Глава 1 · Экскурсия в никуда

Если бы мне кто-то сказал утром, что к вечеру я буду тонуть в Балтийском море, держа за руку свою истеричную подругу и размышляя о превратностях судьбы, я бы послала этого пророка к психиатру. Но жизнь, как известно, штука непредсказуемая, как настроение моего начальника после корпоратива с открытым баром.

Меня зовут Марина Светлова, мне двадцать восемь лет, и я работаю менеджером среднего звена в компании, название которой настолько скучно, что даже я его забываю к концу рабочего дня. Моя жизнь до сегодняшнего утра была предсказуемой, как сериал про любовь на российском телевидении: съёмная однушка на окраине с соседями-алкоголиками за стенкой, зарплата размером с детское пособие многодетной семьи, и внушительная коллекция романтических комедий, которые я пересматриваю, заедая экзистенциальную депрессию мороженым со вкусом «разочарование в жизни».

Утром я даже не подозревала, что этот день станет водоразделом между моей прежней, серой как осенний дождь жизнью, и тем безумием, которое меня ожидало. Я встала в семь утра, как обычно, выпила кофе со вкусом растворённого картона, покормила Жужу (мою единственную отраду в этом мире) и поехала на работу в переполненной маршрутке, где пахло потом, разочарованием и дешёвой парфюмерией.

— Мариночка, — протянула Дашка, размахивая бокалом шампанского, как дирижёрской палочкой перед оркестром глухонемых, — ты видела этого экскурсовода? У него акцент, как у Джека Воробья после тяжёлого инсульта!

Дарья Кузнецова, она же Дашка, она же моя лучшая подруга с университета, она же успешный travel-блогер с манией величия размером с Наполеоновский комплекс и фобией рыб, которая заставила бы содрогнуться самого отважного ихтиолога. Парадокс века! Девушка, которая боится даже селёдки под шубой на новогоднем столе, зарабатывает себе на жизнь, рассказывая восторженным подписчикам о морских курортах и подводном плавании. Жизнь определённо обладает чувством юмора садиста с дипломом психолога.

Дашка выглядела, как всегда, идеально: волосы уложены, как у модели с обложки журнала, макияж нанесён с точностью швейцарских часов, наряд подобран стилистом с художественным вкусом. А я… ну, я выглядела, как человек, который утром думал, что самое экстремальное в его дне — это выбор между чаем и кофе.

— Дашь, — вздохнула я, потягивая шампанское сомнительного качества, которое по вкусу напоминало газированную воду с добавлением алкоголя и раскаяния, — может, он просто старается создать атмосферу морского путешествия?

— Атмосферу чего? Дешёвого театра для пенсионеров? — фыркнула она, поправляя солнечные очки ценой в мою месячную зарплату до вычета налогов. — Слышь его внимательно: «Дррррагие турррристы, сейчас мы прррроплываем мимо…» У меня от этого рррычания зубы сводит, как от скрежета мела по доске!

Экскурсовод действительно усердно раскатывал букву «р», словно учился дикции у медведя из провинциального цирка, где основная программа — это дрессированные блохи и клоун с депрессией. Мужчина лет сорока, с лицом, на котором жизнь явно вытерла ноги и оставила следы всех своих разочарований, изо всех сил изображал бывалого морского волка. На деле же он больше походил на бухгалтера второго разряда, который решил подработать в выходные, чтобы купить жене новую сковородку к годовщине свадьбы.

— Видите ли, дамы и господа, — продолжал он, размахивая руками, как ветряная мельница в урагане, — в этих самых водах ещё в древние вррремена плавали отважные корабли наших предков…

Его речь была настолько заученной, что казалось, он читает её по бумажке, которую заучил наизусть в детстве. Каждое слово звучало так, словно он репетировал эту роль перед зеркалом в ванной, представляя себя великим рассказчиком морских баек.

И тут в дело вмешался мой йоркширский терьер Жужа — четырёхкилограммовый комочек шерсти, злобы и принципиальности, который обладает нюхом на фальшь, как служебная собака на наркотики в аэропорту. Этот пёс способен распознать ложь на расстоянии километра и реагирует на неё с энтузиазмом религиозного фанатика на проповедь.

Жужа всю дорогу сидел у меня на коленях, недовольно поглядывая на воду, как городской житель на деревенский туалет. Он явно не одобрял эту морскую авантюру и выражал своё мнение тихим ворчанием, которое звучало примерно как: «Хозяйка, ты окончательно съехала с катушек?»

