Глава 56. Протокол допроса или финальная битва титанов
Засупонилось красное солнышко,
Замолчали в лесу глухари.
Это вышли развлечься по полюшкам
Наши русские богатыри
(из м/ф «Три богатыря и Шамаханская царица»)
Может, оно было и не совсем так.
Васька большим счетом рассказывал откровенно – «пристрастные» методы оказались действенными, но кое-где отвечал уклончиво. Иногда только намекал или нечаянно оговаривался. А то и молчал. Красноречиво.
Но из всех этих разрозненных кусочков у Галины сложилась цельная картина – яркая, красочная, динамичная, наполненная запахами и звуками. Хорошее пространственное мышление – вещь полезная.
Аллигатор, зайдя за угол ее дома, решительно нажал вызов:
- Здоров, Демон! Ты где?
- В Москве. Прилетел только. Случилось что?
- На мальчишник хочу пригласить, - загадочно протянул Аллигатор. – Женюсь послезавтра, блин.
- Поздравляю, конечно! - язвительно отозвался Васька. - Готовый что ли, чертяка? Два часа ночи!
- Это ты у нас готовый! – фыркнул Аллигатор. – К труду и обороне, елки. А я не чертяка, а, считай, твой ангел-хранитель – с нимбом, крыльями и прочими причиндалами. Разговор есть. Про Галину Горячеву, знаешь такую?
- Лину? Что с ней? Ты ее видел?!
- Жива-здорова, - вкрадчиво проговорил Аллигатор в трубку. – И да, я ее видел. У нее дома. Наедине. Полчаса назад. Интересно?
- Говори адрес, сейчас буду.
- Хм… - задумчиво пробормотал Аллигатор. – Действительно интересно.
И отправил Ваське локацию бара недалеко от дома Галины.
Когда тот прибыл на место, Аллигатор сидел за дальним столиком и вдохновенно курил, пуская эффектные колечки дыма. Перед ним стоял пустой высокий бокал и тарелка с сыром.
Увидев Демона, он куснул губу и пристально посмотрел ему в глаза:
- Быстро прилетел.
- Поздно, трасса полупустая, - нейтрально пояснил Васька и протянул руку для рукопожатия. – Ночи доброй, Светлый. Как сам?
- Да как… обычно, - хмыкнул тот и пожал протянутую руку. – Женюсь, машину продал, бабки на ветер выкинул. Одним словом - рутина.
- «Бентли» свой продал что ли? – удивился Васька, усаживаясь напротив за его стол. – Не жалко?
- «Не жалею, не зову, не плачу, все пройдет, как с белых яблонь дым», - Аллигатор щелчком стряхнул пепел в фирменную пепельницу с логотипом бара: - Мне он, считай, даром достался – премия за риск в одной многоходовой авантюре. Бог дал, Бог взял… Абсент будешь?
Васька окинул Аллигатора быстрым взглядом и еле заметно пожал плечами:
- С поджиганием?
- Не, просто с сиропом, по-народному.
Васька кивнул, и Аллигатор сделал заказ.
Несколько минут они молчали. Официант принес два бокала.
- Думал, ты мне прямо с порога в морду дашь… - улыбнулся Аллигатор своей крокодильей улыбкой. – Я бы так и сделал. Но Демон как был отмороженным, так и остался.
- В морду оно никогда не поздно, - философски заметил Васька, пригубив из бокала. – А есть за что?
- А если и есть? – хмыкнул Аллигатор. – У тебя права-то на это имеются?
– Гляжу, кое-кто уже накидался по полной, - устало отозвался Васька. - Есть, что сказать – говори. Или я пошел.
- Есть-то оно есть, - вздохнул Аллигатор и залпом выпил коктейль. – А кто ж ему дасть… Думаю. Что у тебя с Галкой?
- Не твое дело.
- Не мое, так не мое. Ступай себе с Богом, блаженный отрок Василий.
- Блин, Светлый, не загоняй! – Васька скривился и тоже допил абсент. - Что ты от меня хочешь?
- Скучные мы, Демон, с тобой какие-то… - Аллигатор картинно затушил сигарету в пепельнице. – Может, поехали в одно место – поговорим по-взрослому?
- И о чем? – Васька взял с тарелки кусочек сыра.
- Например, о том, какие сладкие губки у нашей Галки! – небрежно выдал Аллигатор, глядя ему в глаза.
Васька сжал руку, превращая кусок сыра в комок:
- Что ты делал у нее дома ночью?
- А ты как думаешь?
- Хорошо я о тебе думаю, Светлый, сам знаешь… - вздохнул Васька, бросая комок сыра в пустой бокал: - Что ты не суицидник. И даже не мазохист.
- Как сказать… Блажен, кто верует, тепло ему на свете. Едем?
- Поехали.
На этом месте Галина испуганно раскрыла глаза и прижалась к Ваське:
- У нас с ним ничего не было!
- Знаю-знаю, - нежно согласился он, целуя куда-то за ухо. – Все знаю.
