Глава 4
Плыть с русалками мимо островков Водного дракарата было… волшебно! Невероятно! Да что там, просто классно! Конечно, я отставала… но не сильно. По взглядам, которыми обменивались мои новые знакомые видно было, что они очень и очень удивлены. То Ила, то Льюта периодически спрашивали Морето вполголоса, мол, уверена ли та, что я человечка.
Мы останавливались. Меня разглядывали. Увлекали под воду.
Приходили к коллегиальному выводу, что все же человечка.
Мне как-то было не до их болтовни. Просто к «верхней», надводной части дракарата я более-менее привыкла. А под водой оказалось красиво до невозможности, до поджатых пальцев ног!
Стайки разноцветных рыб, водоросли, удивительно похожие на цветы в моей комнате, те самые, с белыми прожилками и полыми стебельками, тоже какие-то «звенящие» … морские губки, кораллы…
А еще глубоко-глубоко, под нами было светло – словно свет бил с самого дна… И поэтому поверхность этого моря такая сине-сияющая, догадалась я.
Мы проплыли над гигантской аркой, покрытой узорами и неизвестными мне письменами… и вокруг были русалки… и тритоны! Их было много!
Казалось, русалки со всего подморья устремились в одном с нами направлении…
Вода была до того прозрачной, что можно было отчетливо разглядеть ногти на пальцах ног. Под нами проплывали покатые и острые шпили крыш, вымощенные ракушками дорожки и целые кораллово-водорослевые леса!
Жалко, что мне, в отличие от русалок, требовался воздух, поэтому приходилось всплывать на поверхность и хватать ртом, чувствуя легкую, сладкую панику, какая почти всегда случается со мной на глубине.
Мимо неслись целые гирлянды разноцветных островков, даже неспешно проплыли две парящие над водой горы. Казалось, оглохну от рева водопадов, что соединяют эти махины с водной гладью… а еще задохнусь от восторга!
Мир, в который я попала, оказался ярким, цветным, преимущественно синим… и каким-то очень и очень родным! На какое-то время я забыла обо всем, о том, благодаря кому я здесь, о дворце, где меня стерегут некие неприветливые и надменные «джошу» (я уже поняла, что этим словом называют здесь прислугу), о родном, «зеркальном» мире… даже о русалках, плывущих рядом… Я всецело отдалась морю, выверенным и плавным движениям, я не чувствовала усталости или беспокойства… просто плыла. И казалось, что я лечу.
В детстве я донимала маму просьбами об операции по вживлению жабр, о такой читала в научно-фантастической книге. Когда мама морщила лоб и уверяла, что это сказки, это невозможно, я плакала и обещала, что когда вырасту и стану самостоятельной, переселюсь под воду. Я слабо это помню, старший брат рассказывал…
И сейчас, вопреки всему, чувствовала себя дома…
А потом мы подплыли к Грозовым островам.
Серые, скалистые, они возвышались над водой, словно зубы гигантского затонувшего чудовища.
Русалки пояснили, что Грозовыми островами этот архипелаг называется еще с древних времен, когда здесь и в самом деле непрерывно грохотали грозы… Даже в наши дни случаются сильнейшие бури. Они что-то говорили про особый магический фон, потоки… Я мало что понимала в этой «магической терминологии», кроме того, что здесь какое-то место силы.
А потом мы взобрались на скалистую поверхность острова и дальше пошли пешком.
Морето объяснила, что русалкой быть куда удобнее, чем человечкой: в воде можно жить русалочьей ипостасью, а по твердой земле ходить на «подпорках». Сложно было не согласиться, что что-то в этом определенно есть. Правда, – после длительного совместного плавания я несколько осмелела, – человечкой тоже быть удобно. В конце концов, у них был шанс убедиться, что плаваю я меньшим хуже. С этим со скрипом, но тоже согласились.
А потом стало не до разговоров.
Из-за покатой скалы, к которой мы приблизились, раздавался гул, который по мере нашего восхода по грубой, вырубленной в скале лестнице, распался на крики, лязг стали, тяжелые, глухие удары.