Но как только экскурсовод начал свою тираду про древние времена, Жужа насторожился, как радар, засекший вражеский самолёт. Его маленькие глазки-бусинки сузились, уши встали торчком, и весь его вид выражал глубочайшее возмущение происходящим враньём.

Стоит кому-то начать нести околесицу в присутствии Жужи, как он мгновенно превращается из милого домашнего питомца в фурию размером с домашний тапочек, но с характером разъярённого питбуля. И сейчас терпение моего четвероногого детектора лжи подошло к концу.

Он стремительно соскочил с моих колен и подлетел к экскурсоводу — я даже моргнуть не успела — и цапнул его за челюсть с энтузиазмом голодного аллигатора. Мужчина взвизгнул, как школьница, неожиданно увидевшая паука размером с тарелку, и его тщательно отрепетированный морской акцент мгновенно испарился, как утренний туман, уступив место чистейшему московскому говору:

— Какого чёрта! Собака совсем сошла с ума! Кто вообще хозяин этого… этого…

— Детектора лжи на четырёх лапах? — довольно произнесла Дашка, мгновенно доставая телефон и начиная снимать происходящее. — Жужка, красотка, ты сегодня главная звезда моих сторис! Мои подписчики будут в восторге!

Остальные туристы — компания из десяти человек, выглядевших так, словно они выиграли этот тур в лотерею местного продуктового магазина — сначала опешили, а потом начали смеяться. Пожилая дама в шляпке размером с небольшой зонтик захлопала в ладоши и воскликнула: «Браво! Наконец-то кто-то сказал правду!»

Я попыталась отловить разбушевавшуюся Жужу, которая теперь носилась по палубе маленького экскурсионного кораблика, как торнадо в миниатюре, оставляя за собой хаос и всеобщее веселье. Экскурсовод тем временем потирал укушенную челюсть и бормотал что-то про «бешеных собак» и «невменяемых хозяев».

— Жужа, ко мне! — кричала я, пытаясь поймать своего четвероногого разрушителя спокойствия. — Жужа, нельзя кусать людей, даже если они врут!

Но пёс был в ударе. Он добежал до края палубы, развернулся, посмотрел на экскурсовода с выражением глубочайшего презрения и гавкнул так, словно сказал: «А вот и нет, можно!»

Дашка тем временем продолжала снимать, комментируя происходящее для своих подписчиков: «Девочки, вы не поверите, что сейчас произошло! Жужа разоблачил фальшивого морского волка! Это же лучше любого детектива!»

И вот тут-то природа решила добавить немного драматизма в наш комедийный спектакль под открытым небом.

Небо потемнело со скоростью, которая заставила бы позавидовать любого режиссёра-постановщика голливудского блокбастера. Облака сгустились, как мои мысли после тяжёлого рабочего дня, и приобрели зловещий серо-чёрный оттенок, который обещал неприятности размером с айсберг. Ветер подул с силой промышленного фена, заставляя наш кораблик покачиваться, как пьяного на корпоративе.

— Эй, а это нормально? — спросил один из туристов, мужчина средних лет в футболке с надписью «Я люблю Сочи», указывая на небо.

— Для Балтики в это время года — вполне, — ответил экскурсовод, но в его голосе уже слышались нотки беспокойства. — Просто небольшой ветерок…

Небольшой ветерок! Этот «небольшой ветерок» заставлял наш кораблик прыгать по волнам, как мячик в руках перевозбуждённого ребёнка. Волны начали расти на глазах, превращаясь из безобидных морских складочек в настоящие водяные холмы, которые угрожающе приближались к нашему судёнышку.

— Это нормально? — крикнула я, пытаясь не выронить бокал и одновременно поймать Жужу, который теперь скулил и пытался спрятаться между моими ногами.

— Для нашего с тобой везения — абсолютнейшая норма! — отозвалась Дашка, которая уже зеленела лицом со скоростью созревающего огурца. — Мы же с тобой магниты для неприятностей!

И она была права. Мы с Дашкой обладали удивительным талантом оказываться не в том месте и не в то время. В университете мы умудрились попасть под дождь в единственный солнечный день недели. На первом свидании Дашки мы встретили её бывшего парня с новой девушкой. А в прошлом году наш отпуск в Турции совпал с землетрясением магнитудой 4,5 балла.

Шторм налетел внезапно и со всей мощью морской стихии, которая явно проснулась не с той ноги и решила выместить своё плохое настроение на невинных туристах. Ветер завыл, как стая голодных волков, волны поднялись до небес, а наш кораблик начал кренится то в одну, то в другую сторону, как маятник гигантских часов, которые сошли с ума.

