Русалочка. Сорву свадьбу (не) наследного принца · Глава 70

Глава 70

– Алис, ты всегда можешь вернуться, – говорю я. – Орден Золотого Глаза, они переместят тебя обратно в твой мир. Путешествия во времени больше невозможны, но между мирами – вполне. Тебе надо только найти…

– Марин, шутишь?

Подруга поправляет широкую шляпу и растягивается в довольной улыбке.

– Зачем мне возвращаться в свой мир, когда можно стать пираткой и бороздить просторы?

– Поднять паруса! – слышу грозный голос Оскара.

– Слушаюсь, капитан! – откликается пират-подросток. – Поднять паруса!

– Уверена, что поплывешь с ними? – спрашиваю подругу. – Это совсем другая жизнь.

– Да плевать! – она замахивается и бросает в воду сотовый телефон.

Смеется.

– Прощай, прошлое!

– Что творишь, глупая? – к нам шагает сердитая Бабуля. – Знаешь, сколько бы за это отдали на черном рынке?

– За телефон? Он бесполезен без сотовой вышки.

– Дура! Слишком много женщин развелось на этом корабле, слишком много женщин!

У кормы стоит королева Амелия. Нет-нет, бывшая королева. Она кидает в воду корону и смотрит.

– Еще одна дура! – взмахивает руками Бабуля. – Это ж чистое золото!

Амелия оборачивается с самой широкой улыбкой на свете. Впервые вижу ее такой… живой. Стоит в тельняшке и сапогах. Волосы заплела в два длинных колоска. Не гордая королева, а пиратка. И она кажется еще красивее, чем раньше.

– Я наконец-то свободна. К морскому черту корону!

Встречаемся с ней взглядами.

– Береги моего брата! – кивает Амелия.

– Конечно.

– И моего племянника. Оскар сказал, ты беременна.

– А вы двое голубков, берегите команду! – из каюты выходит Дрейн. – И «Черную Охотницу».

Мы провожаем «Черную Охотницу» с берега. Вся команда отдает Дрейну честь и исчезают за горизонтом. На этот раз пираты – не станут воровать и грабить, не станут убивать. Они будут бороздить океан в поисках волшебного средства, способного спасти этот мир. Способного спасти Дрейна и нашего сына.

– Мы должны были плыть с ними, – говорю я. – А так для нас останутся лишь тысячи книг, в которых с очень маленькой вероятностью, можно что-нибудь откопать.

– Ты беременна, а я король. Наше место здесь.

– Знаю, но…

– Марина, у каждого свой путь, и свои цели. Мы должны быть в королевстве. Мы оба. Править страной и растить сына. У нас есть тридцать лет, помнишь? Если Оскар и команда ничего не найдут, то поплывем мы. Но мне видится, выход ближе, чем мы думаем.

«Черная Охотница» все дальше. Она становится совсем маленькой.

– Тебе не страшно? – спрашиваю я. – Почему тебе не страшно?

– Честно?

– Конечно.

– Потому что в будущем был хороший конец.

– Смерть – это хороший конец? О чем ты говоришь?

Дрейн обнимает меня со спины, зарывается носом в волосы.

– Все жизни заканчиваются смертью, – шепчет он. – Но умереть так, чтобы при этом спасти других – дается очень немногим. Я горжусь нашим сыном, Марин.

– Он мертвец!

– Он спаситель. Он герой.

Пересекаемся взглядами.

– Нет-нет, – заверяет Дрейн. – Мы будем искать выход, и я уверен, что найдем. Уверен, мы изменим будущее.

– Да. Именно так.

– Но, давай не будем зацикливаться на этом. Надо просто жить. Слышишь? Просто жить. Мы не знаем, сколько нам отмерено. Быть может, в том будущем, которое сотворим мы, будут другие преграды, испытания, может, в нем мы умрем еще раньше.

Застываю. А об я не подумала. Все ведь может сложиться еще хуже!

– Это неважно, – продолжает Дрейн. – Давай просто жить. Давай не позволять страху за будущее воровать наше настоящее. Давай вырастим из нашего сына счастливого человека. Мы это можем. Потому что сейчас мы вместе. Мы счастливы.

– И любимы, – добавляю я.

Он прав. Как же мой муж прав. Поднимаю глаза к небу. Красиво. Плывут облака… Вечные, свободные облака….

– Хорошо, – киваю. – Давай не позволим страхам воровать наше настоящее.

– Вот и славно.

Дальше пират (хотя некоторые зовут его Ваше Величество, король Виктор) целует русалочку в губы. Мы уходим в закат, крепко держась за руки. Сердца бьются в унисон. Три сердца. Его, мое и нашего сына. Мы проживем эту жизнь достойно. Смотрю на Дрейна. Сколько бы времени ни было отведено, мы будем дорожить им. Дрейн-то точно будет, а я… По крайней мере, я буду этому учиться.

КОНЕЦ