Глава 25

Рывком поставив Карока на ноги, Джабай проклинал тот день, когда этому ящеру пришла в голову идея обойти их земли по кругу, а потом еще и сплавать на соседний берег. Если бы не это, Карок ничего не узнал бы о людях и даже не стал думать об объединении всех племен.

Джабай долго размышлял, но так и не смог понять, как настолько невезучему ящеру удавалось до сих пор выживать. Он даже заподозрил, что над ним издеваются, но сам Карок и его ящеры вели себя так, словно ничего необычного не происходило. Это немного сбивало с толку. Они сговорились?

Если так, то Джабай не понимал, зачем это делать? Может быть, они хотят вывести его из себя, чтобы сокрушить в момент сильного гнева? Другой идеи у него не было.

Отойдя на шаг от покрытого грязью Карока, Джабай встал так, чтобы оказаться рядом с одним из ящеров чужого вождя. Вел себя Джабай при этом как ни в чем не бывало, будто это произошло случайно.

– Ему всегда так не везло? – спокойно спросил он, наблюдая, как Карок охапкой листьев счищает с себя жидкую грязь.

Честно говоря, было удивительно, что им удалось добраться до другого берега без потерь. Часть пути прошла хорошо, но перед самым концом Карок умудрился каким-то непостижимым образом перевернуть тяжелый плот! Неудивительно, что ящеры, находившиеся там, свалились в воду. А ведь они практически не умели плавать.

Джабай не имел представления, как им все-таки удалось выжить и добраться до берега. Когда все ощутили под ногами твердую землю, он едва не убил Карока, но в последний момент сдержался, опасаясь, что чужие ящеры немедленно отреагируют на угрозу своему вождю и нападут.

Он не боялся битвы, но ему не хотелось терять соплеменников. Во время боя чья-то смерть неизбежна, особенно когда противник так силен. А Карок имел силу, бесспорно. Иначе ему не удалось бы объединить несколько племен, победив их старых вождей.

После этого не проходило и дня, чтобы Карок не попал в какую-нибудь беду. Все происходило вроде бы случайно, сам он неизменно оказывался в относительном порядке, зато находящиеся рядом ящеры страдали. Ничего на первый взгляд серьезного, но все равно неприятно.

Вот и сейчас. Карок умудрился сбить гнездо каких-то кусачих насекомых. После этого он упал в грязевую яму, отчего насекомые проигнорировали его и напали на других ящеров, идущих рядом.

Даже Джабаю досталось. Не обращая внимания на зуд в укушенной руке, он посмотрел на своего невольного собеседника.

– Ему везет, – не согласился ящер, косясь в сторону Джабая.

И пусть они путешествовали вместе довольно давно, чужие ящеры все еще сторонились соплеменников Джабая. Это только еще больше напрягало и вызывало подозрения.

Вскоре ящеры немного успокоились и отправились дальше. Некоторые даже посмеивались друг над другом, вспоминая, как товарищи убегали от насекомых, чтобы не быть ужаленными.

Джабай не участвовал в обсуждении, внимательно наблюдая за красноватой точкой на своей руке. Такие небольшие повреждения, по идее, не должны были доставлять особых неудобств. Организм ящеров справлялся за короткий срок и с более серьезными ранами. Так почему ему казалось, что укус с каждым мгновением становился все более неприятным?

Беспокоясь, он спросил об этом ящера из своего отряда. Его тоже покусали. Тот подтвердил, что сила жжения от укусов постепенно становится сильнее.

Джабай не был глупцом, поэтому сразу понял, что все не так просто с этими насекомыми. В местных лесах росло много растений, которые умели выделять яд, способный навредить живым существам.

Если существовали такие растения, то почему бы не быть и ядовитым насекомым?

Обозначив проблему, Джабай добился остановки отряда. После этого он сел и внимательно осмотрел чуть вздувшийся участок. Ему показалось, что внутри что-то темнеет. Насекомое оставило внутри его тела жало?

Поджав губы и нахмурившись, он достал керамический нож и безжалостно выкорчевал чужеродный элемент из своей плоти. Внутри действительно обнаружился тонкий шип.

Сначала Джабай хотел, как привык, приложить к ране кусок грязи. Но потом вспомнил наставления Иры и принялся искать растение, которым она всегда пользовалась, обрабатывая раны. Найдя, он аккуратно разжевал его и привязал к ранке.

