Глава 42

Капитан Брэмс явился на чай в традиционное время – ровно в пять. К этому времени наш новый повар расстарался: приготовил и тминный кекс, и бисквиты, и несколько видов сэндвичей.

Я расслабленно сидела в кресле у огня – день выдался ветреным, и в стекла то и дело бросались ледяные капли по-весеннему холодного дождя.

— Леди Бристоль! — капитан подошел к моей руке, потом обменялся поклонами с Себастьяном.

— Рада видеть вас в добром здравии, капитан, присаживайтесь. Выпейте с нами чашечку чая и расскажите, какой помощи вы от меня ожидаете.

— Буду рад, миледи, если вы плеснете в чай немного рому, — попросил гость, — сегодня на верфях просто отвратительно!

— Верю вам на слово, капитан Брэмс, — сказала я, дотянувшись до припасенного графинчика, — но разве ваша яхта нуждается в ремонте?

— Чистка, миледи, и мелкий ремонт. Но для этого все равно приходится вставать в док.

— Понимаю, — я улыбнулась, потому что действительно понимала. Все эти морские премудрости я выучила еще в детстве. Отец нередко брал меня на верфи, когда маменьке нездоровилось.

Опустошив чашку чая и получив вторую, капитан наконец перешел к своему делу:

— Знаете, миледи, я уже немолод. Нет сил и желания возиться с юной леди, мечтающей о балах и визитах. Хочется семью, уютный дом, возможно, парочку ребятишек…

Я присмотрелась к мужчине. Он крупный, шумный, но добродушный и, кажется, щедрый. Не красавец – его кожа выдублена ветрами, руки напоминают две лопаты, едва отмытые от дегтя, а еще он курит трубку и “употребляет морские термины”, как говаривала моя бабуля про отца. Конечно, юной девушке будет трудно привыкнуть к такому мужчине.

— Капитан, я поняла ваши желания. А теперь расскажите мне, чем вы можете привлечь потенциальную невесту?

Брэмс непонимающе нахмурился.

— У вас есть дом? Средства? Вы готовы взять в жены вдову или старую деву?

Мужчина нахмурился, но обстоятельно ответил:

— Дом у меня есть. Он, правда, запущенный, потому что стоит пустой большую часть года. Там живут старая экономка и дворецкий, оставшиеся мне от родителей. Доход тоже есть. Я готов положить определенную сумму в банк на имя жены, чтобы она могла жить на проценты, пока я в море.

Я одобрительно покивала: капитан – мужчина с понятием!

— Вдова или старая дева – неважно, — решил Брэмс. — Я немолод и понимаю, что свеженькая птичка надоест мне своим щебетанием через сутки. Вот вкусный обед, теплый дом и забота… Это я ценю.

— Что ж, я поняла, капитан. Постараюсь в ближайшее время подобрать вам подходящую кандидатуру. Сколько времени вы будете в порту?

Брэмс покосился на меня и сказал:

— Началась навигация, миледи. Каждый день простоя дорог. Но я задержусь в Лиме на неделю – на ремонт и погрузку.

— Значит, у меня мало времени. Что ж, постараюсь вас не разочаровать. Расскажите мне, капитан, что интересного можно посмотреть в Лиме?

Беседа плавно текла приличные полчаса, и капитан ушел. На смену ему явилась леди Фенвик.

До этого визита я удивлялась – почему капитан не обратился за помощью к тетушке? Активная и общительная дама должна была давно подыскать племяннику хорошую партию. Но разговор с нашей домохозяйкой развеял сомнения.

Леди считала, что капитан должен продать яхту, осесть на берегу и поскорее жениться на одной из “милых леди, дебютировавших в этом сезоне”. Представив рядом юное создание лет семнадцати рядом с сорокалетним “морским волком”, я поклялась себе приложить все усилия, чтобы найти Брэмсу жену по душе.

Именно поэтому я рассказала леди Фенвик, как удачно нашла мужей дочерям лорда Невилла в Форше, и посетовала, что мало знакома с обществом Лима, чтобы и тут устраивать такие радостные события.

Леди воодушевилась и пригласила меня на ужин в кругу своих друзей:

— Я представлю вас своим подругам, леди Бристоль, они будут несказанно рады такому приятному знакомству!

Договорившись о встрече в восемь вечера, хозяйка дома простилась и ушла, а я виновато посмотрела на Себастьяна, сидящего за письменным столом над черновиком своей книги.

— Простите, вам снова придется меня сопровождать.

— Я всегда рад вам помочь, миледи, — тепло улыбнулся он.

— Тогда я прикажу приготовить вечернее платье, — сказала я.

— А я с вашего позволения пройдусь по городу, миледи.

Мистер Трэвис откланялся, а я с некоторым сожалением смотрела ему вслед, уговаривая себя не волноваться. Приличная женщина может выйти вечером из дома только в оперу, в гости или на бал. “Прогуляться” позволяют себе лишь мужчины. Себастьяну надоела наша уединенная жизнь, и он отправился бродить по Лиму. Кто знает, куда заведет его прогулка? Может, в квартал “красных фонарей”?

Поймав себя на этой мысли, я ужаснулась! Неужели это… ревность? Бог мой! Да я не ревновала Вердена даже после свадьбы. Вернее, я успела возмутиться, застав его с горничной в темном углу, однако свекровь и другие матроны быстро объяснили мне, что мужчина имеет право на легкие увлечения на стороне. Особенно если эти увлечения ниже его по положению. Или сильно выше.

По их логике, я не должна была замечать брюхатых горничных, счетов от певичек и надушенных писем, которые Вередну посылала одна маркиза. Вот если бы он увлекся благородной дамой, равной по рангу или чуть ниже – тогда да. Мне разрешалось закатить скандал с битьем посуды, чтобы вытрясти из благоневерного колье с камушками покрупнее или новую пару серег.

Однако это колючее чувство в груди, которое возникло в ней сейчас, совершенно не походило на то брезгливое недоумение, которое охватило меня, когда я увидела белый зад мужа в полумраке коридора, дергающийся над задранными юбками горничной.

Дезориентированная этими новыми для меня чувствами, я укрылась в спальне. Приказала камеристке приготовить платье и кувшин с горячей водой, а потом пролежала с тканевой маской, пропитанной смесью яичного белка и меда, почти до семи вечера.

Когда вдалеке хлопнула дверь, возвещая возвращение Себастьяна, я встрепенулась, быстро сдернула маску и позвала колокольчиком Мирку. Мне срочно нужно было привести себя в порядок!

Мистер Трэвис вошел в спальню, когда я была уже прикрыта рубашкой и нижними юбками, а камеристка затягивала на мне корсет.

— Я быстро! — сказал мужчина, проходя в купальню.

Я лишь кивнула, делая вид, что занята исключительно столбиком, за который держалась. Через минуту Мирка выдохнула и завязала последний узел:

— Делаем прическу, миледи?

— Да, собери на макушке корону из кос и укрась жемчужными шпильками.

Девочка взялась за гребень, а я принялась наблюдать за Себастьяном, вышедшим из купальни. О, его камердинер сразу поставил ширму и одевал своего господина там, но я успела увидеть капли воды, стекающие с волос на бархатный воротник стеганого халата. И сердце мое застучало!

— Готово, миледи! Вам нравится?

Я очнулась от грез, поправила пару локонов, потом аккуратно нанесла рисовую пудру, пригладила брови и воспользовалась помадой. Свечи смягчают недостатки женской внешности, но мне хотелось выглядеть безупречно… почему-то!