Глава 17

 Минут через пять мы с «мамой» уже сидели в гостиной. Да, да, в той самой, из которой он меня накануне унес на руках. Я на диване, старшая Соколова напротив в кресле, а братик только что вошел в комнату с горячим чайником в руках. Странная из него домохозяйка. В форме омоновца. Еще бы фартучек в сердечках поверх повязать — и мечта среднестатистической старой девы-библиотекарши сбылась.

Мы с мамочкой уже несколько минут наедине и, чтобы хоть как-то отгородиться от нее, я достала свой телефон и уткнулась носом в мир Интернета. Написала уже с десяток сообщений Ане, с вопросом: «Что, блин, мне теперь делать»?! Но подруга, как назло, не была онлайн.

— Сюда, сюда, Андрюшенька, ставь, — Ольга Андреевна перехватила у сына инициативу и сама занялась чаем, а также нарезала торт. Хоть я и морщилась, но и выбор сладости мне ее понравился — легкий бисквит со сливками и морем свежих ягод на поверхности. Откуда у этой женщины вкус?

— Так, Леночка, тебе удобно здесь? — спросила она, как только громила уселся рядом со мной. Он как специально, сел рядом, так, чтобы обязательно касаться меня. Словно в тиски зажал! С другой стороны еще половина дивана свободна, а ему надо было плюхнуться непременно на моем участке!!! И, разумеется, в очередной раз погрузить Бонни в свой необузданный мужской запах.

— Нормально, спасибо, — проворчала я, не подняв глаз.

С одной стороны, мне было неловко смотреть на нее, а с другой стороны, мне было неловко снова оказаться с ее сыном на одном диване, где… я еще вчера просила его научить меня кое-чему… О чем он-то прекрасно помнил.

— Ты спишь здесь или?

— Л-лена устроилась в м-моей к-комнате, — ответил за меня Соколов.

— А ты здесь, да? Хорошо, что уступил Леночке. Все-таки она девочка. Ты, конечно, уже отвык от женской компании, неудобно, наверное. Я бы забрала ее к себе — но вам, молодым, все же друг с другом легче будет, — женщина протянула мне чашку с чаем.

Пришлось взять. Но от торта я пока отказалась, отрицательно помотав головой на ее предложение. Спасибо, у меня еще его коктейль в горле комом стоит. Поскольку, мы с братиком оба молчали, каждый думая о своем, незваной гостье самой пришлось всех развлекать. Вопросами, разумеется.

— Как прошел первый учебный день?

— Нормально.

— Добираться недалеко?

— Нет.

— Я буду стараться п-подвозить ее, — перенял на себя мамину активность Соколов. — С-сегодня только н-не успел.

От этих слов и его тона, какого-то болезненного тона, мою спину бросило в жар, но внешне своих чувств я не показала. Надеюсь на это.

— На службу вызвали? — подняла тонкую бровь Ольга Андреевна.

— Д-да, — он только головой кивнул, меня же чуть на диване не подбросило.

— Слышала. Задержали сегодня банду Хачитяна. Говорили в утренних новостях. Я надеюсь, без жертв?

— Без. Кажется.

— Ну, и слава богу. Эта твоя работа, Андрюшенька, каждый раз за тебя волнуюсь очень. Видишь, Леночка, твой брат очень мужественный человек. Всегда таким был. Он, конечно, не стал врачом, но на работе его очень ценят. Впрочем, ты скоро и сама все узнаешь, не буду попусту нахваливать. О человеке лучше говорят дела, поступки. Ты и сама скоро увидишь, насколько Андрей надежный, заботливый и преданный.

Надежный и заботливый. С силой удержала ухмылку, грозившую расплыться на моем лице. Заботливый, мать его! Угу. Так вчера позаботился…

— Ладно, что я все о нас. Ты лучше расскажи, какие у тебя у самой-то планы. Ты же на психолого учишься, верно я поняла?

И что меня опять укололо? Какая такая ядовитая муха? Может быть, взбесили ее слова о надежности. А может быть… Короче, что сказала, то сказала!

— Я не собираюсь здесь долго учиться. Скоро ко мне приедет жених, и я уеду в Италию! — гордо вскинув подбородок и смело взглянув в глаза женщине, что сидела напротив, заявила дура я.