Закончив, Джабай велел остальным ящерам сделать так же. Те, кого укусили в труднодоступных местах, должны были попросить товарищей помочь с этим.

За время путешествия две группы ящеров более-менее сработались, но некая отчужденность все равно присутствовала, поэтому ночевали все отдельно друг от друга, сохраняя приличную дистанцию.

Исполнившись подозрениями, Джабай проверил всех, кого укусили насекомые. Большинство из них оказались из его отряда, но были и входящие в группу Карока. Если бы не последнее, Джабай решил бы, что все подстроено.

Он посчитал, что Карок вряд ли стал бы подставлять своих ящеров. Если так, то инцидент с насекомыми действительно был простой случайностью.

Ночь прошла неспокойно.

Большую часть времени было слишком жарко. Даже привыкшие к высоким температурам ящеры, укушенные насекомыми, чувствовали себя оказавшимися на солнце в самый жаркий период дня.

Жар время от времени сменялся минутами холода. Тогда их тела тряслись, а сами они заворачивались в листья, будто не они только что мучились от нестерпимого жара.

Несмотря на плохое самочувствие, Джабай зорко старался наблюдать за чужими ящерами. Он, конечно, убедил себя, что Карок не сделал этого специально, но полного доверия у него не было.

Ему хотелось подойти и спросить у другой группы, как чувствуют себя их пострадавшие, но не стал. И ящерам своим приказал быть как можно тише. Ему не хотелось показывать чужакам своих слабостей.

На самом деле, Джабай сильно переживал. Ситуация казалась очень опасной. Он не был уверен, что другая сторона не тронет их, узнав о проблемах.

К тому же существовала вероятность умереть от яда. Конечно, обычно регенерация ящеров очень быстро справлялась с ранами, но кто знает, как их организм отреагирует на подобное отравление.

Когда к утру самочувствие начало улучшаться, Джабай выдохнул с облегчением. Если Карок и имел свои соображения на этот счет, то ничего не сказал и никак этого не показал. Чужие ящеры выглядели нормально. Никто за ночь не умер.

И пусть Джабай был практически уверен, что произошедшее не было спланированным, он пообещал себе не терять бдительности.

Два дня все было спокойно. Укушенные ящеры полностью избавились от проблем со здоровьем. После того как беда миновала, многие посчитали произошедшее забавным.

На третий день случился еще один инцидент.

Карок снова споткнулся и упал. На этот раз никакой ямы с грязью под его ногами не было, зато была просто яма. Вернее, крутой овраг.

Никто не успел толком отреагировать, как Карок запнулся о торчащий из земли корень, взмахнул руками и с шумом скрылся среди кустов.

Ящеры на миг замерли, а потом, услышав треск ломаемых веток, бросились следом.

Джабай внимательно наблюдал за происходящим. В первое мгновение ему тоже хотелось кинуться за упавшим, но он усилием воли сдержал инстинкт.

Первыми за вождем помчались чужаки. Следом, будто их подхватило волной, побежали ящеры Джабая. Он даже не успел притормозить всех, только некоторых.

Ощутив сильную хватку на своих руках, они смутились.

Для начала Джабай внимательно осмотрелся вокруг. После этого раздвинул ветки и глянул вниз. Видно ничего не было, если не считать поломанных кое-где ветвей и примятых растений.

Спускались они тоже осторожно.

В самом низу перед ними предстала крайне любопытная картина.

Большая часть ящеров стояла по пояс в какой-то жиже. Все пытались выбраться, но у Джабая сложилось впечатление, будто с каждым движением они погружаются все глубже.

Последним, кого заметил Джабай, был Карок. Чужой вождь сидел на громадном бревне и выглядел растерянным. Измерив взглядом расстояние от бревна до берега, Джабай решил, что допрыгнуть до него вполне можно.

Подойдя к краю, он присел и попытался понять, что именно удерживает его ящеров в плену. Если бы это была простая грязь или вода, те давно бы уже выбрались.

Спустя некоторое время он так и не понял причины, но решил больше не разбираться, ведь некоторые его ящеры погрузились в нечто уже по грудь.

– Не двигайтесь! – предупредил он всех и начал думать, как вытащить попавших в ловушку.