- И что дальше?
- Что-что… Взяли две бутылки абсента и поехали.
- Там же темно, в той части парка! Фонари не горят! И дождь шел.
- Про дождь не помню, - осторожно улыбнулся Васька. – Вроде не было. Или не обратил внимания. А темень – да, реально, хоть глаз выколи. Но Светлый же, как всегда…
- Светлый, ты совсем долбанулся? – бормотал Васька, спотыкаясь о крупные комья земли, которые даже дождь за весь день не сумел размочить: - У меня, знаешь ли, прибор ночного видения в черепушку не встроен!
- Тихо, Демон! - загадочно огрызнулся Аллигатор. – Стонать в другом месте будешь. Позже. А пока терпи, тебе полезно.
Васька фыркнул и отодвинул в сторону цепляющийся за джинсы розовый куст. После дождя он источал особый аромат – тонкий и нежный:
- Дай хоть абсента хлебнуть! Чтобы с тобой на одной волне быть. А то никак не въеду.
Аллигатор вытащил из пакета початую бутылку, открыл и демонстративно присосался, делая глоток прямо из горла. Потом протянул Ваське.
- Оставь себе уже эту тогда! – поморщился тот. – Мы же две брали.
- А нам, Демон, не привыкать, одну по очереди облизывать! – ехидно прокомментировал Аллигатор, выловил из банки самую красивую помидорку и вложил Ваське в руку.
Васька замер, потом глотнул абсента и забросил помидор в рот:
- Да, ты прав. В пещере из одной фляги пили, последний глоток воды поровну делили.
- Эх, Демон! – Аллигатор точным движением отбросил в сторону перегородившую тропинку сломанную ветку. – Никак не разберусь: аль ты тупой, аль тебе пофиг?
- Зато ты у нас острый, - хмыкнул Васька, закручивая бутылку. – На язык. А мне на твои загоны и впрямь… индифферентно. Экзальтированным дамочкам будешь по ушам ездить. На ком женишься, кстати?
- На одной из наследниц компании! Семнадцать процентов сразу мои, еще тридцать четыре практически в кармане. Итого контрольный пакет.
- Да, умеешь! – согласился Васька. – Что-то есть в тебе. Однозначно.
- Сие, Демон, именуется мудреным словом «харизма»!
- Угу. Гляжу, давненько по твоей харизме не стучали-то.
Аллигатор задумался, а потом вдруг рассмеялся – звонко, по-мальчишески:
- И впрямь давно! Намеревались и даже пытались - много кто. А чтобы прямо настучать – ты последний.
- На Кавказе? – улыбнулся Васька, сворачивая вслед за Олегом на узкую тропинку. – Помню. Ох, и выбесил ты меня, чертяка! Как никто еще до тебя. И после тоже. Во, думал, гопота мразотная…
- Я такой, я могу! – самовлюбленно заявил Аллигатор, потянулся за бутылкой, но Васька сделал вид, что не понял его движения:
- Боялся, что после того ночью придушишь и в овраг скинешь. Ты ж без тормозов. Вообще. А когда с местными зацепились, ты один за меня встал. Остальные отморозились, даже те, с кем нормально общался в группе. И в пещере потом… Я помню, Светлый. Все помню.
- Ты, Демон, на меня свои высокоморальные фантики не клей! – огрызнулся Аллигатор. – Эпическому раздолбаю пофиг, где нарываться. За любой кипеш, кроме голодовки!
И резко присел, выхватывая чуть ли не из-под ног Васьки кривой кусок арматуры:
- Стой! А то еще убьешься, слепошарый!
Васька послушно остановился:
- Далеко еще?
- Пришли.
За последним поворотом тропинки действительно открылась та самая картина: заросший пруд, покореженный мостик, поваленное дерево, врущая табличка на столбе.
Здесь было светлее, чем в зарослях, но ненамного. Темные тучи укрывали небо плотным слоем, не оставляя шанса ни луне, ни звездам.
- Твоя берлога? – усмехнулся Васька, разглядывая пейзаж.
- Берлога у медведей! – Олег пнул столб, сбивая целую гроздь наползших на него после дождя улиток. – Знаешь, как меня девчонки из бухгалтерии называют? Аллигатор! Перед тобой мрачное логово аллигатора – заросли, болото, тина. Классика!
- И аромат чайной розы, - задумчиво согласился Васька. – Темный властелин с ранимой душой – то, что богатым дурам надо. Но для серьезного разговора света мало. Мне глаза твои бесстыжие видеть надо.
- Думаешь, разглядишь там что-то новое? Но так и быть, сделаем тебе светло - как на деревенской дискотеке. Сегодня тут неподалеку экскаватор видел.
- Ой, мамочки… - испугалась Галина. – Вы что, угнали экскаватор?!
- Зачем… - обиделся Васька. – Чуть-чуть подогнали поближе просто. Даже из кустов не выезжали. Фары включили, чтобы полянку осветить. Светлый – деревенский, умеет заводить технику как-то. Он рулил, я толкал.
