалел. Осмунду Лайспиру приспичило украсть мой доклад, а оставлять такое без внимания я не мог. Роланд Хартвуд захотел обидеть мою подругу, так что пришлось показать ему его место.

— Я всё это прекрасно знаю, Энкрид, — сказал отец, непринуждённо положив ногу на ногу и сложив пальцы на колене. — У меня везде есть свои глаза и уши. Да и сложно не замечать слона в комнате.

— Слона в комнате? — приподнял я бровь.

— Глава рода Торнов несколько раз присылал мне письма, требуя, чтобы его сына вернули в Академию, — заметно повеселел отец. — Он ещё когда был моим одноклассником, не отличался большим складом ума. Я уж ненароком подумал, что время прибавит ему мозгов, но вместо этого они превратились у него в кисель, по-другому и не скажешь.

— Сложно спорить на этот счёт, — задумчиво сказал я, осознав истинный мотив Торина. Не удивлюсь, если это его отец приказал сыночку напасть на меня, чтобы отомстить таким образом моему отцу. Хотя, возможно, это просто совпадение и не более того. — Тем более, когда руководство Академии само принимает решения, кого принимать, а кого исключать из своего учреждения.

— Вот тебе урок. Некоторые люди в упор будут отказываться принимать правду в лицо, — нравоучительно ответил отец. Впрочем, он всегда так делал. — Насчёт Лайспиров — схожая ситуация получилась. Снова недовольство, но хотя бы в меньшей степени. Глава их рода высказал претензию, что ты раздул из мухи слона, из-за чего его наследник рискует вылететь из Академии, а это пятно на репутации.

— Это исключительно проблемы Лайспиров, — пожал я плечами. — К тому же, насколько я знаю, их род слишком слабый, чтобы устроить нам хоть какие-то проблемы.

— Про род Торнов можно сказать то же самое, — согласно кивнул отец. — У обоих даже вместе силёнок не хватит с нами бодаться. Другое дело Балтеры. Серьёзно ты их, конечно, обидеть решил, особенно, когда предложил мне заключить союз с Эгремонтами.

— Я посчитал, что для нашего рода это будет выгодная сделка, — всё так же, как ни в чём не бывало, ответил я. — С Балтерами при любых обстоятельствах был бы конфликт, а так мы приобрели выгодного союзника. Как минимум у них есть резон противостоять тому, кто решил пойти против Эйзенхорнов.

— Верный подход, сын, — едва заметно улыбнулся отец, кивнув мне в ответ. — К слову, именно из-за Эгремонтов я прилетел в столицу, чтобы заключить официальный союз. Придётся, конечно, подождать пару месяцев, пока наши юристы проверят все документы, но можно сказать, что теперь они на нашей стороне.

— Рад, что всё удачно закончилось, — сложил я руки на груди.

— Я тоже. Особенно учитывая, что Виолетта Эгремонт — весьма талантливая заклинательница, — увидев мой слегка озадаченный взгляд, отец добавил: — Личная сила решает очень многое. Если станет сильнее, то сможет добиться немалых успехов и пробиться в высшие слои общества. Возможно, даже выбьет для рода новый титул. Тут всё зависит исключительно от неё. Ну и мы, конечно, окажем поддержку, если она проявит себя. Такие вассалы всегда пригодятся.

— Из всего списка остались только Хартвуды. Я так понимаю, они уже отреагировали на нашу с Роландом перепалку? — не мог не поинтересоваться я, высказав догадку.

— Всё верно. Отреагировали. Только очень странно, — отец тяжело вздохнул. — Никаких угроз или претензий с их стороны не последовало. Наоборот, в качестве подарка они прислали нам заграничные шелка самого высокого качества. Такие не зазорно даже членам императорской семьи преподнести, в качестве дара.

