Глава 49

Несколько недель прошли относительно тихо и спокойно. Мистер Трэвис ежедневно возил меня к морю, чтобы я училась стрелять, и постепенно я освоила его подарок. Не могу сказать, что попадала всегда и абсолютно точно, однако руки перестали дрожать, и это можно было назвать успехом.

Сватовство тоже шло вполне себе успешно. Довольная физиономия капитана Брэмса послужила мне лучшей рекламой. Кстати, капитан щедро со мной расплатился, прислав чек. А еще коробочку с великолепным жемчужным ожерельем. Себастьян нахмурился, увидев украшение, и спросил, может ли он, как жених, сделать мне подарок? Я одобрительно улыбнулась и уже на следующий день получила красивые серьги-капли в пару к ожерелью, жемчужный браслет и… кольцо. Очень элегантное и дорогое кольцо. Судя по его внешнему виду, украшение было выполнено на заказ.

Я искренне поцеловала Себастьяна, а он вдруг ловким движением усадил меня на колени, собственноручно надел кольцо мне на палец и сказал:

— В знак нашей помолвки, миледи.

У меня ком встал в горле. В Форше я носила траурное кольцо, изображая вдову. По дороге в Лим пришлось отыскать в шкатулке бабулины кольца. Но теперь Себастьян одним движением руки снял ее помолвочное кольцо с красивым изумрудом и надел свое – с изящной капелькой бриллианта. Обручальное не тронул, но поцеловал мне пальцы и сказал:

— Я надеюсь уже через месяц заменить и это кольцо!

В ответ я крепко обняла самого лучшего мужчину на свете и поцеловала. А через минуту в комнату деликатно заглянула горничная:

— Милорд, миледи, к вам гости!

Пришлось срочно пересаживаться в кресло, хватать рукоделие и принимать самый пристойный вид. Наш дом после свадьбы капитана Брэмса пользовался большой популярностью.

Что уж тут сработало – людская застенчивость, презентация леди Фенвик или то, что в городе давно не было свахи, но заказами на сватовство меня буквально завалили!

Поначалу я растерялась, потом вспомнила навыки фрейлины и успешно их применяла.

Например, расстроила сговор дочери обедневшего дворянина и якобы богатого купца. Обе стороны надеялись на преференции от этого брака, и обе тщательно скрывали свою несостоятельность. Между тем девушка – милая и благоразумная особа – хотела выйти замуж за будущего доктора, потому что грубые манеры купца ее пугали.

Собрав нужные мне сведения, я убедила отца девицы в том, что доктор – гораздо более полезное вложение, чем фатоватый купец. А купцу, в свою очередь, подыскала ровню – крепкую, румяную торговку фруктами. Молодая особа отлично разбиралась в торговле, не лезла за словом в карман и очаровала будущего жениха откровенным взглядом и пышной фигурой.

Так что родители с обеих сторон огорчались недолго и не поскупились на щедрое вознаграждение.

После этого сговора ко мне начали обращаться и сами девушки, делясь сокровенными желаниями на брак.

Кстати, мистер Брейди нам не докучал. После той встречи в храме он мелькнул пару раз возле нашего дома и снова исчез. Надеюсь, навсегда.

Через неделю я получила целую стопку писем. Первым делом, конечно, вскрыла письмо от мистера Боумента. Молодой стряпчий провел огромную работу и, клятвенно обещая сохранить мой секрет, выяснил следующее. Для вступления в новый брак мне необходимо подтвердить свою личность и получить разрешение. А еще выплатить штрафы за введение в заблуждение и пользование другим именем, буде кто решится подать на меня за это в суд. Я вспомнила свою свекровь – вдовствующую графиню Верден, и передернула плечами. Она точно не упустит момента. Однако штраф за подобное деяние был, в сущности, пустяковый, а вот моя вдовья доля составляла немалую часть состояния Верденов.

В общем, стряпчий рекомендовал мне заняться этим. И если я согласна – он подготовит нужные бумаги. Правда, с ними все равно придется ехать в столицу, но он готов отправиться со мной, если я только этого пожелаю.

Отложив письмо, коротко пересказала содержимое Себастьяну. Он нахмурился. Понятно, что одну не отпустит, но оказалось, дело не только в поездке:

— Миледи, если вы вернетесь в столицу… значит, там нужно будет купить дом? Или вам нравится Лим?

