Глава 14

Юита Андервуд

Толпа нежити наступает.

Рик и Мордрак швыряют заклятья во все стороны, будто ни капельки не выдохлись. Драконы-стихийники, что тут сказать.

Фабиан вообще в своей тарелке — уверена, некоторых из этих мертвецов он поднял собственноручно на факультативе некромантии.

Кристоф окружил себя хитрым магическим щитом собственного изобретения, и приближающиеся к нему зомби теперь сильно замедляются. Если б зачет не на время, он вышел бы отсюда победителем, заработав максимум баллов. Но нет, сегодня важна скорость и количество положенных врагов.

Остальные, включая меня, держатся на последнем издыхании. Ощущение, что нежити меньше не становится, мало того, твари словно в раж входят, становясь еще более активными.

Саманта мчится мимо, на ходу создавая огненный вихрь. Я с завистью ловлю взглядом ее брата. Вдвоем эти драконы могут гораздо больше, нежели по одиночке.

И почему я родилась обычным человеком?

Несправедливость.

— Эй, Ю! — окликает меня Крис. — А знаешь, что про новенькую узнал?

— Серьезно? — раздраженно выплевываю я, снося голову выпрыгнувшему из искусственного полумрака мертвяку. — Прямо сейчас, в толпе восставших трупов?

Друг всерьез заболел теткой, которую мы вчера видели. Она не пару лет нас старше, но ровесницей никак не ощущается. Да еще внучка леди Амбер. Если «новенькая» не обломает Кристофа, это сделает ее бабка. А я бы не стала рисковать и портить отношения с человеком, от которого может зависеть мое здоровье.

Но у Шаера не все в порядке с любвеобильностью. Он провстречался, кажется, с половиной девчонок академии! И со мной в том числе. На первых курсах я была влюблена в этого очаровательного ловеласа и даже один раз с ним целовалась. А потом разглядела прекрасного принца в ректоре. Холодном и недоступном. Ровесники вмиг стали не интересны, а прежние влюбленности перешли в категорию дружбы.

— Десять минут! — раздается громогласный голос над ареной.

Меня толкают сзади, едва не повалив на землю. Я изворачиваюсь, успевая заметить, как рядом падает Леа, а сверху нее — два зомбака. Их тут же отшвыривает прочь столп яркого света. Над однокурсницей загорается красный шар и прохладный голос объявляет: «Убита».

— Гадство! — стукнув кулаком рядом с собой, Леа раскидывает руки в стороны и тяжело дышит.

Урок для нее закончен незачетом.

Я успеваю отразить атаки трех особо яростных представителей нежити, отбегаю в сторону от вышедшей из игры Леи, едва не сталкиваясь с щитом Кристофа.

Он совсем уже замедлился, лениво протыкая черепушки заторможенных мертвецов, попавшихся в плен голубоватого купола.

— Томми рассказал, что мисс Амбер у ректора с утра была.

Руки уже болят от тяжести меча. Следующего нападающего отталкиваю от себя точным ударом ногой в грудину.

— Зачем? — заинтересовываюсь, кидая быстрый взгляд на Криса.

— Устраивалась на работу.

Отвлекаюсь, замирая столбом. Может, у мелких не хватает кого-то из магистров? На продвинутом и высшем уровнях только куратора-стихийника нет. Последние дни я старалась не думать лишний раз о мистере Грегори. Его смерть — огромная ошибка, чудовищная случайность…

— Кем?

Кристиан хитро усмехается, последнего застрявшего выталкивая из сияния щита обычным пинком.

— Куратором! Представляешь, эта малышка будет нас по практикумам таскать.

— Но она же… такая молодая!

Друг пожимает плечами.

— Велика вероятность, что наш Снежный Король наконец подтаял и взял под крыло одну из своих любовниц.

Вспыхиваю злостью. Если бы не щит, врезала б гаденышу по смазливой мордахе!

— У лорда Мортена нет любовниц! Он свою истинную ждет.

— Да-да, для тебя свою честь хранит, — ржет этот ненормальный.

Тут же становится серьезным, и делает выпад в мою сторону. Я вздрагиваю от неожиданности — выхваченный из воздуха клинок пролетает совсем рядом с моей щекой и с чавкающим звуком вонзается во что-то.

Резко оборачиваюсь одновременно с протяжным сигналом окончания зачета. Тело нежити растворяется, не успев упасть к моим ногам. Выдыхаю.

Щит Кристофа уже убран, и я налетаю на него, отвешивая звонкую пощечину. Он пошатывается, хватаясь за скулу.

— Эй! Я тебя от неуда спас, между прочим!

— А перед этим отвлек!

Он потирает наливающийся отпечаток моей ладони.

— Ладно, в расчете, — снова растекается в улыбке. — Не важно, по какой причине ректор устроил сюда эту красотку. Я ее завоюю, вот увидишь!

— Леа Стоун, Николас Бриг-Рейн — пересдача, — разносится над полигоном голос магистра. — Фабиан Лафельн — дисквалификация с возможностью пересдать только в конце года. Натравливать нежить на товарищей запрещено правилами. Остальные увидят свои баллы в зачетках.

Осматриваюсь, нахожу взглядом упомянутых сокурсников. Расстроенную Лею успокаивает Саманта, поглаживая по плечу. Ник стремительно идет в сторону Фабиана, сжимая кулаки. Вечно эти двое мордобои устраивают. Видимо их незачеты тесно связаны друг с другом.