— Какой… странный и неожиданный ход, — несколько секунд думал я, чтобы найти подходящее слово. — Выглядит всё очень и очень подозрительно. Я бы предположил, что они таким образом хотят сделать вид, будто ничего не произошло, но что-то мне подсказывает, что это не так.

— Хартвуды — это те ещё пауки, — с этими словами отец сложил руки домиком и положил их на подбородок. — Они говорят одно, а на уме у них совсем другое. Даже я с трудом представляю, какие цели они преследуют. Вполне вероятно, вся эта история с твоей подругой — их давно спланированная операция, чтобы добраться до нас. Такой вариант событий исключать нельзя.

— Наш род чем-то им насолил? — во мне тут же разыгралось любопытство.

— Мы враждовали с ними где-то пять сотен лет тому назад, — задумчиво произнёс отец, после чего повернул взгляд в сторону иллюминатора. — Ситуация сложилась весьма неоднозначная. Официально полтысячи лет тому назад мы заключили временное перемирие из-за войны. Это перемирие длится несколько сотен лет, и за этот срок между нами не было ни одного серьёзного конфликта. Максимум небольшие конфронтации, не стоящие внимания. Однако, как ты понимаешь, официальное перемирие мы так и не заключили. К тому же Хартвуды очень злопамятны и старые обиды так просто не прощают.

— Вот оно что, — обдумав и проанализировав всё как следует, я добавил: — Несмотря на сказанное, мне слабо верится, что они настолько далеко смогли всё спланировать. Слишком много переменных, из-за которых весь план мог пойти коту под хвост. Поэтому я не понимаю, почему ты пришёл к такому выводу, отец.

— Ты недооцениваешь их навыки, Энкрид, — не согласился со мной отец. — Хартвуды — один из древнейших родов Амрателя. Я не просто так называю их пауками. Все семьи, которые враждовали с Хартвудами, со временем попадали в опалу или оказывались уничтожены другими силами. Они очень тонкие манипуляторы, которые готовы использовать самые гнусные методы для достижения своих целей.

— По такой логике, для Его Императорского Величества они как обоюдоострый меч, учитывая их положение, — напрягся я, начав осознавать, что враг куда сильнее, чем я предполагал. — Иначе бы он не стал держать таких «пауков» рядом с собой.

— Несмотря ни на что, они отлично выполняют свою работу, — слегка натянуто улыбнулся отец. — Такие люди тоже необходимы императору. Политические игры — очень грязная штука. К тому же любая попытка отгородиться от них практически наверняка приведёт к гражданской войне, что, в свою очередь, обернётся огромными потерями со стороны всего народа. Так что императорской семье приходится закрывать глаза на слона в комнате.

— Значит, мы всё-таки займём выжидательную позицию, — не спросил, а практически констатировал я факт.

Других решений вопроса в данной ситуации я попросту не видел, да и отец наверняка тоже.

— Если захотим напасть на них первыми, это будет выглядеть странно, особенно после подарка. Тем более что для окружающих между нами нет прямого конфликта. Пять сотен лет временного перемирия позволяют забыть даже кровные обиды. Что, сам понимаешь, очень удобно, когда строишь планы и действуешь в тенях.

— Вдобавок Его Императорское Величество будет не в восторге, если мы нападём на его подчинённых, — согласно кивнул я, задумчиво посмотрев в потолок самолёта.

— Как минимум таким ходом я усложню своему другу жизнь, — снова едва заметно улыбнулся отец, после чего посмотрел на меня. — Пока что оставим Хартвудов в покое. Главное — дай сразу знать, если Роланд или кто-то из его окружения решит вставлять тебе палки в колёса. Да и другие тоже, а то, я смотрю, ты все свои проблемы норовишь решить сам.

— Я помню, отец, — на моём лице появилась широкая улыбка. — Однако беспокоить тебя или мать по пустякам я не собираюсь. Если постоянно будешь полагаться на чужую помощь, сам никогда не станешь сильным. Ты ведь сам меня этому учил.

