Глава 20

Утро меня встретило букетом на тумбочке из нескольких десятков роз. Приятно. Улыбка сама расползлась на лице. Быстро умывшись, спустилась вниз. Благоверного не застала, чайник оказался чуть теплым, значит грели давно. Вот это я соня.

На часах почти одиннадцать дня. Да, давно такого не позволяла. Хотела позвонить ему, и вспомнила, что нет его номера. Вот я растяпа. А ведь собиралась в город съездить за продуктами. Не могу питаться одним мясом, хоть и люблю его. Однако эта проблема решилась сама собой. На холодильнике была записка с номером, и на столике ключи от машины и дома. Ура! Проблемы решены сами собой без приложения малейших усилий. Подумала написать в смс «Спасибо», но передумала. Вечером скажу.

Пока ехала в город, много думала о вчерашнем. Сможем ли мы все это вынести вместе? С каждым днем нас будет тянуть друг к другу все сильнее. Вчерашний уход вызвал приятное тепло в душе. Он услышал меня, принял такую позицию. Интересно, как он сдерживается? Ведь чем сильнее волк физически, тем сильнее у него и инстинкты. А тут я, его пара, и противлюсь. Мы с Рыжулей связаны, но не так зависимы сейчас друг от друга. А он со своим беленьким полноценно соединен.

Может все же ему рассказать, когда немного успокоится? Вдруг сможет понять и принять такую позицию? Вряд ли. Несмотря на всю свою благоразумность, я помню его безумный взгляд. Когда все наладится, он не станет слушать доводы разума, а позволит инстинктам одержать верх. Долго сдерживать у него их не получится. И чего отрицать, не знаю сколько смогу держать круговую оборону.

Спать в его постели приятно. Мягкая, большая, но без его запаха вдруг стало неуютно. И с каждым днем эту чувство будет расти. Поговорить бы еще раз с папой, может он подскажет как поступить, как притупить инстинкт. Или через красавицу передать вопрос, она ведь с ними часто общается. Справимся с этой напастью, главное держаться вместе.

В торговом центре смела очень многое. От специй и фруктов, до полотенец и зубных щеток. Три тележки всякого хлама удивили кассира. По глазам видела вопрос «Ты переезжаешь или чудишь?». Утренняя инспекция по дому при свете солнца принесла новые идеи. Цветы уже давно стоит пересадить. В кабинете слишком скучно и сухо. Вот только одна фотография на столе удивила. Там я, с первой нашей фотосессии в домике. Скучал. Вчера я туда не подходила и не видела, что же изображено.

Поэтому проходя мимо канцелярского отдела, не смогла удержаться и не заглянуть. Хотелось подарить ему что-то очень полезное и часто используемое, но в голову так ничего и не приходило. Пока не попался на глаза шикарный блокнот органайзер. Обложка из натуральной кожи красно-коричневого цвета, с золотым затиранием, и таким же золотым корешком. Удобная клепка, чтобы ничего не выскочило. В боковой обложке много ячеек, в которые удобно положить визитки или маленькие записки. А в одном месте даже фото. Блокнот прикреплен ко второй половинке. Минус всего один – листы. Они не приклеены, как у привычных мне блокнотов, а на кольцах, из которых можно один блок вынуть, а другой поместить. С одной стороны, хорошо, если нравится сама основа, можно пользоваться, пока не сотрешь до дыр. А с другой, не очень удобно писать на оборотной стороне. Кольца мешают. Ну мне уж точно. Ладно. Рискну. Может понравится. Я старалась во всяком случае.

Домой приехала в третьем часу и началось сумасшествие. Пока при памяти, отнесла подарок в кабинет прямо на центр стола. Чего тянуть? Приятности надо делать спонтанно, когда требует душа, а не когда приходит праздник. Уборку отложу на завтра. Сейчас моя задача вкусный ужин. Ко скольки он придет не известно. Так что приготовила суп с фрикадельками, и пирог с мясом.

Пока месила тесто, красавица решила со мной поболтать.

– Привет, Рыжуля. Нас с тобой в прошлый раз прервали. О многом не успела спросить тебя, – даже все отложила, вытерев руки о фартук, пошла в комнату.

– Это точно. Но ничего. Я с новостями. Папа сказал, что настойка из венериного башмачка, сделанная в полную луну поможет сохранить стойкость в самых сложных моментах, – принесла в кухню настольное зеркало, чтобы видеть несносную красавицу.

– Спасибо, как раз хотела попросить тебя узнать об этом, раз общаешься с папой и Баяной. Но сейчас меня больше всего интересует один вопрос, когда мы с тобой станем уже полностью едиными?