Теряю к ним интерес, переключаясь на Кристофа.

— Так значит, у нас новый куратор?

Слова друга о возможном «особом» отношении лорда Мортена к этой девице глубоко въедаются мне в сердце.

— Ага, — мечтательно возводит глаза к небу он. — Жаль, что практикум по стихийной магии у нас не каждый день.

Лоранд

Марта кружится вокруг наряженного манекена, подгоняя по замерам длину форменной юбки. На меня не обращает внимания. Сосредоточенно высунув кончик языка, руководит иглой, шустро скачущей по ровному ряду темно-бордовых стежков.

Мантия и костюм обрели хозяйку еще утром, теперь же швея заканчивает работу над оставшимися элементами кураторского гардероба.

Я не просто так поручил его пошив именно Марте. Она вплетала в нити особые защитные чары, которыми обладал далеко не каждый маг.

— Будут еще поручения, господин? — выпрямляется наконец она, встряхивая наверняка ноющими от напряжения кистями рук.

Обвожу мастерскую взглядом, останавливаясь на небольшом тканевом узелке, брошенном на стол. Прохожу через всю комнату, развязываю и раскрываю смятые края носового платка.

— Ох, это серьги новенькой вашей! — спохватывается Марта, подбегая. Хочет схватить их, но я беру первым.

Разглядываю на раскрытой ладони, отмечая искусную работу древних мастеров. Такого сейчас не делают. Крупные сапфиры обрамлены ажурными капельками золота, будто плачущими над этими драгоценными камнями.

— Почему они у тебя? — перевожу взгляд на экономку.

— Дак Мона отдала! Попросила продать и на вырученные деньги купить ей кой-чего. Прибыла-то девка сюда без всяких чемоданов.

Хмурюсь.

— А почему она не попросила об этом Ронду? Свою бабку.

Марта отмахивается.

— Да кто ж ее знает? Но что-то грустная она была сегодня на примерке. Даже форме не обрадовалась, хотя та села на ней, как влитая! Особенно жилет и брюки. Мантия, правда, мешковата оказалась, как ни подгоняй. Но это уже особенности фигуры.

— Много она попросила купить?

— Кое-что из одежды, женских штучек всяких. Ну, вы понимаете... — она слегка розовеет. — Ночную сорочку, комплекты…

— Ясно, не нужно подробностей, — перебиваю ее, переводя взгляд на серьги в своей ладони. — Купи все необходимое. Если тебе покажется, что она нуждается еще в чем-то — приобрети и это тоже.

Убираю украшения во внутренний карман мантии.

— А деньги? — слегка теряется она. — Или в счет академии вписать?

— Нет.

Снимаю перчатку и стягиваю родовой перстень. Отдаю экономке.

— Ставь на чеках мою печать. Как вернешься, зайди ко мне в кабинет — на столе будет лежать конверт. Возьмешь его и отдашь мисс Амбер вместе с покупками. Эти серьги стоят очень дорого. Будем считать, что их выкупил я.

— Как скажете, милорд!

Лишних вопросов Марта никогда не задает. Не зря работает в семье уже много лет, зная меня, как облупленного. Где смолчать, где совет вставить — все, словно по инструкции.

— Леди знать это не обязательно, — добавляю, задерживая на ней многозначительный взгляд.

Марта коротко кивает и возвращается к форменной юбке.

Я выхожу из мастерской, торопясь вернуться в академию. Скоро факультатив воздушного боя у выпускников-драконов, который я никак не могу сплавить кому-то другому. Нанимать отдельного тренера запрещают императорской комиссией, так как вообще хотят убрать из расписания эту дисциплину.

Сегодняшний урок особенный. Нужно донести в ветреные головы адептов несколько важных мыслей касательно нового куратора. А то знаю я этот злодейский факультет.

Внучка Ронды Амбер вызывает во мне странные чувства.

Едва увидел у ворот, показалось, что знакомы. А заметив синяки на печальном лице испытал нечто вроде удара под дых. Потом убедил себя — это просто жалость или сочувствие. Хотя ушибов и ссадин на девичьих лицах повидал не мало — в боевой академии без этого никак. Но во внешности чужой для меня девушки это показалось чудовищно неправильным. Немедленно захотелось разузнать природу каждой отметины. Как они появились, кто и при каких обстоятельствах их оставил.

А когда понял, что она жена дракона… внутри все перевернулось. Не от того, что она чужая женщина, а от лютого желания встретиться с тем, другим, и поговорить по-мужски. Не должен большой и сильный вымещать злобу на ком-то столь хрупком и нежном.

Если б мой дракон не молчал в ее присутствии, я бы решил, что она — потерянная истинная. Но нет, зверь никак не реагирует.

Зато мое человеческое сердце сбивается с ритма, при одном лишь взгляде в ее глаза.

Синие.

Как небо или море, в которое я упал в тот роковой день, когда нить оборвалась, лишив самого важного.

Я понимаю, что Рамона Грайборг совершенно недоступная для меня крепость. А дракон никогда не примет кого-то другого, кроме своей истинной. Но впервые в жизни человеческие чувства проявляют себя так ярко.

Меня тянет защитить и уберечь ее. Дать все, что ей хочется и наказать тех, кто причинял боль.

Но в открытую это делать я не имею никакого права.