Оглядев ящеров, Джабай заметил, что большая часть застрявших принадлежит именно его племени. Осознание этого факта заставило его немедленно оглядеться. Только тогда он понял, что большая часть чужаков каким-то образом избежала погружения.

Они стояли посреди этой ловушки на чем-то, что помогало им оставаться на поверхности.

Отметив это, Джабай решил сосредоточиться на своих товарищах. Вместе с теми, кого ему удалось задержать, он принялся отламывать длинные палки. И пусть Джабай не знал точно, что нужно делать, он действовал интуитивно.

На их земле тоже существовали такие места, но ящеры в них не попадали, потому что всегда старались действовать осторожно. Да и в большинстве своем все передвигались только по знакомой территории.

На мысль о длинной палке его навело бревно, на котором так удобно устроился Карок. Если ящеры не могут выбраться сами, то их нужно вытащить. Заходить в явно опасную среду Джабай не собирался, поэтому решил воспользоваться подручными средствами.

Постепенно удалось вытащить всех. Последний ящер погрузился в жижу с головой, хорошо, что за мгновение до этого он успел схватить протянутую палку.

Джабай был очень рад, что удалось удержать хотя бы часть своих соплеменников, один он точно не смог бы вытащить всех вовремя.

Когда ящеры оказались на берегу, Джабай отошел в сторону и рухнул на землю. Руки тряслись от напряжения и концентрации.

Оторвав ближайший лист, он вытер лицо и посмотрел на то, как Карок пытается перебраться с дерева на берег.

Сейчас, когда волнение несколько спало, Джабай заметил, что дерево вовсе не упало. По какой-то причине оно росло так странно. Это было даже не отдельное дерево, а большая ветка. Ствол дерева рос, как и положено, вверх, а низкая ветка стелилась над жижей.

Карок выглядел напуганным произошедшим. Вот только Джабай лишь сузил глаза, внимательно наблюдая за чужаком. Ему не нравились такие совпадения.

Вечером, собравшись около костра, он и его соплеменники начали делиться впечатлениями. К этому моменту всем удалось избавиться от грязи. Правда, не от запаха. Подозрительная жижа была очень вонючей, а запах от нее стойким.

На этот раз еще меньше ящеров воспринимали пережитое как обычное приключение. Многие подошли слишком близко к смерти, поэтому не сочли сегодняшний день забавным.

У большинства на лицах была написана тяжелая работа мысли. Сам Джабай также был задумчив.

– Когда мы шли по нашей земле, то случайно вышли к пещере, в которой было полно мелкозубов, – внезапно произнес один из ящеров, посмотрев в сторону чужаков.

Те не разжигали костра. Просто сидели возле своего вождя и ели сырое мясо.

– Мелкозубы не опасны для нас, – вступил в разговор второй ящер, хмыкнув.

Многие ящеры считали так же. Мелкозубы были практически самыми мелкими низшими ящерами. Даже несколько десятков не представляли какой-либо опасности. Конечно, будь их пара сотен, отряду пришлось бы туго, но такими большими группами мелкозубы собирались крайне редко. Обычно только во время гнездования.

В эти периоды они находили подходящую пещеру и занимали ее. Такими большими группами они собирались, чтобы охранять будущее потомство от более крупных ящеров.

Тысяча мелкозубов вполне была способна навредить или отогнать практически любого крупного низшего ящера. А то и вовсе убить.

– Они собирались гнездиться, – настаивал первый. – Почему их было так мало?

Ящеры задумались.

– Полагаю, они просто не успели собраться вместе, – предположил Джабай.

Остальные ящеры покивали, соглашаясь.

– Когда мы переходили реку, бревно, соединяющее берега, сломалось и уплыло.

Все тут же вспомнили этот инцидент. Карок прошел по дереву почти до конца, но оступился. Испугавшись, он одним мощным прыжком оттолкнулся от поверхности и прыгнул на берег. Вот только трухлявое бревно, пролежавшее в воде много лет, не выдержало напора и треснуло. Поток воды довершил урон – ствол практически сразу сломался пополам.

Река во время дождей была очень бурной, в засушливый сезон более спокойной, но течение все равно оставалось стремительным. Кроме того, ночью прошел сильный ливень, предвещавший скорое начало дождливого сезона. Уровень воды поднялся.