— Какая у тебя всё-таки хорошая память, — чуть повеселев, произнёс отец, после чего вернул прямое положение ног, поставив их на пол. — И всё равно я должен попросить тебя не брать на себя слишком многое. Как отец, я всё равно буду беспокоиться за своего сына.

Я никак не стал отвечать на этот вопрос, поскольку это не имело смысла. Даже ответь я «да», то всё равно продолжил бы поступать так, как считаю нужным. Уверен, отец тоже это понимал, но таким образом показывал свою заботу и беспокойство.

Оставшийся полёт мы в основном обсуждали дела рода и то, как поживает наша семья.

Мама улетела на север, к своим родственникам. Со слов отца, она не очень горела желанием куда-то уезжать, учитывая моё скорое возвращение домой, но того требовали некие обстоятельства. Какие именно, я расспрашивать не стал.

Мой старший брат как обычно отправился в очередной рейд. Его в целом не особо интересовало будущее главенство над родом, так что неудивительно, что всё свободное время он посвящал личным тренировкам и сражениям.

Думаю, он и Винсент быстро нашли бы общий язык.

Средний брат также отсутствовал в поместье, но уже по делам рода. Отец заключил крупную сделку с одной военной корпорацией, занимающейся производством передовой боевой техники, брони и огнестрельного оружия. Конечно, можно было доверить это дело личным слугам, но брату ведь тоже требовалось наращивать личный опыт, как и связи.

Чувствую, когда закончу Академию, глава нашего семейства тоже захочет запрячь меня делами. Или, может, даже во время каникул… Впрочем, ладно, на это я никак повлиять не могу, так что смысла думать об этом здесь и сейчас нет.

* * *

В родной город мы прилетели ближе к вечеру, а в само поместье прибыли только поздней ночью. Отца и меня эта долгая поездка сильно измотала, поэтому по возвращении мы сразу отправились спать. Ничего другого в ближайшее время нам не хотелось делать.

Отец, к слову, свою усталость старался не показывать, но мешки под глазами и сонный взгляд говорили сами за себя. Тем более что до встречи со мной он тоже был занят своими делами.

Как обычно, я по привычке проснулся ранним утром, с первыми лучами солнца. Встав с кровати, я снова для себя отметил, что комната в Академии очень уж мала по сравнению с моей спальней. Как минимум здесь помещались три стола, семь книжных шкафов, огромная двухместная кровать, четыре сундука с моими личными вещами, гардероб, телевизор, да и много чего ещё.

Не сказать, чтобы мне требовалось столько свободного пространства, но как минимум такой интерьер был для меня очень удобен. Например, за одним столом я мог читать книги, храня в нём же свои заметки, за другим — искать информацию в сети, благо рабочий терминал был встроен в поверхность, а за третьим — трапезничать, когда особенно сильно углублялся в изучение материала и не хотел спускаться в столовую.

Приняв душ и переодевшись, я сразу же спустился вниз, попросив слуг приготовить мне круассан или еще какую подходящую выпечку и сделать крепкий кофе. Те сразу же стали предлагать приготовить каши, бутерброды, омлет, оладьи, тосты, овощной салат и многое другое, но я сразу отказался.

Само собой, я делал это не просто так. Отец всегда отдавал предпочтение лёгким завтракам, но вот когда дело доходило до обеда… пожалуй, даже Винсент позавидовал бы такому аппетиту.

Глава нашей семьи мог за раз съесть трёхкилограммовый стейк, молочного поросёнка, мясной пирог, овощное рагу, рыбу, обжаренную целиком в духовке курицу и при этом всё съеденное назвать лёгким перекусом…

Тут, правда, стоило понимать, что магические воины потребляют куда больше энергии, чем обычные люди. Особенно высокоранговые титулованные воины, коим являлся мой отец. Восполнение калорий также помогало быстрее восстанавливать ману, так что у поваров всегда была работа. Можно сказать, у магического воина вместо живота была целая топка, которая и занималась тем, что распределяла и запасала энергию.