Я ожидала многого, но не того, что произошло. Под звучный скрип зубов моего братца, его мамочка лишь секунду помолчала и с невозмутимостью настоящей королевы произнесла:

— Правда? А и правильно, если любишь — ехать надо. А доучиться и в Италии сможешь, и там хорошие учебные заведения есть. Вот я и Андрею все время говорю, ему тоже жениться пора. Девушки вокруг него только и вьются, только он упрямый, никак ни одну из них все до загса не доведет. А ведь одна другой краше. И красивые, умные, хозяйственные…

Невозмутимость и хладнокровное заявление Ольги Андреевны выбесили меня настолько, что Бонни заскрипела зубами не меньше самого двухметрового русского Клайда. Что значит, девушки только и вьются?!!

— Поживете, — тем временем, старшая Соколова отпила из чашки горячий чай, отправила в рот очередной кусочек торта и продолжила, — поймете, что такое, когда рядом есть другой человек. Знаешь, носки по квартире разбросаны, ужин друг другу приготовите, вот и поймете, что в одиночку жить плохо, в браке гораздо лучше. Я вот, всю жизнь одна. Как-то так не сложилось судьбу свою устроить. Подруги мои все ворчат на супругов, говорят, надоело, то посуду за собой не вымоет, то поздно с работы придет, гвоздь год не прибьет, еще что-нибудь. А я вот думаю, это же так хорошо, когда дома кроме тебя кто-то еще есть, когда есть, о ком заботиться, переживать.

— Лена никуда не поедет, — все же он заставил меня подпрыгнуть на дешевом диване. Меня и свою мамочку, которая тоже не ожидала услышать что-то подобное от своего сыночка. — Не будет никакой Италии, — прогремело без малейшего заикания рядом со мной.

— Еще как будет! Витторио скоро приедет! — упрямо тряхнула своей глупой головой и посмотрела в глаза разозленному омоновцу. — Он приедет за мной, и я уеду отсюда!!! Это мое дело, а не твое!

— Я сказал, — процедил сквозь зубы братишка, словно сильнейшим ураганом припечатал меня к спинке того самого дивана, — ты никуда не поедешь!

— Ребята, ребята, не ссорьтесь! — робко встряла мамочка, но ее в этой комнате никто не услышал.

— Не твое дело, что я делаю и с кем! Витторио приедет и все! Прямо сейчас ему и напишу!

— Леночка, ты не злись, Андрей просто переживает за тебя…

— Мне плевать на то, что ты думаешь! Сказала, уеду, значит, уеду!!! — выпалила в его наглые черные глаза.

Вскочила с дивана и, не попрощавшись с мамочкой, вылетела из комнаты. Ага, сказал он! Сам с девчонками прохлаждается, а мне нельзя? Охренел совсем?!!

Трудно сказать, какой такой рогатый в тот момент управлял неразумной мной. Можно же было отреагировать с достоинством, фыркнуть, сделать вид, что мне не интересно, просто проигнорировать. Но… Психология — миф! Когда нас что-то бесит, это «бесит» очень легко и быстро переливается через все пороги и стремится затопить собой все вокруг. Вот с какого меня вообще должно интересовать, что у Соколова кто-то есть? Я ведь действительно собираюсь уехать и только-то хочу причинить боль братику. Меня он как парень вообще не интересует…

Но, это в все рассуждения, а на деле… Хлопнула дверью в свою-его спальню так, что стекла в окне задрожали! Вот же козел рогатый! Девушки, блин! Сидит там, на диване, еще и права качает, указывает, как мне жить надо!

Минут через пару, когда написала итальянцу море сообщений с требованием срочно приехать в столицу, несчастную дверь в мою комнату снес повторный ураган. И все на многострадальную в один и тот же день. Братишка ни на мгновение не затормозившись, тут же оказался возле своей сестрички и выхватил из моих рук телефон!

— Я тебе что, неясно что-то сказал? Забудь про Италию и других мужиков!!!

От страха перед тем, кого разозлила, моя спина в прямом смысле вросла в стену, что была позади меня, а глаза, наверное, увеличились до размера крышки от заварника.

— Это с какой это ста… — заткнулась на полуслове по элементарной и очень уважительной причине — мой рот был изнасилован оборзевшим поцелуем. Поясняю — изнасилован, это значит, безапелляционно зажат чужими губами без спроса на то разрешения хозяйки и без какой-либо, хотя бы призрачной возможности отказать и послать нападавшего к такой-то матери!

Бессмысленно вырываясь из огромных горячих лап, краем сознания отметила, что несколько мгновений назад все же слышала в глубине квартиры, как закрывалась входная дверь. Ольга… Андреевна ушла и мы… похоже, остались одни!