Обычно дерево опиралось на валуны, поэтому оставалось на месте, но, когда оно переломилось, вода неумолимо потащила обломки вниз по течению.

Все бы ничего, но в этот момент на дереве, кроме Карока, было еще несколько ящеров, Джабай в том числе. Чтобы не быть утянутыми под воду, им тоже пришлось прыгать. Некоторые ящеры, из шедших сзади, не смогли дотянуть до безопасной зоны и рухнули в воду. К их счастью, возле берега было много камней, так что они смогли удержаться, правда, все равно получили мелкие раны.

– Оно было уже старым, – уверенно произнес один из ящеров, поглядывая на товарищей, словно искал у них поддержки. – Вот и сломалось от легкого толчка.

– Можно было перейти реку в другом месте, – настаивал первый. – Там намного уже и безопаснее.

– Мы этого не знаем. Это только со слов чужака так. Кроме того, разве мы не решили, что до того места идти слишком далеко?

– Кто именно решил? – не успокаивался первый.

Ящеры растерянно переглянулись.

Джабай нахмурился сильнее. Все эти мелкие инциденты до недавнего времени его не особо волновали. Он считал, что до берега они добрались спокойно и с ними ничего необычного не случалось.

В конце концов, в жизни всегда что-то происходит, так стоит ли беспокоиться о каждой мелочи?

– А помните, там, где мы спускались с очень крутого склона, Джабай едва не сорвался? А ведь внизу было много камней.

– Просто совпадение, – один из ящеров, молчавших до этого, пожал плечами.

Он, как и Джабай, не видел в этих маленьких происшествиях чего-то необычного. Во время практически каждой охоты всегда что-нибудь случалось. То кто-нибудь споткнется не вовремя, то запнется, то головой заденет за торчащий сук или растущий горизонтально ствол.

– Но перед этим я слышал стук, словно удар камня о камень.

– Просто камень у кого-то из-под ног сорвался вниз и немного нашумел.

Ящеры заспорили. Джабай тоже был уверен, что слышал стук. В тот момент все его усилия были направлены на удержание равновесия, а потом он и вовсе выбросил произошедшее из головы. Мелочи действительно случались всегда. В этом нет ничего подозрительного.

Так почему сейчас у него такое чувство, что он что-то упускает?

– А гнездо смертозуба? – первый ящер, спорящий громче прочих, даже привстал, чтобы посмотреть на тех, кто все еще считал все эти события простой случайностью. – Нам повезло, что самого смертозуба не было рядом в тот момент.

– Даже если бы и был, Джабай просто убил бы его, – горячился еще один ящер.

– Тише, – попросил Джабай.

Его сразу услышали и замолчали, а потом взглянули на лидера выжидающе.

– Одно я могу сказать с уверенностью, – начал Джабай. – Этот берег для нас очень опасен. Взять хотя бы насекомых. Нашим телам никогда раньше не вредили столь мелкие укусы. Но стоило нам подвергнуться нападению насекомых здесь, как мы сразу отреагировали. Возможно, это потому, что мы раньше никогда с таким не сталкивались.

– Надо возвращаться, – глядя прямо на своего вождя, убежденно выдал первый. – Это все не случайно. Мы не знаем этой земли. Не знаем, что за звери тут живут, какие опасности здесь таятся. Если мы будем беспечны, то погибнем.

Джабай нахмурился, мельком взглянув на чужаков.

– Я согласен с тобой, – спустя время произнес он. – Действительно, происходит что-то странное. Но мы не можем просто уйти. Карок пойдет следом. И мы приведем его прямо в племя.

– Убьем его, – первый прищурился, кровожадно сжимая в руке керамический нож.

– Он не один.

– Других тоже убьем.

Стоило ему сказать это, как сидящий рядом дал драчуну подзатыльник.

– Угомонись, – ворчливо произнес более рассудительный ящер. – Не так просто убить сильный отряд. Это тебе не низшие существа. Драка будет такой, что только часть из нас выживет. Ты думаешь, Джабай медлит просто так? Если бы все можно было решить простым убийством, мы давно были бы уже дома со своими ящереанами.

Первый сердито взглянул на говорившего и почесал ушибленный затылок.

– Он прав, – вздохнул Джабай. – У Карока много ящеров. Все они довольно сильны. Прямой бой принесет нам много потерь. И мы не можем просто уйти. Они выследят нас и нападут на племя.

