Глава двадцать четвёртая

Я поторопилась открыть ему, но не успела. Максим меня опередил.

— Что ты тут делаешь? — услышала я, выходя из комнаты.

Олег стоял на пороге с коробкой точно таких же пирожных. У них туда дорожка что ли протоптана?

— Олег, привет, — вмешалась я в противостояние взглядов.

— Привет, — он решительно вошёл, сдвигая Макса с пути. — Что тут происходит? У тебя что-то случилось?

— В некотором роде, — помялась я. — Максим, ты нас не оставишь?

— И не подумаю, — усмехнулся он. — Я здесь живу.

— Что?! Аня, в чём дело?

— Он… переехал сюда. Понимаешь, моя соседка съехала…

— И он занял её место? — недобро усмехнулся Олег.

— Занял, — подтвердил Макс, поиграв мускулами. — В любви и на войне все средства хороши.

— Ты серьёзно? Решил домогаться свою подчинённую прямо у неё дома?!

— Это касается нас двоих, — отлип от стены Макс и шагнул к Олегу.

Атмосфера сразу накалилась.

— Аня, отойди, мы разберёмся.

— Давай выйдем.

— Да постойте вы, что вы устраиваете опять? — вклинилась я между ними.

— Ты хочешь, чтобы он ушёл? — твёрдо спросил Олег.

— Если честно, сейчас я хочу, чтобы вы оба ушли. Делите меня, как лошадь скаковую.

— Я пытаюсь помочь.

— Мы и без тебя разобрались. Аня — моя девушка, — заявил Макс.

— А сама она об этом знает? — Олег взглянул на меня, а я только глазами хлопала. Я девушка Макса? — Аня, что ты молчишь? Может, я и правда третий лишний?

— Олег, я… понимаешь, — помялась я.

— Я понял, не трудись объяснять, — его глаза метали молнии, но он умел держать себя в руках.

— Постой.

— Я знаю, что между вами что-то есть, — с горечью произнёс он. — Видимо, мы встретились с тобой не в то время. И очень жаль, нам было бы хорошо вместе.

Я не знала, что сказать, он и правда нравился мне. Даже очень. Только… он не Макс. Он ещё раз окинул меня взглядом, полным сожаления, и, не дожидаясь ответа, оттолкнул Максима в сторону и вышел. А я осела на пуфик, понурив голову.

— Как некрасиво получилось, — хмуро пробормотала я.

— А ты хотела, чтобы он обрадовался?

Максим присел передо мной на корточки.

— Ты выбрала правильно, моя нежная колючка.

А потом поцеловал меня, и я с ним согласилась.

Следующие две недели он совмещал работу владельца агентства недвижимости и няньки. Я упрашивала его оставить меня в покое, я и сама неплохо справлялась. Но если уж он решил за мной ухаживать, даже я не смогла бы ему помешать. Он дважды возил меня ко врачу, готовил мне завтраки, потом рвал жилы на работе, добиваясь заключения какого-то страшно важного контракта, а потом возвращался к нам с Наполеоном, как будто мы его семья.

Это было невероятно странно. Мы ещё ни разу не переспали, а уже жили вместе. И, как ни удивительно, мне очень нравилось. Макс открылся для меня с другой стороны. И, кажется, он сам себе удивлялся.

А через две недели он снова отвёз меня ко врачу, мне сняли ортез, и я встала на обе ноги. И Боже, какая это была радость! Я снова могу нормально ходить.

— Отпразднуем сегодня у меня, — Макс поставил перед фактом.

— У тебя? Ремонт закончен? — усмехнулась я.

И в кои-то веки он смущённо улыбнулся.

— Ты же понимаешь, я не мог не воспользоваться освободившейся комнатой.

— Это было по меньшей мере креативно, — согласилась я. — Только, думаю, вам с Наполеоном у нас маловато места.

— У нас, — повторил Макс, улыбнувшись.

— Ну, ты ведь заплатил за эту комнату. Значит, у нас, — поспешно объяснила я.

— Я понял, понял. Знаешь, твои колючки уже не такие острые.

— Неужели?

— Ага, даже приятно.

— Или ты мазохист.

К вечеру я привела себя в порядок, предвкушая романтическое свидание, которое на этот раз точно должно привести к большему. На день рождения Олеся подарила мне потрясающе развратный комплект нижнего белья, хотя сама она считала его вполне скромным. Я впервые надела его, почувствовав себя сексуальной. Чёрное кружево обтягивало изгибы, подчёркивая мою светлую кожу. Я крутилась перед зеркалом, не веря, что это действительно я. И сегодня случится то, чего я так долго ждала.

Увидев меня, Максим едва заметно изменился в лице, хотя я успела заметить, как тяжело он сглотнул. Я таяла под его восхищённым взглядом, успокоившись, что действительно нравлюсь ему. Я выбрала новое платье с открытыми плечами и распустила волосы. Капельку блеска на губы и чуть-чуть туши, этого хватило, чтобы приятно удивить моего мужчину.

— Выглядишь великолепно, — просто сказал он. А потом взял меня за руку и повёл за собой.

В машине я немного запаниковала, прокручивая в голове, как всё будет. Да, я подготовилась, но вот готова ли я? Это разные вещи. Как будто прочитав мои мысли, Макс взял меня за руку, переплетя пальцы с моими, и мягко улыбнулся.

А шагнув в его пентхаус, я лишилась дара речи. Это здесь они живут вдвоём с Наполеоном?

— Нравится? — улыбнулся Макс, увидев выражение моего лица. — Пойдём, я покажу тебе кое-что.

Из его квартиры можно было выйти на террасу, с которой открывался потрясающий, просто умопомрачительный вид на ночную Москву.

Затаив дыхание, я любовалась развернувшейся передо мной красотой, и тут почувствовала, как кожу на шее опалило дыхание Макса. Он подошёл сзади, взял меня за талию и вдохнул аромат моих волос. Такой большой и сильный, в его объятиях я чувствовала себя маленькой и беззащитной. Он прижимался бёдрами сзади, и я ощущала его напряжение.

— Как долго я ждал, — выдохнул он.

Его руки скользнули к груди, мягко сжали, вызвав волну тепла внизу живота. Макс толкнул меня вперёд бёдрами, я упёрлась в ограждение, как следует почувствовав твёрдость у него в брюках. Хотелось тереться об него, будто кошка, я качнула попкой, заставив его задышать чаще.

— Я хотел напоить тебя вином и угостить ужином, но ты не оставляешь мне шанса, — усмехнулся Макс.

— Твоё терпение на исходе? — мурлыкнула я, откинув голову ему на плечо и подставляя шею под поцелуи.

Он слегка прикусил кожу и тут же зализал это местечко. Макс толкался вперёд, как будто нас не разделяли слои ткани.

— Не могу больше, — прорычал он, разворачивая меня к себе и подхватывая под бёдра. Похоже, терпение и правда кончилось.