Глава 24. Зара

Вадик с его придурковатой улыбочкой каким-то нездоровым взглядом смотрит на простыню, которую я одной рукой держу на уровне груди, скрывая нагое тело от посторонних, коим он себя почему-то не считает.

Роберт обходит меня и закрывает своей спиной.

— Спать будешь за порогом, — говорит он ему. — Пошел вон.

— Но… Я…

— Выйди, блин, — выкрикиваю я. — Мне надо одеться.

Вздрогнув, Вадик срывается с места, выметается на улицу и хлопает дверью. Роберт оборачивается, забирая у меня пистолет.

— Все хорошо, — поспешно откликаюсь я, заметив на его лице обоснованную тревогу. — Правда, правда, все хорошо.

— Не жалеешь, что с отцом не поехала?

— Ничуть, — с улыбкой признаюсь я.

Ладонь Роберта по привычному уже маршруту направляется от моего подбородка к ключице и далее, отбрасывая мешающую простыню, которую я до сих пор с упорством натягиваю на себя.

— Ты кое-что сказала, рыбка, — улыбается он, пальцами касаясь моей груди, затвердевающей от его прикосновения. — Это значит, что… теперь мы пара, да?

Я чувствую, как жар приливает к лицу. Смущенно туплю взгляд, избегая проникновенных синих глаз любимого.

— Рыбка, ты не представляешь, как завела меня сейчас. — Он подходит ко мне вплотную, откладывает пистолет на барную стойку и приподнимает мой подбородок.

Мне безумно хочется покориться силе, которой я попросту не могу противостоять. Но за дверью топчется Вадик, и я не могу расслабиться. Хотя после выброса адреналина нам с Робом не мешает заняться любовью и выпустить пар.

Он буквально пожирает меня глазами, действуя пока только руками и губами. Но я чувствую, как накаляется его кожа, слышу, как сбивается дыхание, и вопреки желанию отдаться ему, торможу его.

— Роб, прости. Меня бесит Вадик.

Тяжело вздохнув, он смеется:

— Да, я понимаю. Сейчас мы от него избавимся.

Подмигнув мне, Роберт берет телефонную трубку, набирает номер и, рукой остановив меня, когда я подбираю простыню, опять отшвыривает ее подальше.

Он договаривается с отелем, чтобы в его счет включили аренду еще одного бунгало на острове, и выглядывает на улицу.

— Эй, ты! Да, ты. Иди к соседнему пирсу и жди катер. Тебя заселят вон в том бунгало, понял? — Снова закрыв дверь, Роберт откладывает трубку и подходит ко мне. — Ну вот, я избавился от того, кто тебя бесит. Так что ты там говорила про любовь?

— Да это я так брякнула. Отца позлить, — отмахиваюсь я, а Роберт закидывает меня на кровать и плюхается сверху.

— Позлить, значит? — улыбается он, ладонью скользя по моему бедру. — А на самом деле…

Стук в дверь вынуждает Роберта замолчать.

— А как долго мне ждать катер? — спрашивает Вадик.

Мы с Робом замираем.

— Это отец наказал ему превратить наш отдых в ад, — шепчу я. — Знает, что я вспыльчивая. Хочет руганью на пустом месте нас поссорить.

— Я вытерпел, когда ты кусалась, царапалась, лягалась, сбегала и материлась. Вытерплю и твои нападки.

— Нет, Роб, не в этом дело. Я просто не смогу расслабиться, когда над душой это чучело. — Я готова сквозь землю провалиться за эти слова, но не хочу обманывать Роберта и притворяться. — Давай поскорее разберемся с деньгами и посвятим себя друг другу.

— Ладно, — вздыхает он, целуя меня в губы.

Я обвиваю его шею руками, не желая отпускать его и ненавидя себя за то, что все-таки отталкиваю. Но выбора нет. Придется пожертвовать удовольствием сейчас, чтобы хорошо было потом.

Пока Роберт связывается с сестрой, я одеваюсь и готовлю завтрак.

Катер прибывает только во второй половине дня. Вадик заселяется в бунгало, которое совсем недавно освободил Гай, и мы с Робертом имеем возможность беззаботно поплавать в бассейне.

— Ну что, есть новости? — Вадик заявляется к нам ближе к вечеру, когда мы лежим на шезлонге, целуясь и не планируя посвящать этот вечер, как и все последующие, незваным гостям.

— Есть, — держа меня в своих крепких объятиях, говорит Роберт. — Я написал своему человеку. Жду ответ. Что-то еще?

— Контролировать процесс — это моя работа, — оправдывается Вадик, сунув руки в карманы шортов и качнувшись с пятки на носок. — Твоя яхта?

— Ага. Нравится? Вот с нее я тебя и сброшу, если ты со своим контролем еще хоть раз вот так подкрадешься.

Я утыкаюсь носом в грудь Роберта, давя смешок и почти хрюкая.

— Ну скучно же одному! — с заметной обидой говорит Вадик.

— Третьим мы тебя не приглашали. Чеши отсюда!

Сникнув, как провинившийся песик, порвавший любимые тапки хозяина, Вадик уходит к себе.

— Давно он глаз на тебя положил? — вдруг спрашивает Роберт.

— Он? С чего ты взял? — удивляюсь я, как-то даже внимания не обращая на Вадима. — Я с ним познакомилась полгода назад, когда отец объявился.

— И? — Роберт проницательно изгибает бровь.

— И ничего. Приходил к нам… по пятницам… на ужин, — вспоминаю я, постепенно воссоздавая картинки нашего общения с Вадиком. — Пару раз цветы дарил. Конфеты. Зайку плюшевого зачем-то… Бли-и-ин… Он же рили запал на меня! Я еще как-то Артуру говорила, что бесит меня его тупая улыбочка, а тот, мол, забей, на фиг ты ему нужна!

Роберт улыбается уголком губ, пальцем водя по моей руке.

— Пушку надо разрядить.

— Роб, мы же договорились…

— Я не о той пушке, извращенка, — смеется он, щекоча меня. — На одном острове со мной проживает твой фанат. Боюсь не удержаться и отстрелить ему птенцов!

Я хихикаю, цепляясь в рубашку Роберта:

— Перестань… Щекотно…

— Хотя знаешь, ход твоих мыслей мне нравится больше! — Он берет меня на руки и поднимается. — Я кое-что придумал!

— Что придумал? — заинтригованно спрашиваю я, видя, что он несет меня к яхте. — Покатаемся? Смотаемся на необитаемый остров?

Он чмокает меня в нос и улыбается:

— Это сюрприз, рыбка. Но он тебе, безусловно, понравится.