– И что нам делать?

– Пока идти дальше, – вместо Джабая ответил миротворец. – Что еще? Нам нужно быть очень внимательными.

– Верно, – согласился Джабай. – Еще представится шанс воспользоваться ситуацией.

Его не волновало, что это не слишком благородно. Больше всего его сейчас беспокоила безопасность своих ящеров.

На третий день после этого разговора им довелось убедиться, что им вовсе не кажется – Карок действительно по какой-то причине решил убить их не открыто, а окольным путем.

Джабай не понимал, к чему такие сложности. Не проще ли просто вызвать вождя, то есть его самого, на бой и победить?

И тут он кое-что осознал.

Карок либо был не настолько силен, как представлялся всем, либо просто имел трусливый характер, предпочитая убивать противников не напрямую, а посредством якобы случайных событий.

Была еще вероятность, что Кароку так больше нравится. Не зря ведь он выглядел безумным. Может быть, такому ящеру, как он, обычный поединок казался банальным и неинтересным, а убить противника, подстроив несчастный случай, представлялось более захватывающим.

Если подумать, Джабай даже понимал логику чужака.

Во время боя любой ящер подвергался опасности. Произойти могло все что угодно. Любая случайность могла стать причиной проигрыша, а значит, и смерти. Мало кто желал так рисковать. Только те, кто был очень силен и уверен, что справится со всеми непредвиденными обстоятельствами, безрассудно шли вперед.

Джабай и сам долго тянул с вызовом своего отца на бой. Он понимал, насколько силен прежний вождь, поэтому не торопился, хотя ему и хотелось все решить окончательно.

И опять же, кто знает, каким мог быть результат, если бы в их бой тогда не вмешались. Вполне возможно, что Джабай давно бы уже погиб, как и многие из его соплеменников.

При способе, который выбрал Карок, опасаться должен был не он, а его противники, которые даже не знали, что им следует о чем-то волноваться.

Сам Карок в этот момент мог ощущать себя хищником, ведущим послушную и ничего не понимающую жертву в ловушку, где для нее настанут последние минуты жизни.

Наверное, в этом было какое-то извращенное удовольствие.

Вызывал ли он своих прошлых противников на бой или все они погибли от какой-либо «случайности»?

Джабай не страдал милосердием и мягкостью, когда речь заходила о его личной безопасности и безопасности его соплеменников. Но и безрассудным он никогда не был. Прежде чем действовать, если того не требовала ситуация, он предпочитал во всем хорошо разобраться и разработать план. И только после этого предпринимать какие-либо шаги для достижения своей цели.

Конечно, в критический момент он готов был действовать  немедленно, но пока ничего срочного не было, Джабай выбирал тщательное планирование.

В итоге, когда  у него появились доказательства (еще один подозрительный случай), что Карок совсем не так прост, как может показаться на первый взгляд, Джабай принялся составлять план.

Не было никаких сомнений, что Карока следует убить. Вряд ли тот отступит от своих замыслов и легко отпустит Джабая с соплеменниками.  

Да и если отпустит, кто даст гарантии, что позже Карок не придет с большим количеством ящеров в племя Джабая и не уничтожит всех, кто будет ему мешать? Никто не мог знать наверняка.

Карок был опасен для Джабая и его товарищей, а также для тех, кто остался в племени. Возможно, он назвал настоящую причину, по которой так стремится объединить племена, но после всего произошедшего Джабай уже не особо верил в это.

С такой способностью к планированию Карок не мог не придумать способа избавиться от людей. Да, возможно, их много, больше, чем ящеров (хотя это лишь предположение), но Карок вполне мог воспользоваться всеми своими наработками, чтобы завести большинство людей в различные ловушки.

Судя по всему, люди так же, как и ящеры, жили племенами. Здраво рассуждая, люди могли представлять для ящеров опасность исключительно в случае своего объединения. Пока люди разделены на небольшие группы, они безопасны.

Любой из его соплеменников легко мог справиться с десятком, а то с двумя десятками людей. Ящеры действительны были очень сильны по сравнению с другой расой.

Несмотря на это, Джабай не испытывал к людям презрения. Он понимал: если тем в голову придет мысль объединиться, то они смогут стать реальной угрозой.

