ЭПИЛОГ

Спустя семь лет то лето вспоминается, как далекий сон, красочный и яркий, но немного грустный. А после него – пара лет сложных отношений на расстоянии, частых звонков и переписок, которые сейчас перечитываю с теплом.

У каждого из нас был свой путь, и я не хотела, чтобы мы бросали цели и мечты даже ради друг друга.

С переводом в другой университет идея прогорела. Мне не одобрили переход в другой край. За место в новом вузе пришлось бы доплачивать. У меня не было на это средств, а втягивать Равиля я не хотела, ведь ему и так приходилось непросто.

Равиль почти год судился с отцом, но в итоге доказал его вину в поджоге конюшни. Он отсудил не только сеть отелей, но и самое главное – право заниматься тем, что нравится и важно.

Мы часто спорили во время переписок, где лучше открывать реабилитационный центр, на строительство которого у Равиля уже хватало денег. Я настаивала, что лучше будет устроить его в Калининграде или Зеленоградске, в память о маме Равиля. Он же хотел быть ближе ко мне, чтобы защищать и поддерживать.

Но после того лета я больше не нуждалась в защите.

Вика перестала быть моим врагом. Мы держали нейтралитет и пару раз даже гуляли вместе. Дружба с Ариной с каждым месяцем становилась все прочнее, как и ее отношения с Антоном. С девчонками из общежития мы тоже хорошо ладили и даже закатили праздник, когда стало известно, что из-за дела, которое на Демьяна завел Равиль и моих показаний, Смагин с позором ушел из универа.

Никакие деньги не помогли Демьяну отмыть свою репутацию. За слив моего фото его презирали все, и он не смог с этим смириться.

Я смогла убедить Равиля, что чувствую себя хорошо. Рядом со мной друзья, и пару-тройку лет я точно готова подождать. Тем более Равиль часто приезжал или помогал это сделать мне.

Мы вместе отмечали каждый Новый Год, а лето из раза в раз я проводила у Равиля. Сразу после сессий, которые всегда закрывала на «отлично», он высылал мне билет на самолет и ждал моего приезда. Каникулы мы проводили в том самом доме в Зеленоградске, который теперь по всем документам принадлежал Равилю. Как и мы – принадлежали друг другу.

Равиль сдержал обещание и в нашу встречу после первой разлуки сделал мне предложение в Новый Год, прямо под бой курантов. Мои подруги были в восторге от Равиля. Хотя, возможно, им больше понравилось то, что Краснов всем им купил билеты на лето в Калининград. Как раз на нашу свадьбу.

Но, даже сменив фамилию, я не могла быть с ним сразу и навсегда. Пришлось потерпеть пару лет отношений на расстоянии, пока закончу университет.

За это время мы оба достигли больших высот.

Я стала первоклассным переводчиком, а Равиль, наконец, открыл центр реабилитации для лошадей. И то, как он становился счастливее, просто помогая другим, заставляло меня влюбляться в своего мужа каждый день все сильнее.

И теперь, спустя месяцы и годы испытаний, с уверенностью могу сказать, что я наконец-то дома и больше никуда не уеду от Равиля.

Я делаю глоток ароматного цветочного чая и улыбаюсь. Стоя на крыльце нашего дома в Зеленоградске, смотрю, как Равиль играет Ярославой. Сейчас нашей дочери всего три годика. Совсем кроха, но уже любит лошадей. У нее много игрушечных лошадок, есть палка с головой коня, на которой она любит «скакать». Равиль шутит, что Яра вырастет и продолжит его дело, но я в этом даже не сомневаюсь.

Как и в том, что впереди нас ждут только солнечные дни.

Равиль замечает, что наблюдаю за ним. Он подхватывает Яру на руки и подходит ко мне, чтобы поцеловать. Я отвечаю, а Яра смеется и начинает играться с волосами Равиля, которые он больше не красит в белый. Он перестал это делать, когда понял, что у нашей дочки его русые волосы.

— Я счастлив, что однажды на глупом рыцарском шоу встретил тебя, — говорит он, смотря в глаза. – И если бы мне потребовалась вечность, чтобы снова найти тебя, я бы сделал это.

Яра смеется, когда я обнимаю их обоих и по очереди целую. Ее – в румяную щечку, а Равиля легко и нежно – в губы. Так звучит мое бесконечное «люблю», которое навсегда дарю ему.

Рыцарю, укравшему мое сердце и покорившему душу.

Сейчас и вовеки.

КОНЕЦ