- А чего толкал? Не ехала что ли?
- Ехала, - вздохнул Васька. – Только что-то совсем не туда.
- Вы что, совсем пьяные были?!
- Тогда еще не совсем.
- А телефон Олег как уронил?
- С моста.
- А что вы на мосту делали-то?!
- Разговаривали… - отвел глаза Васька. – По душам.
- Ты же сказал, вы не…?!!
- Конечно, не! – горячо уверил он. – Обнимались по-дружески просто.
- Писец…- хриплым голосом прокомментировал Аллигатор, глядя, как айфон неспешно идет на дно пруда, разгоняя по липкой поверхности мелкую рябь. И закашлялся.
Возможно, он сказал здесь что-то другое. И не только здесь. Кто знает? Со слов Васьки записано верно.
- Опять в долбанный пруд лезть! – сплюнул Аллигатор сквозь зубы и начал расстегивать рубашку. – Заколдованный он что ли? Второй день подряд купаюсь!
Васька молча стоял рядом и безэмоционально смотрел вниз. От пруда поднимались тяжелые испарения, в перебаламученной падением телефоном воде всплывали обрывки бумаги и рваные полиэтиленовые пакеты:
- А вчера-то чего?
- Галка сумочку уронила. С паспортом.
- Ты был с ней вчера весь день? И вечером тоже. Понятно. – Васька тоже сплюнул вниз и отвернулся.
- Ничего тебе не понятно! – фыркнул Аллигатор, бросая рубашку на доски моста. – Мы на подписание договора ездили. А потом… Ей подумать нужно было, в себе разобраться. Она сама тут стояла, я гулял. Экскаватор вон нашел. А домой к себе затащила плечо обработать – разодрал, когда за сумкой лазил. И кровь с рукава застирать, а то пришлось бы домой пешком топать, в такси с такой красотой не пускают.
- Так ты с ней не..? – осторожно посмотрел в глаза Васька.
- Не! – усмехнулся Аллигатор, расстегивая ремень. – Не мой типаж – заморачиваться долго надо. С богатыми дурами и проще, и выгоднее.
- А..?
- Поцелуй? – Аллигатор стянул джинсы и бросил поверх рубашки. – То давно было и неправда. До тебя еще походу. Приставал от нефиг делать, она послала. Развела на разговор по понятиям.
- Блин, Светлый… - выдохнул Васька. – А сразу так сказать не? Я ж тебя чуть не придушил!
- Не. Мне нужно было знать: оно тебе реально надо или из любопытства интересуешься. Сам виноват – вместо того, чтобы прямо сказать, выламывался два часа, как средневековая девственница.
- Э-кхе-кхе! – хихикнула жаба из-под моста.
- Кто? Я?! – подавился смехом Васька и, перегнувшись через перила, окинул пруд оценивающим взглядом: – Так меня еще точно не обзывали! Светлый, елки! Где эти свои словечки берешь?
- Ни за что не угадаешь. Сейчас телефон выловлю, поговорим серьезно.
- Вроде уже поговорили? Или ты неправду сказал?
- Правду, - Аллигатор растянул рот в фирменной рептилоидной улыбке. - Я никогда не вру, забыл? Но тут, как в пошлом анекдоте - есть нюансы.
- Хм… - Васька почесал в затылке, вытянул из пакета недопитую бутылку и глотнул из нее. – Зная тебя, это может означать все, что угодно.
- Расслабься! – Аллигатор отнял у него абсент и допил до дна. - Галка – дурочка… в хорошем смысле. Ставлю сто к одному, что возьмется тебе рассказывать все и с подробностями. Любую хрень раздует до масштаба межгалактической катастрофы. А ты ж идиот принципиальный...
Он поставил пустую бутылку в уголочек, снял туфли и попробовал босой ногой полугнилую доску моста:
- Лучше от меня узнаешь. Спокойно, объективно, и по сути. Плюс, если в морду, – и никогда не поздно, и далеко ходить не надо. Экономия времени и ресурсов.
Васька вздохнул, стянул через голову футболку и бросил рядом с его одеждой. Потом щелкнул застежкой ремня на брюках.
- Э-э-э, Демон… - Аллигатор сделал испуганные глаза. – Я, конечно, человек современный, но не настолько! И ты вообще не в моем вкусе.
- Не загоняй, Светлый. Отвык я от твоих приколов, гляди, еще вмажу с непривычки. Вдвоем быстрее твой айфон выловим.
- Ну, вы даете! – облегченно выдохнула Галина, гладя Ваську по волосам. – Хорошо хоть не подрались.
- Взрослые люди, - улыбнулся он. – Поговорили по-взрослому: вдумчиво и обстоятельно. Я, конечно, принципиальный, но не совсем идиот – все понял.