Кроме того, Джабай помнил Иру.

Если среди людей будет хотя бы еще один такой человек, способный придумывать вещи, казалось бы, из ничего, то люди очень быстро продвинутся в своем развитии. И кто знает, к чему это приведет. Возможно, никакая сила и выносливость ящеров уже не спасет.

Так почему же Карок, если он так опасался людей, не пошел и не убил их? Почему он решил, что лучше для начала объединить ящеров? И ведь с его умом (Джабай верил, что его догадки верны и Карок действительно очень умен, хотя и пытается доказать обратное своими действиями) он должен был понимать, что большому количеству ящеров будет сложно жить вместе.

Может быть, все дело в банальной жажде власти? Способен ли умный ящер жаждать чего-то настолько обыденного? Почему нет?

Спустя неделю после инцидента с засасывающей грязью начался сильный ливень. Не было никаких сомнений, что сезон дождей снова вступил в свои права.

На следующий день после дождя группа Карока исчезла. Все случилось так быстро и неожиданно, что никто не успел отреагировать.

– Куда они делись? – Джабай хмуро принюхался. Из-за дождя все запахи были практически смыты. Кроме того, ящерам Карока каким-то образом удалось полностью убрать свой природный след.

– Ушли под самое утро, – виновато ответил ящер, который патрулировал в это время. – Мне показалось, что я услышал шум в отдалении. Пошел проверить, а когда вернулся, здесь уже никого не было.

– Не переживай, – Джабай хлопнул ящера по плечу, – тебя просто отвлекли.

К этому моменту все ящеры уже были на ногах. Они были готовы немедленно броситься в погоню, однако отсутствие привычного ориентира сбивало с толку. Обычно даже дождь не был для их носов сильной помехой, но сейчас все они по какой-то причине потеряли обоняние.

– Мне кажется, вокруг лагеря что-то рассыпано, – отряхнув руки, доложил один из ящеров. – Вещество не ощущается само по себе, но полностью стирает все недавние запахи на местности, даже наши собственные. Чувствуете?

Джабай принюхался, к своему удивлению замечая, как его собственный запах медленно растворяется. Вскоре у него возникло ощущение, что вокруг не было ничего, кроме естественных ароматов леса и прошедшего дождя.

Это сильно нервировало. Джабай ощутил себя внезапно ослепшим. Никогда раньше он не чувствовал ничего подобного. Страх пробрался в сердце. А вдруг нюх пропал навсегда? Как тогда охотиться? Но главное даже не это. Как теперь вернуться в свое племя?

Оглянувшись, Джабай понял, что понятия не имеет, откуда они пришли. Лес казался одинаковым со всех сторон. Раньше ящеры всегда полагались на нюх, а теперь, когда были лишены его, чувство направления тоже пропало.

В глазах товарищей он увидел тот же страх. Глубоко вздохнув, Джабай собрался. Ему не следовало показывать растерянность перед соплеменниками.

– Не надо паниковать, – приказал он жестко. Грубый голос привел остальных в чувство.

Ящеры ощутили, как недавний страх, схвативший за горло, слегка ослабил напор, пусть и не пропал совсем.

– Это очередная уловка. Либо запахи скоро вернутся, либо… – Джабай сжал кулаки и упрямо выпятил подбородок вперед, – мы доберемся до дома без него!

– Я предлагаю уйти из этого места, – высказался тот ящер, который недавно предположил, что вокруг может быть что-то рассыпано.

Все согласно закивали, втайне надеясь, что нюх вернется сразу, как только они покинут опасную зону. Не успели они уйти далеко, как вокруг затрещали кусты. Ящеры замерли. И пусть, кроме нюха, у них был еще и слух, но, оглушенные потерей и все еще погруженные в переживания, они не заметили, что к ним кто-то приближается.

Выругавшись, Джабай хотел отреагировать, но сразу наткнулся на торчащий из зарослей кончик копья. Подняв глаза, ящер увидел в зарослях внимательный взгляд, устремленный на него.

Сразу после этого их окружила группа людей, выглядевших крепкими и воинственными. Джабай вскинул руку, призывая своих товарищей не делать глупостей. Не хотелось раньше времени накалять обстановку. Он встречал не так много представителей другого вида, большинство из них были не самыми приятными, но он все еще надеялся, что не все люди носят в сердце дурные намерения.