Оказавшись на вершине, мы как-то разом замолчали.
Внизу были арены. Центральная – в форме огромного круга и овальные, продолговатые расположенные вокруг той, что в центре. Сверху выглядит не то цветком, не то солнцем. На аренах ведутся ожесточенные бои.
– Видишь, та, что в центре, пустует, – сказала Морето, дернув меня за пальцы и указала глазами на самую огромную арену. Когда я зачаровано кивнула, пояснила: – Там бьются или магией, или в драконьей ипостаси. Драконы на земле почти беспомощны. Есть специальные приемы, которым обучают с детства, как выживать на земле, если, скажем, лишился крыльев и застрял в драконе.
– И часто они застревают в… драконах? – спросила я.
– Случается, – кивнула Морето. – Когда дракон совсем юн, он не владеет магией и не контролирует свою силу. А драконья ипостась куда сильнее человеческой и сразу после рождения пытается захватить разум. Каждому дракону приходится сперва побеждать себя, и не раз. И только потом – других. Прежде, чем стать великим воином.
– Но не все становятся великими воинами, – подошла с другого бока Ила.
– Но многие, – облизала пересохшие губы Льюта.
Девушки преобразились: щеки раскраснелись, дыхание потяжелело, глаза горят так, словно в голове зажглись лампочки. Голоса стали низкими, грудными и какими-то… призывными, что ли. Даже у меня по коже мурашки пробежали.
Я непонимающе нахмурилась.
– Ты не туда смотришь, – пропела Льюта. – Не на нас. Ту-уда смотри… О-ох…
Я послушно посмотрела вниз.
Прищурилась, разглядывая самую ближайшую к нам арену.
Обнаженные по пояс гиганты с невероятно широкими плечами и грудами мышц сражаются на мечах.
Огромные, наверное, на голову выше «наших» самых высоких парней, загорелые, с кожей разных оттенков – от почти что черных до желтых и каких-то голубоватых. Перевитые канатами мышц, причем мышц работающих, они бьются на мечах, кружатся в каких-то диких воинственных танцах… Отрываются от каменной площадки и взмывают над землей, словно в фильмах со спецэффектами, сшибаются с размаху, перекатываются по земле и одним прыжком поднимаются на ноги…
Мужчины двигались резко, слаженно… и очень быстро, глаз еле-еле успевал за ними…
– Ну что? – толкнула меня локтем в бок Морето и облизала пересохшие губы. – У вас в мире тоже так… тренируются?
Я предательски махнула рукой, мол, разве можно сравнивать…
И продолжила смотреть во все глаза!
Морето рассмеялась, словно колокольчики зазвенели в воздухе.
– Пошли, – позвала она, увлекая меня к каменной лестнице. – Обаяние драконов вблизи ощущается еще… м-м… острее.
– Вниз?! – пискнула я поспешно добавила: – А можно?
– Вообще-то, нет, – опередила Морето Льюта. – Но для госпожи Морето, Морской Звезды, сделают исключение.
– Ах, оставь, – отмахнулась та. – Не будем злоупотреблять моей славой. Пройдемся вдоль вот этой вон ближайшей арены, одним глазком посмотрим на бои вблизи и выйдем с той стороны и обратно. Как-никак у меня выступление перед верховным предводителем и его семьей!
Последнюю фразу она сладко промурлыкала и Ила не преминула сообщить мне доверительно, что Морето обязательно очарует принца Рэйдэна и войдет в правящую драконью династию.
В ответ на слова подруги русалка фыркнула.
– Принца Рэйдэна? – полушутливо переспросила она. – Говорят, лед и то теплее наследника Водного дракарата. Нет, милые мои, мой Зов и вся моя нежность, то есть, я, конечно же, хотела сказать, весь мой талант принадлежит только одному дракону… нашему верховному предводителю… Что ты об этом думаешь, Ириэль?
А я некстати вспомнила, как сегодня этот самый предводитель говорил о моей маме, с какой болью и тоской в глазах… И отчего-то мстительно подумала: обломится тебе, хвостатая.