Как же всё вышеперечисленное касалось меня? Да очень просто. Если отец видел, что я ем «слишком мало», то начинал переживать и предлагать попробовать всевозможные блюда. По итогу из-за стола я с трудом уходил на своих двоих, чувствуя себя каким-то колобком.

Так что каждый обед становился для меня тем ещё испытанием, на которое следовало идти с пустым желудком.

Надо сказать, наш завтрак прошёл довольно быстро и в то же время размеренно. Я выпил кофе и закусил круассаном, отец перекусил своей любимой овсяной кашей, после чего уже обратил внимание на меня.

— Чем планируешь заняться на каникулах? — спросил он, хотя догадывался, каким будет ответ.

— Пока что хочу посидеть в нашей библиотеке, — улыбнулся я и сложил руки на груди. — В Академии новые знания приобрёл, хочу свериться с нашими записями и поискать кое-что из семейных архивов.

— Весь в маму пошёл, — подмигнул мне отец, после чего, как ни в чём не бывало, сменил тему разговора: — В ближайшие пару недель меня не будет дома. Утром пришёл приказ Его Императорского Величества. Хотелось мне проверить, на что ты теперь стал способен, но видно не судьба мне провести время с сыном. Главное — не натвори глупостей, пока меня не будет.

— Я всего-то один раз устроил пожар в алхимической лаборатории, — закатил я глаза, быстро поняв, на что намекает отец.

— Что, в общем-то, не мешает мне тебе это припоминать.

— Отец, я же тоже могу вспомнить, как ты одним ударом снёс всю тренировочную площадку вместе с защитными артефактами, — многозначительно посмотрел я отцу в глаза. — И какая у мамы на это была реакция.

— Я всё равно ни о чём не жалею, — невозмутимо ответил отец. — Оно того стоило.

Мы ещё некоторое время разговаривали с отцом на повседневные темы, пока не пришло время прощаться. Я проводил его до автомобиля, после чего неспешно направился в нашу библиотеку. По совместительству она также служила архивом, так что я намеревался найти информацию о Гедеоне Эйзенхорне — основателе нашего рода.

Благо с проходом в библиотеку у меня не возникло никаких проблем. Слуги проводили меня туда и по моей просьбе оставили одного.

В отличие от академической библиотеки, в этой в глаза сразу бросались зелёный мрамор на полу и потолке с однообразными узорами и длинные белые колонны. Из-за того, что шкафы тоже практически никак не отличались друг от друга, всё помещение вполне можно было назвать одним большим лабиринтом. Благо я ориентировался в нём, пожалуй, даже лучше, чем любой слуга, находящийся сейчас в поместье.

Ну а где должен проводить время молодой аристократ, который так жаждал магии, как не в месте, где лежала целая куча уникальных книг, посвященных этой теме?

Недолго думая, я сразу направился к центру помещения, где как раз хранилось наше генеалогическое древо. Там содержались знания вообще обо всех известных предках, так что я надеялся найти там новые зацепки, касающиеся Системы.

Однако не успел я дойти до нужного места, как внезапно в моей руке появилось рунное перо. Я сразу же заметил, как от его кончика стал исходить луч света, который, словно подсказка в игре или магический компас, предложил проследовать за ним.

Всё произошло настолько неожиданно, что мне понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя.

— Интересно… — вслух проговорил я, после чего двинулся по маршруту, которым перо вело меня.

Не прошло и пяти минут, как я уткнулся в пустую стену. Здесь не было нарисовано никаких изображений, не виднелось скрытых механизмов или каких-то колебаний в магическом фоне.

Абсолютно ничего. Но вот сообщение Системы считало совсем иначе.

[Найдено пространственное хранилище рода Эйзенхорнов.

Доступно первое испытание наследия.

Желаете начать испытание?]

Понравилась история? Жми Лайк!