Этот вопрос и вправду интересовал меня больше других. Даже не из-за пары, а из-за самой себя. Только сейчас, обретя пару, переехав в новое место, узнав много новых оборотней, поняла насколько серая моя жизнь. А ведь и у мохнатой такое же состояние. Как она, так и я накладываю на ее мировоззрение и мировосприятие отпечатки. Жизнь воспринимается неполноценной. Общую картину мира мы сможем увидеть, лишь став одним целым. Я хочу этого для нас обоих, как бы мне не нравились такие посиделки с ней.

– Я не знаю. Они тоже. Говорят, что мы сами все поймем. Даже не намекают, – и спрятала мордочку в лапах. Всегда, когда недовольна так делает, а меня это умиляет.

– Знаешь, я тут подумала, может все дело в отрицании? – решила поделиться с ней своими мыслями, ведь посещают они меня уже довольно давно.

– Поясни? – она даже села, внимательно на меня поглядывая.

– Я после смерти родителей отказываться начала от тебя. Неосознанно, но начала. Мне было так больно от их потери, хотелось на стенку лезть. И заметь, ты столько лет спала по сути во мне. Ждала момента подходящего. Мы сколько вместе. Лет десять? Или меньше даже. Может если я смогу в себе перебороть ту боль, ту обиду, принять себя всю, не только как человека, но и как оборотня, мы соединимся? – она подзависла.

Обожаю ее шоковое состояние. Мордочка вытягивается, пасть приоткрыта, и глаза такие. Всегда на смех пробивает. Даже тут, несмотря на серьезность ситуации.

– Надо подумать над этим, – прилегла, положив мордочку на лапы. – Ты с парой с нашей по аккуратнее. Я хоть и согласна, перед ним трудно устоять, но давай как человек пока сдадимся, – буквально следом выдала эта мохнатая попка.

Я даже растерялась от такой резкой смены темы. Видимо на нее тоже произвело сильное впечатление поведение нашего мужчины.

– Договорились.

За веселой болтовней не заметили, как за окном уже вовсю царствует ночь. В восемь вечера хлопнула входная дверь и мы вздрогнули от неожиданности. Красавица быстро ретировалась, пока ее присутствие не засекли. Начала ставить на стол приборы, тарелки. Даже стейк ему успела пожарить, и лёгкий салатик. Все это уже стояло на столе. Только пирог продолжает запекаться, и суп в кастрюле. Придет, разолью по тарелкам и будем ужинать. Когда пыталась достать стаканы для сока с верхней полки, которые так и забыла убрать пониже, на талию опустились горячие ладони. Но быстро оттуда исчезли и достали нужную посуду.

– Спасибо за подарок, мне понравился, – он встал рядом и продолжал за мной наблюдать.

От волнения руки начали немного потряхивать, хорошо еще ничего не уронила.

– Не за что. Мне было приятно тебе его выбирать. Правда не уверена, что в нем удобно будет писать, – начала нервно сжимать в руках край полотенца.

Он это заметил. Подошел и забрал клочок ткани, а потом поднес к своим губам и поцеловал каждый пальчик. Это так трогательно, что захотелось расплакаться от такой нежности. От него веет мужской силой и стойкостью. Тем, чего мне особенно не хватало в последние месяцы. Если и дальше так пойдет, я уже через неделю буду не в состоянии хоть немного противостоять ему.

– Ты угадала. Я всегда хотел такой, только никогда не было времени самому выбрать. А секретарь, увы, никогда не угадывала. То цвет не тот, то листы кошмар. Выкидывал сразу, – от его тихого мерного голоса захотелось прижаться к груди и не отходить.

Он убаюкивает своей хрипотцой, а искренность вдохновляет. Не представляю, насколько бы сильно расстроилась, узнай, что он его выкинул, или пользуется из вежливости. По глазам вижу, подарок пришелся по вкусу, и я была удостоена не дежурных фраз.

– Я переживала, что не понравится. Рада что угадала. Будем кушать? – решила соскользнуть со скользкой темы, пока он не стал развивать насколько ему могло быть приятно мое внимание с толикой заботы.

– Да. Я смотрю тут пир горой. С порога уловил вкусные ароматы. Ты оживила этот дом собой. Теперь приятно возвращаться, – и поцеловав в щеку, наконец отпустил руки, давая заняться делом.

– Спасибо. У нас суп, пирог с мясом, стейк, и салат. Что будешь? – привычная суета охладила и дала возможность трезво мыслить. Фух.

– Все. Я жутко голодный. Весь день не ел. За время отсутствия много всего накопилось. Ведь уехать пришлось срочно. А Женька один не справился. За троих – это не реально, – и устало потер переносицу. Не смогла сдержаться, и ставя тарелку перед ним, погладила по голове с легким нажимом, имитируя массаж.

А потом и не заметила, как запустила и вторую руку в шевелюру, даруя ему желанный отдых. Он даже заурчал. Тихо, но очень довольно. Буквально пять минут релакса, и все закончилось. Кому-то было мало, судя по тяжелому вздоху, но спорить не стал.