 Получив сигнал, ящеры расслабились, не собираясь нападать на людей. Правда, это не помешало им внимательно следить за копьями и действиями этих существ. Несмотря на свое проявленное дружелюбие, им не хотелось быть убитыми или раненными.

Люди начали разговаривать между собой, время от времени громко спрашивая о чем-то ящеров. Джабай пожалел, что в свое время не стал учить язык людей у Иры. Сейчас ему это очень пригодилось бы. Конечно, некоторые слова он все-таки смог запомнить, но этого было крайней мало.

Спустя некоторое время один из людей подошел к Джабаю и жестами велел протянуть руки вперед. Джабай не стал сопротивляться.  Человек начал связывать его запястья тонкой полоской кожи. Другие ящеры возмутились таким отношением к своему вождю, но Джабай утихомирил их.

Кожа была непрочной. Он в случае необходимости мог легко порвать ее. Но делать это на глазах у людей пока не собирался, опасаясь, что его сила напугает другой вид, отчего мирные переговоры могут сорваться.

Другие не понимали, зачем нужны эти уловки, но подчинились, позволяя связать свои руки. После того как ящеры проверили полоски кожи на прочность, они расслабились. Эти оковы действительно не могли их удержать.

Это понимание успокоило их. Ящеры принялись рассматривать людей и местность вокруг. Нюх все еще не вернулся, что очень сильно расстраивало.

Под неусыпным конвоем все они были доставлены в племя людей. Идти пришлось несколько часов.

Затем ящеры оказались в окружении многочисленных людей. Джабаю и остальным было очень интересно посмотреть, как живут люди. Племя оказалось не таким большим – от силы человек сорок.

Больше всего ящеров интересовали женщины. Им было любопытно взглянуть на них. Джабай, заметив их, сразу вспомнил Иру. Почему-то казалось, что ни одна из женщин, которых он видит, не была такой красивой, как она.

Все они ходили с голой грудью. Было немного неприятно видеть плоские мешочки, которые свисали вниз, иногда до самого пупка. Даже у молодых женщин грудь отчего-то сильно обвисала.

Крепкие ноги, широкие бедра, узкие плечи и странные груди. Джабай еще раз убедился, что Ира выглядит в десятки раз лучше. Видимо, по какой-то причине одни люди сильно отличаются от других.

Имея возможность в любой момент освободиться, ящеры затаились, лишь поглядывали по сторонам и тихо делились впечатлениями.

Они все помнили Иру и то, сколько всего полезного она привнесла в их жизнь, поэтому им было странно видеть, что люди живут практически так же, как и сами ящеры до встречи с Ирой. Единственным отличием было то, что люди умели разводить костры и ели, насколько они поняли, готовую пищу.

Об этом говорил костер, разожженный в центре поляны, и нечто вроде горшка. Горшок, к слову, выглядел сделанным из камня, а не из глины, как привыкли ящеры.

Еще из примечательного был странной формы камень неподалеку от костра.

Когда ящерам надоело стоять, они уселись на землю, продолжая наблюдать за бытом людей. К их удивлению, племя вело себя очень спокойно. Казалось, их совсем не волнует, как выглядят ящеры. Джабай посчитал это подозрительным.

Ближе к полудню их увели с поляны. Теперь ящеры не были на виду у всех, но все равно могли видеть, что происходит в центре племени.

Когда солнце достигло зенита, люди начали разжигать костер сильнее, а потом принялись с дикими криками плясать вокруг него. После этого непонятного действа все окружили привлекший внимание ящеров камень. Спустя какое-то время на него легла одна из женщин. Люди вокруг хлопали в ладоши, кричали и смеялись. Даже сама женщина время от времени хихикала.

Ящеры собрались вместе, с любопытством наблюдая за происходящим. Они то и дело выдвигали предположения о том, что будет дальше. Никто из них точно не ожидал, что подошедший к камню наряженный в какие-то немыслимые одежды человек, вытащит заостренную палку и резко опустит ее прямо женщине на грудь.

Джабай всем телом дернулся от неожиданности. Путы вокруг запястий затрещали. Не было никаких сомнений, что понадобится всего небольшое усилие, чтобы они полностью порвались.

– Что он только что сделал? – удивленно прошептал один из ящеров. – Он убил ее? Зачем?