— Я должна подумать, — честно ответила я. Мне нравилась весна на побережье, но лето… Летом тут бывало очень жарко, что усугублялось влажностью. Не уверена, что смогу жить тут постоянно.

Отложив письмо мистера Боумента, я взялась за корреспонденцию из столицы. Доктор Либб писал, что моя попытка вернуться в мир живых его репутации не повредит. Все ведь делалось тайно. И выкуп наших “тел” из застенка, и приобретение графом “тела жены”. Тем более Верден мертв и не может ничего опровергнуть. А значит, я могу смело возвращаться в столицу и требовать возвращения доброго имени. Вот только цвет глаз… В конце письма доктор пообещал мне подобрать примеры, когда от близости смерти люди сильно менялись внешне, и всячески одобрял мое желание вернуться в столицу.

Мистер Бриггс был более осторожен. Он предлагал подстраховаться. Приготовить билеты, парики, сменную одежду и маршрут к ближайшему убежищу. Я подумала – и согласилась. Попросила старика все приготовить, дозволив брать на это деньги со счета, а потом написала стряпчему и доктору, давая согласие на все.

Через пару недель наступит жара, и можно будет отправляться в столицу.

Себастьян настоял, чтобы я не оставляла уроков стрельбы, а еще мы с ним решали, как быть со слугами. Не хотелось терять нашего великолепного повара, да и горничная меня устраивала полностью. В итоге мы решили всех забрать с собой и поселить в доме бабушки. Места там всем хватит, и не придется нанимать дополнительную прислугу в столице.

Леди Фенвик мы сообщили о скором отъезде, искренне огорчив тетушку капитана.

— Я понимаю, леди Бристоль, приближается жара, будет много приезжих, но я очень надеюсь, что вы вернетесь! Вы так много сделали для нашего города!

— Не печальтесь, леди Фенвик, возможно мы еще вернемся. Да и не так уж много я сделала в Лиме.

— О, миледи, вы недооцениваете свой вклад! — заверила меня наша добрая хозяйка. — Право слово, я впервые вижу, как молодые вертопрахи перестали бояться женитьбы, а юные леди прилежно изучают книги по этикету и ведению хозяйства! Маменьки не могут нарадоваться!

Я только посмеялась в ответ. Вещи были уложены, комнаты прибраны, билеты на утренний поезд куплены. Чтобы успокоить мое волнение, мы с Себастьяном отправились на прогулку перед сном, а когда вернулись, навстречу выбежала Мирка:

— Миледи, вас ждет гость!

Недоумевая, я сняла шляпку и перчатки, положила их на столик в прихожей и вошла в гостиную. В кресле у окна сидел мистер Брейди и с невинным видом пил бренди из наших запасов.

— Леди Бристоль! — гость воспитанно вскочил. — Простите, что потревожил. Я к вам с письмом от… Его Величества!

Я почти упала мимо кресла, но Себастьян недрогнувшей рукой помог мне сесть и налил в бокал шерри.

— Мистер Брейди, — сказал он строго весьма низким голосом, — на каком основании вы пугаете мою невесту?

Сыщик принес извинения и, пока я по капле цедила шерри, рассказал, что побывал в Форше, отыскал нас в Лиме и, завершив свою поисковую миссию, отправился в столицу.

— Я удостоился аудиенции у Его Величества. Если коротко, нашего монарха интересовал не только результат моих поисков. Когда я закончил свой рассказ, Его Величество просил меня передать вам это письмо и считать возложенную на меня миссию законченной.

Спиртное помогло, и я потянулась за ножом для вскрывания писем. Себастьян меня опередил – вручил свой перочинный нож. Королевская печать поддавалась плохо, но наконец мне удалось ее сломать. В конверте обнаружилось приглашение на аудиенцию!

На всякий случай там было указано четыре даты, и ближайшая была ровно через два дня после нашего вероятного прибытия в столицу!

Я сглотнула, отпила еще шерри и спросила сыщика:

— Его Величество был очень зол?

— Мне показалось, он был озадачен, — признался Брейди, — впрочем, я не так хорошо знаю нашего короля.

— Что ж, это приглашение ничего не меняет, — решила я, — утром мы в любом случае едем в столицу, встречаемся там с мистером Боументом и подаем бумаги на возвращение моего приданого. А дальше будет видно.

Себастьян сжал мою руку, соглашаясь. Сыщик взглянул на нас и откланялся, сказав, что возвращается в столицу тем же поездом.