68

К гостинице «Пруссия», где в первый день моего путешествия мы с Равилем и познакомились на шоу, мы отправились на такси. Дорога от центра небольшого города до его окраины занимала не больше получаса даже с учетом того, что Равиль сделал остановку у незнакомого мне магазина. Он быстро вернулся с большим крафтовым пакетом и загадочно пояснил:

— Это сюрприз, рыжая.

Мы сидели на заднем сидении, и расстояние между нами казалось бесконечным. Я радовалась, что скоро мы доберемся до «Пруссии» и конюшен, что располагались на территории отеля, и уже там никакого ограничения на касания.

Я пообещала себе, что сегодня сделаю в сторону Равиля не один шаг, а все десять. Ведь за эти несколько дней он действительно не единожды показал, что заинтересован мной. Сказал это прямо, а я… Мялась, как нерешительная дура.

Мы вышли из такси на уже знакомой парковочной площадке, затем прошли через отель тем же путем, что я пробегала не так давно на шоу вместе с Ариной. Правда в этот раз все было иначе.

Коридоры не ломились от народу, трибуны пустовали. Нас встречали лишь администраторы и работники отеля.

— Равиль Александрович, — приветственно кивали ему, а меня провожали удивленными взглядами.

— Не волнуйся, — сказал Равиль, когда мы близились к выходу на задний двор к арене и конюшням. – И чувствуй себя принцессой. Ты во дворце, а я – твой принц.

И он протянул мне раскрытую ладонь, в которую я тут же вложила свою. Хотелось прыгать и петь во все горло, так мне нравился Равиль и то, как он себя со мной вел. То, как я чувствовала себя рядом с ним настоящей принцессой.

— Меня смущает, что меня здесь теперь точно запомнят. Ты тут не последняя фигура, да?

— Я совладелец «Пруссии». Так что ты сейчас более, чем почетная гостья. Уверен, что на любые шоу тебя будут пропускать бесплатно. Придешь снова болеть за меня?

— Только если ты вновь выберешь меня дамой своего сердца, — подшутила я, но Равиль ответил вполне серьезно:

— Само собой. Тогда я перешлю тебе расписание шоу? Они не каждый день.

Так тонко мои контакты еще никто не спрашивал. И как тут не согласиться?

После мы прошли через пустые трибуны и арену. Странно было видеть это место таким. В прошлый раз оно было полно людей, музыки и голосов, а сейчас мы с Равилем шли одни, и лишь звуки наших шагов нарушали тишину опускающегося вечера.

По незнакомой тропинке Равиль провел меня к конюшне – деревянному зданию в виде укрепления замка с большими двустворчатыми дверьми.

— Готова? – спросил он, явно волнуясь ничуть не меньше меня, и я кивнула.

Равиль открыл двери, и мы оказались в конюшне, где было не меньше десятка стойл. И почти все они заняты лошадьми, которые встретили нас фырканьем и ржанием. Я сразу узнала Борзого – белого скакуна с длинной гривой. Заметив Равиля, он подошел к ограждению стойла и вытянул шею.

— Сколько их тут, — пораженно выдохнула я. – Никогда так много лошадей разом не видела!

— Это крупица, — Равиль подошел к ящикам хранения у входа, достал из одного из них яблоко и на раскрытой ладони протянул его Борзому. – Одиннадцать спасенных животных – это почти ничего.

Борзый довольно уплетал лакомство, а другие кони смотрели на него, как мне казалось, с завистью. Я нашла взглядом ящик с яблоками и задумалась. Могу ли покормить других лошадей?

— Не стесняйся, — Равиль потрепал Борзого по гриве, — бери, если хочешь кого-то угостить. Только делай это аккуратно, чтобы не лишиться пальцев. Вот так.

Он приблизился ко мне, взял яблоко и положил его на ладонь, как на плоское блюдце. Хорошо, выглядит несложно. Приготовив лакомство, я подошла к ближайшему стойлу и протянула его рыжей кобыле. Думаю, мы обе были в восторге. Лошадь – от угощения, а я — потому что все получилось. Я накормила животное и не лишилась пальцев!

— Ого, ты понравилась Белке! Обычно она чужих не любит.

— Просто чужие подходили к ней без яблок, — пошутила я, пытаясь не раздуться от гордости.

Я всегда считала, что животные лучше чувствуют людей. И раз мне доверилась такая строптивая лошадка, это что-то да значит.

— Откуда она? – я разглядывала Белку, а пока та расхаживала по стойлу.

— С бойни. Как и многие здесь, — мрачно отозвался Равиль и сел на один из закрытых ящиков. – От нее отказались хозяева из-за тяжелого характера кобылы. Белку ждала смерть, но я выкупил ее и забрал сюда.

— О, — только и смогла выдать я.

В этот момент мое восхищение Равилем достигло критической отметки. Если он скажет что-то трогательное милое в ближайшие секунды, я не сдержусь и поцелую его прямо здесь, в конюшне, среди сена и лошадей.

— А эту? – я кивнула на следующее стойло, на серую лошадь в крапинку. Она напоминала двоюродную сестру далматинцев из-за частых и мелких черных пятнышек.

— У Космос травма позвоночника, которую иногда называют «целующиеся позвонки». Это значит, что из-за деформации позвоночника части ее позвонков соприкасаются, принося боль. Прошлый наездник Космос не распознал болезнь своей лошади и решил, что она просто капризничает во время езды.

Космос повернулась к нам полубоком, и я заметила, что ее спина прогнута чуть больше, чем у соседок по стойлам. Горло сжалось.

— Почему так случилось?

— Неправильные нагрузки, плохо подобранное седло, безразличие или неосведомленность прошлого хозяина.

— Это лечится?

— Пофигизм людей? – вскинул брови Равиль, а я легонько стукнула его в плечо. – Ладно-ладно! Я понял. Полностью излечить позвоночник Космос не получится, но мы пытаемся облегчить ее самочувствие. Инъекции, массаж и никаких жестких нагрузок. Поэтому Космос в шоу не участвует. Для нее такие скачки с скакуном в доспехах – пытка.

Я понимающе кивнула и задумчиво взяла из ящика новое яблоко. И снова для Космос.

— Мне жаль, что так вышло, — шепнула лошади, пока та уплетала угощение.

— Мне тоже, — рядом возник Равиль и погладил Космос по морде. – Но я делаю все, что в моих силах, чтобы хоть как-то помочь ей и другим нуждающимся лошадям.

— Кстати, почему именно лошади? Не кошки или бездомные собаки, не голуби со сломанными лапками…

Я прикусила язык, когда увидела, как мой вопрос повлиял на Равиля.