Васька взял ее руку и чмокнул в ладошку:
- Линка-малинка, но больше так не делай, ладно? Уважаю твои душевные порывы, сам такой – не могу мимо пройти, если кому-то нужна помощь. Но давай в плане оказания психологической поддержки ограничишься девушками? А мужиков будешь посылать… к психологам, или к попам в церковь. А то нехорошо – столько спецов, а ты их без работы оставляешь.
- Хорошо! – рассмеялась Галина. – Обещаю больше не отнимать чужой хлеб.
- А насчет подрались, - слегка смущенно продолжил он. – Какой мальчишник без мордобоя? Признавался уже вроде.
- Точно! – вспомнила Галина. – Девушка… жаба…драка. Быстро рассказывай все! Только честно!
- Может, все-таки не надо?
- Надо-надо.
Галина потянула вверх его футболку:
- Что я хуже Алли… Олега Светлова? Ты в моем вкусе.
- Блинна… - взвыл Васька. – Пятнадцать минут до выхода!
Но послушно помог стащить футболку и бросил ее на диван.
- Как раз успеешь рассказать, - восторженно пробормотала Галина, проводя ладонями по его плечам. – Красивый ты…
- Это ты меня еще прошлой ночью не видела! – виновато улыбнулся он. – Ладно, слушай.
- С той стороны пруд обойдем! – деловито заметил Аллигатор. – Тут арматура.
Ветер окончательно стих. Мир замер в сонном, предрассветном безмолвии – густом, темном, плотном.
Они вышли из-под моста, прошлепали босыми ногами по бережку, время от времени с отвращением наступая на пластиковые стаканчики и рваные полиэтиленовые пакеты и старательно обходя битые бутылки, ощерившиеся острыми краями и зловеще поблескивающие в тускнеющем свете фар экскаватора.
С этой стороны берег укрывали заросли кустарника: то ли ивняка, то ли орешника – в темноте не разберешь, оставляя лишь узкую песчаную полоску у воды.
Зашли в пруд, доплыли до середины. Вода была стоячей, липко-тягучей, пахла плесенью и почему-то прогоркшим растительным маслом. У берега она показалась теплой, но на глубине неожиданно обожгла холодом.
- Сейчас на смарт-часах подсветку включу, - буркнул Аллигатор, клацая браслет.
- Мысль! – согласился Васька. – Аналогично.
Они несколько раз нырнули, брезгливо отплевывая болотную жижу и старательно подсвечивая друг другу заваленные мусором глубины пруда. Наконец, Аллигатор вытащил из-под коряги айфон.
- Работает? – поинтересовался Васька.
- Что ему будет! – отмахнулся Олег и провел пальцем по экрану – тот засветился: – Водонепроницаемый. За те деньги, что за него отдал, он еще удовлетворять должен. Сексуально.
Васька невольно поморщился:
- Ок, гребем к берегу.
Уверенные взмахи рук ворвались в липкую тину.
Внезапно раздался странный звук – то ли тяжелый вздох, то ли всхлип – и свет погас. Но небо над вековыми деревьями уже начало светлеть. Следом опять что-то пискнуло – пронзительно, на высокой ноте.
- Светлый, это что? – пробормотал Васька, прислушиваясь.
- Что-что… - ехидно хмыкнул Аллигатор. – Аккумулятор у экскаватора сдох.
- Я не про то. Кричал вроде кто-то. Голос женский. У тебя зрение хорошее? Глянь что оно там?
Аллигатор подплыл ближе к берегу.
- Кажись, молодежь развлекается, - загадочно сообщил он, вглядываясь в предрассветную тьму. – Три парня и телыча. Эх… групповушка на свежем воздухе. Что может быть романтичнее?
- Судя по воплям, барышня против, - задумался Васька.
- Да… - с философской грустью согласился Аллигатор. – Где нынче отыщешь истинную романтику? И мужики вялые какие-то: больше трендят, чем действуют. Аж смотреть стыдно, прямо как на наш футбол.
- Светлый – опять загоняешь?! Скажи просто – да или нет.
- Демон – ты дурак?! – снисходительно усмехнулся Аллигатор. – Расклад: их трое, молодые, стриженые – вояки походу. Нас двое, мы старые и пьяные.
- Я почти трезвый, - удивленно сообщил Васька. Девушка на берегу опять закричала, заставляя его вздрогнуть: – Волшебный пруд, точно. То есть, ты - нет?
- А смысл? Может, у них там по любви – вишь, как долго уговариваются. А если и нет… Объясни, на кой фиг мне чужие проблемы?
Они как раз выплыли на мелководье и коснулись ногами скользкой подушки дна.
- Это с тремя сразу по любви? - буркнул Васька, выпрыгивая на берег в тени кустов. – И, думаешь, мне прямо охота в это лезть? Тоже тихо надеюсь, что оно само собой разрулится - в положительном ключе. Но жизненный опыт утверждает обратное. Затем, Светлый, что Земля имеет форму чемодана – что положишь, то и возьмешь. Сколько раз уже убеждался.
- Может, у тебя и так, - лениво согласился Аллигатор, ступая на песок. И тряхнул головой, разбрасывая сонм мелких брызг. – А в мой, что не пихай, он все равно без ручки.
