Глава 29

Артем смотрит на меня, так будто я наркота, которую ему хочется распробовать. Так, будто от меня зависит его завтра.

Мне нравится, когда он вот так спокоен, расслаблен и при этом вовлечен. Его руки контролируют меня, он сжимает мои бедра и задает темп. Ему нравится задавать темп. Ему нравится вести. Это как вальс, только в постели. И мы оба голые.

– Иди сюда! – приказывает негромко, и я наклоняюсь к нему. Он обхватывает ртом сосок, и я сжимаю подушку пальцами. Это слишком приятно, чтобы быть реальностью. Артем облизывает второй… Наклоняюсь и целую его. Чувствую солоноватый привкус на языке. – Это что…

– Да, – говорит, глядя прямо в глаза. – Это она. Как тебе? Не устала?

Отрицательно мотаю головой, смотрю в его темные глаза и физически ощущаю это электричество между нами. И дело не в телах, не в слаженных движениях, не в эротике прикосновений. Тело в контакте эмоциональном. Он гораздо сильнее, чем физические проявления. Он затмевает их своей остротой.

– Мне нравится, когда ты ведешь, – говорю, как он учил. Ерзаю на нем сильнее, в животе будто фейерверк взрывается, хочется ускориться. Хочется содрать с себя физическую оболочку и остаться высоко в космосе вместе с этими ощущениями. – Я хочу еще…

Стону. Скулю на нем. Не могу совладать с эмоциями и голосом.

Выпрямляюсь, Артем накрывает кистью мою грудь в том месте, где на цепочке болтается подвеска в виде сердечка, скользит ниже. Вторая его рука управляет моими бедрами. Член внутри разрывает на части. Он очень туго и очень ощутимо. Он как материя, заполнившая сосуд, созданный именно для него. Заполнившая до самого края и без остатка. Влившаяся в него каждой венкой, каждым изгибом. И рельеф совпал.

– Еще? – спрашивает подстрекая. Двигается подо мной, дурея от происходящего. По-настоящему дурея. Даже его взгляд становится чужим, каким-то осоловелым, расфокусным. – Да, вот так.

Крепче стискивает мои бедра руками, заставляет меня приподниматься, потом снова нанизываться. И уже через секунду я начинаю отъезжать. Буквально отключаться, заваливаться куда-то во тьму. Слышу приказ Артема и бездумно подчиняюсь.

– Возьми его, вынь!

Соскакиваю, выдрачиваю из его хрипы, снова пачкаю живот, с моего стекает на его квадратный пресс, я устало сажусь на его бедра. Член упругой палкой ударяет по паху Артема.

– Он что, вообще не падает? – спрашиваю с затаенным интересом. Ответом мне служит усталая улыбка.

– Иди сюда, – тянет меня на себя, и я падаю рядом. Вытягиваюсь на простыне, пропитанной нашими запахами, и прикрываю глаза. Сон наваливается мгновенно. – Эй, не отключайся… Мы только начали.

Протестующе перетягивает меня на себя, ложусь на бок, открываю сонные глаза.

– Ты хотела знать, понравилось ли мне вчера, – вдруг заговаривает, и я с затаенным страхом киваю. Напрягаюсь. – Да, вчера было классно. Но сегодня…

Недоговаривает, но по глазам и тону я понимаю, что это аплодисменты. Улыбаюсь.

– Мне нравится сверху, – говорю, чувствуя бедром все еще твердый стояк. В горле пересохло, хочется пить. – Идем на кухню?

Артем кивает, поднимается, тянет руку, чтобы помочь подняться мне.

Шагаю нетвердыми ногами за ним. Изучаю его голую спину и ягодицы взглядом. Завожусь от одной только мысли, что именно он сейчас дурел от меня. Точно так же, как я от него.

Его широкие плечи плавно переходят в узкую талию и упругую задницу, которой можно орехи колоть. Так и манит шлепнуть по ней. Сдерживаюсь.

Подходим к столу, Артем наливает полную чашку воды и протягивает мне. Пью, чувствую как ледяная струйка катится по пищеводу, млею от удовольствия от простого утоления жажды. Капа капель стекает по подбородку и падает на грудь, их тут же слизывают жадные губы.

– Хочу еще, – говорит хрипло. – Дай мне.

Протягиваю ему кружку, но он отрицательно мотает головой. Касается моих губ пальцем, показывая.

– Отсюда.

Я растеряна, но быстро нахожусь. Набираю в рот холодной воды, и Артем тут же припадает к моим губам. Выпивает воду, просит еще. Интимность этого действия зашкаливает, и я неторопливо отпиваю еще. Он снова выпивает воду с моих губ. Отставляет чашку и отворачивает меня к столу, притягивает бедра к себе.

– Ближе, – командует, отходит от стола и тянет меня на себя, делая так, чтобы я прогнулась как можно ниже, заставляет раздвинуть ноги. Шлепает по моей ягодице, я шиплю, он опускает палец в развилку и касается анального колечка. Давит. Потом на секунду убирает руку и возвращает повлажневшую. – Хочешь попробовать?

Проникает на фалангу. Мне больно, но любопытство пересиливает.

– Мы можем остановиться, если я не выдержу? – спрашиваю, пытаясь расслабиться.

– Тормознешь, если заиграюсь… – хрипло отзывается и цепляет мое запястье направляя к низу живота. – Попробуй расслабить себя, так будет проще принять его.

Покорно подчиняюсь и глажу себя неспешно давя пальчиками на кожу. Мне нравится творить подобное под его руководством.

– Он слишком большой! – протестую, когда давление на колечко усиливается.

– Когда я был внутри, ты так не считала…

– Я просто молчала, – признаюсь сокрушенно. Он и правда огромный.

– Нарушила четвертое правило…

– А ты нарушил первое! – огрызаюсь, Артем цепляет меня за шею и заставляет выпрямиться, полуобернуться к нему. Целует, вгрызается в губы в животном поцелуе. Подчиняет, давит, наказывает за неповиновение. Отвечаю тем же. Дерзко, нагло, в его манере.

– Наказать тебя… – риторика в его фразе не стоит того, чтобы как-то отвечать на нее. Вместо этого я закрываю глаза и позволяю ему все, что пожелает его душа.

Если этой ночью мне суждено испытать весь спектр мук ада, то пусть это будет в самом темном его подземелье. С самым отвязным дьяволом, который научит меня получать от этого дьявольски изощренное удовольствие.