Глава 40. Лиза

До Ремора добирались часа полтора. За это время я неожиданно успела задремать. Должно быть, события дня навалились, заставляя урвать хотя бы пару минут спокойствия и тишины. Проснулась от резкого толчка, больно ударившись головой о впереди стоящее сиденье.

Оказывается, мы уже стояли где-то на окраине. От водителя донеслось:

– Прошу прощения, тут жуткие ямы, дом совсем на отшибе.

Стало интересно, я выглянула в окно. И ахнула. Мы стояли на самом обрыве. Под ногами плескалось о скалы темное, почти черное море. Оно совершенно не походило на то ласковое и теплое в гроте. Казалось опасным и завораживающим.

Через пару минут притормозили возле дома. Он был очень современным, но небольшим. Всего два этажа, много стекла и бетона, органично вписавшихся в скальные породы вокруг. При всем желании сюда невозможно подъехать другой дорогой.

Меня аккуратно вытащили и поставили аккурат возле бортика. Кое-как, пользуясь минутной свободой, ведь наручники с меня сняли еще в автомобиле, доковыляла до перил. Море внизу пенилось, угрожающе разбиваясь о камни.

Внезапно в голову пришла одна-единственная мысль: вот упаду туда, и все. И никаких проблем. Нет ни боли, ни страданий. Никаких встреч с человеком со шрамом и никаких игр. Раз, и все.

Только вот, по-моему, это трусость. Никто не знает, что там, за чертой. Никто не знает, что ждет человека дальше. Жизнь дарована не для того, чтобы отказываться от нее. Несмотря ни на что. Что ждет впереди? Может, только вот такие бабушки Ады и догадываются, но даже они не способны повлиять на будущее.

Отшатнулась от края. Словно почуяв изменение моего настроения, море стало успокаиваться и уже не виделось таким устрашающим и затягивающим в бездну. Красивое место для смерти, но еще больше оно подходит для жизни, и спасибо ей, что сейчас имею возможность наблюдать, как лоснятся волны под лучами закатного солнца.

– Ты не обманываешь?

Вздрогнула от голоса Артема. Повернула голову и встретилась с его взглядом. Странный он, ненормальный. Немного помешанный, очевидно. Наверняка уже строит очередной план по завоеванию своей Адалины. Не думаю, что такой человек успокоится…

– Насчет чего?

– Ты правда играла с Быстрицким?

Закатила глаза. Странные люди: сначала спрашивают, а получив ответ, пытаются найти подвох. Или, может, у них в конторе так принято? Игры все-таки накладывают отпечаток.

– Правда. Поэтому думаю, что предложит за меня столько, сколько скажешь, все-таки речь идет не только о деньгах, сам понимаешь.

Он понимал и кивнул. Нет меня, нет проблем, нет второго раунда и чертова револьвера, заряженного таким количеством пуль, каким решит больной псих с лицом, изуродованном шрамами.

– Я сегодня свяжусь с ним и, если он примет мои условия, завтра доставлю ему. Что будет с тобой дальше, мне безразлично.

Ну, мне тоже безразлично, что станет с ним. Надеюсь, он не прогадает и оставит мысль искать и одаривать счастьем Адалину. На девушке и так уже места живого нет от такой заботы и чести.

– Ты продолжишь преследовать ее?

Все-таки любопытство взяло верх. Ведь теперь она связана с Матвеем, и мне не очень бы хотелось, чтобы за ним и ее престарелой бабушкой тянулся такой длинный шлейф в виде озабоченного ухажера.

– Я буду добиваться ее, пока дышу.

Тяжело вздохнула. Горбатого могила исправит. Странно, но все говорят о помешательстве после игр, особенно после русской рулетки, но тут же человек явно сошел с ума задолго до. Больные чувства. Любовь это или что другое, в любом случае страшная перспектива всю жизнь бегать от чокнутого поклонника…

Молчание продлилось еще несколько минут. После этого меня настойчиво взяли под локоть и повели в дом. Море с его волшебными и таинственными звуками осталось позади, а впереди ждал не менее чудесный вид.

Домик находился немного на возвышенности, но заметить это можно было не сразу. Очень удачное решение для тех, кто рискнет сюда заявиться с суши. С моря причалить просто невозможно, хотя, когда поднимались, я заприметила сбоку небольшую тропинку, уходящую вниз.

– Отдыхай. Завтра предстоит сложный день в любом случае.

Какой-то он милый стал после сообщения о Быстрицком. Не к добру. Надеюсь, этот Артем знает, что делает, и я не пожалею о своем решении. Но ведь это шанс! Еще какой…

Рассчитываю, что завтра сойду с самолета прямо к Марку, он посмотрит на меня своими черными глазами, полными бешенства, и поставит на место парочкой фраз. А потом мы приедем к нему домой, и его сестрица добавит мне за то, что не послушалась ее.

Хотя, лежа в постели под звуки прибоя, понимала, что злюсь. Злюсь на мужчину, не давшего мне и шанса объясниться с ним. К чему было ослиное упрямство? Почему нельзя выслушать меня? Сказать правду… Да если бы я знала, какая опасность мне грозит, без всяких догадок, то десять раз бы подумала, тащить Матвея на край света или нет!

Уж брату бы точно обеспечила лучшую жизнь любым путем, особенно понимая, что моя жизнь на волоске. А Марк…

Снова игра, второй раунд. Он так близко и так далеко от меня. Приставят ли к моему виску револьвер снова? И кто это будет? Марк или тот страшный человек с ненормальными наклонностями?