Туристы, ещё недавно мирно потягивавшие дешёвое шампанское и слушавшие байки про морские сокровища, теперь визжали и цеплялись друг за друга, как пассажиры аттракциона «американские горки», который сломался в самый пиковый момент. Пожилая дама в шляпке рвала в специальный пакетик, мужчина в футболке «Я люблю Сочи» судорожно крестился, а молодая парочка обнималась так крепко, словно пытались слиться в одно существо.

Экскурсовод, забыв про свой псевдоакцент и остатки профессионального достоинства, материл погоду на чистейшем русском языке, используя выражения, которые заставили бы краснеть даже бывалого грузчика рыбного порта. Капитан нашего судёнышка, пожилой мужчина с лицом, обветренным всеми морями мира, кричал что-то в рацию, но его слова терялись в рёве ветра.

А я стояла посреди этого морского хаоса, крепко прижимая к себе дрожащего Жужу, и думала о том, что в турпакете «Морская прогулка с дегустацией» точно не было пункта «экстремальные водные процедуры с риском для жизни и здоровья».

— Марин! — закричала Дашка, хватаясь за поручень белыми от напряжения пальцами. — А помнишь, мы в детстве мечтали о приключениях?

— Я мечтала о принце на белом коне и замке с башнями, а не о «Титанике» в миниатюре с дешёвым шампанским! — крикнула я в ответ, пытаясь перекричать вой ветра.

— Зато теперь у нас будет что рассказать внукам! — попыталась пошутить Дашка, но её улыбка больше походила на гримасу ужаса.

— Если мы доживём до того момента, когда у нас появятся внуки! — ответила я, наблюдая, как очередная волна размером с пятиэтажный дом приближается к нашему кораблику.

Жужа тем временем дрожал в моих руках, как чихуахуа в морозильнике, и тихонько скулил. Его маленькое тельце сотрясалось от страха, и я чувствовала, как моё сердце сжимается от жалости к этому крошечному созданию, которое не заслуживало такого финала своей собачьей жизни.

Но морская стихия, видимо, решила, что наш философский диалог о приключениях слишком банален для такого эпического момента морской драмы. Океан взревел, как разъярённый дракон из древних легенд, и послал нам свой финальный аргумент — волну-монстра, которая поднялась над нашим кораблём, как стена воды высотой с десятиэтажный дом.

Время замедлилось, как в плохом фильме ужасов. Я видела эту громадную массу воды, которая вот-вот обрушится на нас, видела ужас в глазах других пассажиров, слышала крики, молитвы и проклятия на разных языках. И в этот момент до меня вдруг дошло: моя скучная, предсказуемая жизнь сейчас закончится самым непредсказуемым образом.

Волна ударила в борт нашего кораблика с силой разъярённого носорога. Мир перевернулся, как моя жизнь после того, как меня в прошлом году уволили с предыдущей работы за «несоответствие корпоративной культуре» (читай: за то, что я сказала правду о нашем начальнике на корпоративе).

Я почувствовала, как мои ноги отрываются от палубы, как всё моё тело летит в неизвестность. В последний момент, руководствуясь инстинктом или божественным озарением, я успела схватить Дашку за руку. В такие моменты все наши ссоры, обиды и мелкие житейские драмы кажутся незначительными, как проблемы богатых домохозяек из реалити-шоу.

— Не отпускай! — крикнула я, чувствуя, как холодная вода уже касается моих ног.

— И не собираюсь! — отозвалась Дашка, но её голос уже терялся в рёве ветра, воды и всеобщей паники.

И мы полетели в пучину Балтийского моря, как две неудачливые туристки, которые явно выбрали не тот день для морской прогулки. Жужа взвизгнул от ужаса и вцепился в мою куртку когтями, как альпинист в страховочную верёвку.

Последняя связная мысль, которая промелькнула в моей голове перед тем, как холодная вода сомкнулась над нами: «Это точно не входило в стоимость нашего тура. И где, чёрт возьми, спасательные жилеты?»

А потом была только темнота, холод, солёная вода в лёгких и странное, почти философское ощущение, что моя обычная, серая, предсказуемая жизнь закончилась навсегда. И знаете что самое удивительное? В тот момент, когда ледяная вода Балтийского моря заполняла мои лёгкы, меня это почти не расстроило.

Может быть, потому что я была готова к переменам. Или потому что моя жизнь и так не была особенно захватывающей. А может быть, просто потому что человеческий мозг в экстремальной ситуации начинает думать самые странные мысли.

Последнее, что я помню — это как Жужа, мой верный четвероногий спутник, смотрел на меня своими маленькими глазками, полными доверия и любви. И я подумала: «Хотя бы мы вместе…»