Вслух же сказала:
– Я мало разбираюсь в местных реалиях. И с принцем еще не знакома.
Не считать же знакомством утренний эпизод, когда подслушала их с предводителем разговор и стала невольным свидетелем того, как этот тиран лишил сына ипостаси и силы…
– Ах, принц Рэйдэн, – промурлыкала Льюта, прерывая мои воспоминания.
– Зря ты так о принце, – согласилась с подругой Ила. – Пока я не встретила его, даже не предполагала даже, что мужчина может быть так хорош…
– Пойдем же и посмотрим на других драконов, – полушутливо-полунетерпеливо позвала Морето и первой направилась к лестнице. – Быть может, вам повезет и встретите своего принца Рэйдэна. Я же не намерена растрачивать свое обаяние ни на кого, кроме предводителя…
Мы спустились по гигантским ступеням, и по мере снижения лязг стали и крики становились все громче, почти осязаемыми. Казалось, протяни руку – и потрогаешь звук.
Морская свежесть окрасилась терпкими и мускусными нотками.
Драконы, люди, тритоны… Я пока не разбиралась, кто из них кто…
Их было слишком много!
И внизу воины Водного дракарата оказались еще огромнее!
Понемногу я начала выделять из них людей, с грубоватыми, но правильными чертами лиц…
Тритонов – с широкими плечами, узкими бедрами и чаще всего с голубоватым оттенком кожи и волос. С большими глазами, высокими скулами, чуть втянутыми щеками и острыми подбородками. Их черты были более мягкими, даже смазливыми. Высокие и мускулистые – они выглядели не по годам рослыми мальчишками.
Понемногу удалось отличить и драконов. Раз и навсегда. Безошибочно.
И хоть тренировались они в облике людей, в том, что это драконы, сомнений не возникало! Резкие, хищные черты, груды мускулов, которые не встретишь и на фестивале по бодибилдингу, на который выбирались как-то вместе с Ташей. Вдобавок там оно «деланное», результат занятий по индивидуальным программам и следствие употребления стероидов, здесь же…
От сражающихся между собой воинов веяло такой силой, что ноги сами собой подкашивались.
– Осторожнее, человечка, – предостерегла меня Ила, поддерживая под локоть. – У драконов нечеловеческое обаяние. Животный магнетизм, м-м-м, помноженный на тысячу. Не встречайся с ними глазами, если не хочешь стать легкой добычей для какого-то ушлого чешуйчатого.
Я нахмурилась. Очарование момента как-то стремительно пошло на спад.
– Не пугай ее! – рассмеялась Льюта. – Это Водные. Они свято чтут традиции. Понравишься кому-то – завтра окажешься под священной брачной аркой.
– А если на нее сядет птица Рух, брак будет прочным и счастливым, – пообещала Ила.
Я часто заморгала. Проблеяла что-то на предмет того, что у нас в мире равноправие, и женщин, вообще-то спрашивают о таком. А еще как-то резко захотелось уйти.
Русалки расхохотались.
– Драконы… Это тебе не человеки, – сообщила Ила. Подмигивая.
– Ага, – согласилась с подругой Льюта. – Поверь, они способны на многое, – и снова облизнула пересохшие губы.
– Н-на многое? – переспросила я, запнувшись.
Морето растолкала подруг и доверительно взяла меня под руку.
– Да уж куда на большее, чем люди, – она бросила косой взгляд на девушек и вся троица расхохоталась. – Так… говорят!
И вот кто-то буквально только что пел, что будет беречь свою нежность и обаяние только для верховного предводителя… Вертихвостки!
А вот уже «госпожу Морето» отделила толпа восторженно и весьма решительно настроенных поклонников, состоящих сплошь из литых мышц, нечеловеческого обаяния и вообще из тестостерона!
И те самые, кто только что томно вздыхал о «принце Рэйдэне», улыбаются направо и налево, купаются в лучах мужского внимания, как рыбы в воде!