Никто ему не ответил.

Нахмурившись, Джабай все-таки избавился от непрочных пут. Ранее он не делал этого потому, что не хотел нервировать людей. Ему казалось, если те будут считать ящеров слабыми, то не станут относиться к ним настороженно. Это могло помочь найти общий язык и разрешить ситуацию мирно.

Однако он никак не ожидал стать свидетелем убийства. В голове сразу возникли слова Карока о том, что люди едят себе подобных.

– Что нам делать? – послышался шепот рядом.

Джабай не успел отреагировать и выйти к людям. В тот момент, когда он сделал шаг вперед, на поляну вышел…

Карок!

Это обстоятельство заставило Джабая запнуться. Остановившись, он в некоем ступоре наблюдал, как подошедший к камню с убитой женщиной Карок что-то сказал стоящему рядом человеку.

Разодетый мужчина широко улыбнулся и быстро начал что-то говорить, а потом поднял руки и стал показывать на группу плененных ящеров. Сначала Джабай ничего не понял, так как говорили они на языке людей, но сценка с запястьями подсказала ему, что ящер и человек вполне могут говорить о его отряде.

То, что мужчина затем указал в сторону Джабая с соплеменниками, только подтвердило подозрения.

Слова мужчины не слишком понравились Кароку, судя по его прищуренным глазам. Он что-то переспросил. Человек запнулся и снова показал на руки, а затем покачал головой и принялся в чем-то горячо убеждать ящера.

Потом он подскочил к мертвой женщине на камне и, схватив тело за руку, дернул его в сторону ящера, а затем, к шоку Джабая и его соплеменников, наклонился и впился зубами в плоть.

– Что он делает? – придушенно шепнул один из ящеров рядом с Джабаем.

Слышать о чем-то подобном было не слишком приятно, а видеть – в десятки раз хуже. Было в этом действии что-то невероятно противоестественное.

Джабай не стал больше терпеть. Он отодвинул ветку и вышел на поляну. Разряженный мужчина тут же застыл, заметив его появление, а Карок ощутимо напрягся.

– Что это значит? – немедленно спросил Джабай у чужого вождя, взглядом требуя ответов.

Вообще-то, он уже сделал кое-какие выводы, и ответы не были ему особо нужны, но он решил, что следует узнать больше.

Карок вздохнул и неприязненно поглядел на человека рядом. Тот весь сжался, отступая на шаг и невольно потащив за собой и убитую. Заметив это, он отбросил ее руку и вытер рот, размазывая нанесенную на кожу белую и красную краску.

– Джабай! – воскликнул Карок, как-то неуловимо меняясь. Еще мгновение назад он выглядел спокойным и решительным, а сейчас в нем стало сквозить ничем не прикрытое детство. – Хорошо, что ты нас нашел. Мы заблудились.

Сказав это, он сделал шаг и «споткнулся» о камень, тут же неуклюже рухнув на землю. При падении он задел рукой сам булыжник, явно больно ударившись. Послышалось рассерженное шипение.

Даже без недавней сцены Джабай больше не верил Кароку. Сложив руки на груди, он поджал губы и требовательно посмотрел на ящера.

Карок мельком глянул на него, будто пытался оценить степень доверия. Заметив взгляд Джабая, он на короткий миг затих, а потом почесал голову. После этого резко поднялся и сел, поворачиваясь в сторону Джабая.

– Совсем нет? – спросил он с наигранной надеждой.

Джабай качнул головой.

– Точно нет? – задал Карок еще один вопрос, просяще заглядывая в глаза напротив.

Джабай остался непоколебим. Он продолжал смотреть на ставшего серьезным Карока, и любому стало бы понятно, что ему требуются ответы.

Сам Карок в этот момент выглядел так, словно его чем-то обидели. Джабай не верил ящеру, поэтому был напряжен. Он понимал, что время обмана прошло, значит, Кароку придется решать, как действовать дальше. С большой долей вероятности это могло привести к нападению, и, скорее всего, внезапному.

– Ну-у-у, – протянул Карок, а потом резко изменил положение тела. Еще секунду назад он сидел и выглядел полностью расслабленным, а в следующий миг стоял на ногах. – Я пытался, – буркнул он и кинулся вперед с невероятной скоростью.