- Значит, ты не со мной? Твое право.
- Все-таки дурак ты, Демон! – усмехнулся Олег, и в первых лучах зари блеснули его ровные, идеально белые зубы. – Весь вечер задаешь тупые вопросы. Точь-в-точь, как девка первый раз на сеновале: любишь – не любишь. А что я, по-твоему, делаю, блин?
- Прости, Светлый… - проговорил Васька, глядя ему в глаза. - Больше не буду, честно. Старый стал, мусора в башке, что на дне этого пруда. Прости, брат.
Аллигатор дернулся и резко закусил нижнюю губу:
- С-с-собака! Ты реально демон! Так меня только один человек называл. И… его уже нет.
- Для реального демона харизмой не вышел. – Васька пригнулся и бесшумно нырнул в кусты, пытаясь разглядеть происходящее на другой стороне полянки. – Но ад повидал.
- И че оно? – Аллигатор, осторожно раздвигая ветки, прокрался к нему.
- Дерьмище, - сплюнул Васька себе под ноги. – Ничего красивого и притягательного там нет.
- Верно! – улыбнулся Аллигатор.
- Но иногда окольной тропинки, чтобы обойти его, не заляпавшись, не существует.
- И это верно! – его улыбка стала еще шире.
На полянке еще больше рассвело. И даже Васькиного неидеального зрения хватало, чтобы оценить обстановку. Двое парней ухватили девушку за руки, а третий начал расстегивать на ней одежду: узкие брючки-стрейч и трикотажную кофту на пуговицах.
- Наконец-то! – ехидно прокомментировал Аллигатор себе под нос. – А то прямо не насильники, а умирающие лебеди какие-то.
И обернулся к Ваське:
- Оки, Демон, погнали кошмарить молодежь! Какой мальчишник без мордобоя?
Девушка опять заорала – теперь по-настоящему: громко, протяжно, отчаянно.
- Можем к первому акту балета и не успеть! – пробормотал Васька, невольно скользнув взглядом на мост. Одежда обоих осталась там. Вся: – Пока добежим, пока оденемся. Потом обратно…
- А зачем? – невинно отозвался Аллигатор. – Давай так. Так – успеем.
- Блин, Светлый… - натурально растерялся Васька. – Голыми что ли?! Ты точно извращенец!
- Ох, Демон! – картинно вздохнул Аллигатор. – Прямо, как маленький. Да, мазохист. А ты нет?
- Иди ты… в смысле, есть немного. На старости лет нарываться. Надеюсь, хоть не суицидник.
- Мы, как древние воины - берсерки! – воодушевленно начал Аллигатор. - Без страха и комплексов, открытые всем ветрам и неукротимые в праведном гневе!
Но потом поймал Васькин красноречивый взгляд и вытащил из-под куста длинный кусок плотного черного полиэтилена, очевидно, бывший ранее мешком для строительного мусора.
- Ладно, я тоже стесняюсь, - и рванул пакет, раздирая вдоль на две длинные, но не особо широкие полосы. – Не берсерки! Легендарные богатыри-титаны – минимум одежды, максимум мускулов и брутальности. Сойдемся с врагом в эпической битве времен и покроем себя неувядаемой славой на века!
Васька взял из его рук полиэтиленовую полоску и обвязал себе вокруг бедер:
- Знаешь, Светлый, я пока такси на остановке ждал, объявление видел: «Принимаем лом титана. Дорого».
- Или так, - невозмутимо согласился Аллигатор, сооружая себе набедренную повязку. – В масштабах вечности большой разницы нет.
- Ой, мамочки… - выдохнула Галина и прижалась губами к сильному Васькиному плечу, с наслаждением ловя яркий, чувственный ответ.
Васька под болотным соусом все равно оставался Васькой: родным, любимым и желанным до дрожи в коленях.
Перед глазами возникла красочная картина, четкая, будто наяву.
Двое. Светлый и темный, с удивительно красивыми тренированными телами, в мягкой рассветной дымке … сильные, смелые, неудержимые.
Крики, нецензурная брань, звуки ударов. Стук сердца - горячий, бешенный, отчего-то прямо в горле. Соленый пот, застилающий глаза. Боль. Привкус крови на губах.
И над всем – аромат чайной розы. Нежный такой. Тонкий.
Галина вдруг почувствовала, как ладони сжались в кулаки, и дыхание стало частым-частым. Конечно, причина была в Ваське. В том, что он рядом. Но не только.
Пространственное мышление – вещь коварная. Или просто за любимого человека всегда волнуешься, словно за себя? А, может, и сильнее?
- Вы победили, да? – больше утверждая, чем спрашивая, уточнила Галина.
- Да, - осторожно согласился Васька. – Сомневалась?
- В тебе? Ни секунды!
- Мне бы так… Я сомневался, я реалист. Но знаешь как – глаза боятся, руки делают. Один, правда, удрал, отхватив волшебной пиндюлины. Мировой рекорд по бегу установил, наверное. А двоих мы укатали.