На меня тоже смотрели. С интересом. Со снисхождением. Даже с вызовом. И как-то стало неловко… Ну не умею я так вести себя с мужчинами, как эти русалки! Не умею кокетничать, жеманничать, мило улыбаться и изящно жестикулировать. Игриво хлопать по руке и хохотать над самыми глупыми шутками, которые у мужчин всех миров одинаковые…
Пользуясь тем, что у девушек с драконами «контакт налажен», я потихоньку ускользнула по узкой аллее вдоль арены, по которой мы собирались пересечь этот остров, прежде, чем плыть обратно.
Кроме нас, девчонки здесь были. Ходили между аренами, смотрели. Хихикали, прижимаясь друг к другу лбами. И мне в очередной раз без Таши так тоскливо стало!
Поэтому пошла быстрым шагом, намереваясь пересечь остров, и, взобравшись по лестнице, дождаться русалок с той стороны острова, где изначально планировалось. Без них, пожалуй, во дворец я не попаду. К тому же они о каких-то живых рифах и прочих опасностях упоминали…
А еще, что-то мне подсказывает, верховный предводитель Кано вряд ли обрадуется узнав, что «слиняла из дворца». И хоть кто-кто, а он-то меня все равно найдет, хоть бы и под землей и обратно вернет (нашел же даже в «зеркальном» мире!) все же злить его не хотелось.
С каждой минутой под взглядами воинов становилось все неуютнее. Нет, дома тоже смотрели, я вполне привыкла, но здесь… Здесь смотрели по-другому.
Мы с Ташей как-то отдыхали в ОАЭ… Там, помню, руки сами-собой за паранджой тянулись. Даже на пляже.
В Италии тоже пальцы чесались обернуться во что-то бесформенное и как-то ростом пониже стать, что ли.
Про турков вообще молчу. От их подмигиваний и причмокиваний вслед кожа на некоторых местах… сама-собой облазить начинала.
И вот… все это оказалось детскими играми по сравнению с тем, как умели смотреть воины Водного дракарата!
От взглядов людей нервно сглатывалось и глаз дергаться начинал.
От внимания тритонов хотелось спешно хвост отрастить и покрыться чешуей на все тело. Пуленепробиваемой на всякий случай.
А от взглядов драконов… Я чувствовала, что с каждым шагом меня становится как-то меньше, что ли. Осыпаюсь горсткой пепла, даром, что Водные…
Я ускорила шаг, чуть не переходя на бег.
А потом остановилась, как в землю вкопанная.
Что-то произошло со зрением.
Сначала мир утратил четкость очертаний, потом все вернулась… частично… На арене, мимо которой я проходила, сражались… двое.
И вот… четкий был только один.
Даже по местным меркам высокий, с широким разворотом плеч и рельефной мускулатурой. С мужественным, словно врезанным из скалы лицом. Я уже говорила, что скорость воинов сложно было отследить… Так вот, когда смотрела на этого… время словно замедлялось. В «режиме замедленной съемки» он был… Он был фантастичен, нереален, я и думать не могла, что мужчина может быть таким…
И вот вокруг стена из мускулов и жгучего внимания, а этот как-то неуловимо выделяется даже на общем фоне.
Несколько выпадов, прыжков, сокрушительных ударов – и вот этот воин уклоняется от подсечки и настигает противника сам!
Тот вскрикнул, когда руку заломали назад, а где-то рядом раздались аплодисменты.
Воин отпустил противника, и, выпрямившись, повернулся в мою сторону. Затем склонился в поклоне на восточный манер.
Я помотала головой, зажмуриваясь. Не успевшие просохнуть пряди хлестнули по лицу. Я с силой впилась ногтями в ладони, отмечая с изумлением, что ничего не чувствую… Кроме какого-то трепетного жара по внутренней стороне бедер и низу живота. От осознания происходящего щеки запылали, а мир, несмотря на то, что открыла глаза, потемнел, словно небо заволокло приближающейся грозой.
Я и не представляла, что вид пусть и очень красивого мужчины способен творить такое с моим телом!
Прикусила губу и сжала пальцы в кулаки, испытывая жгучий стыд.
А когда перед глазами прояснилось, он куда-то исчез.
