Глава 19

Я моргнула. Такого вопроса я точно не ждала услышать.

– Ну…

– Котёнок, сходи на кухню и сообрази чего пожевать, – Хакан посмотрел на свою… не знаю, кем её считать.

– Но сла-а-а-адкий, мне ле-е-е-ень, – заканючила та.

– А мне лень слушать про туфли, которые тебе страсть как нужны. Все мы чем-то жертвуем. Давай, малышка, не ной.

Та недовольно посмотрела на меня. Вложенную мысль я не поняла. То ли «ах ты дрянь, из-за тебя мне приходится что-то делать», то ли «только попробуй на него глаз положить». Погодите, она что, ЧЕЛОВЕК?! Ну точно, ни хвоста, ни шерсти, ничего. Ого… Блин, ну нет, будь спокойна подруга. Если он тебя охмурил, я вообще без шансов. Голая девица пропала из кадра, а капитан проводил её взглядом.

– Про ритуалы я не просто так спросил, – Хакан потянулся, снова обращая внимание на меня. – Ты же не думаешь, что, попав к лучшему хозяину в мире, можно на всё забить? Придётся поработать, кадет. Я бы назвал тебя агентом от расы оборотней.

– Я не забываю, – обиделась. – Его пытались отравить. А я не дала выпить, почуяла. Вы знаете что-нибудь? Кто может угрожать?

– На Ника, радость моя, на его жизнь и здоровье мы всей расой молиться должны, – странно, но Хакан был абсолютно серьёзен, понизив голос, он наклонился к экрану. – Знаешь, над чем хозяин твой работает? Лекарство от того, что позволяет на нас надевать ошейники, – тронул пальцем свой.

– Знаю. Я ещё услышала в больнице, что его прививки должны бесплатно раздавать, а нет. Не знаю, как теперь сказать…

– Он не дурак, в курсе, – Хакан махнул рукой. – Но я не о том. Ник работает над препаратом, который можно будет принять один раз, а потом пусть хоть дикий за зад цапнет, бешенством не заболеешь. Как, кстати, твоя рана поживает? Жирдяй сильно потрепал?

– Не успел, – я надулась ещё больше, но виду не подавала.

– Надо же, – он ухмыльнулся и облизнул губы. – Значит, лисичка ещё чистая? Хорошо.

Ой, вот не надо. Во что он пытается меня втянуть?!

– Но если Никониэль знает про вакцину, почему тогда ничего не делает?

– А сама не понимаешь? Потому что всем плевать. Мы же оборотни, зверушки. Я у человека, ты у эльфа, что в большинстве своём на порядок хуже. Такова жизнь.

– Значит то, над чем он работает…

– Дошло, наконец, – обрадовался Хакан. – Да. Это прививка насовсем. Если Ник закончит, ты, я и остальные оборотни обретём независимость. Мы перестанем заражаться от укусов и не будем болеть, потому что ветер принёс чих дикого из-за стены.

Слова отпали сами собой. Я рассеянно обвела взглядом лабораторию. Высший эльф, живёт отшельником и его побаиваются такие влиятельные люди как Солт и Мастерсон. На него совершили покушение, а меньше суток спустя…

– Когда я… – я тоже приблизилась к экрану, но задуманную фразу не смогла. – Можете ли вы сказать что-то о мисс Мастерсон? – посчитав вопрос бестактным, я поспешила объяснить. – Я пока мало что знаю, но меня немного настораживает её интерес к нему. Ничего конкретного, может просто паранойя, но… он ей симпатизирует, и я хочу понять, насколько это опасно.

– Ребекка? Он что до сих пор не успокоился?! – Хакан рыкнул так, что дрогнули стеклянные пробирки в лаборатории. – Эта тварь хочет одного – женить Ника на себе, прибить и унаследовать права на всё имущество, разработки и патенты. Это огромные деньги, Иви. Если получить и использовать то, чем владеет Ник, можно разложить больше половины империи во всех позах. Чтоб ты понимала – всё оружие, топливо, поезда, лекарства – разработки Бетани. Он мог бы попытаться свергнуть правительство, если б захотел. Иви, – Хакан перестал ругаться и посмотрел на меня в упор, – кто угодно мог дать ему тот яд. Ник угрожает экономике империи и это понимают все. Он опасен не только потому, что сильный эльф, но и потому что пара его подписей сломает известную всем картину мира. У тебя появились враги и очень могущественные.

О-бал-деть.