- А голова?
- Ерунда… - Васька застенчиво отвел взгляд. – Дубиной прилетело, по касательной. Старею, эх… Но сразу обработал абсентом. Семьдесят градусов спирта, этикетку читал.
- И куда их теперь? – Васька устало разглядывал стонущих на земле неудачливых искателей радостей плоти.
- Сча! – Аллигатор воодушевленно сплюнул через разбитую губу. – В экскаваторе видел моток веревки, погоди, принесу!
И действительно сбегал за веревкой.
- Я не о том, - вздохнул Васька, наблюдая как боевой товарищ вяжет руки побежденным морскими узлами. – В ментовку их сдать что ли?
- Демон, ты себя в зеркале видел? – хмыкнул Аллигатор. – Нас с тобой в ментовке первых и поберут!
- Точно.
Аллигатор, ни мало не стесняясь, обшманал карманы поверженных врагов.
- Курсанты, епты… - презрительно констатировал он, разглядывая документы. – Второй курс. Демон, прикинь, эти нас с тобой - старых и больных - защищать будут. Чем так жить – лучше разрешите эвтаназию!
- Ого! – испугалась Галина. – В военные училища сейчас очень жесткий отбор, особенно в столичные. Толя смотрел вступительные испытания на сайте, требования к физподготовке запредельные! Значки ГТО и спортивные разряды официально приветствуются, а реально – требуются.
- Серьезные ребята, - невозмутимо согласился Васька. – Но мы вроде тоже не пальцем… В смысле, не совсем пропащие? А, может, они нашего внешнего вида испугались. Тоже вариант.
Галина воочию представила двух перемазанных тиной героев в набедренных повязках из мешка для мусора и, не удержавшись, улыбнулась.
- Дебилы, блин, - убитым голосом произнес Васька, смотря подсунутые Аллигатором документы на свет. – Собственными руками себе биографию испоганить… Просто нет слов!
Олег тем временем смотался и в другую сторону: подобрал оставленный на берегу айфон, оделся сам, принес с моста Васькину одежду и сумки.
И даже пакет с пустой банкой из-под зеленых помидоров притащил. Вид у Аллигатора при этом почему-то был загадочный-презагадочный.
- Какие проблемы, - подмигнул он Ваське, бросая тому джинсы с футболкой. – Что есть биография? Суть – литературное произведение. Сейчас отредактируем.
- Редколлегия, елки, - фыркнул Васька, одеваясь. – Впрочем, фотографии мы им уже отфотошопили, отчего бы и биографии не поправить? Хочешь сказать – да?
- А куда их? Пресанем по жесткому, чтобы полные рейтузы, и отправим стираться.
- Да, - задумчиво согласился Васька. – Молодые – дурные, подпили, башню снесло. Сам на казарме сидел, знаю, что оно такое. Только, слышь, Светлый, я прессовать не умею. Рожу набить – оно да, а чтобы…
- Не боись, я умею, - Аллигатор закинул руки за голову и сладко потянулся. - Гляди, сейчас будет мастер-класс – учись, пока я жив.
- Он их бил, да? - Галина осторожно заглянула в глаза Ваське. – Сильно?
- Вообще не бил. Но Светлый так умеет на мозги давить, что люди ломаются. Ему в другом ведомстве работать надо, честное слово.
«Да, умеет, - про себя признала Галина. – Еще и как. Но не все ломаются, не все».
Не прошло и десяти минут беседы Аллигатора с незадачливыми искателями приключений, как те поплыли, а потом и окончательно расклеились. Впрочем, наверное, и протрезвели заодно и сами стали осознавать, чего чуть не натворили, и какие могли быть последствия.
Васька изумленно наблюдал, как парни рыдали в три ручья, размазывая сопли рукавами, на коленях просили прощения, и, перебивая друг друга, подробно рассказывали, как докатились до такой жизни.
Аллигатор с невозмутимым видом снимал все это на свой айфон.
История оказалась стара, как мир. С девушкой они были знакомы, и перед тем как, веселились и выпивали в одной компании. И даже якобы она им что-то обещала. Или намекала. Или…
- Она сама виновата! – наконец, всхлипывая, выдал один из парней. – Она нас спровоцировала!
- Тьфу ты… - фыркнул Аллигатор, останавливая съемку. – Дети, не разочаровывайте дядю! Дядя думал, вы честные беспредельщики, а вы че – терпилы, да? Бе-е-е, гадость-то какая.
Он зевнул и спрятал телефон в карман:
- Послушайте сами, как оно звучит: нас спровоцировали, нас побили, нас заставили. Сча блевану, честно. То ли дело: мы протупили, мы огребли, мы осознали и раскаялись – это по-мужски. Школу какую заканчивали?
- Московскую частную гимназию.
- Фигово нынче в частных гимназиях русский язык преподают. Приходится переучивать.