Я даже застонала с досады.
– Не меня ищешь, куколка? – раздалось над самым ухом.
Внутри все сжалось, к горлу подступил ком, как совсем недавно, когда увидела истинное лицо Артура… Ощущение обмана всегда оказывается таким болезненным, что я с трудом сдерживаю слезы. Каждый раз, тот кто мне нравится, оказывается таким вот… как этот, по тону слышно. Как Руслан сказал – умею я их находить.
– Эй! Человечка! Я с тобой разговариваю! Ну-ну, ты что, обиделась, красавица? Да просто человечки тут редкость.
Я оглянулась с намерением поставить наглеца на место, и сама не понимала, как это сделать, когда он такой… такой…
А потом облегченно выдохнула.
Потому что передо мной стоял вовсе не он!
Тоже высокий, с синими волосами и голубоватой кожей, большеглазый, с мягкими, юношескими чертами лица. И смотрит при этом нагло! А усмешка какая-то презрительная! Так смотрит на добычу хищник, который знает, добыча эта – никуда не денется.
– П-простите? – вырвалось у меня.
– Прощаю, – великодушно ответили мне и белозубо улыбнулись. А потом предложили: – Поплаваем? При свете луны?
И при этом подмигнул, гад!
– Вы меня с кем-то спутали, – пробормотала я. – Не за ту приняли. Я уже ухожу.
– Да ладно, приняли – не приняли, сейчас примем, раз не приняли. Я тебе такой эликсир принесу, жабры отрастут. Ты на верхней земле точно такого не пробовала. Ну, пойдем?
И руку протянул.
А я свою как-то инстинктивно за спину спрятала.
– Не ломайся, красавица, – мне снова широко улыбнулись.
– Она не хочет, – раздалось сзади.
И колени вмиг ослабли, дыхание перехватило. Мне даже оборачиваться не нужно было, чтобы знать – это он. Тот самый, который сражался и победил… Обернуться пришлось. Потому что меня спросили. Все тем же низким, обволакивающим и очень мелодичным, голосом… Показалось, что я его слышала, но сейчас точно было не до копания в памяти.
– С вами все в порядке?
Вздрогнув, я обернулась. Вблизи он оказался еще более… великолепным.
Сглотнув, я часто заморгала. А он все смотрел. Выжидающе, чуть прищурившись. И до меня с запозданием дошло, что до сих пор ждет от меня ответа. А я просто пялюсь на него. И, что хуже, забыла, о чем он спрашивал!
– Вы в порядке? – повторил он, и я, чувствуя, как щеки вспыхнули новой волной, кивнула.
– Давайте я провожу вас, – предложил мужчина моей мечты, а у меня банально ноги подкосились и я поняла, что если он будет находиться хотя бы на расстоянии десяти шагов, да я просто идти не смогу!
– Вы, наверное, недавно в Водном дракарате, – сказал он, вглядываясь в мое лицо, и я была благодарна порыву ветра, который подул сзади и спрятал меня от этого мира со всеми его драконами, рыжим облаком.
Я торопливо помотала головой, чувствуя, что не могу вымолвить не слова.
А потом, проклиная собственную неуклюжесть развернулась и чуть ли не бегом припустила по аллее.
Вслед раздалось:
– Куда же вы?
Я припустила еще быстрее.
Сама не поняла, как вскарабкалась по лестнице, затем спустилась к самой кромке воды. Море облизнуло ступни, как гигантский щенок мокрым языком. В голове сразу прояснилось.
– Вода, – пробормотала я, заходя в воду. – Вот что мне нужно, чтобы успокоиться. Точно! В любой непонятной ситуации – плавай. Ох, черт! Он должно быть, решил, что я немая!
С этими словами я погрузилась по плечи, и, оттолкнувшись ногами, поплыла прочь от острова. Все время хотелось обернуться, казалось, что сзади наблюдают. Сердце заходилось, дыхание прерывалось. Я откуда-то знала, что обернусь – а там он. Но не оборачивалась. Потому что если бы обернулась, а его не было бы, почувствовала себя просто паршиво.