95

Когда мы подошли к автобусу, внутри был только водитель. Он курил, поставив локоть на открытое окно, и на наше появление никак не отреагировал.

— Сядем назад, — улыбнулся Демьян и потянул меня за руку на последние ряды.

Я покорно шла, стараясь изображать что-то похожее на радость или хотя бы смирение. Мысленно представляла, как в номере буду намыливать кожу там, где ее касался Демьян, но сейчас соскакивать нельзя.

— Падай ко мне на коленки, крошка, — Смагин расселся на кресле, широко расставив бедра. Шорты обтянули пах, и меня чуть не вывернуло от отвращения.

— Конечно, — пролепетала сквозь стиснутые зубы и села.

Клешни Смагина моментально прилипли к моей талии. Он потянул меня к себе, думая, что сейчас мы сольемся в страстном поцелуе, но я к повторному заходу на аттракцион «Тошниловка» не готова!

— Апчхи! – я переиграла и очень натурально изобразила чихание. Настолько натурально, что все лицо Демьяна теперь было в капельках моей слюны.

— Фу, что за…

— Прости! – картинно спохватилась я. – Сейчас я все исправлю. Ну-ка… Дай-ка…

И я потянулась, чтобы задрать футболку Демьяна и ею же вытереть его лицо. Он сначала не понял, что происходит, но потом резко дернул меня за руку.

— Прекрати! Лучше дай бутылку воды или салфетки. Что там у каждой девчонки в сумке?

Салфетки у меня были – целое море! После расставания с Равилем бумажные платочки я носила во всех карманах на случай, если резко приспичит погрустить. Но вот делиться ими с Демьяном я точно не планировала.

— Сейчас, — я изображала, что копаюсь в своем рюкзаке, — что-нибудь придумаю! Прости-прости-прости!

«Ха, так тебе и надо, сморчок ты липкий!»

Демьян что-то бухтел под нос и выглядел таким раздраженным, что даже страшно стало, как бы он меня саму на платочки не порвал.

— Не такой обмен жидкостями я планировал, — пробурчал он, а потом поднялся с кресла. – Все, хватит. Схожу за водой и умоюсь. Сиди тут.

Я закивала и скрестила пальцы за спиной. Демьян ушел, а я кинулась к креслу, где он только что сидел.

Даже не знаю, на что я рассчитывала… Ведь телефон, разумеется, он унес с собой.