«Действительный и страдательный залоги, - удовлетворенно отметила про себя Галина. – И с Аллигатором у нас и впрямь много похожего – одна порода мозговых тараканов. А с Васькой – душевная близость, когда не надо долго объяснять, почему так, а не наоборот. И не только душевная, конечно. Жаль, что…»
Взгляд опять обиженно уткнулся в ярко-синее, без единого намека на тучи, небо: надеяться, что внезапно объявят нелетную погоду, было слишком глупо.
- А в конце представляешь, что им сказал? – голос Васьки вывел ее из задумчивости. – Мол, в следующий раз церемониться не буду - сначала убью, а потом жестоко надругаюсь. У мужиков аж зубы от страха застучали! Я сам прифигел немного. Знаю, что Светлый трендит, как дышит, но это уже края! Где он такого понабрался только?
Галина отвела взгляд и крепче прижалась к Ваське.
- Стой, а девушка? – вспомнилось вдруг. – Совсем про нее забыла! Вы же в ее глазах настоящие герои, благородные рыцари – спасли от насильников! Даже представить не могу, насколько она была вам благодарна. Наверное, бросилась на шею и…
Воображение тут же дорисовало картину.
- Вась, ты с ней целовался, да? – вылетело откуда ни возьмись само собой.
Васька прочитал что-то в ее глазах и довольно улыбнулся. Но тут же прошептал на ухо:
- Ни с кем я не целовался. Дубина не в счет. И вообще, как с тобой познакомился, ничего у меня ни с кем не было. Кроме тебя. Так что можешь представить, как оно мне сейчас…
Галина сладко вздохнула, чувствуя на щеках предательский румянец.
- А барышня… - задумчиво продолжил Васька. – Да, отблагодарила. По полной.
Спасенная девушка сидела на поваленном дереве, сжавшись в комочек и обхватив руками колени, и была похожа то ли на нахохлившегося воробья, то ли на брошенную на скамейке сломанную игрушку.
Она беззвучно наблюдала за дракой, молчала, когда Аллигатор проводил душеспасительную беседу с неудавшимися насильниками.
Когда Васька подошел, она тоже не проронила ни слова.
- Привет, - по-доброму улыбнулся он. – Как ты? Все хорошо?
Девчонка подняла на него взгляд, и Васька замер от неожиданности. В ее глазах было столько…
- Не подходи! – злобно фыркнула она. – Я вас боюсь!
- Почему? - натурально растерялся он. – Мы нормальные мужики, спокойные. Я программистом работаю, Олежка и вовсе – замдиректора. Он женится послезавтра, мы тут его мальчишник отмечали. Выпили слегка, немного почудили… Раз в жизни можно, а?
- Не ври! Я все видела! – презрительно усмехнулась она. – Вы хуже, чем те, первые. Те обычные насильники, а вы – маньяки, убийцы и конченые извращенцы! Все мужики такие, без исключения!
- Тупая овца… - вырвалось у Галины.
- И я так сказал, - тяжело вздохнул Васька. – Только нецензурно. И еще послал ее… тоже матом. Знаю, что нельзя так с женщинами, стыдно не передать как. А Светлый ей вообще жабу за шиворот закинул.
- Жабу? Откуда он ее взял?!
- В пакет забралась, - опустив голову, признался Васька. – Хотел надо мной приколоться, а тут… В общем, эпическая битва титанов закончилась пшиком: легендарных героев из нас не вышло. Разочаруешься во мне теперь?
Галина обняла его за шею и уверенно поцеловала в губы. И Васька от неожиданности даже не успел увернуться.
- Вы – герои! – твердо сказала она. – Настоящие. Самые геройские из всех героев на свете! И я вами восхищаюсь. Обоими. Но тобой, конечно, больше.
- Почему? – удивился Васька.
- Потому, что ты мой, - улыбнулась Галина. – И я так решила. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит!
Васька смущенно улыбнулся и поцеловал ее за ухом.
- А дальше что?
- Вызвали такси – две машины. В одну балбесов запихали, Светлый им телефоны и документы вернул, а деньги нет. Сказал, в церковь отдаст, чтобы там помолились об их вразумлении. Но за такси оплатил. В другую машину девчонку посадили…
- Вместе с жабой? – не удержавшись, съязвила Галина.
- Нет, жаба ускакала.
- Понятно. Одна жаба ускакала, другая уехала.
Васька осторожно рассмеялся.
- А мы со Светлым побрели пешком, - отсмеявшись, продолжил он. - Так и поговорили. И действительно, завернули в церковь, она уже открыта была. Светлый курсантские копейки в ящик для пожертвований кинул. У бабульки, что свечками при входе торгует, спросил, как молиться за умершего, если не знаешь, был он крещен или нет. Та сказала, что дома молиться можно, а в Храме – ставить свечи. Еще узнавал, куда лучше деньги перевести – на богоугодные дела. Она посоветовала помочь кому-то, кто рядом, кого он знает лично. Мы поблагодарили, купили свечей и поставили – за здравие, и за упокой. Постояли немного и пошли. Вот и вся история.