Лекарство от бешенства – ключ к уничтожению ошейников. Такие, как Солт, лишатся права издеваться над оборотнями и убивать детей. Можно будет заниматься тем, чем хочется, а не тем, что прикажет хозяин. Не будет больше стыда за то, что кто-то из твоей семьи имеет хвост… хотя, это может и останется, но вряд ли приведёт к тем же последствиям, что и в моём случае.

– Капитан, я не уверена, что справлюсь. Здесь нужно больше бойцов и кого-то посерьёзнее лисы, – решение возникло мгновенно. – Почему вы ещё там, а не рядом с ним?

– Забыла, что существует такое понятие контракт? Мастерсон мой отдавать не собирается, даже за деньги Ника. Поэтому тебе нужно взять на себя не просто защиту. Ты должна стать, – лёгкая ухмылка, – миссис Бетани.

– Ч-что? – из меня вырвался нервный смешок.

– Влюби в себя Ника. Мордашка симпатичная, на зад твой он уже насмотрелся, пока царапину обрабатывал. В идеале от него нужно успеть залететь, чтобы иметь возможность удержать наследство. Он последний из Бетани. Других нет, – Хакан повёл мощным плечом. – Я, конечно, понимаю, что после меня больше никто не кажется привлекательным, но ничего, привыкнешь. Он не злой, извращения не терпит.

Возмущение во мне вспыхнула как сухая трава, упавшая в огонь. Вот почему он помогал! А я-то, дура, нафантазировала, что среди всех кадетов академии и людей, вспоминая Кити, он благосклонен ко мне. Что я и вправду такая особенная, раз понравилась дракону.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Дура.

Он просто выбрал мордашку посмазливее, чтобы подложить в постель своему другу. Зашибись.

– Я ему не нравлюсь. Хвост лишний.

– Понравься. Флиртуй, говори комплименты, голой ходи в конце концов. Показать есть что. Давай, Иви, вылезай из мира грёз. Рядом такой же любитель фантазировать, поладите. Это твоё персональное задание, используй шанс вылезти из грязи.

Горло обожгла горечь. Я чувствовала, что вот-вот расплачусь и сжала зубы. Всё-таки я дура. И прав был Хакан, когда назвал меня эфирной. Хила в своём маленьком мирке, мечтала о том, как вернусь домой и буду жить спокойно и скучно. Побывала у Солта, где мне впервые показали, жестокость, а потом спасли и всё снова стало эфирным и сказочным.

У всего есть цена. С меня сняли ошейник, но я осталась игрушкой в чужих руках, просто хозяин теперь приятен внешне. Меня снова используют, и я ничего не могу сделать.

– Я буду его защищать, – ответила я, не зная, что ещё сказать. – И придумаю, как отговорить от поездки в столицу.

– Это в любом случае, – Хакан кивнул и поморщился. – Есть кое-что, что тебе поможет. У их расы полезная черта – зацикленность на поиске идеального партнёра или как-то так. Ну, знаешь вроде истинной пары. Только оборотни фокусируются на инстинктах, а эти на интеллекте, душевной близости и так далее. Ник парится, что никак не находит «ту самую». Он хороший парень, отличный. Задури ему голову, чтоб зациклился на тебе и дело сделано. Потом не отлипнет, поверь, – Хакан улыбнулся. – Гляжу, ты уже без ошейника, а представь какая власть будет у тебя в качестве возлюбленной? – Внезапно лицо капитана сильно помрачнело. – Только себя в руках держи. Тебе к нему привязываться нельзя. Иначе…, – он вздохнул. – Потом будет очень тяжело смириться. Как и мне.

– Почему?

– Потому.

Он издевается? Хочет, чтобы я забеременела без привязанности?!

Я разозлилась и, глянув на дверь, чтобы убедиться, что Никониэль не вернулся, прошипела сквозь зубы:

– Если вы хотите, чтобы я играла любовницу, то рассказывайте полную картину. Я уже поняла, что буду стоять между ним и всей империей и неожиданные враги мне не нужны. Что ещё ему угрожает?

Хакан расхохотался.

– Лисичка рычит и показывает зубки? Взрослеешь, Иви. Так глядишь ещё и кусаться научишься, – он сверкнул золотистыми глазами. – Сама скоро поймёшь, но сильно пожалеешь об этом. Лады, приступай к заданию, агент. А я займусь своим, – его голос скатился в рычащее мурлыканье, которое против воли вызвало волну мурашек. – Малышка, иди к папочке, – повернул он голову в сторону и экран погас.