– Вить, я за Женю хотела спросить, – волк замено напрягся, когда я задала вопрос, садясь, напротив. Ревнует что ли? Так глупо, я ведь его, хоть он еще в этом сомневается. Я-то в себе нет.

– Спрашивай, – сквозь зубы ответил. Ничего, пускай привыкает, что разговоры не всегда будут лишь о нас.

– Он всегда был таким, таким, скелетоном, грубо говоря, или его так иссушила разлука с Альфой? – услышав вопрос, он заметно выдохнул. Ну чудик, реально приревновал. В душе я знатно так рассмеялась. Надо будет ему намекнуть, что кроме него у меня никого не будет.

– Нет, это после встречи с Максом он таким стал. Сейчас надеюсь придет в норму, ведь Вермутов тут. Правда разъехались они по домам разным, – отрезая кусок мяса, спокойно говорит о произошедшем.

Его ведь специально поселили к Женьке, чтобы быстрее притерлись. Что могло такого произойти, что разъезжаться. Мы вон, в какой ситуации, и то под одной крышей. Хотя самый простой вариант уйти в другое место. На расстоянии все целее будем и меньше шансов сорваться. Однако я не сдаюсь так легко и быстро, и не отказываюсь.

– Как это? – решила не забивать себе голову и спросила у сведущего источника.

– Ну, понимаешь, у нас притирка идет трудно. Альфа и бета хотят доказать, кто круче из них. Вот и разгромив в процессе споров пол дома у брата, они разъехались. Чтобы не разрушить все окончательно. Думаю, после полнолуния все будет легче, – даже плечи опустил в конце речи.

Переживает за брата, за нас, за стаю. На его плечах столько груза, еще и я тут со своими отказами. Только все это суровая и жестокая необходимость. Страдаем мы оба, не он один. И только в моих силах сделать так, чтобы эти муки скорее закончились. Уж я постараюсь.

– Так вот куда ты уходил ночью? – только тут до меня дошло, куда он срывался. А ведь тоже приревновала.

– Следила? – довольно изогнул бровь.

– Вот еще. Просто вставала ночью и услышала, как кто-то снегом хрустел. Увидела тебя, уходящим, – и пожала плечами, мол, нечего тут о себе много думать, все случайно вышло.

Он рассмеялся и согласно кивнул, типо купился. Позабавила я его. Встала и пошла к кастрюле, что-то еще супчика хочу, а не мяса. Отвернулась к кастрюле и скорчила ему рожицу. Ну подловил, скалиться так открыто зачем? Мне итак трудно.

Остаток вечера прошел более непринужденно. Поужинав, велел все в посудомоечную машину загрузить. Она вроде все отмывает. Ну посмотрим. Надеюсь не соврал и совсем в ночь не придется вставать к раковине. Пока это чудо техники гудело, мы завалились на диван и смотрели какой-то фильм, сюжет которого проплыл мимо меня. Я наслаждалась мерным стуком сердца и ровным дыханием.

Когда уснула совсем не поняла, но проснулась в своей постели. Перенес видимо, и сам не остался. На подушке не сохранилось приятного аромата. Честный, чтоб его. Нет, я его уважаю за это. Значит он заботится о моих чувствах и не собирается играть грязно. Слава Луне, еще успеваю приготовить завтрак.

Сырникам он не сильно обрадовался, явно мяса хотел. Вот же… ненасытный. Прямо как Аня во время беременности. Интересно, когда мы с рыжиком станем едины, тоже так начнем лопать? Если да, то придется покупать именно морозильник. Когда перед уходом всунула ему отвар для брата, думала четвертует взглядом. Ну забочусь о других, и что с того? Долгое пребывание в таком угнетенном состоянии по любому негативно сказалось на моем будущем родственнике. Это не дело.

Оставшиеся дни до полнолуния он нагло провоцировал меня. Каждый раз мне все сильнее хотелось кинуть в него чем-нибудь. То в одном полотенце завтракать придет. То в спортивных штанах после тренировки, и по телу еще капельки пота так классно стекают, что хочется поцеловать этого могучего самца.

Но самым страшным для меня стал его вечный ритуал. То ли камера у него стоит где-то в кухне, то ли так шестое чувство развито, но он всегда приходит в тот момент, когда я к нему спиной и прижимает к себе, целует в шею и отходит. То легкий поцелуй оставит, то настолько сильный, что кажется там должен остаться засос. И этим все заканчивается. Он умело дразнит. Манит. А главное, не теряя надежды стучится к волчице, я чувствую это. Никогда мы вместе, а по вечерам, когда расходимся спать. Я каждый раз ворочаюсь с боку на бок, потому что неспокойно нам обеим.