- Да уж… - задумчиво протянула Галина, гладя его по плечу. – Ну и ночка у вас была, богатая на события.
- Так и я о том же, - вздохнул Васька и осторожно заглянул в глаза: - Лина, давай по-тихому распишемся, а? Без всяких мальчишников и иже с ними? Чувствую, стар я уже для досконального следования традициям.
- Это предложение? – улыбнулась она.
- Повторное. Только, пожалуйста, не говори, что тебе нужно подумать. Я за эти два дня, что ты разбиралась в себе, чуть мозгами не поехал. Просто скажи да.
- Да! - быстро произнесла Галина, чтобы успеть коснуться его губ.
И тут у Васьки на смарт-часах запищал будильник.
- Блин… - удрученно выдохнул он. – Долбанный самолет.
Но практически одновременно с мелодией будильника раздался звонок по домофону.
- Кого это принесло? – недоуменно фыркнула Галина.
Она еще раз крепко-крепко прижалась к Ваське, вдыхая, запоминая его запах, и спрыгнула с колен.
Васька с недовольным видом натянул футболку.
- Доставка продуктов из супермаркета! – дежурным голосом отозвались в домофоне.
- Я ничего не… - начала было Галина.
Но неожиданно оказавшийся рядом Васька, обнял ее за плечи и прошептал на ухо:
- Это мы со Светлым заказали. Он сказал, у тебя дома есть нечего.
И произнес громко в домофон:
- Да-да, открываю.
- Вась, зачем? - смутилась Галина. И, вспомнив про свой легкомысленный вид, спряталась за него. – Я сама…
- Сама - то сама. А это от нас. Хотел обычное заказать – колбасу там, пельмени. Но Светлый вспомнил, что ты на диете, планируешь на йогуртах посидеть. Катюха, например, когда худеет, жутко злится, если я запрещенные продукты покупаю. Так что все по твоему желанию – йогурты всякие-разные и упаковка ромашкового чая. Это от души, не отказывайся.
- Хорошо. Спасибо.
Но вошедшие в квартиру двое бравых молодцев в зеленой униформе бодро поставили на пол что-то большое, звенящее, плотно укутанное стрейч-пленкой.
- Ваш заказ, - деловито произнес один из них, суя Ваське под нос накладную и ручку. – Ящик водки и два ящика пива. Распишитесь.
- Во, Светлый, лось с электроприводом! – хохотал Васька, ставя в накладной закорючку. – Адреса перепутал! Это он себе заказал. Сказал, что будет весь день продолжать, ибо трамваи только для девушек. Не знаю, что это значит, но придется ему обойтись йогуртами с ромашковым чаем!
Галина тоже рассмеялась, но потом испуганно посмотрела на Ваську:
- А что мне с этим счастьем делать-то?!
- Похоже, совсем без традиций не получится, - мужественно признал он. – Но Светлого приглашать не буду.
- Почему? Ты же сказал, что он хороший мужик, достойный?
- Потому, что он не придет, - пояснил Васька, глядя куда-то в сторону. – И потому, что я его понял. Да, достойный. Еще и сильный, чертяка. Но не мазохист. Ни разу.
- Вась, ты о чем? – непонимающе заглянула она в глаза.
- Да так… ни о чем, - отмахнулся он и вдруг посмотрел на ее халатик: - А вот я, похоже, мазохист. Махровый.
Васькины пальцы легли на верхнюю пуговицу откровенного одеяния.
- Ответная любезность будет? – горячо прошептал он.
- Да… - густо покраснев, согласилась Галина.
Васька поймал ее взгляд и так смутился, что закрыл глаза. Наощупь расстегнул две верхние пуговицы и, не открывая глаз, потянулся губами.
Его губы были мягкие-мягкие. Но они не стеснялись. Ни капли.
- Я угадал твое откровенное желание? – тяжело дыша, проговорил он.
- Угадал, - тихо согласилась Галина, гладя его по волосам.
Внезапно у Васьки опять запищал будильник.
- Это уже контрольный, - обиженно признался он, дрожащими руками застегивая халатик. – В голову.
Затем открыл глаза и улыбнулся:
- Постараюсь вернуться быстрее. Я тебя… третья ступенька!
- Я тебя тоже! Самая третья и самая ступенчатая ступенька в мире!
Она закрыла за Васькой дверь, потом выбежала на балкон, чтобы помахать ему рукой.
Стояла несколько минут, безвольно глядя вслед скрывшейся за поворотом машины. И, наконец, вернулась в комнату - взяла со стола оборванную Васькой бельевую веревку, отцепила от нее «семь бельев» и, не сомневаясь ни секунды, отправила в стиральную машину.
«Порвутся, так порвутся, - небрежно подумала Галина, включая режим деликатной стирки. – Новые куплю. Все равно все эти Васька уже видел».
На душе было грустно-грустно. Но одновременно так хорошо, что хотелось летать.